Легенда о Кощее. Осколки бессмертного сердца

Глава 3

Следующее утро началось с тревожного гула, прокатившегося по крепости. В столовую ворвался вестовой и крикнул, чтобы все собирались во внутреннем дворе. Помещение тут же заполнили встревоженные голоса.

– Ты что-то знаешь? Это как-то связано со вчерашним гонцом? Командир что-нибудь тебе говорил? – я подалась вперёд, едва не задев свою тарелку с недоеденной кашей, и внимательно уставилась на Горицу.

– Довольно, Мира, – раздражённо цыкнула она, поднимаясь из-за стола. – Скоро сама всё узнаешь.

Я тихо выругалась себе под нос, глядя вслед удаляющейся Горице. Она ещё долго будет меня наказывать, пока меня не признают полноценной охотницей. Если вообще признают…

Но любопытство было сильнее обиды, поэтому я поспешила за остальными. Во дворе уже было не протолкнуться. Серое утреннее небо нависало над крепостью, и ветер гнал по камням сухие листья. Я пробиралась сквозь толпу, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

Звенислав стоял на возвышении у главных ворот. Не припомню, когда в последний раз видела его в полном походном облачении. Обычно он оставался в крепости, распределяя задания между отрядами, иногда ездил в Белояр докладывать князю, но чтобы командир сам надел меч... Рядом с ним стояли старшие охотники, и все они выглядели до ужаса напряжёнными.

По позвоночнику пополз холод. Мне хотелось надеяться на лучшее, но где-то в глубине души я уже знала ответ.

– Тишина! – крикнул Звенислав, когда гул голосов стал почти невыносимым, и во дворе тут же повисло тревожное молчание. – Вчера вечером пришли донесения из двух деревень – Светлояр и Ладин. Сегодня ночью гонец принёс ещё одну весть из Холмогорья. Люди больше не исчезают, они перестают узнавать друг друга.

По рядам прокатился шёпот. Несколько человек одновременно перекрестились.

– Жёны не помнят мужей, дети плачут, глядя на собственных матерей, а старосты не знают имён соседей, – продолжил Звенислав. – Это не похоже на работу обычной нечисти. Что-то происходит, и нам нужно в этом разобраться, пока не стало слишком поздно.

Пальцы непроизвольно сжались в кулаки. Это не могло быть простым совпадением. Эти странности должны быть как-то связаны с Заречьем и тем камнем, но… Я ведь была уверена, что делаю всё правильно. Я…

– В каждую деревню выдвигается по три отряда, – командир развернул пергамент и быстро пробежался глазами по строкам. – Задание – выяснить природу аномалий и, если возможно, остановить их. Прочешите все окрестности, переверните всё вверх дном, но узнайте, что происходит. Берест берёт на себя Холмогорье, Златослава – Ладин, а я отправляюсь в Светлояр.

Он начал перечислять имена, и я напряжённо вслушивалась, ожидая, когда назовут моё, но его всё не было. Когда прозвучало последнее имя, я побледнела.

Меня так и не назвали.

Горица положила руку мне на плечо, кажется, сказала что-то успокаивающее, но я не слышала. Звенислав стал спускаться с возвышения, и я опрометью бросилась к нему. Я знала, что ему это не понравится, но остаться в стороне для меня было равносильно смерти.

– Командир! – крикнула я, привлекая к себе внимание. – Позвольте мне поехать!

Звенислав перевёл на меня тяжёлый взгляд. В нём уже читался отказ, но я готова была биться до последнего.

– Нет, ты останешься в Ордене, – отрезал командир. – Ты не готова, и твоё прошлое задание это доказало.

За спиной зашептались охотники. Я почувствовала, как щёки заливает краской стыда, но сейчас было кое-что поважнее моей гордости. Если это действительно происходит из-за меня, я просто не могу отсиживаться в крепости, пока другие исправляют мои же ошибки.

– Прошу вас! – взмолилась я, решительно подняв голову. – Это моя ответственность, и я должна попытаться всё исправить, иначе никогда себе этого не прощу.

– Я понимаю, почему для тебя это так важно, – взгляд Звенислава стал чуть мягче. Он смотрел на меня так, как пятнадцать лет назад, когда нашёл испуганную, но упрямую девочку, стоящую посреди сгоревшей деревни. – Именно поэтому тебе лучше остаться здесь. Эмоции не должны мешать работе. Ты должна мыслить ясно.

– Они не помешают! – уверенно ответила я и перешла на шёпот. – Прошу тебя, Звенислав! Не как командира, а как своего наставника. Дай мне ещё один шанс! Если я не справлюсь и снова тебя подведу, я… Я сложу меч, откажусь от права стать охотницей и уйду к хранителям!

Командир застыл.

Орден был для меня всем. Борьба с нечистью была для меня всем. С тех самых пор, как в моей деревне случилось несчастье, как меня нашёл орден и привёл к себе. Я осталась единственной выжившей, и это определило мою дальнейшую судьбу. Всё, что я умела – охотиться на нечисть и помогать людям, но, если я снова останусь в стороне, всё это потеряет смысл!

– Ты не понимаешь, что говоришь, – предупредил меня Звенислав и тяжело вздохнул.

– Понимаю, – упрямо сказала я. – Если останусь в стороне, я лишусь права называться охотницей.

– Ты его ещё и не заслужила. Запомни – это последний раз, когда я иду у тебя на поводу, Мира. Тебе пора повзрослеть. Впредь, если ослушаешься приказа – пеняй на себя. Всё ясно?

– Да, командир, – опустив голову, едва слышно выдохнула я.

– Собирайся, поедешь со мной, – сказал он и отвернулся.

Звенислав ушёл, а я ещё какое-то время стояла посреди двора. Люди расходились, кто-то уже готовил лошадей, кто-то проверял оружие. Горица прошла мимо, даже не взглянув на меня. Я смотрела ей вслед, и в груди разрасталась холодная пустота. Я думала, что за столько лет наконец смогла победить свои страхи, но это было не так.

Потому что теперь я была по-настоящему виновата.

Дорога до Светлояра заняла у нас полдня. Благо, это была самая близкая к нам деревушка. Мы ехали молча. Горица тоже попала в отряд к Звениславу, но каждый раз, когда я пыталась заговорить, она отворачивалась, давая понять, что разговор не состоится. И всё же, она ехала рядом, несмотря на своё недовольство. Это можно было бы счесть за проблеск надежды, но что-то подсказывало мне, что Горица просто присматривает за мной, чтобы я снова не натворила глупостей.

Земля становилась всё более сырой и тягучей. Кони увязали в грязи, а над головами висели тяжёлые серые тучи. Казалось, сама природа готовилась к чему-то недоброму.

Светлояр стоял на берегу широкой реки. С одной стороны его окружал густой тёмный лес, с другой тянулись поля. Дома были добротными, с резными наличниками и высокими крышами. В отличие от Заречья, жизнь здесь не замерла, но текла как-то вяло, будто по привычке. На берегу сидела женщина с закатанными рукавами. На коленях у неё стояло корыто с мокрым бельём, а сама она, не мигая, смотрела на воду, будто силилась что-то вспомнить, но не могла. Неподалёку мужик с дочкой подошёл к колодцу, наполнил ведро, развернулся – и вдруг застыл. Девочка тихонько всхлипнула, потянула его за рукав к дому, и он покорно пошёл следом, всё ещё глядя на неё с растерянностью, будто видел впервые.

Мы спешились у крайней избы. К нам вышел староста – высокий, сутулый мужчина лет пятидесяти, с густой бородой и глубоко посаженными глазами. Он держался за косяк двери, будто без него не мог устоять на ногах. Одежда на нём была добротной, но мятой, словно он спал в ней не первую ночь.

– Слава богам, Орден пришёл! – хрипло выдохнул он, увидев наши плащи.

– Мы пришли помочь. Рассказывай, что у вас случилось, – приказал Звенислав, шагнув вперёд.

– Да знать бы, что за беда на нас свалилась, – староста тяжело вздохнул и посмотрел на женщину у реки. – Всё три дня назад началось. Сперва двое мужиков имена свои позабыли. К вечеру память воротилась, ну мы и не встревожились. А потом Настасья моя проснулась, глядит на меня и спрашивает: «Ты кто?» Будто век меня не знала. Так память к ней и не вернулась. А нынче внучку родную не признала. Плакала, сердешная, глядела на девчушку, как на чужую, и всё силилась вспомнить, как её зовут.

Он замолчал, и я увидела, как его пальцы побелели, вцепившись в косяк.

– Думал, хворь какая… Но вчера мужики приметили, что из леса потянулась трещина. Мы туда больше не ходим, вас ждали, чтоб вы глянули.

Внутри всё похолодело. Трещина. Не к добру это, не к добру.

– Показывай, – коротко сказал Звенислав.

Староста кивнул и, взяв с крыльца корявый посох, медленно зашагал к лесу. Мы пошли за ним. Тропа уводила нас всё дальше от деревни, мимо изб, огородов и плетней. Воздух становился тяжелее, и я чувствовала, как внутри разрастается тревога. Когда мы вышли на край поля, у самой опушки, староста остановился и указал посохом вперёд.

– Вон она, – тихо сказал он. – Ещё ближе стала.

Я посмотрела туда, куда он указывал, и сердце ухнуло вниз. В земле змеилась знакомая чёрная трещина. Она была такой же, как в Заречье, но шире и длиннее, словно рана на теле земли. От неё веяло холодом, а по краям трава пожухла и почернела.

– Это она, – прошептала я, и Звенислав обернулся на меня. – Та же трещина, что и в Заречье.

Командир ничего не сказал. Он подошёл ближе, но остановился на безопасном расстоянии, рассматривая её.

– Кто-нибудь к ней приближался? – спросил он у старосты.

– Нет, конечно, – тот крепче сжал посох. – Как мужики трещину приметили, так я сразу всем наказал: в лес ни шагу. Нечего беду за хвост тянуть. Теперь уж вам с ней разбираться.

– Правильно сделал, – одобрительно кивнул Звенислав.

Я шагнула к трещине, и за спиной тут же раздался предупреждающий голос Горицы:

– Не подходи слишком близко.

Впереди громко крикнули: «Отойди!». Я резко подняла голову и увидела, что один из молодых охотников стоял слишком близко к разлому. Он пытался рассмотреть что-то в глубине чёрной расщелины, и его сапог уже касался самого края. Земля под его ногами дрогнула. Трещина начала расширяться, и её края, словно живые, поползли к ногам парня. Он застыл, не в силах пошевелиться.

Я хотела броситься к нему, но кто-то опередил меня.

Чёрная тень вырвалась из леса и одним резким движением отшвырнула парня в сторону. Трещина замерла, перестав разрастаться, и в трёх шагах от меня стоял незнакомец. Тот самый незнакомец! Я узнала его по серебряной вышивке на плаще. В прошлый раз я не успела как следует его рассмотреть. Теперь капюшон был откинут, открывая длинные пепельные волосы, разметавшиеся по плечам. Черты его лица при свете дня казались выточенными из камня. Они были до того идеальные и правильные, что я на секунду усомнилась, что он настоящий. Светлые пронзительные глаза скользнули по мне, и на мгновение мне показалось, что в них мелькнуло удивление, но оно тут же сменилось безразличием.

Я обернулась к Звениславу, чтобы крикнуть, что это он, что это тот самый незнакомец из Заречья, но командир опередил меня:

– Стоять на месте! – он шагнул вперёд, кладя руку на меч.

Незнакомец даже не взглянул на него, его внимание было сосредоточено на трещине.

– Я сказал, стоять! – повторил Звенислав, но мужчина уверенно шагнул к разлому и присел рядом с ним.

Его пальцы дрогнули, будто он хотел коснуться края трещины, однако в последний момент передумал и отдёрнул руку. Незнакомец чуть наклонил голову вбок и нахмурился. Он словно пытался понять, что с ней произошло.

– Ты слышишь меня?! – Звенислав медленно приближался к нему, продолжая держать руку на рукояти меча.

Мужчина никак не реагировал, и мне уже начало казаться, что все его слова мне привиделись. Но когда командир попытался схватить его за плечо, он резко ушёл в сторону, и пальцы Звенислава сомкнулись в пустоте.

– Не стоит, – спокойно предупредил незнакомец. – Уходите, вы здесь не поможете.

– Я требую, чтобы ты ответил на мои вопросы. Ты кто такой?! – крикнул Звенислав, но незнакомец резко поднялся на ноги и двинулся к лесу.

Не оглядываясь и не сбавляя шага. Будто нас вообще не существовало.

– Стой! – не думая, я бросилась за ним.

– Мира! – раздался крик Горицы, но я даже не обернулась.

Я неслась через лес, не замечая, куда ставлю ноги. Голоса отряда за спиной становились всё дальше. Колючие ветви царапали лицо, под сапогами трещал валежник, но впереди всё так же спокойно шагал незнакомец. Он не оглядывался и не ускорялся, однако догнать его я не могла. Казалось, сам лес не давал мне приблизиться.

Неожиданно мужчина остановился посреди небольшой поляны и резко повернулся ко мне. Я тоже замерла, жадно хватая ртом воздух. Лёгкие горели, по щеке стекало что-то влажное, и я догадывалась, что, если проведу по коже рукой, увижу кровь. Рука сама легла на рукоять меча. Что делать дальше, я не знала.

– Прекрати за мной идти, – спокойно сказал мужчина. – Ты ушла слишком далеко. Возвращайся, иначе заблудишься.

– Нет! – прерывисто выдавила я. – Ты должен объясниться!

Он смотрел на меня с той же холодной отстранённостью, что и в прошлый раз. Ни страха, ни удивления, только лёгкая тень раздражения, будто моё присутствие было досадной помехой.

– Я ничего тебе не должен, охотница, – наконец равнодушно ответил он. – Ты сама влезла в то, чего не понимаешь.

– Тогда объясни! – я шагнула вперёд, сжимая рукоять меча так, что побелели костяшки пальцев. – Кто ты? Что это за трещины? И почему ты оказываешься рядом каждый раз, когда случается что-то подобное?

Он молчал так долго, что мне показалось, что он сейчас снова просто уйдёт. Я готова была броситься следом несмотря на его предупреждения, но в его глазах вдруг мелькнуло что-то похожее на любопытство.

– Удивительно, ты действительно ничего не знаешь…

– Я знаю достаточно, чтобы понимать: ты связан с тем, что происходит, – выпалила я. – В Заречье ты смотрел на разрушенный камень так, будто я совершила ужаснейшую ошибку. А теперь ты здесь и ведёшь себя так, будто мы тебе мешаем!

Мужчина чуть склонил голову набок, изучая меня как какую-то диковинную зверушку.

– Ты действительно совершила ужасную ошибку. И вы действительно мне очень мешаете. Этого достаточно? – его голос был до того спокойным, что я вдруг поняла, что он просто надо мной издевается.

– Отвечай на вопрос! – я сделала ещё один шаг вперёд, чувствуя, как злость заглушает страх. – Кто ты такой?!

Мужчина молчал. Его лицо ничего не выражало, и, если бы не ветер, который шевелил его волосы, я бы подумала, что он мне мерещится. На мгновение мне показалось, что он снова собирается уйти, но он не сдвинулся с места, лишь тихо сказал:

– Северин. Странствующий маг.

– Странствующий маг, – повторила я с насмешкой. – Допустим. И что ты здесь ищешь?

Он посмотрел на меня так, будто я сморозила несусветную глупость, и я сжала зубы, услышав, как скрипнула челюсть.

– Не ищу. Я лишь предупреждаю. Забвение, трещины и аномалии – это только начало.

– И ты здесь, чтобы остановить это? – я вцепилась в его слова, пытаясь ухватить хоть что-то, что могло бы объяснить происходящее.

– Чтобы понять, можно ли это сделать, – коротко ответил он.

– И что, можно?

Северин промолчал. Он вдруг перевёл взгляд на деревья, и я заметила, как его пальцы дрогнули.

– Скажи, что происходит! – я шагнула вперёд, почти подходя вплотную. – Хоть что-нибудь!

– Зачем? – он вернул взгляд ко мне, и в его глазах мелькнуло что-то странное. – Чтобы снова уничтожить то, чего не понимаешь?

Я задохнулась от возмущения.

– Ты не имеешь права меня судить. Я не знала!

– Именно, – тихо сказал Северин. – Вы никогда не знаете. Вы просто уничтожаете.

Я хотела возразить, но в этот момент из леса раздался голос. Я вздрогнула и обернулась. Между деревьями мелькнула знакомая фигура в зелёном плаще. Это был один из охотников – тот самый молодой парень, которого Северин спас от разлома.

– Мира! – крикнул он, пробираясь сквозь кусты. – Наконец-то я тебя нашёл! Ты пропала, мы обыскали уже пол-леса...

Внутри поднялось облегчение. Хоть кто-то меня нашёл, а то я уже начала думать, что Северин специально завёл меня в самую чащу, чтобы я потерялась.

– Я здесь, – начала я, делая шаг ему навстречу, но договорить не успела.

Прямо на моих глазах фигура охотника начала таять. Сначала расплылись очертания, потом он стал прозрачным, как утренний туман, и через мгновение рассыпался, словно истлевшая береста.

Я застыла. Сердце на миг замерло, а затем ударило в груди с такой силой, что я едва не упала на колени. Воздух вырвался из лёгких сдавленным хрипом. Я не могла дышать, не могла думать. Я просто смотрела на то место, где только что стоял живой человек, и ничего не видела.

– Что... – прошептала я, разворачиваясь к Северину. – Что ты с ним сделал?!

Он стоял неподвижно, глядя сквозь меня, и его лицо стало белым, как снег.

– Началось.

Маг шагнул в тень и растворился в ней, будто его никогда и не было. Я осталась одна. Пыталась найти хоть какой-нибудь след исчезнувшего охотника, но безуспешно. Я не знала, сколько так простояла. Может, минуту, может, час. Смотрела на свои руки и не могла понять, где я и что происходит.

– Мира!

Голос Горицы вырвал меня из оцепенения. Она бежала ко мне, а за ней – Звенислав и ещё несколько охотников. Они остановились в двух шагах от меня, переводя дыхание, и я видела, как их взгляды скользнули по поляне, не найдя ничего подозрительного.

– Что произошло? – спросил Звенислав. – Ты его догнала? Кто это был? Мы искали тебя несколько часов!

– Я... – голос предательски дрогнул. – Догнала. Его зовут Северин, но... Я видела охотника – того, который чуть не коснулся трещины. Он пришёл за мной, звал по имени, а потом взял и... он просто рассыпался.

– Кто рассыпался? О ком ты говоришь? – Горица нахмурилась, пристально глядя мне в глаза.

– Тот молодой охотник... – прошептала я и вдруг поняла, что не могу вспомнить его лица.

– И как его звали? – строго спросил Звенислав.

Я посмотрела на него и поняла, что он мне не верит.

– Я… не знаю. Не помню?..

В лесу повисла оглушающая тишина.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.