Делагарди

— …ты меня слышишь? — голос Стивена захрипел. — Связь прерывается.

Я тряхнула головой, смахивая эти гадкие мысли. Что за школьная сравнительная характеристика в моей голове?

— Да, я тут.

Стивен сменил тему, пытаясь отвлечься. Он рассказывал про Оливию, которая собиралась замуж. Там, у Стивена, жизнь шла своим чередом. А здесь, в моей реальности, стаканы лопались от взгляда, а синяки появлялись из снов.

Я угукнула. Как все эти новости связаны? Потерла бедро. И этот синяк… я что-то упускаю. Но что? Галлюцинации начались со смерти мамы, потом секреты и Гримфорд.

— Ладно, вижу, ты занята, — вздохнул он. — Пиши, не забывай.

Мы попрощались, и я еще минуту сидела, глядя на погасший экран. Затем открыла новостную ленту. Извержение вулкана, землетрясения в нескольких странах сразу, потопы, пожары. Пол качнулся. Я проверила дату каждого происшествия — никаких особенностей. Все в разное время.

Телефон пискнул. Сообщение от Лоя.

«Автобус задержали. Буду на следующей неделе. Мирн, я тебя умоляю: никуда не лезь. Не ищи ответы, пока я не приеду».

Мышцы горла окаменели. Я перечитала сообщение дважды.

«Не ищи ответы».

Он точно что-то знал. И этот его тон… И снова эти загадки. Почему он не может написать: «Мирна, Делагарди опасны, потому что…»? Я знаю Лоя сотню лет, что за черт?

Стивен говорил про землетрясение. Лой — про автобус. Может, природа не пускает их в Гримфорд? Или, наоборот, хочет запереть нас здесь одних?

«Говори прямо, или можешь не приезжать», — ответила я, кинув телефон на подушку. Кольцо сжималось. И я находилась в самом его центре.

Лой ответил через минуту: «Что с настроением?»

Серьезно?

Я набрала его — автоответчик: «Перезвоните позже, я занят».

Пальцы летали по клавиатуре, выбивая гневные строчки: «Хорошо, игноришь. Почему «не лезь»? Расскажи мне, что ты знаешь!»

«Я ничего не знаю, Мир… Я беспокоюсь. Что с тобой?»

Врет? Неужели я правда схожу с ума? Дакота права, нужно показаться психологу. Подозревать Лоя — это как подозревать собственную руку в попытке меня задушить. Может, у меня ПТСР после смерти мамы? Отложенный шок?

Нырнув под одеяло, я ворочалась, сбивая простыню в ком.

Галлюцинации, паранойя, психосоматические боли… Я ввела в телефоне «поликлиника Гримфорда». Нашла в интернете сайт клиники и записалась онлайн на прием к психотерапевту. Попробую.

Только закрыла глаза, и силуэт обнаженного парня прорезал темноту.

***

Вторник пролетел незаметно, смывая границу реальности и сна. Вайолет появилась только к концу смены, проверила, как дела в кафе, и уехала раньше времени. Поговорить не удалось. Дакота и я развалились валетом на диване. Голова гудела от догадок и поиска способов решения.

Телефон на столе вдруг ожил, разорвав тишину веселой мелодией.

Лия.

Я поколебалась, но ответила. Дакота слезла с дивана в вечернюю медитацию.

— Мирна! — голос Лии звенел энтузиазмом. — Слушай, я не могу так. Я чувствую себя ужасно из-за этого озера. Я правда не хотела вас подставить!

— Лия, все нормально, мы уже… — начала я, но она перебила.

— Нет, не нормально! Я хочу загладить вину. Давай сходим в «Грот»? Это бар в старой лощине, там очень круто. Я угощаю! Бери Дакоту. Отказы не принимаются.

Стоило голове коснуться подушки, как сознание содрогалось нервной рябью. К черту. Спать я все равно не смогу. Прогулка выветрит этот бред из головы.

— Ладно. Дай нам полчаса.

Я нажала отбой и, морщась от нытья бедра, села. Дакота уже раскинулась в позе лотоса и пыталась медитировать под какой-то странный гул из динамика телефона.

— Ди, — позвала я.

Она открыла один глаз.

— Звонила Лия. Зовет в бар. «Грот». Говорит, хочет извиниться за озеро и угощает.

Второй глаз Дакоты открылся мгновенно. Она выпрямилась, и вся ее «дзен-поза» исчезла.

— Бар? Дай мне пять минут, — она вскочила, отшвырнув подушку для медитации. — Нет, три.

Она металась по комнате, примеряя яркие наряды.

— Ты записалась к доктору? — спросила она на ходу, выкидывая из шкафа шорты.

— Так точно.

Я надела черные джинсы — плотная ткань надежно скрывала синяк — и свободную футболку без принта. Дакота же влезла в свое короткое платье и накинула сверху кожанку.

— Ты идешь в этом? — скривилась она, глядя на меня.

— Ну да.

Мы домчались до нужного места за десять минут. За окном проносились темные, вымершие улицы, и лишь изредка в глаза бросался герб Делагарди. Нужно будет спросить у Ардена его смысл. Если я выдержу его напористый взгляд, конечно.

Машина затормозила у края глубокой городской лощины — естественного разлома, который разрезал Гримфорд пополам. Вдоль и вокруг стояли маленькие деревянные дома, в нескольких горел свет, остальные же спали.

Мы вышли, и лицо обдало пряным ночным ветром. Внизу, на дне лощины, среди нагромождения камней и пней старых деревьев, пульсировал красноватый свет. Это выглядело как спуск в преисподнюю.

— Атмосферненько, — оценила Дакота, поправляя куртку.

— Лой бы заценил, — отметила я, стараясь не вспоминать свои подозрения о нем.

Мы начали спуск по узкой выбитой в земле тропинке.

«Грот» оправдывал свое название. Это была настоящая небольшая пещера, вход в которую был завешен тяжелыми портьерами. Внутри стоял полумрак, который разбавляли только неоновые трубки, спрятанные в нишах стен. Дышать приходилось густым кальянным дымом.

Народу было много, но из-за сложной геометрии «Грота» казалось, что все прячутся по углам.

Лию мы нашли в глубине зала, за низким столиком, выдолбленным прямо из искусственного сталагмита. Она махала нам рукой, и в свете фиолетового неона ее платье в полоску было почти белым.

— Вы пришли! — Она вскочила нам навстречу, едва мы подошли. На столе уже стояли три бокала с чем-то дымящимся. — Я боялась, что вы меня пошлете.

— Мы были близки к этому, — честно призналась Дакота, плюхаясь на мягкий диван. — Но слово «угощаю» имеет магическую силу.

Лия виновато улыбнулась и подвинула нам меню.

— Я серьезно, девчонки. Простите меня. Я чувствую себя полной идиоткой.

Я села напротив, стараясь устроить ногу поудобнее.

— Забыли, — сказала я, беря бокал. Жидкость внутри была голубой и пахла мятой.

— Клянусь, я сама от вас узнала. Я здесь всю жизнь, но в Гримфорде правила меняются быстрее, чем погода. В прошлом году на Скорвиксе купались все. Никаких заборов, никакой охраны. Видимо, они решили прибрать его к рукам совсем недавно.

— Они могут просто так взять и закрыть общественное место? — удивилась Дакота, делая осторожный глоток. — М-м-м, вкусно. Что это?

— «Счастье девы», — ответила Лия. — И да, Делагарди могут все. Этот город принадлежит им по праву рождения. Типа, их предки заложили первый камень… и все такое. Но Арден… — она понизила голос. — Он еще ничего. По сравнению с другими братьями.

— Другими? — спросила я, стараясь звучать безразлично.

— Да. Они редко вообще появляются в городе, часто на своих закрытых тусах сидят.

— Ладно, к черту их. Мы пришли расслабляться. — Дакота беспечно махнула рукой.

Я открыла рот, пытаясь задать еще вопрос про Ардена, но Дакота подняла бокал, и мне пришлось замолчать. Мы чокнулись. Коктейль оказался крепким, он сразу ударил в голову, размывая тревогу. Разговор потек свободнее. Лия рассказывала про местных фриков, жаловалась на скуку в колледже и расспрашивала нас про жизнь до переезда. Моя паранойя сыграла со мной злую шутку. Лия была обычной девчонкой, которая хотела найти друзей.

— Я сейчас. — Дакота, быстро расправившись со своим коктейлем, подмигнула нам. — Пойду добуду еще этой штуки. И, может быть, номер телефона того бармена.

Она упорхнула к стойке, покачивая бедрами.

— Прикольное название «Грот», — начала я, решив воспользоваться моментом. — Еще это «Téna», или как там. Что это вообще такое?

— Это «Отдых Ворона» вроде с хелиона, — она слегка смазывала окончания. — Красиво, да?

— Хелион? Откуда ты знаешь?

Лия пожала плечами, отводя взгляд.

— Ну… бабушка рассказывала. В детстве. Она знала много сказок, легенд. Говорила, что раньше здесь разговаривали на другом языке.

— Твоя бабушка…знает язык? — уточнила я.

— Ну-у, она его упоминала, но вряд ли знает. Вообще вторая бабушка тоже о нем рассказывала, но она уже умерла. А вот бабушка Сьюзи только упоминала.

Сьюзи? Сьюзи Аллен? Дед говорил про Сьюзи. Кожу стянуло, будто она стала мне мала.

— Может читать, переводить? — я подалась вперед.

Лицо Лии на мгновение омрачилось, на него набежала тень.

— Раньше могла, наверное. Сейчас… ей нездоровится, Мирна. Возраст. Деменция подступает. Она путает дни, забывает слова.

— Мне очень нужно с ней поговорить, — настояла я. — Хотя бы попробовать. Это важно.

Лия посмотрела на меня с сомнением.

— Зачем тебе это? Ты лингвист?

— Типа того, — соврала я. — Семейный интерес. Пожалуйста, Лия.

Она помолчала, разглядывая лед в своем бокале.

— Ладно. Можешь зайти завтра как-нибудь. Но я ничего не обещаю. И… — она замялась. — И я бы лучше с Сиерой поговорила, ты же работаешь у нее, спросишь про название кафе.

— Сиера знает хелион?

— Она из Делагарди, хелион это типа от них язык. Но она не живет с семьей. Они вроде враждуют. Но почему ты не спросишь у Ардена?

— Мы не знакомы толком.

— А с Сиерой знакома? — Лия расплылась в улыбке.

— Ну… — Аргументы кончились. С Сиерой было бы проще поделиться, чем с Арденом, тем более что она не ладит с семьей.

— А что, если ее навестить? А то ее последнее время нет в кафе. — Я наклонилась к Лие, чтобы лучше слышать.

Она свела брови.

— Она очень далеко живет, на отшибе…

— Думаю, Сиера будет лучше знать, ведь так?

— Это связано с твоей мамой, да? — догадалась она.

— Да, отчасти.

Врать было уже бессмысленно. Никому не станет хуже, если я этим поинтересуюсь, фото показывать не буду, только спрошу. У нее должны быть книги или хоть что-то.

— Ну попробуй тогда, могу составить тебе компанию, покажу, где живет, — предложила она.

Со стороны бара донесся шум: звук разбитого стекла и громкий, пьяный смех.

Я резко обернулась.

Возле барной стойки, зажав Дакоту в угол, стоял лысый мужчина в кожаной жилетке, пошатываясь. Его лицо было красным и потным. Он размахивал рукой над головой Дакоты.

— Эй! — я дернулась встать, но нога отозвалась искрой боли, заставив меня охнуть.

Лия вскочила быстрее. Она вылетела из-за стола, с грохотом задев край столешницы. Решительно шагнула мужчине навстречу и громко хлопнула его по спине. Тот пошатнулся, попутно отпихнув Дакоту, но Лия уже рявкнула ему что-то в лицо. И сразу же впечатала кулак в его нос.

Ладонь сама взлетела ко рту, сдерживая крик. Вокруг разнеслись голоса.

Здоровяк рухнул на колени, не удержав равновесие. Он что-то невнятно прохрипел и закрыл нос руками. Лия отряхнула руки, поправила лямку своего облегающего платья и повернулась к Дакоте.

— Ты как? Цела? — спросила она совершенно спокойным голосом.

Дакота стояла, прижавшись спиной к стойке, и смотрела на меня остекленевшим немигающим взглядом.

— Охренеть… — выдохнула она. — Ты… ты так…

— Уходим. Быстро. — Лия криво усмехнулась, но ее пальцы слегка дрожали.

Она схватила меня и Дакоту за руки, и я вскрикнула из-за резкого подъема. Нога отозвалась тупой болью, но Лия, не сбавляя шага, уже тащила нас к выходу.

— Куда? — кричала я.

Голову разрезало жаром. Я обернулась — позади на нас пер пьяный, красный от загара мужик. Рука Лии выскользнула из моей. Я нащупала на горящем затылке что-то мокрое. Взглянула на пальцы.

— Боже, это кровь…