Между Пламенем и Тьмой. Книга 1. Академия Пограничья

Глава 6

Я не помню, как мы поднимались к себе в спальню. Чисто на автомате я переставляла ноги по ступеням, держа спину мужа в качестве ориентира. В себя пришла только, когда за мной захлопнулась дверь. Дэн в сердцах сбросил учебники на стол возле окна. Несколько штук упали на пол, жалобно зашелестев страницами и раскинув обложки, словно раненые птицы крылья.

– Довольна? – он процедил сквозь зубы. – Добилась своего?

– Чего я добилась? – ответила супругу с каким-то ватным безразличием. Сейчас меня почти не трогали его упреки и претензии.

– А того! – Денис навис надо мной всей своей массивной тушей.

Он возвышался надо мной почти на полголовы и был весьма мощен, хоть и недостаточно красив телом. Однако нечто, похожее на страх и опаску перед сильным рассерженным мужчиной, я все же испытала. Хоть и была в несколько заторможенном состоянии.

– Того, что мы застряли здесь! – супруг продолжал сыпать обвинениями. – Неизвестно, насколько! Детей отобрали…

– Их не отбирали, а отправили в безопасное… – я слабо попыталась возражать, но Денис не дал мне договорить:

– Ты сама понимаешь, что ты говоришь? Ты ему веришь? Этому странному типу с крыльями. Ты что, запала на него? – спросил со злым прищуром.

– Я не… – попыталась оправдываться, но тут же предательски покраснела до самых корней волос.

– Ну, конечно, – Дэн скривился, отошел к раковине и принялся умываться – с шумом, брызгами, фыркая и отдуваясь. – Детей от себя отослала, а сама крутит роман с чужим мужиком.

– Я не… – на сей раз, я поперхнулась от возмущения. – Ты что такое говоришь, Диня?!!

– Диня-Диня, – супруг передразнил мою манеру обращения к нему. – Что вижу, то и говорю, – закончив свой нехитрый туалет, Денис плюхнулся на одну из кроватей. Отвернулся к стене, и спустя уже пару минут до меня донеслось его тяжелое сопение, а после храп.

Я тоже умылась, вытерлась мокрым после супруга полотенцем и, раздевшись донага, залезла под одеяло на второй кровати. Денис славился умением очень быстро засыпать в любой ситуации, а вот я, несмотря на то, что была чертовски измотана физически и морально, заснуть не могла. Кровать была удобной, чистое белье приятно шуршало при каждом движении, но сон не шел. Я лежала в темноте, пытаясь осознать то, что у меня отобрали детей. Да, Тарлан говорил обратное, но все же слова Дениса упали на подготовленную почву. Я скучала по мальчишкам и страшно беспокоилась о них. При воспоминании о веснушках на носу Егорки, о его искреннем заливистом смехе, об уставшем снисхождении в глазах сына-подростка, которым он встречал каждое мое нравоучение, на мои глаза снова навернулись слезы. Ну, как я без них? И что мне теперь вообще делать? Куда идти завтра? В котором часу?

Я подскочила с кровати и, размазывая слезы по лицу, принялась шарить по столу в поисках расписания. В комнате было темно, включать свет и будить супруга мне не хотелось, поэтому расписания я не нашла, и в еще более расстроенных чувствах вползла обратно на кровать. Натянула одеяло до самого подбородка. В голове по кругу вертелись одни и те же тревожные мысли – о детях, о призрачной возможности все исправить, о несправедливых обвинениях Дениса… Таких уж несправедливых? Нет, в гибели нашего мира или в странном поведении обитателей этого я точно не была виновата, а вот насчет Тарлана…

Даже воспоминания об этом мужчине заставили мои щеки вспыхнуть. Я чувствовала жар, опаляющий лицо, жар, стекающий по телу вниз, на грудь и живот. Мне было одновременно неловко и очень волнительно, словно кто-то мог подглядеть за мной сейчас, мог подслушать мои мысли. Я прислушалась к ровному посапыванию мужа – он крепко спал. Стараясь не шуршать чистыми простынями, я тихонько провела рукой по своему телу, немного раздвинула ноги…

Это поможет мне немного успокоиться и уснуть. К тому же после незаконченной близости с супругом гормоны все еще гуляли по крови и требовали разрядки. Хотя бы такой, хотя бы рукой…

Я прикрыла глаза, осторожно скользнула пальчиком в промежность, раздвигая складочки. Там было на удивление влажно, и мое естество неожиданно ярко отозвалось на это легкое касание. По внутренней стороне бедер пробежали мурашки, низ живота напрягся в сладком предвкушении. Мне и раньше приходилось снимать сексуальное напряжение самостоятельно – Денис не был чутким любовником, ему в целом, было без разницы, кончила партнерша или нет. Завести мужчину на стороне я не решилась, да и не было никого на примете, но еще молодой здоровый организм периодически требовал свое…

Я принялась осторожно ласкать себя, стараясь сохранять дыхание ровным, чтобы не выдать своего порочного занятия. Хотя кто мог бы меня подслушать? Денис спал, его из пушки сейчас не разбудить. А Тарлан…

Я ничего не могла с собой поделать. Я думала об этом мужчине, и чем быстрее двигался мой палец, тем горячее становились эти мысли. Вспоминала момент нашей первой встречи, его гордую осанку, широкие плечи, красивое правильное лицо… Такое знакомое лицо. Казалось, что раньше он каждую ночь приходил ко мне во сне. Но каждый раз, просыпаясь, я забывала этот сон, сохраняя лишь крохи утреннего видения перед самым пробуждением.

И вот сейчас в моем воображении он смотрел на меня, глаза его пылали – от внутреннего огня, от вожделения. Вот, перед моим внутренним взором он оказался без одежды. Литые мышцы, словно у античной статуи, могучая грудь, крепкий живот, а ниже…

Стоило лишь мне представить, что там у Тарлана «ниже», как мою промежность свело сладким спазмом, внутри живота несколько раз сжался трепещущий узел, а затем блаженно расслабился. Я стиснула зубы, стараясь не стонать и утишить сбившееся дыхание. В тот же миг на меня накатила теплая истома, я расслабленно вытянулась и перевернулась на бок, собираясь заснуть.

И вот уже долгожданная дремота закачала меня на своих волнах, когда стены комнаты вдруг содрогнулись от утробного рева, полного боли и ярости.

***

Я подскочила, словно ужаленная, испуганно озираясь и кутаясь в одеяло. Рядом на кровати сонно заворочался Дэн.

– Кто здесь? – спросонок промычал супруг.

Жуткий рев больше не повторялся, но у меня сложилось ощущение, что он стал сигналом для начала чего-то странного. Нет, в коридоре не было слышно топота ног или возни, но из-за стены потекла какая-то глубокая нутряная вибрация, от которой противно задрожало все внутри и зазвенело в голове. Я встала, торопливо натянула на себя одежду и направилась к двери.

– Ленка, ты куда? – Денис так до конца и не проснулся. Глянул на меня краем заспанного глаза, поворочался и тут же снова захрапел.

– В туалет, – ответила первое, что пришло в голову, и выскользнула за дверь.

В коридоре снова было безлюдно, но при этом я чувствовала висевшее в воздухе напряжение, тревожное ожидание чего-то опасного. Приблизилась в противоположной стене, положила на нее ладони. Под моими руками камень чуть заметно вибрировал – противно и пугающе.

За стеной что-то происходило.

Я отшатнулась и принялась вертеть головой, в поисках того, кто или хотя бы что могло бы мне объяснить происходящее. Взгляд мой упал на каркасную лесенку, стоявшую на выходе из коридора. И ноги сами понесли меня к ней. Тарлан сказал, что эта лестница ведет на крышу. С крыши наверняка все будет лучше видно. Я решительно взялась рукой за перекладины, даже не подумав, что чердачный люк может быть заперт.

И он оказался заперт.

Я с досадой постучала по нему ладошкой, даже поднажала плечом, но дверца не поддавалась. Со вздохом положила руку на створку – она тоже вибрировала, за этой дверцей было что-то. Что-то там происходило снаружи, что-то особенное. И мне во что бы то ни стало нужно было узнать, что именно. Почему-то в тот момент это показалось очень важным. Я еще раз толкнула люк рукой, надавила, чувствуя, как вибрация с него переходит на мою ладонь и дальше – на запястье, на предплечье. Вот уже я ощущаю ее плечом и грудью, и вот – дверца неожиданно легко поддалась и распахнулась. Путь наверх был свободен.

В открытый лаз пахнуло сухим горячим воздухом, и этот поток принес с собой запах. Знакомый до боли запах, который я была бы счастлива забыть. Запах гари и горечи.

Снаружи что-то горело.

Легко подтянувшись на руках и даже не удивившись этой легкости, я выглянула наружу. Стояла ночь или, быть может, поздний вечер, и могло бы быть темно, но все пространство вокруг озарялось пламенными сполохами. Я застыла на мгновение, пораженная ужасом открывшейся мне картины.

Со стороны, противоположной той, куда выходили окна нашей комнаты, полыхало зарево пожара. Огонь горел на удалении, но вздымался, казалось, до самого неба, расцвечивая его желто-оранжевыми искрами. Я чувствовала жар, струящийся от пламени, но кроме жара было что-то еще, что-то, что я чувствовала не кожей, а каким-то неведомым глубинным чутьем. Оно отзывалось внутри подобно тому, как отозвалась во мне вибрация чердачной дверцы. Это очень пугало, но одновременно вызывало чувство дикого восторга, почти безумного, иррационального. Наверно, именно с таким чувством обреченный человек смотрит на несущуюся на него смертоносную снежную лавину, не имея возможности убежать. Или с безнадежным спокойствием любуется волной цунами, которая вот-вот накроет его с головой.

Завороженная этим убийственно-прекрасным зрелищем, я не сразу заметила, что внизу, с той стороны здания, что выходила на сторону пожара, толпились люди. Вернее, не только люди, но и все остальные обитатели этой странной Академии. Снаружи дом по-прежнему имел всего лишь три этажа высоты, и я без проблем могла видеть происходящее. В толпе я увидела и Нарда, и Мако. Они опасливо жались к стене, стараясь не приближаться к краю скалистого карниза, обрывающегося в неведомую бездну, со дна которой поднимались исполинские языки пламени.

Особнячком держалась группа крепких мужчин в пугающих мощных доспехах. Я пригляделась и с замиранием сердца узнала в их рядах Тарлана. Он единственный был с непокрытой головой, без шлема, волосы его развевались на горячем ветру. Крылатый раздавал какие-то приказы, но за ревом пламени и, в большей степени, из-за звона в ушах я не могла разобрать его слов. Только короткие гортанные звуки. Мне даже показалось, что мой спаситель говорил на каком-то незнакомом языке.

Сначала я хотела привлечь его внимание, но потом решила, что глупо отвлекать командира от его важного занятия. Не может же он «возиться» со мной, когда вокруг творится такое. И потому я просто смотрела, закусив губу, на сияющее зарево, на суету внизу, на Тарлана. Он двигался быстро и уверенно и вообще выглядел очень спокойным, словно и не было полыхающего рядом с домом пожара.

Вот, все доспешные воины за исключением Тарлана выстроились вдоль карниза в цепочку. Они подняли руки вверх, и на их ладонях вспыхнули огоньки, словно каждый держал в руке по фонарику. В следующее мгновение эти огоньки соединились друг с другом сияющей ниточкой, а от ниточки вниз опустилась полупрозрачная колыхающаяся завеса, словно сделанная из светящегося дыма, отделив карниз со стоящими на нем людьми от жара пламени.

Сам командир взмахнул крыльями и, легко подпрыгнув, оказался в воздухе почти на одном уровне со мной. Он меня не видел, увлеченный пожаром, а вот я во все глаза следила за его полетом. Это было невероятное зрелище! Летающий человек. При каждом плавном мощном взмахе я чувствовала силу, струящуюся с его крыльев.

Тарлан поднял руки, и на его ладонях тоже вспыхнули огни – больше и ярче, чем у других воинов. И от этих огней потянулись ниточки в сторону остальных. А в следующий миг из сАмого пламени, раздвигая огромными крыльями его языки, вынырнуло два самых невероятных создания, которых мне когда-либо приходилось видеть. Огромные, крылатые, с длинными шеями, с тяжелыми рогатыми головами, с хлесткими хвостами… Изрыгающие огонь из зубастых пастей…

Драконы…

Я чувствовала невероятную силу и мощь этих тварей, я смотрела на них, распахнув глаза, дыхание перехватывало от страха и восторга, пальцы онемели и отказывались повиноваться… И в следующий миг я начала скользить по черепице вниз.

Я перевернулась на живот, пытаясь ухватиться за скользкие чешуйки, но они посыпались с кровли следом за мной. Я уже не видела, что происходило за моей спиной, только услышала тот самый гортанный рев, который разбудил меня и вынудил залезть на крышу.

А секунду спустя я сорвалась с края крыши и полетела вниз, прямо на карниз с высоты колдовского третьего этажа.

***

Мой полет прервался неожиданно быстро. Я приземлилась в чьи-то руки и, услышав над головой успокаивающее шуршание крыльев, размечталась о том, чтобы моим спасителем снова стал Тарлан.

Голову все больше затягивало густым липким дурманом, словно я выпила лишка на празднике. Уже в полудреме я обняла спасителя за шею, потянулась ближе к нему, пытаясь сфокусировать взгляд на его лице.

– Тарлан… – пробормотала заплетающимся языком.

– Верь мне, – раздалось над самым ухом, шею овеяло теплым дыханием.

– Тарлан, это ты… – я все больше теряла связь с реальностью.

– Спи уже, чудо мое, – кажется, он ответил что-то подобное, а в следующий момент я отключилась…

…Сон мой был крепким и спокойным. Так сладко и беззаботно я не спала, наверное, с самого детства. Вот только наутро я ожидаемо проспала все, что можно было проспать, начиная с завтрака.

– Ленка, вставай, мы проспали!

Я подскочила на кровати, едва понимая, что происходит, где я, как я вообще здесь оказалась, и что именно я проспала. Сладко потянулась, но в тот же момент прямо мне в лицо прилетели мои штаны, брошенные в меня Дэном. Оказывается, спала я вовсе без одежды. Я недоуменно провела руками по телу, пытаясь вспомнить вчерашний вечер. Нет, это определенно был не сон. И пожар, и драконы, и спасший меня от падения Тарлан. И кто же тогда меня раздел перед сном?..

От этих мыслей мои щеки снова вспыхнули, но из стыдливых фантазий меня выдернул очередной окрик мужа:

– Хватит тянуться! Пошли быстрее!

– Куда? Зачем? – я машинально принялась натягивать на себя брюки.

– На завтрак! – Дэн вытаращился на меня с таким видом, как будто я предложила ему прогулять дело всей его жизни. – Этот твой крылатый уже заглядывал, сказал, что мы проспали, и завтрак скоро закончится. Ты идешь?

Денис в последний раз бросил на меня раздраженный взгляд и выскочил за дверь.

– Иду я, иду, – спросонок я с трудом попадала ногами в штанины. А еще ведь надо было умыться и хоть немного привести себя в порядок. И в душ бы неплохо сходить. Где он тут кстати? Берта сказала, что где-то на этаже…

Второпях похватав учебники, я выползла из комнаты следом за Денисом. В коридоре было беспокойно, но ничто не напоминало о вчерашнем вечернем инциденте. Студенты суетились, но как-то безобидно и буднично. Ни тебе тревожных взглядов, ни испуганных шепотков по углам. Как будто ничего такого и не произошло.

На выходе из столовой была толчея. Дэн, умело работая локтями, пропихнулся внутрь, а я лишь только с тоской взглянула на опустевшую раздачу. Вздохнула, понимая, что придется начинать день натощак.

За моей спиной раздался знакомый шорох, а на плечо легла теплая рука. Но стоило мне обернуться, как Тарлан сразу же руку убрал, встретив меня дружелюбной улыбкой:

– Ты проспала завтрак.

На нем больше не было тех пугающих доспехов, в которые он был одет накануне, только простая темная рубашка.

– Ага, – я вздохнула и отвела глаза. Щеки опять залил предательский румянец. Вчера я, кажется, сделала глупость, нарушив запрет Тарлана, и теперь мне было неловко перед ним. Особенно учитывая тот факт, что проснулась я голой.

Почувствовав мое смущение, крылатый усмехнулся:

– Идем.

И тут же направился прочь.

– Куда? – я только оторопело захлопала глазами, но уже шла следом за ним. – А как же завтрак? И уроки?

– Завтрак ты все равно уже пропустила, – Тарлан ответил, не оборачиваясь, – а первым уроком у вас магическая практика, к которой у тебя пока нет допуска. Так что немного времени у тебя есть.

– На что? – я поравнялась с крылатым, но у него был на редкость широкий шаг, и мне приходилось чуть ли ни бежать, чтобы не отстать от него.

– Сколько вопросов, – он снисходительно скривил губы. – Это хорошо. На учебе нужно задавать вопросы. И я даже на некоторые из них сейчас отвечу.

Тарлан привел меня в небольшую комнатку, которую в первый момент я приняла за кладовку – так там было тесно и темно. Но затем крылатый раздвинул шторы, в помещение хлынул дневной свет, и я увидела, что каморка была на самом деле рабочим кабинетом. Компактный стол, большое количество книг на полках.

– Добро пожаловать в мой кабинет, – крылатый усмехнулся, как мне показалось, с грустинкой.

Я сконфуженно кивнула, и тут же, не успев остановиться, выпалила:

– Прости…те меня за вчерашнее, мне так неловко, – я не знала, куда девать глаза и потому делала вид, что разглядываю стоявшие на стеллажах книги.

Усмешка Тарлана стала озорной. Опершись поясницей о письменный стол, он сложил руки на груди и посмотрел на меня. В глазах его плясали бесенята:

– Я мог бы догадаться, что любопытство пересилит в тебе осторожность.

– Я почувствовала что-то… странное, – я принялась оправдываться, но Тарлан остановил меня движением ладони:

– Не оправдывайся. Никогда и ни перед кем. Даже передо мной.

– Даже… перед тобой? – проговорила полувопросительно, вскинув брови. Подобная самонадеянная формулировка вызывала еще больше вопросов.

– Даже-даже, – Тарлан снова усмехнулся. – Прости, но я вижу тебя насквозь. Ничего не могу с собой поделать. Такова наша… хм… то есть моя природа.

– Ты, то есть вы, – я смущалась, слова подбирались с трудом, – сказал, что вы мой ангел-хранитель. Это действительно так?

Я хмурилась, глядя на мужчину, словно его ответ мог причинить боль. А он просто кивнул, не сводя с меня пристального взгляда.

– Я думала, что это все просто сказки для тех людей, которым в жизни не хватает поддержки, – я продолжала хмуриться, исподволь поглядывая на крылатого.

– Нет, – он покачал головой, – как видишь, не сказки. Я сам вызвался на эту… хм… должность.

– Правда, а почему? – я недоуменно вскинула брови. Несмотря на обещанные ответы, от этого разговора у меня только становилось еще больше вопросов.

– Есть причины, – Тарлан ответил уклончиво и отвернулся от меня. Кивнул на свой стол. – Со временем ты в них разберешься. А сейчас иди лучше посмотри, что я для тебя раздобыл.

Я приблизилась, осторожно выглядывая из-за спины Тарлана. От него веяло теплом и пахло чем-то очень знакомым, вкусным и уютным. Я непроизвольно принюхалась, слишком поздно сообразив, что подобный жест может выглядеть неприлично. Крылатый, однако, сделал вид, что не заметил моего интереса.

На столе, на подставке, лежал прозрачный шар размером с небольшую дыню.

– Что это?

Шар выглядел обыкновенным, но мне казалось, я слышу едва различимое тихое зудение, исходящее от него. Словно от стайки надоедливых комаров.

– Это зрячий камень. Он умеет вот что, – Тарлан с улыбкой покосился на меня через плечо, коротко махнул над шаром рукой, и его толща затуманилась.

Я только охнула от неожиданности. Так это было похоже на фокус. Но происходящее не было фокусом, уж в этом мне удалось убедиться.

Крылатый проговорил:

– Во сне ты плакала, звала детей. Мне показалось, что ты захочешь их увидеть.

В этот момент поверхность камня прояснилась, и на ней, словно на экране, чуть выпуклом и слегка искажающем картинку, показались Максим и Егор.

– Макс! Егорка! – разом позабыв обо всем, я прильнула к шару.

– Связь двусторонняя, – Тарлан с пониманием кивнул и отступил на шаг в сторону.

Глава 7

– Привет, мам! – старший просто показал мне ладонь, а младший быстро-быстро замахал ладошкой, растягивая губы в счастливой улыбке.

– Здравствуйте, мои хорошие! Как у вас дела? Как добрались? Как кормят? – я принялась тараторить вопросы, но Максим недовольно скривился. Точно так же, как он обычно делал, когда я начинала сверх меры опекать моего уже почти взрослого сына:

– Все у нас хорошо, правда. Все-все хорошо.

– Здесь круто! – Егор показал большой палец. – Мне все нравится.

– Мам, ну-ка не реви. Как девчонка, право слово, – старший строго цыкнул на меня, и я только заметила, что плачу. Поспешно вытерла лицо:

– Да, это я так, просто… Рада, что у вас все хорошо. Я скучаю. И папа тоже, – добавила после короткой паузы.

– Ладно, мы пошли, у нас урок уже. Пока, – Макс снова показал мне ладонь и скрылся из поля зрения.

Егорка, наоборот, приблизил лицо к камню:

– Я тебя люблю, – на шаре отпечатались детские губы – мальчишка поцеловал колдовской артефакт.

И убежал. Какое-то время я растерянно смотрела на зрячий камень. Потом обернулась на крылатого. Губы его шевельнулись, но я не услышала ни звука. Словно спохватившись, он встрепенулся и улыбнулся мне, дружелюбно, но как-то натянуто:

– Поговорили немного? Видишь, у них все хорошо.

– Да, большое спасибо, – я продолжала вытирать влажные глаза. – Жалко, Денис их не видел.

Тарлан только шевельнул крылатым плечом и ничего на это не сказал. Взял с полки тряпицу и небрежно накинул ее на зрячий камень.

– А теперь у нас есть немного времени на твои вопросы, – он пытался держать на губах улыбку, но почему-то она показалась мне неискренней.

И я замешкалась, пытаясь привести в порядок скачущие мысли. Тарлан усмехнулся, глядя на мою оторопь:

– У тебя их было так много, а теперь все разбежались? – он улыбнулся очень тепло и слегка покровительственно, словно учитель любимой ученице или даже – отец дочери. От подобной улыбки я смутилась еще сильнее:

– Эмоции просто, столько всего…

– Понимаю, – Тарлан кивнул. – Тогда пока ты собираешь в кучку свои мысли, говорить буду я.

Он замолчал, словно ему тоже необходимо было собраться с мыслями. А потом достал из-под рубашки висевшее на шее украшение и резким движением сорвал его с себя. Я только поморщилась, представив, как больно веревка резанула ему кожу, но Тарлан даже бровью не повел. Он шагнул ко мне:

– Дай руку, – проговорил чуть охрипшим голосом.

Машинально я выставила вперед правую руку, но крылатый лишь смущенно хмыкнул, увидев кольцо на моем безымянном пальце.

– Дай другую, – проговорил неожиданно жестко, и я послушно вытянула левую.

А мужчина надел мне на безымянный палец кольцо. От неожиданности я выдернула руку из его пальцев. Покосилась на украшение:

– Зачем это? Спасибо, но…

Кольцо выглядело дорогим. Немного массивное, но при этом очень тонкой работы. Оно изображало дракона, обхватившего палец лапами и хвостом, а крылья его были усыпаны небольшими перламутровыми камешками.

– Очень красивое, – я невольно залюбовалась. – Только мне неудобно принимать такие дорогие подарки…

– Это не подарок, это оберег, – Тарлан чуть порхнул крыльями, и я вздрогнула от резкого движения.

Вопросительно покосилась на собеседника. Тот усмехнулся в ответ, кивнул на кольцо:

– Это средство маскировки и связи, два в одном. Если тебе будет что-то угрожать, – крылатый стал очень серьезен, – или что-то понадобится, ты всегда сможешь связаться со мной при помощи этого кольца. Я услышу тебя, где бы ни находился.

– Я думала, что ты… то есть вы и так меня… слышите, – последнее слово я проговорила очень тихо, невольно вспомнив последние мгновения в родном мире.

– Увы, но нет. Порой я бываю в таких местах, до которых так просто не дозваться. К тому же по правилам Пограничья доступ к мыслям подопечного допускается только для хранителя, наставника или… для пары.