Прыжок в 1941

— Сейчас мы будем проходить кабинет следователя, так что ни в коем случае не открывай дверь и не заглядывай внутрь. Такое любопытство может окончиться плачевно. А впереди нас ждет небольшой сюрприз в виде часового, но тут нужно действовать быстро и решительно. Положись на меня, а я решу этот вопрос. Тебе нужно только страховать меня от возможного появления другого сотрудника НКВД. Не церемонься и сразу же «вырубай» его сильным ударом в голову иначе придется объясняться уже в кабинете следователя, — рассказывал Илья.

— А часовой вооружен?

— Конечно, все сотрудники НКВД вооружены табельным оружием поэтому вступать с ними в противоборство очень опасно.

Миновав деревянную дверь, которая отделяла один коридор от другого, мужчины вступили в опасную зону. По правой стороне стены виднелась одинокая дверь, про которую рассказывал Востриков. Оттуда слышались дикие крики словно кого-то из несчастных пытали раскаленным железом. Как только Илья на шаг прошел вперед, Захар, не справившись с соблазном чуть приоткрыл дверь. Его глазам предстала ужасающая своей реалистичностью картина допросной. На табурете сидел мужчина в военной форме без ремня и клевал головой. Кровавые сгустки крови медленно падали на бетонный пол. Рядом с ним стоял высокого роста мужчина в солдатской гимнастерке и засученными по локоть рукавами. Шутливо играя большой деревянной кувалдой, он с интересом смотрел на арестованного. У стены располагался стол с зеленым сукном, за которым в расслабленной позе силе офицер. Характерная эмблема на рукаве гимнастерки явно указывала на сотрудника госбезопасности. Заметив движение возле двери, он привстал со стула и громко закричал:

— Кто там мешает допросу?

При этом солдат повернулся и с грозным видом двинулся к выходу. Ужас отразился в глазах Самойлова. Хлопнув дверью, он сорвался с места и побежал быстрее лани вперед по тоннелю. Вслед за ним устремился Востриков, кляня приятеля последними словами. Внезапно перед Захаром появился часовой, который возник словно ниоткуда. Раскинув руки в стороны, он как вратарь в воротах пытался задержать бежавшего мужчину. Ловко увернувшись, Захар продолжил свой бег на ходу выкинув вверх правую руку с вытянутым средним пальцем. Данный жест был непонятен часовому в отличии от бегунка. Резко развернувшись на месте, часовой хотел схватить второго мужчину. Но тут его ожидал неприятный сюрприз. Не останавливаясь, а пронося руку вперед, мужчина ударил часового длинным нокаутирующим ударом. Упав на бетонный пол, солдат ощутил, как внезапно погружается в тяжелый и болезненный сон.

Вырвавшись на улицу, путешественники во времени как по команде остановились на месте. Несомненно, это был не 1937 год, о чем явственно свидетельствовали многочисленные вооруженные патрули. Мужчины и женщины ходили по улице не разговаривая друг с другом. На лицах граждан присутствовало одно и тоже выражение крайней озабоченности. А еще на домах отсутствовали красные флаги.

— Нет, это не 1937 год! — авторитетно заявил Востриков, осматриваясь по сторонам.

— А какой? — с глупым видом спросил Захар.

— Я предполагаю, что уже началась война, а какой год скоро узнаем!

Намереваясь подойти к газетному киоску, чтобы узнать из прессы какой сейчас год, Илья внезапно остановился. Заметив двух мужчин которые выбежали из подвального помещения, ближайший патруль тут же направился к ним.