Хроники миров. Наследница Ревинтолы

– Дюрон, тебя только могила исправит... – покачала головой девушка, и вновь придвинув к себе тарелку, продолжила есть.

– Почему же только могила? – не унимался тот. – Если ты приложишь свои ручки, я точно смогу исправиться. Буду ласковый и послушный, как кролик.

– Дюрон, не тешь себя глупыми надеждами. Лучше ешь давай, а то все остыло уже, – пытаясь придать взгляду должную строгость, проговорила воительница.

– Э-э-эх... А какой нежной ты была в нашу первую встречу... – романтично-мечтательно закатив глаза, вздохнул Дюрон. – Помнишь? Как восхищалась моей силой и ловкостью... Даже поцеловала меня...

Мирэй едва не поперхнулась от последней фразы. Она перестала жевать и демонстративно-громко бросила ложку на стол.

– Моя версия нашей первой встречи сильно отличается от твоей, – сказала она, делая ударение почти на каждом слове. – Помнится, тогда тебе знатно набили бока и бросили подыхать у дороги. Если бы не мародеры, я и не заметила бы тебя, лежащего в кустах. А в гостинице я не целовала тебя, а только трогала лицо ладонями, чтобы понять, спадает ли жар.

– Да-да, пусть так! – воскликнул рыцарь, наигранно всплеснув руками. – Пусть наши воспоминания разнятся, что с того? Главное, с тех самых пор судьба каждый раз снова и снова сводит нас, а значит, это неспроста!

– Вот именно... – Мирэй наколола мясо на вилку и поднесла ко рту. – Тебе не кажется это странным?

– Странным? – задумчиво повторил Дюрон.

На секунду он замер, словно что-то взвешивая в голове, а потом недоуменно расширил глаза и уставился на девушку.

– Мирэй, ты... меня преследуешь?.. – спросил он с таким видом и тоном, что собеседница прыснула смехом, не успев зажать губы. Остатки пищи вывалились у нее изо рта, но рыцаря это нисколько не смутило: он продолжал держать серьезную мину, улыбаясь лишь кончиками губ.

Все еще смеясь, девушка выдернула салфетку из кармана и отерлась.

– Нет, Дюрон, – проговорила она, когда смогла успокоиться, – сдается мне, что это ты меня преследуешь!..

– Я?! – нарочито удивился тот. – Нет, наши встречи –чистой воды случайности! Поверь!

– Зная тебя, ваша светлость, не поверю... – сухо проговорила девушка, поглядывая на очередной кусок, наколотый на вилку. – Но если мы сейчас просто спокойно поедим, то обещаю: в следующий раз не буду спрашивать, откуда ты снова вдруг нежданно-негаданно свалился на мою голову...

Дюрон глубоко вздохнул, пожал плечами и взялся за приборы.

– Что ж, желание леди – закон для рыцаря... – с театральной трагичностью проговорил он. – Ты не оставляешь мне выбора... Продолжим нашу трапезу в траурном молчании...

Мирэй с удовольствием запустила бы в него тарелкой, но она прекрасно понимала, что все эти старания друга сводятся только к одному – отвлечь ее от тревожных мыслей.

***

Время за пустой болтовней прошло быстро, и, расставаясь у гостиницы, куда Дюрон проводил подругу, они простояли еще какое-то время, обсуждая планы на ближайшие дни.

– Мы сможем увидеться после того, как ты поговоришь с Керой? – спросил воин после слов прощания.

– Конечно, – ответила девушка, задрав к нему голову, – если только ты к тому времени не уедешь из Икорона.

– Даже если я уеду, то обязательно вернусь. Уж очень мне интересно, куда ведунья отправит тебя.

– Что ж, тогда до встречи... – Мирэй махнула рукой и отступила на шаг, чтобы не мешать движению лошади Дюрона.

– До встречи, Мирэй... – рыцарь пришпорил коня. – Не вздумай уехать, не повидавшись со мной! – крикнул он уже издалека.

Глава 5

Едва воительница вошла в двери гостиницы, как к ней подбежала хозяйская дочь.

– Вас ожидают, госпожа, – с учтивым поклоном проговорила девушка.

– Ожидают? – удивилась Мирэй. – Кто?

– Идемте, я провожу вас.

Проворно развернувшись, юная хозяйка нырнула в один из коридоров и открыла перед Мирэй грубо сколоченную дверь, которая вела в помещение для временной прислуги.

В небольшой комнатушке на низкой кушетке, уткнувшись лицом в ладони, сидела женщина. Она то и дело вздыхала, негромко всхлипывала и утирала рукавом беспрерывно льющиеся слезы.

– Вот... – махнув в сторону посетительницы, тихо проговорила девушка.

Услышав голос, плакальщица подняла глаза, встала и, подавив очередной вздох, остановила свой взгляд на Мирэй. Это была именно та молодая женщина, которая еще несколько часов назад, едва не сбив воительницу, упала перед ней навзничь.

Теперь лицо ее было в синяках и ссадинах, а на руках виднелись кровоподтеки и алые отметины от жестоких рук.

– Позови лекаря, – обратилась Мирэй к хозяюшке, и та, как подобает молоденькой девчушке, шустро выскочила из каморки.

– Вы помните меня, госпожа? – спросила женщина, не отводя взгляда от воительницы. – Помните?

– Помню, конечно. Как тебя зовут?

– Тина, госпожа, меня зовут Тина... – слезы хлынули ручьем, и женщина еле успела прикрыть. – Я сбежала от него, госпожа, – глухо, сквозь рыдания, проговорила она, – муж сказал, что убьет меня... Он хотел убить меня... и я сбежала... – Тина подняла на Мирэй полные горечи и в то же время надежды глаза. – Мне больше некуда идти, госпожа... Больше некуда... совсем некуда...

– Я помогу тебе, не бойся, – ответила Мирэй, понуждая женщину снова присесть на кушетку. – Сегодня ночью я уезжаю, возьму и тебя с собой. Теперь ты в безопасности...

Сердце воительницы сжималось от злости и негодования, желание расправиться с жестоким мужем Тины сдавливало грудь. И все же она себя сдержала.

«Надеюсь, боги возьмут в свои руки отмщение... – подумала Мирэй, поджав сердито губы. – Если я буду браться за каждого мерзавца, то им совсем работы не останется...»

Лекарь пришел быстро. Тщательно осмотрел Тину, обработал раны и ссадины, напоил травным настоем и, приняв хорошую плату за труды, удалился восвояси.

От лекарств и приятного чувства безопасности Тина перестала плакать и постепенно совсем успокоилась. Она не была из числа многословных женщин, больше не заговаривала первой и на редкие вопросы Мирэй отвечала достаточно коротко.

– Теперь нам нужно как следует отдохнуть, – проговорила воительница, поправляя под головой небольшую подушку, – путь предстоит неблизкий, поэтому предоставим нашим телам покой и сон...

Тина согласно кивнула и прилегла на мягкую кушетку, которая по счастливому стечению обстоятельств оказалась в небольшом номере Мирэй.

Поначалу дрема, а следом и крепкий сон объяли женщин, и теперь они обе, забыв перипетии дня, мирно посапывали, накрывшись покрывалами и предоставив Морфею водить их по своему царству.

***

До рассвета оставалось еще несколько часов, но Мирэй уже изучила карты, присланные королем, оседлала Тень и разбудила Тину. Безропотно-послушно молодая женщина следовала всякому указанию госпожи, а после непродолжительных сборов забралась на широкую спину вороной и, крепко обхватив воительницу руками, доверила свою жизнь спасительнице.

Резвый бег Тени гулко отдавался по каменной брусчатке, натыкался на стены, оставляя эхо, постепенно смолкал.

Недовольный страж, бубня ругательства себе под нос: «Кого это черти по ночам носят?!», позевывая, выглянул сквозь решетчатое окошко, и Мирэй пришлось едва ли не в нос ему тыкнуть королевской грамотой. Сквозь мерцание затухающего факела солдат все же смог разглядеть высшие гербы дома Исивия, и сразу его недовольство сошло на нет. Стражник проворно поднял толстую решетку, а потом и открыл ворота, пожелав напоследок воительнице самого спокойного путешествия.

– Держись крепче! – крикнула Мирэй через плечо Тине и пришпорила вороную. – Если будет страшно, закрой глаза!

Коснувшись хрустального звена на браслете, она тихо скомандовала:

– Полет...

Кобылица вдруг расправила два огромных черных крыла и, не сбавляя галоп, взметнулась вверх. Каждый взмах, каждое движение Тени были подобны мощному рывку. Разгоряченно фыркая и мотая головой, лошадь неслась стрелой над темнеющими полосами лесов, рек и полей.

Тина, поначалу испугавшись и закрыв глаза, намертво вцепилась в Мирэй и прижалась к ее спине всем своим телом. Ветер нещадно трепал волосы и одежду, и она едва ли не задыхалась от этого неистового потока. Все же немного привыкнув к полету, она набралась смелости чуть-чуть приоткрыть глаза.

Первые лучи зари еще не упали на землю, но ночной мрак отступал и рассеивался, приготовляя место для дневного светила. Снизу, словно мчались навстречу всадницам поселки, перелески, луга и пашни.

Эта удивительная картина приворожила взгляд Тины, и она, позабыв о страхе, вертела головой направо и налево, желая ухватить взглядом ускользающую бесконечность земного круга.

Почувствовав нужное время, Мирэй, отпустила повод, вытянула руки вперед, выставила ладони.

– Проход! – проговорила она негромко.

Послушное магии и дару пространство растаяло, словно воск, и Тень ворвалась в освещенный яркими лучами день. Пейзаж сменился резко, неожиданно, отчего Тина снова закрыла глаза и прижалась к спине Мирэй – они парили над лазурной гладью воды, и оранжевое светило, играя бликами на ее поверхности, щедро дарило им свет и тепло.

Вскоре, разрезая ровную линию горизонта, вдали стали проступать скалистые горные уступы. И какое-то время спустя Тина увидела высокие стены замка, отливающие желтыми и розовыми красками от ослепительных лучей здешнего солнца.

Послушная легким движениям хозяйки, Тень сбавила темп, и постепенно спускаясь, приземлилась на усыпанную цветами поляну. Мирэй тронула хрустальное звено на запястье – черные крылья изящно сложились, а потом и вовсе растворились, словно их никогда и не было.

До замка оставалось совсем чуть-чуть, поэтому воительница пустила вороную легкой рысью.

Упоительный аромат цветов дурманил, а шум набегавших на скалы волн, как старинная песня, дарил покой и умиротворение. Казалось, даже лошадь была очарована этими запахами и звуками. Тень сменила рысь на шаг и, прядая ушами, то и дело кивала головой.

– Не-е-ет, мы тут не задержимся, дорогуша, – посмеиваясь, проговорила Мирэй и похлопала влажную от пота широкую шею кобылицы. – Знаю, что тебе здесь нравится, но у нас слишком много дел...

Подъехав к воротам, воительница спешилась, помогла спуститься Тине и постучала в небольшую дверь особым стуком.

– Что это? – с волнением спросила Тина, пока они обе дожидались ответа с той стороны ворот.

– Женская обитель... – ответила Мирэй. – Здесь ты будешь в полной безопасности и сможешь жить столько, сколько захочешь...

Тина понимающе кивнула и принялась поправлять складки на юбке, рукава и манжеты – в общем, все, что, ей казалось сейчас, выглядело неопрятно или небрежно. Мирэй на это лишь улыбнулась, она прекрасно понимала, что чувствует молодая женщина.

За стеной раздался звук открывающегося засова, грохот цепей, а затем и скрип тяжелой двери. И наконец обеим девушкам предстала невысокая, с пышными формами, одетая в простое льняное платье, женщина. Темно-русые пряди ее волос выбивались из-под белой косынки, а лицо озаряла улыбка, подобная ласковым лучикам солнца.

– Мирэ-э-эй... – женщина протянула руки и крепко обняла девушку. – Я так рада тебя видеть! Ты к нам надолго?

– Нет, госпожа Элон, я лишь проездом. Привезла вам еще одну сестру...

Освободившись от объятий, Мирэй чуть развернулась и махнула в сторону Тины.

– О, как я рада всем новеньким сестрам! – с той же лучезарной улыбкой Элон распахнула объятия и для Тины. – Тебе у нас понравится, вот увидишь... – легонечко похлопав ее по спине, проговорила Элон. – Может, хоть на минуточку заглянешь? – попробовала она уговорить воительницу, отпустив из объятий Тину. – Госпожа Норит будет счастлива тебя повидать.

– Нет, к сожалению, даже на минуточку не могу, – Мирэй не скрывала своего искреннего огорчения, – у меня правда очень важное дело. Передай старшей сестре Норит мои самые теплые приветствия...

Элон в ответ лишь глубоко вздохнула, но больше настаивать не стала.

– Подожди-ка, – воительница сделала жест в сторону Тины и залезла рукой в небольшой, привязанный к луке седла мешочек, где обычно хранила кошелек с деньгами.

Пошарив, с недоумением распахнула глаза и достала один, а следом другой кошелек. Один из мешочков был тем самым, в котором Дюрон отдал ей выигранную часть, а второй... Второй был его выигранной частью!

– Дюро-о-он... – протянула Мирэй тихо, – когда ты успел мне подложить свои собственные деньги?.. – Еще секунду девушка растерянно смотрела на кошелек, но, опомнившись, добавила: – Что ж, все они послужат самым добрым целям, поверь... – словно бы обратилась она к самому рыцарю и протянула один из кошельков Тине. – Это тебе. На первое время хватит, пока на ноги не встанешь. А это, – Мирэй протянула второй кошелек Элон, – передай, пожалуйста, старшей сестре Норит...

– Передам, Мирэй, конечно передам... – ответила та голосом, дрогнувшим от волнения и благодарности.

Женщины с трудом распрощались. Тина утирала слезы и раскланивалась перед Мирэй в бесконечном потоке благодарности. Та же, в свою очередь, поджав губы, кивала и, наконец запрыгнув в седло, пришпорила Тень.

Силуэт одинокой всадницы, растворяясь в бирюзе воды, парил над морем и со временем вовсе скрылся от взоров, провожавщих ее женщин.

А вскоре, где-то там, возле самого горизонта, Мирэй открыла переход во вселенную Наги.

Глава 6

Было пасмурно, но не холодно. Редкие порывы ветра колыхали невысокую, пожелтевшую от солнца степную траву. Издалека донесся лай шакала и перемешался с заливистым пением здешних мелких птичек.

Тень, отмахиваясь от насекомых длинным хвостом, ступала грациозно и неспешно, словно задавала такт мыслям воительницы.

«Что ж, теперь следует определиться, с чего начать поиски». – размышляла Мирэй, мерно покачиваясь в седле и устремив взгляд в никуда. – «Если я заявлюсь в королевство Отимануса и стану выспрашивать о колдуне, то могу попасть в лапы этого самого заклинателя. У него наверняка и охрана, и доносчики имеются... А как насчет циклопа? Вряд ли он живет при дворе... Если, к примеру, он не покидал земли циклопов, то должен иметь связь со своим хозяином... Может, конечно, случится и так, что колдун принуждает Зева разорять королевство Исивия, но это маловероятно. Наверняка циклоп и сам не прочь позлодействовать... Тогда решено: первым делом направляемся в земли великанов...»

Подобрав повод, девушка пришпорила вороную и тронула хрустальное звено браслета. Могучие черные крылья, вырвавшись из глянцевых боков Тени, расправились над поверхностью земли, а через мгновение, рассекая воздух, понесли всадницу поверх плотных облаков Наги.

По мере приближения к землям циклопов воздух становился все более влажным, трава – выше, а деревья, непомерно расширяясь в стволах, закидывали мощные кроны прямо в облачный туман.

Мирэй здесь никогда не бывала, лишь читала да слушала рассказы путешественников. Ей было удивительно наблюдать невиданных гигантских животных, которые с трубным ревом медленно шествовали сквозь зеленые джунгли лесов, зубастых хищников, чьи клыки с легкостью перекусят хребет Тени, или похожих на драконов птиц, что сновали вокруг.

Одна из них то ли посчитала наездницу и крылатую лошадь легкой добычей, то ли опасным врагом – кто знает, – но, выпустив когти, она спикировала прямо на голову Мирэй.

Девушка вовремя дернула повод и, прижавшись к шее вороной, увернулась от атаки. Но хищница не собиралась сдаваться. Сделав изящное для ее большого тела сальто, опять перешла к нападению.

«В этих местах беззаботно не погуляешь...» – подумала воительница и пальцами коснулась серебряного звена браслета.

– Броня... – тихо проговорила она.

Послушная приказу магическая сила высвободила бледные, подобные серой дымке всполохи. Они обвили наездницу и ее кобылицу, постепенно, с ног и все выше и выше, облачая обеих в черные блистающие доспехи.

Восьмигранный щит с белоснежным горным пиком в центре герба возник в руках всадницы, а меч, который она уже обнажила сменил серебро металла на черноту неведомой стали.

Голову Мирэй и большую часть лица закрыл такой же черноты шлем с длинным хвостом на венце.

– Вперед, – чуть сжав колени и понуждая Тень ринуться на врага, девушка заслонила бок щитом и приготовилась пустить в ход клинок.

В молниеносном коротком бою у хищницы не было шансов – Мирэй с холодностью опытного воина нанесла ей смертельную рану. Рывок, удар, острое лезвие впилось и тут же отпустило свою жертву, жалобный всхлип – вот и вся битва. Брызгая кровью, птица попробовала набрать высоту, но тщетно. Крупная судорога прошлась по ее телу, и, больше не владея им, хищница камнем устремилась вниз.

На запах свежей крови вдруг стали слетаться другие, подобные ей твари, разрывая несчастную острыми когтями и клювами прямо в воздухе.

– Давай-ка уносить отсюда ноги подобру-поздорову, пока это ненасытное сборище до нас не добралось... – проговорила воительница, тронув повод. – Для обратного пути лучше переход использовать...

Тень взмахнула сильными крылами, взвилась высоко в облака и помчалась дальше, в глубь земель циклопов.

***

Постепенно леса уступили место зеленеющим лугам, и вскоре Мирэй увидела небольшой поселок. Впрочем, подлетев ближе, девушка поняла, что определение «небольшой» едва ли соответствует этому месту.

Сколоченные из массивных бревен избы выстроились в несколько рядов, оставляя меж собой некое подобие улиц.

– Ого! – навскидку прикинув высоту поселковых изб, воскликнула девушка. – Да ведь каждая из них не ниже смотровой башни! Вот это размерчики!..

Приостанавливая Тень, воительница всматривалась в очертания циклопов, издалека казавшиеся силуэтами обычных людей. Но по мере приближения ее охватывал благоговейный страх от их немыслимых размеров – средний из них был раза в три больше всадника на лошади.

Девушка знала, что земли циклопов хоть и занимали большую часть континента, но самих поселений было немного. Народ великанов был велик лишь размерами, но не численностью. Впрочем, даже их малочисленность никто не воспринимал как повод для нападения – у циклопов не было врагов.

– Надеюсь, нам повезет, – проговорила Мирэй, обратившись к Тени, – и долго искать Зева не придется...

Тронув повод, воительница направила вороную к ближайшей избе, что стояла на самой окраине.

Сидя на пеньке во дворе дома и бубня что-то себе под нос, увлеченно мастерил одноглазый великан весьма почтенного возраста.

Седые волосы спадали на его плечи и колыхались от каждого движения. Почесывая такую же седую бороду, он вертел в руках деревянную фигурку, приподнимал вверх, рассматривал и, опустив голову, принимался придавать ей лучшую форму, используя для этого изогнутый металлический инструмент.

Одет он был просто: грубого сукна серая рубаха с закатанными рукавами, заткнутая за широкий кожаный пояс, темные свободные штаны и странного вида обувь – вот и все незатейливое одеяние циклопа.

«Это ж сколько полотна нужно, чтобы одеть такого гиганта?» – промелькнуло в голове девушки, когда, подлетая к циклопу, она оценила его реальные размеры.

Глубоко вздохнув – ведь чтобы подойти близко к этой живой горе, нужно определенное мужество, – Мирэй направила вороную к плечу великана.

– Здравствовать и процветать тебе, уважаемый! – закричала девушка возле уха циклопа.

Тот от удивления повернул голову, и Тень едва не врезалась в мощную челюсть исполина, но смогла вовремя отпрянуть в сторону.

– И тебе... – начал было гигант, но, чуть прищурившись, уставился на нежданных гостей. – Ох ты!.. – удивленно воскликнул он. – Летающая кобыла! Вот так диковинка!..

– Меня зовут Мирэй, – представилась воительница, благоразумно отлетев чуть подальше. – Могу я отвлечь вас от дела и спросить кое о чем?

– Спрашивай, – махнул рукой циклоп.

Он положил свою деревянную заготовку и инструмент на землю и, покряхтывая, занял позу слушателя.

– Меня Прак величают... – проговорил он, ловя глазами движения Тени. – Да не мельтеши ты! Поди ж, не птица безмозглая. Остановись. Вон туда приземлись...

Великан указал на некое подобие деревянной бочки, перевернутой вверх дном, что стояла тут же рядом.

Кобылица вполне уместилась на плоской крышке, теперь, имея возможность спешиться, Мирэй отпустила повод и усевшись на край сооружения, свесив вниз ноги, приготовилась к расспросам.

– Еще раз прошу прощения за то, что отвлекла от дел... – начала с извинений девушка.

– Да что там... – снова махнул рукой в ответ гигант. Вероятно, он любил жестикулировать и почти всякое слово сопровождал коротким или длинным движением руки. – Заезжих гостей в наших краях редко встретишь. А тут вот тебе, пожалуйста, чужеземка... Разговоров теперь в поселке будет до самой зимы...

Мирэй улыбнулась, представив, как великаны, сбившись в кружок, бурно размахивая руками, обсуждают ее короткое посещение деревни.

– Я ищу циклопа по имени Зев. Слышали о таком? – спросила она, стараясь говорить как можно громче.

Прак сдвинул брови и помрачнел. Почесав седую бороду и секунду помедлив, ответил:

– Слыхал... Кто ж о нем не знает...

Шумно вздохнув, он поднялся, прошелся туда-сюда, сцепив за спиной пальцы, вздохнул еще раз, махнул в сердцах рукой и сел на прежнее место.

Мирэй молча наблюдала за исполином, пытаясь угадать, какие чувства сейчас его одолевают.

– Болван, коих свет еще не видовал... – наконец продолжил Прак. – Где ни появится, всюду горе несет... Связался однажды с колдуном по имени Генеш и принялся буйствовать и безумствовать. Бед наделал немало... Людей стал убивать, города их разорять, да и нашим поселкам досталось от него... Пытались вразумить его сородичи, да напрасно. Возомнил себя великим и непобедимым владыкой миров... Из-за таких вот уродцев нами потом детишек малых пугают... – всплеснув руками, гигант от души ругнулся. – А ведь мы с людьми торгуем, дела всякие ведем... – покачав с сожалением головой, продолжил он. – Думали старейшины поселений, думали, да и решили выгнать Зева с наших земель, хоть позор этот все равно и на наших головах лежит...

«А ведь циклопы вовсе не глупы, как принято их рисовать в людских небылицах, – подумала девушка, стараясь не упустить ни слова из монолога Прака. – Вот так, человеческая безграмотность и страхи рисуют глупые домыслы, а порой и откровенную ложь...»

– И где сейчас может быть Зев? – спросила она, прервав возникшую паузу.

– В пещерах. На западных склонах Рокотовых гор, – от очередного тяжелого вздоха великана, волосы Мирэй и грива Тени взметнулись вверх. – А тебе он зачем сдался, человеческая женщина по имени Мирэй?

– Король Исивий требует справедливости и смерти Зева за причиненный его стране ущерб, – ответила воительница, не сводя с циклопа взгляда.

– Да-а-а... – потупив единственный глаз, ответил тот, – справедливость должна восторжествовать... Король требует возмездия, и это законно... Но ты зачем здесь? – снова переспросил Прак, взглянув на Мирэй. – Неужели сама хочешь найти Зева?

– И не только найти... – ответила с легкой усмешкой девушка, – но и исполнить желание короля.

– Это ты-то?.. – от удивления циклоп ошарашенно вытаращил глаз и приоткрыл рот, – Слыхал я, что против Зева выходили рыцари и даже целые отряды. И никто его одолеть так и не смог. А ты... девчонка ведь совсем... Жалко будет, если погибнешь ни за что.

– Не суди по моему виду, – улыбнувшись и поднимаясь на ноги, ответила Мирэй, – я не просто воительница, а охотница за головами. И, поверь, Зев не первый, кого я преследую.

Девушка запрыгнула в седло и взяла повод.

– Чем хочешь, чтобы я отблагодарила, уважаемый Прак, за твое время, потраченное на разговор?

– Отблагодарила? – циклоп вскинул бровь. – Чем же ты меня можешь отблагодарить, маленькая человеческая женщина? – гигант задумался на мгновение, почесав белесую бороду, и продолжил: – Если принесешь весть о том, что позор Зева снят с наших голов, это и будет твоей благодарностью.

– Хорошо, уважаемый Прак, выполню твое пожелание, – улыбнулась Мирэй и, тронув хрустальное звено на браслете, направила Тень к западным склонам Рокотовых гор.

Глава 7

Вороной пришлось немного покружить над скалистыми выступами и макушками деревьев, прежде чем девушка приметила тропинку, протоптанную циклопом к своему убежищу.

В расщелине, среди зарослей могучих деревьев, Зев устроил себе одинокое пристанище. На поляне слегка дымили черные угли потухшего костра, а вертел, на котором еще были остатки жареной дичи, облепили мухи. Кости от прежних обедов великан не удосуживался закапывать или отнести подальше – они валялись здесь же неподалеку вместе с прочими остатками еды и старыми мехами из-под вина.

Подлетев ближе, Мирэй брезгливо поморщилась, когда в нос ударили тошнотворные запахи.

«Это же надо, – подумала воительница, – Прак и Зев – два представителя одной и той же расы, а какая разница! Вот уж действительно: не суди по одному...»