Между льдом и пламенем 3, или Как выбрать мужа
- Не знаю, обычно я не спрашиваю заказчиков о причинах. - Давид махнул рукой и характерным жестом откинул лезущую в глаза челку назад. Его тяжелый взгляд уперся в нас с близнецом. Я неуютно поежился, снова вспоминая свою бурную юность, которая была буквально пронизана такими взглядами, не сулящими ничего хорошего ни мне, ни Корнелию.
Брат подозрительно прищурился, зачем-то начав разглядывать нашего наставника еще более пристально. На белых ресницах возникли новые кристаллы льда. Интересно, что он там увидел? На всякий случай я тоже начал вглядываться в стоящего напротив нас мужчину. Есть какие-то подозрения в отношении него?
- А стоило бы, - все же не удержался Корнелий, нетерпеливо раздувая ноздри. Его, в отличие от меня, эти взгляды совершенно не пронимали. Он и сам мог глянуть так, что плохо становилось всем окружающим, включая меня.
Наставник смерил его красноречивым взглядом. Брат сделал вид, что устыдился, поджал губы, но не прекратил его как-то странно разглядывать, словно знал нечто неведомое мне.
Давид с самого детства занимался со мной и братом магией, постепенно раскрывая наш потенциал и заставляя наши магии сплетаться воедино. Именно благодаря ему мы теперь можем спокойно сливаться со своими стихиями и пользоваться ими даже в самых экстремальных условиях. Конечно, до магов ледяной пустоши нам еще далеко, но все же полностью свою магию мы там не потеряли.
Кстати, как выяснилось, защиту на Меланию тоже ставил он. И если знать уровень магии этого человека, то можно с уверенностью утверждать - нашей невесте практически ничего не грозит. По крайней мере, убить ее ни ядом, ни каким-либо другим способом по сути нереально. Единственное - вполне можно покалечить. Как объяснил Давид, защитное плетение для нее разрабатывалось индивидуально по пожеланиям ее отца, который хотел, чтобы девушка все же ощущала на себе последствия проводимых ей экспериментов, но не могла погибнуть.
Узнав, что ее защита не идеальна, мы с близнецом переглянулись - как закончится все это и она снова будет в безопасности, поставим на нее самую совершенную защиту! Пусть лучше дом сносит, но останется цела и невредима!
На самом деле, после заверений Давида в том, что нашей невесте ничего серьезного не грозит, стало несколько легче, но все же она в плену уже давно, ей можно причинить боль, ранить... Впрочем, даже Давид не ручался, что девушка выживет после смертельного ранения, то есть магия ее защитит, на некоторое время замедлит все процессы в организме, даст возможность помощи подоспеть. Однако если эта помощь все же запоздает, то магия защиты может иссякнуть и даже Давид не гарантирует ее безопасности в таком случае.
Я нервно передернулся, представив себе раненую Меланию, отчаянно ждущую от нас хоть какой-то помощи. А мы тут... решить все никак не можем, с левой стороны родового гнезда графа Олдберга подходить или с правой.
- Так, это все, конечно, замечательно. - Я встал со своего места, уже не прислушиваясь к тихому разговору о том, как можно прорвать эту защиту. - Однако прошло уже более шести часов, а мы так и не приблизились к спасению, поэтому либо вы прямо сейчас предлагаете что-то дельное, либо мы идем так и будем импровизировать.
Корнелий встал вслед за мной, демонстрируя готовность следовать моему плану. Давид неодобрительно покачал головой, а вот Алистер, отец, которым он для нас всегда являлся, наоборот, одобрительно кивнул.
- Я пойду с вами. - Папа подошел поближе, явно показывая свое намерение поддерживать нас, что бы ни случилось. - Мелания хорошая девушка, и счастье моих сыновей для меня важнее разработки стратегии, которую, как оказалось, и вовсе невозможно разработать.
Император неодобрительно сверкнул взглядом, но тоже встал со своего места за столом.
- Я тоже пойду, еще не хватало потерять и всех остальных в этой войне. Нитрилла и без того слишком сильно наследила в нашей империи. - В его взгляде на мгновение сверкнуло неподдельное беспокойство за нас и брата, но оно быстро снова преобразовалось в привычную придворную маску, без которой, казалось, он жить не может.
Я пожал плечами. Если хотят, пусть идут - помощь нам лишней не будет.
- Мы тоже идем. - Ректор и целитель, а теперь, как оказалось, дядюшка Фаллар, до этого тихо сидевшие в дальнем углу кабинета и практически не участвовавшие в общем обсуждении, встали вслед за нами.
- Я обещал Нитриэль заботиться о своих племянниках. - На лице целителя отразилась легкая печаль, практически сразу сменившаяся теплой улыбкой, адресованной нам с братом. - Я сдержу обещание.
Я еле сдержал грязное ругательство, рвущееся с языка при этих словах. Родственничек, тоже мне... Где он был двадцать семь лет? Но усилием воли и под красноречивым, практически убийственным взглядом брата все же промолчал. Будет еще время и место для выяснения отношений - сейчас надо думать только о том, как спасти Меланию из плена.
Я развернулся на каблуках, резким рывком вылетел прочь из душного кабинета императора и направился по светлым коридорам дворца в конюшню. Вся наша группа последовала за мной, пугая проходящую мимо прислугу решительным видом и общим составом. Еще бы, не часто встретишь нашу грозную семейку в полном сборе. Даже нас с братом во дворце весьма опасаются, что уже говорить о самом императоре и первом советнике.
- До дома графа предлагаю отправиться верхом, а там, ближе, подойти пешком, - подал я голос, уже практически дойдя до большой теплой пристройки к дворцу, где располагалась императорская конюшня.
В теплых просторных стойлах томились и наши с братом любимые скакуны. Широким шагом я быстро проследовал к моему Бересту. Конь сочно-коричневого окраса, под закатными лучами солнца выглядевший словно кровавый отблеск, встретил меня теплым ржанием. Протянул руку к моему красавцу, тихо поздоровавшись, и привычным с детства жестом перекинул длинную гриву через шею умного животного.
Придирчивым взглядом я оценил чистоту выделенного ему стойла, отмечая свежее сено на деревянных досках пола и идеально вычищенную кормушку. Правда, в дальнем углу обнаружилась небольшая кучка навоза, но это дело такое, за всем сразу не усмотришь. В целом работой конюха и его нового, как говорят, очень молодого помощника я остался доволен.
Эти скакуны, что у меня, что у брата, были когда-то давно подарены нам самим императором вместе с отцом на день рождения. Тогда на нас впервые свалилась незавидная обязанность каждодневного ухода за, как оказалось, вредными и капризными созданиями, сердца которых еще только предстояло покорить. Кажется, мы тогда восприняли это не слишком радостно, ведь это означало необходимость вставать каждое утро с зарей только ради того, чтобы почистить стойло, напоить, накормить и выгулять животное. Однако со временем такая обязанность превратилась для нас в награду - бесконечные просторы дальних пастбищ, свежий запах просыпающейся природы, развевающиеся за спиной волосы, свобода от унылой дворцовой жизни и бесчисленных придворных ограничений, вбитых нам в подкорку, кажется, с самого рождения...
- Ну что, красавец, готов к приключениям? - Я поцеловал теплый нос своего любимца, радуясь долгожданной встрече. Жаль, что, когда мы отправились к моим родным на лето, я не смог взять его с собой из-за того, что для Мелании пришлось брать карету. Но, думаю, тут ему тоже не было скучно. Императорские конюхи прекрасно знают свое дело.
Берест отозвался тихим храпом и активным покачиванием головы. Я улыбнулся и потянулся за амуницией, находящейся прямо тут, в широком стойле моего любимца. Быстро справился с седлом и уздой, приладив все на место. Похлопал коня по крупу и быстро вскочил ему на спину.
- Ну что, поедем? - Я ласково погладил шею Береста и тихонько ударил пятками о шелковистые бока. Дверь стойла мгновенно отворилась по малейшему мановению моей магии, благо она и настроена была только на меня и конюха, чтобы никакие вельможи не вертелись около моего коня.
У дверей конюшни меня уже ждали практически все члены нашего маленького отряда. Я быстро спешился. Только ректор запаздывал - ему пришлось выбирать наиболее подходящую лошадь: не каждая будет рада носить на себе полноценного дракона без предварительной притирки и подготовки. Все же лошади это чувствуют.
Полутемное помещение конюшни освещалось лишь скудным солнечным светом из окон, расположенных высоко под потолком. Корнелий, стоящий ближе всех к выходу, нетерпеливо крутил пальцами в воздухе большую сверкающую снежинку. Отец делал примерно то же самое с той лишь разницей, что в его пальцах сверкал их целый ворох - неплохое упражнение для ледяных магов, чтобы успокоить нервы и войти в некое подобие медиативного состояния. Дядюшка-император наблюдал за этим процессом с каким-то особым интересом, явно тоже желая полечить таким способом расшатавшиеся за годы правления нервы, а вот магистр Фаллар, который, оказывается, теперь тоже наш дядя, что-то с интересом рассматривал вместе с Давидом в его книге, тихо перешептываясь о чем-то своем.
Я тяжело вздохнул, уже устав ждать окончания всей этой канители, но, как назло, ректор существенно задерживался - ему все никак не могли подобрать подходящую лошадку, так что я мог наблюдать спешное передвижение главного конюха, вертлявого мальчишки рядом с ним и самого ректора от стойла к стойлу. Хотелось побыстрее действовать, двигаться, что-то предпринимать, а не терять бездарно драгоценное время, в течение которого с Меланией могут сделать нечто страшное или даже просто нехорошее.
Стоило подумать о невесте, как сердце болезненно дрогнуло, неприятно заныв в груди. Я поморщился и потер грудную клетку. Мое движение не ускользнуло от зоркого взгляда близнеца, но он практически сразу все понял, глянул сочувственно и снова отвернулся, отвлекаясь на что угодно, лишь бы скоротать эти бесконечные минуты тяжкого ожидания. В его руках засветилось уже несколько искрящихся льдом снежинок.
Наконец к нам подбежал взмыленный вихрастый мальчишка - помощник конюха, взволнованный внезапным наплывом посетителей. Он сообщил, что конь для ректора уже найден, осталось его оседлать. Находясь к нему ближе остальных, я величественно кивнул, показывая, что услышал информацию. Мелкий буквально просиял, глядя на меня чуть ли не с благоговейным восхищением. Натянуто улыбнулся парнишке - раньше я его тут не видел - и протянул мелкую монетку, случайно затерявшуюся в кармане брюк, отчего и без того безгранично восторженный взгляд стал еще более горящим.
- А можно спросить? - вдруг тихим, каким-то дрожащим голосом поинтересовался он, прижимая к груди блестящую монету. Густая копна волос растрепалась еще сильнее из-за одного неловкого движения головы мальчишки, но, кажется, его это нисколько не заботило.
Я пожал плечами, стараясь сохранять спокойствие: в конце концов, это всего лишь ребенок, ни к чему приходить в гнев от одного его неосторожного слова. По всей видимости, мальчик растолковал мой жест как разрешение.
- А вы правда-правда огненный дракон? - Новый помощник конюха подпрыгнул на месте. Веселые кудряшки подпрыгнули вместе с ним.
Кивнул. Кажется, большего восторга, чем уже выдавал этот мальчишка, нельзя излучать, ан нет, умудрился же!
- Правда, - все же проговорил я вслух, отмечая легкую искру недоверия в глазах ребенка, - а мой брат ледяной. - Я похлопал Корнелия по плечу, немного сменив свое положение, чтобы дотянуться до брата, тот обернулся и тоже показался ребенку. В ледяных глазах свернуло странное выражение, явно связанное с чем-то ценным для него.
Мальчишка вдруг ойкнул, увидев моего близнеца, и еще более благоговейно посмотрел на нас обоих, словно мы представлялись ему божествами, сошедшими с небес.
- Ну все, беги. Тебя, поди, дядя заждался. - Я примерно прикинул, кем мог бы приходиться ему сам конюх. Отец - сомнительно, внешнего сходства почти нет. А вот дядя - вполне.
Мальчишка кивнул, и только его и видели. Я невольно даже улыбнулся его прыти. Кого-то он мне напоминает - прыткий, юркий, любопытный... Сердце снова кольнуло, стоило брату открыть рот.
- Спорим, Мелания была столь же непосредственным ребенком в детстве?
Отмахнулся. Конечно, была! Только вот, думаю, этого мальчишку в любопытстве она однозначно перещеголяла. Даже жаль, что раньше мы не встречались с ней где-нибудь в городе или во дворце. Было бы интересно посмотреть, какой она была раньше.
Наконец от дальнего стойла, не видимого с нашего места, раздался довольный цокот копыт застоявшегося там скакуна. И ректор, величественно выпрямив спину, выехал на сером в яблоках жеребце. Кажется, именно этого строптивца в прошлом году долго приучали к седлу.
Не мог не восхититься работой конюха - вредный конь вел себя идеально и, уверен, будет вести себя так и впредь.
- Ну что, едем? - произнес ректор, словно мы не его столько ожидали.
Недовольно скрипнув зубами, я молча вскочил в седло. Остальные последовали моему примеру. Наша небольшой отряд наконец смог выехать.
- Дом графа находится в тридцати минутах неспешным ходом, - для незнакомых с месторасположением нужного нам объекта индивидуумов - ректора и целителя Фаллара - сообщил придворный маг. - Так что сейчас быстро добираемся до места, спешиваемся за квартал, и там уже будем думать, как пробраться внутрь.
Все молчаливо согласились с этим планом. Надеюсь, мы все-таки сможем прорвать защиту этой, как на поверку оказалось, практически неприступной цитадели. У нас нет права ни на одну ошибку!
Глава 9. Неприступная цитадель
Корнелий
С тоской в четвертый раз пересмотрел сложное защитное плетение, основанное на крови владельца дома, которое тонкой вязью ажурных нитей магии охватывало все строение. Причем я уже начинал сомневаться, что этим владельцем и заказчиком был сам граф Олдберг. Что ему такого ценного хранить в своем доме? Фамильные драгоценности, которые он прокутил лет пять назад? Древний бабушкин сервиз, сданный в скупку за бесценок?
Впрочем, я, конечно, был несколько несправедлив к графу - тот действительно умел грамотно обращаться с капиталом, просто делиться с жадной и докучливой родней ему не хотелось ни драгоценностями, ни сервизом, которые достались ему самому по наследству от матери. Детей он не нажил, жены тоже, вот и продал ненужные вещи, получив за них хорошую сумму денег, которой хватило на устройство не одного бала в собственном доме. А вот родня ему досталась, да... имел честь лицезреть пару раз на особо масштабных празднествах во дворце, когда приглашалась практически вся знать империи. Пары столовых приборов тогда из-за них недосчитались, не говоря уже о том, что из комнаты, где они проживали, только что мебель не вынесли. Весьма жадные люди, понимаю графа.
Кажется, в сотый раз я осмотрел узлы защиты, внимательно оценивая степень сложности магических связок, но цитадель по-прежнему выглядела неприступной. Интересно, чем эта Нитрилла зацепила графа, что тот пошел на подобную измену империи? А ведь иначе это никак назвать нельзя.
После того как все закончится, надо будет вернуть графа в столицу и как следует разузнать, что он успел натворить за свою долгую жизнь такого, что не захотел выставлять на обозрение общественности.
- Что думаешь? - Адриан, до этого тихо обсуждавший что-то с Давидом и ректором, бесшумно подошел и, положив руку мне на плечо, подбадривающе сжал его.
Мы стояли в темных раскидистых кустах дикой ракиты, растущей в роскошном, но довольно запущенном саду нужного нам дома. Я даже несколько порадовался тому, что граф не интересовался природой. Правда, от этого его переезд в провинцию выглядел еще более странно, чем в самом начале, когда мы только узнали об этом.
Тонкий слой прелой листвы тихо шуршал сухими краями под нашими ногами. Зима, сурово надвигающаяся на нашу местность, уже потихоньку брала бразды правления в свои руки - свежий иней на ветках мягко искрился в закатных лучах. К счастью, куст оказался достаточно пышным для того, чтобы и без зеленой листвы скрыть в своем сердце всю нашу группу. Да и надвигающиеся сумерки несколько маскировали наше местонахождение.
На улице, шумевшей в нескольких метрах от нас, один за другим зажигались светлые фонарики уличного освещения, а наши голоса заглушались выкриками уличных торговцев, под конец дня решивших почти задаром распродать свой товар. Можно было спокойно обсуждать планы побега и преодоления защиты, не боясь, что будем подслушаны.
Я неловко дернулся в сторону брата, чувствуя, что еще немного - и боль, острыми шипами разрастающаяся у меня в груди, станет совершенно невыносимой. Дышать и то уже было сложно. Не представляю, каково моему брату - на него сегодня свалилось куда больше, чем на меня, но не ответить согласием императрице драконов я не мог. И вообще - сделал бы все, что она бы ни захотела, за один только шанс найти Меланию.
- Не знаю. - Я пожал плечами, подняв голову к закатному солнцу, последние минуты освещавшему местность. Высокие башни столичного дома графа Олдберга вспыхнули кровавым светом, усиливая уже плотно поселившуюся в душе панику, что мы можем не успеть спасти нашу невесту. Наконец, темная черепичная крыша потонула в вечерних сумерках. Я тяжело выдохнул, отчаянно мечтая быть сейчас там, внутри этого мрачного в темноте дома с абсолютно пустыми, словно безжизненными окнами.
- Значит, так. - К нам с братом подошел император и остальные, явно о чем-то договорившись. - Давид сказал, что помимо самого графа дом могли посещать беспрепятственно еще два человека - его бессменная управляющая поместьем и повариха. Все остальные в дом либо не допускались, либо имели одноразовое разрешение на вход.
Надежда, еще недавно оставившая меня, снова возродилась.
- Мы можем это как-то использовать? - серьезно уточнил я, поворачиваясь лицом к дядюшке.
- В теории, - подал голос наставник, рассеянно рассматривая свои руки, что он всегда делал в состоянии глубокой задумчивости. Темные волосы упали на его плечи, заколка, что еще недавно сковывала густые пряди, где-то потерялась. - Но пройти внутрь сможет лишь один и... - он как-то опасливо поднял на нас взгляд, - не обладающий совершенно никакой магией.
Я грязно выругался, снова посмотрев на темные окна строения. Там вообще есть хоть кто-либо живой? Дом не создавал даже иллюзии какой-либо обжитости. Но тут же я снова обратился в слух, прокручивая в голове различные сценарии дальнейшего развития событий.
- Как это сделать и что для этого нужно? - Нет смысла рефлексировать о том, что Меланию ни я, ни брат спасать не пойдем. Лучше подумать о том, кто пойдет и как его правильно подготовить к опасному походу на чужую территорию.
- Я могу по крови имевших допуск хоть когда-либо создать копию такого временного разрешения. Но тут есть еще одна загвоздка... - Наставник замолк, как-то неловко перекатившись с носка на пятку. На его скулах заиграл чуть смущенный румянец, словно именно он был виноват в проблемах, что так щедро валятся на наши с братом головы все последнее время. Я подался чуть ближе, отчаянно надеясь не пропустить никакую важную информацию. - Если допуск имела женщина, то и пройти сможет только женщина.
Я нахмурился, перебирая подходящие на эту роль кандидатуры, но никого не приходило на ум - все в нашем окружении либо не пойдут на такой риск, либо просто не справятся с этой задачей. В нашем отделе и вовсе не было не одаренных хоть какой-либо слабой магией, и не потому, что это было обязательным условием службы, как было когда-то до нас, а только потому, что у нас слишком давно не было новых людей.
- У тебя есть кто на примете? - наконец сдался я, когда так и не нашел никого, кто мог бы нам помочь, и решил попытать счастья у отца.
Первый советник лишь раздосадованно покачал головой. Тусклый свет уличных фонарей сделал глубже и заметнее редкие морщинки на его лице. Император, стоящий рядом с ним, тоже понуро пожал плечами. Я сжал губы, изо всех сил скрывая разочарование. Мы обязательно что-нибудь придумаем! Должен быть подходящий вариант!
Минуты промедления, звонкими осколками льда врезающиеся в мое сердце, все множились и множились, грозя разорвать меня прямо здесь на несколько маленьких, в панике схватившихся за головы Корнелиев.
Стихающие звуки вечерней улицы, пролегающей за высокой каменной стеной по левую руку от нас, давили на психику своей неспешностью и тихим веселым женским смехом - у этих людей сейчас все в порядке, есть крыша над головой, близкие рядом, им некуда спешить, тогда как у меня... Я постарался выкинуть из головы глупые эгоистичные мысли.
- А вот у меня есть кандидатура. - Ректор, до этого молчавший в стороне, вышел чуть вперед. - Герд!
Я скривился словно от дольки лимона, вспомнив этого великовозрастного обалдуя, который отчаянно мечтал залезть под юбку к нашей невесте и остаться там на веки вечные, а ректор тем временем продолжил:
- Он достаточно мотивирован спасти Меланию, плюс выставить его женщиной не составит никакой проблемы.
Давид удивленно полуобернулся к дракону.
- У вас есть способы обмануть матушку природу? - Его аккуратная бровь поднялась на высокий лоб.
- Если только ненадолго, - прищурился О. Винсент Девьер и с хитрецой глянул на закадычного друга - целителя Фаллара, который с поистине невероятной бесстрастностью разглядывал свои преобразовавшиеся в драконьи когти. Я закатил глаза к уже полностью темному небу - зря отец их свел вместе в одной академии, ох, чувствует моя задница, что зря...
Главный придворный маг тихо фыркнул себе под нос, явно уже мечтая докопаться до сути этого способа, но пока ничего не стал спрашивать.
- Так вы согласны? - На нас с братом уставилось несколько пар воодушевленных глаз. Похоже, все уже в курсе наших несколько напряженных отношений с этим парнем.
Сердце бешено заколотилось от снедающей меня ревности, готовой буквально разодрать пополам, но я невозмутимо кивнул - в конце концов, пока у нас нет ни одного другого шанса на спасение любимой девушки.
- Да.
Решение было принято тут же - нам с братом предстояло тихо сидеть и не высовываться, наблюдая за домом, пока ректор и все остальные сделают свое дело - найдут Герда, проинструктируют его, временно придадут ему образ девушки и сотворят разрешение на вход в темное здание.
Я тяжело опустился прямо на грязные комья земли под кустом, где мы скрывались. Ноги не держали, сердце заполошно заходилось в груди, мысли метались от паники до надежды. Адриан, все это время стоявший вплотную к моему плечу, через несколько минут присел рядом со мной, явно испытывая точно такие же, как у меня, чувства.
- Жизнь Мелании ведь важнее всего этого, правда? - Я широко обвел руками окружающее пространство, не зная, как словами хотя бы примерно выразить свое внутреннее состояние.
- Правда... - Во взгляде близнеца отражалась та же боль, что ела и мою душу.
Шум на улице потихоньку утихал, торговцы разъезжались, а люди разбредались по домам.
Что ж, осталось только надеяться, что с ней будет все в порядке и этот мальчишка сумеет справиться с возложенной на него задачей.
Глава 10. Пленница разума
- Четыре тысячи сто сорок два... три... - тихо бормотала я себе под нос, в который раз пересчитывая каменную кладку на стене моей темницы. Конечное число камней постоянно не сходилось то на один, то на два, и меня это странным образом безмерно удручало. Хотелось как-то систематизировать окружающий мир, разложить его по полочкам, сделать чуточку более упорядоченным.
Я взяла в руки небольшой камень, с огромным трудом отломанный мной на прошлой неделе от стены, и четким, уже практически выверенным движением накарябала на широкой каменной плите пола новую получившуюся цифру - она опять отличалась от всех предыдущих, а значит, мне снова предстоит начинать все с самого начала. Устало вздохнула, но с готовностью взялась за новое дело - мозгу тоже иногда надо давать такие передышки после периодов напряженной работы. А за неимением бумаги я производила в уме действительно сложные расчеты различных многокомпонентных зелий и их возможных специфических свойств.
Тихое шебуршание с левой стороны коридора подвала не вызвало у меня совершенно никаких эмоций. Я села прямо на пол и поджала под себя ноги, готовясь снова пересчитывать камни. Где-то опять что-то зашевелилось, тихий лязг металла отворяемой двери наполнил помещение, но мне было все равно - я старалась не сбиться со счета хотя бы в этот раз.