И крыльями закроет звезды. Год 2345
— Мы с Элизабет давно знакомы. На самом деле давно — даже ходили в одну школу, и дружим… дружили семьями не один десяток лет. Сначала мои и ее родители, а потом мы втроем — я и она с Уиллом. Они поженились довольно рано, надо сказать, да. А вот чего уж Лизи не выносит, так это официальных слов соболезнований. Поэтому лучше не надо, я сам ей обо всём расскажу.
Что же, времени на это потребовалось немало, но постепенно голоса в комнате успокоились, раздавались только редкие женские всхлипывания — и они сперва перешли в рыдания, а потом и вовсе затихли. Дверь открылась, Элизабет, в которой недавние слезы выдавали лишь покрасневшие глаза и алые тревожные пятна на щеках, прошествовала мимо. На Анжея женщина даже не посмотрела, сразу направившись на выход — Сойер пошел за ней, размашисто и торопливо. Потом из кабинета вышел Грег, мрачный и очевидно измотанный морально: попытался пригладить взъерошенные короткие, с темной рыжиной волосы. Если бы не эта рыжина — да бледные, но многочисленные веснушки на руках Грега — Анжей решил бы, что Лизи его сестра или кузина: такое же суховатое удлиненное лицо, прямой нос, темно-серые глаза и похожий цвет волос — темный шатен. Только почти незаметная в слабом освещении рыжина и отличалась.
— Дело сделано? — спросил Анжей, и Грег еще раз пригладил волосы, посмотрев на закрывшуюся за Элизабет дверью.
— Она сильная, а значит, справится. И я обещал ей поддержку, — тихо начал Грег. — Дети у них уже довольно взрослые, так что одна она не останется в любом случае. Конечно, сначала Лиз ругалась, слала меня к черту — думаю, ты слышал. И не сказать, что я не понимаю, почему она так говорила. А потом рыдала… потом потребовала найти этих ублюдков и… В общем, я ей сказал, что отдал бы все, чтобы не делать того, что мне пришлось сделать. Ее ответ я не буду цитировать, пожалуй. И в общем, да, дело сделано, можем отправляться, куда ты там наметил.
— Для начала в местный штаб, заберем оставленные документы и полетим на Проксиму-8, там в спокойной обстановке всё обсудим, — кивнул Анжей. — Нам нужно составить общий план. У меня он есть, но я бы послушал и твои соображения, сказать по правде.
Закончив все штабные дела, Анжей и Грег остановились в комнате ожидания: этакая гостиница для офицеров, как её еще назвал Грег. Отправку запланировали на утро, поэтому можно было спокойно всё обдумать и отдохнуть. За ужином Анжей словно невзначай спросил Грега о семье. Естественно, Грег живо заподозрил в этом простом вопросе дежурную вежливость — как будто ооновец-следователь не навел все справки о его семье вплоть до прабабок и прадедов. Но и запираться не стал — ответил точно с такой же дежурной вежливостью; в конце концов, разговор надо как-то поддерживать, тут Анжей прав. Им еще работать вместе.
— Женат, двое детей-школьников, — усмехнулся Грегори. — С женой мы, правда, так официально отношения и не оформили. В связи с этим её чуть не выгнали из квартиры, когда ваши начали выгребать меня отовсюду. Майк, в смысле майор Сойер, говорил, что пришлось вмешаться.
Анжей неопределенно что-то проворчал, жуя бифштекс — то ли делал вид, что впервые об этом слышит, то ли высказал сдержанное неодобрение методами самых рьяных коллег. Потом все-таки уточнил:
— Но все разрешилось?
— Да, конечно, — кивнул Грег. — Все-таки хороших людей хватает и в нашем ведомстве, и вообще.
— Ты сказал еще, что с О’Генри давно знаком, — Анжей задумчиво покрутил в воздухе вилкой.
— Это допрос? — усмехнулся Грег, и Анжей скривился. — Ладно-ладно, шучу. Мы со школы вместе, хотя Уилл и был на пару лет старше. Элизабет вообще моя соседка, я уже говорил. Это я их с Уиллом и познакомил — давно это было. Но мы росли на Земле, с Уиллом познакомились в летнем скаутском походе, да и подружились. Еще мальчишками были. Сговорились еще тогда оба военными стать, потом и поступили на службу.
— Далеконько вас распределили, — Анжей хмыкнул. По его лицу — с крупными, несколько округлыми чертами и при этом неожиданно твердым подбородком было видно, что он задумался над чем-то. Слегка, но тем не менее. Грег еще раз взглянул на собеседника и пришел к выводу, что ооновцу лет несколько больше, чем ему — примерно как Уиллу, пожалуй, то есть немного за сорок: выдавали скорее глаза с въевшимся жестковатым прищуром.
Грег, только хмыкнул и склонил голову на бок:
— Военная служба, куда направили, там и живем. До этого на Сириусе штаны протирали. Да лучше бы там и остались, если честно.
Анжей заметил, как Грег помрачнел, заканчивая фразу, и сдержано кашлянул. Отхлебнул кофе, обтер губы салфеткой и задумчиво проговорил:
— Вообще я хотел спросить — не заметил ли ты чего-то странного в поведении Элизабет. Ну, с учетом того, что ты и ее хорошо знаешь. Но думаю, если бы что и было, ты бы сказал об этом…
— Так вот чего ты рвался принять участие в беседе, — буркнул Грег, но Анжей его перебил:
— Погоди. Странностей, я верно понимаю, не было?
— Ни малейших, — Грег пожал плечами.
— Я так и думал. Но вообще я сейчас не об этом — точнее, у меня тут кое-какие новые данные появились, пока ты занимался всякой формальщиной с Сойером и прочими делами, прислали немного новостей по нашим… по сходным инцидентам.
— М-да? — Грег отреагировал вяло, будто бы больше интересуясь жареными овощами в тарелке: тем, что осталось от его порции. Уничтожив последние ломтики, он глянул на Низовского, понимая, что тот начал это неспроста.
— Видишь ли, это, по-хорошему, закрытая информация и предназначалась она только мне, но, думаю, тебе это тоже стоит узнать. После той обработки — да, ты предположил совершенно верно, людей, вовлеченных в диверсии, действительно каким-то образом обработали на ментальном уровне — осталось двое выживших. Только проблема в том, что живы они формально.
— Это как?
— Да вот так. Технически тело и мозг этих ребят целы, но от личности там ничего не осталось. Ни от личности, ни от интеллекта. Просто человек как ходячий овощ, — он задумчиво качнул головой. — Так-то. На снимках коры мозга у них у всех зафиксированы необратимые изменения, так что даже шанса вернуть их к нормальной жизни нет. Как и узнать, впрочем, что же с ними всеми стряслось. Поэтому, пусть утешение и слабое, но ты спас своего друга от участи куда как хуже.
— Действительно слабое, — вздохнул Грег. — Но лучше такое, чем никакого.
— Вот и я так подумал, — кивнул Анжей с непроницаемым лицом.
— Ладно, хватит об этом, — Грег пересилил себя и сменил тему сам. — Ты-то здесь какими судьбами оказался, неужели ради этого дела и отправили?
— И да, и нет, — чуть усмехнулся Анжей, охотно переключаясь с мрачного обсуждения снова на отвлеченную болтовню. — Сам я вообще-то тоже с Земли, из самого сердца Российской Империи, Петербурга.
Грег отметил, что на этих словах в голосе ооновца прозвучала вполне себе неподдельная гордость. Да, границы-то государств сейчас были больше номинальными, а вот культурное своеобразие земляне активно чтили, и особенно этим отличались уроженцы знаковых мест — древних городов и старых столиц.
— Даже так? — уточнил Грег с легким смешком, и Анджей с удовольствием кивнул, продолжив:
— Может, по мне и не скажешь, но и я — человек семейный. Жена с дочкой в столице и остались, отказались лететь в эту глушь. Супруга вовсе говорит, её эти варп-скачки укачивают, и голова болит после них. Что характерно, у нее никогда не было полетной лихорадки, так что это все, я крепко подозреваю, самое настоящее притворство.
Грег засмеялся.
— Разбивает в клочья стереотип о женах офицеров?
— Не то слово! — хохотнул Анжей, и следом добавил по-русски: — Одно слово — искусствоведьма.
Грег выгнул бровь. Он вполне неплохо знал русский — как один из основных языков общения в ООН его выучивал весь старший офицерский состав человеческих военных сил — но это слово слышал впервые. Подумав, что ослышался, он вежливо уточнил:
— Что, прости?
— Искусствовед, — пояснил Анжей, улыбнувшись от уха до уха. — Но при этом по характеру — ну, как я и сказал. Ведьма! Горячо любимая, но тем не менее. Она занимается театром и балетом. Но дальше Ио ее никакими силами не выманишь, даже ради своих искусствоведческих семинаров не соглашается — галанет-трансляции, мол, вполне хватит.
— Просто боится, может? — поинтересовался Грег. Все-таки даже в нынешнем веке были люди, которые опасались дальних перелетов, точно так же, как в двадцатом веке некоторые люди боялись самолетов.
— Да нет, трусихой ее сложно назвать, — возразил Анжей с ненаигранной, теплой улыбкой. — Просто старая наша «колыбель человечества», Земля её привлекает куда сильнее, чем далекие звезды. Поэтому я летаю по работе лишь в компании штабной документации и пары комплектов униформы.
После он, неопределенно пожав плечами, добавил:
— Строго говоря, здесь я оказался вовсе не из-за терактов этих с промывкой мозгов. Здесь, в этом секторе вообще и системе в частности я тоже, можно так сказать, по своеобразному распределению. В прошлом году прислали в наш особый отдел информацию, что один давно разыскиваемый тип засветился где-то недалеко от этих мест. Скорее всего, его тут нет, только поминай как звали, но если есть призрачный шанс накопать хоть какие-то зацепки о самом типе, что могли остаться в этом секторе, его следовало проверить. Ведь мы — наш отдел — всегда проверяем все, до чего можем дотянуться… поэтому я здесь. Мы давно уже гоняемся за этой личностью, но он не просто неуловим. Он, кажется, вообще будто через подпространство без корабля ходит, сам, своими ногами. Так или иначе, а год назад я сюда прибыл, но обнаружил через какое-то время, что его след остыл. И вот недавно он снова дал о себе знать… Только вот случились эти теракты на базах, и нас переназначили сюда.
— Почему так? Вроде от недостатка людей вы не страдаете, — нахмурился Грег.
— Наш фигурант замечен в основном в громких экономических преступлениях, — хмыкнул Анжей. — Серьезно, но не настолько, насколько оказались серьезны теракты. По крайней мере, людских жизней от них пострадало не в пример больше, чем за все годы художества нашего неуловимого. А что до нехватки кадров — ты прав, ее нет. Но с нашим начальством не спорят, и дела мы себе сами не выбираем. Я… в некотором роде специалист с неплохой репутацией.
— То есть — спец по запутанному дерьму, верно? — сообразил Грег, изо всех сил стараясь, чтобы его слова не прозвучали подначкой.
— Именно так, — Анжей слегка улыбнулся. Неожиданно дружески и открыто, почти так же искренне, как улыбался, сплетничая о семейных делах. — Чертовски точное описание, я бы сказал.
И вот тут-то Грег подумал, что, наверное, с этим Низовским он вполне сможет сработаться. Судя по ухмылке Анжея, о нем самом ооновец подумал примерно в тех же выражениях.
Утром, как по расписанию, в небольшой космопорт прибыл служебный транспорт. Анжей и Грег погрузились на борт, заняли места — и корабль с плавностью наземного рейсовика на магнитном двигателе двинулся ввысь, набирая высоту без спешки, и покинул планету. Это было лишь начало пути, а транспортный космический челнок повышенной вместимости, по сути, оставался таким же «автобусом с крыльями», как и самолеты трехвековой давности — на рейсовом челноке, кроме Анжея и Грега, было еще десятка три пассажиров, летящих по разным служебным делам. Их путь лежал в основной космопорт столицы звездной системы, планеты Проксима-8.
Центральный порт Проксимы-8 встретил их проливным дождем и серым небом. Непогода затянула горизонт так плотно, что сложно было понять, где вообще кончается тусклая хмарь неба и начинается твердая поверхность. Точнее, город — на планете было довольно много высотных зданий и крупных населенных центров. Сейчас же поднимающиеся вверх здания тонули в сизом мареве льющейся с неба воды, сырая взвесь дымкой смазывала все очертания — рассматривать их и не хотелось. Погрузившись во встречающий их служебный магнито-пикап, Анжей и Грег направились в забронированный заранее номер гостиницы. Блеклые городские пейзажи плыли мимо и электрическая подсветка служебных надписей на зданиях растекалась тусклыми акварельными пятнами сквозь вуаль дождя.
— Ужасная погода, — проворчал Грег, заходя в номер и скидывая истекающую потоками воды куртку. Военного образца, она не пропускала влагу, но капало с нее безостановочно. Грег осторожно пристроил куртку на вешалку, уже представляя лужу под нею, что соберется минут через пятнадцать.
— Тут это обычное дело, — пожал плечами Анжей, тоже закинув на вешалку верхнюю одежду. — На Проксиме-8 находится наше управление, последний год я обитаю тут почти безвылазно, собирая информацию. И знаешь, постоянно думаю: лучше бы я переехал в Финляндию — климат тот же, зато виды куда как лучше!
— Все этого вашего неуловимого пытаешься вычислить? — поинтересовался Грег, плюхнувшись на диванчик и вытягивая ноги: с его ростом любой казенный транспорт был не самым удобным местом, надо сказать.
Анжей оккупировал кресло и согласно кивнул.
— А этот ваш загадочный экономический преступник, часом, не связан с нашими террористами? — вдруг спросил Грег. — Я просто подумал, что когда из банка пропадают деньги, они запросто могут осесть в карманах террористов.
— Очень сомнительно, — мотнул головой Анжей. — Ничего подобного ни разу не произошло — сложно не отследить, когда одновременно или почти одновременно убывшее в одном месте вдруг возникает в другом. Но не в нашем случае — тут деньги просто пропадали. Что же касается террористов… На данный момент нам известно не так много, пожалуй только то, что за организацией может стоять давняя радикально настроенная полу-религиозная, полу-мистифицированная группировка с дурацким, но высокопарным названием: «Культ Вороньего Короля». У них есть и свои карманные исполнители — боевики так называемой «Новой Отчизны», антиглобалистски, если можно так выразиться, настроенного террористического формирования. И вот она состоит из разношерстных радикалов, наемников, прочего сброда и самых причудливых «солдат удачи». Сами по себе они толком не досаждали нам, орудовали до этого в основном в кагранском секторе, и тамошние вояки их неплохо пощипывали. В целом угрозу-то можно было бы считать успешно сдерживаемой: у нас они только сравнительно некрупным пиратством промышляли. До недавних событий, я хочу сказать.
— То есть, иными словами, думаешь, в нынешних терактах завязаны и загадочные мистики-радикалы, и боевики-антиглобалисты одновременно?
— Я тебе даже больше скажу, связаны все три стороны — даже этот загадочный вор крупного масштаба, но совсем не так, как ты полагаешь. Это тема для отдельной беседы — не забудь напомнить, чтобы я тебя просветил чуть позже. Я думаю, нам предстоит как следует в этих всех хитросплетениях покопаться. А сейчас я бы не отказался от чаю с чем-нибудь вроде рома или бренди — дождь тут штука частая, но полюбить его я так и не полюбил.
И Грег согласно кивнул, давая понять — от горячего питья он не откажется тоже.
Глава 4. Вскрывая секреты и тайны
Комбинация символов и бинарных чисел светящейся дорожкой пробежала по вид-экрану шлема напротив левого глаза Халларда: он не вчитывался, но привычные очертания строчек говорили об успешно выполненной задаче. Так и есть — с коротким щелчком замок открылся, высветив на дисплее над запорным механизмом ободряющую надпись «доступ разрешен».
— Как-то слишком уж просто в этот раз, — пробормотал взломщик, позволив щупу декодера обратно втянуться в мультитул, встроенный в наруч. — Не было бы западни.
Купол исследовательского центра, дверь в который только что взломал Артур, оказался безжизненен. Буквально. Электроника шлема подсказывала — произошла разгерметизация, и живых тут нет. На вид-экране мелькали цифры и пиктограммы: на некоторых Халлард задерживал взгляд, убеждаясь — ситуацию иначе как странной не назовешь. Лаборатория-комплекс была очень хорошо оборудована, современные аварийные системы наверняка были абсолютно исправны, а значит, случайной разгерметизация быть никак не могла. Даже если бы в купол прилетел осколок метеорита. И что же случилось с аварийными системами, в таком случае?
«Кислорода в системе: сорок процентов» — известил Халларда металлический и лишенный эмоций женский голос системы жизнеобеспечения гермокостюма. Речь шла о его личном запасе, разумеется: внутри комплекса дышать было не чем, также как и снаружи купола.
— Мне хватит, — сам себе ответил взломщик. Привычка иногда разговаривать с самим собой выработалась у Артура за годы одиночных скитаний просто потому, что иногда хотелось услышать живой голос. Не с псевдо-ИИ техники разговаривать же, в самом деле.
Мягко ступая по покрытому невесомой тонкой пылью полу он проследовал мимо обесточенных входных турникетов и прошел само помещение контрольно-пропускной точки комплекса, выйдя на «улицу»: по сути, длинный внутренний коридор научного центра.
Его встретили два тела в легких комбезах, заменяющих нынешним ученым старомодные халаты. Иссохшие, как после сублимационной камеры, в полускрюченной позе и с застывшими на лицах гримасами ужаса. Руками мертвецы вцепились себе в шеи — с такой силой, что даже на посеревшей и сухой коже сохранились следы, словно те перед смертью попытались разодрать себе горло.
— Чертовы вороны… — Халлард подавил желание сплюнуть: в его шлеме сделать это вполне можно, конечно — попросту сработает штатная фильтрация и очистка. Но менее противно от зрелища не станет, это точно. Еще раз перевел взгляд на символы инфосистемы шлема и пробормотал: — Картина-то проясняется, вот оно что. Сначала пустили газ, заставили их паниковать, а потом откачали весь воздух из купола. Ну или наоборот, пес их подери…
Обведя взглядом жилую часть комплекса — а Артур вышел как раз к нему — заметил еще несколько тел, застывших в схожих с первыми найденными трупами позах. Шлем моргнул красным — считывающий визор заботливо обвел все тела и вывел на экран краткую информацию согласно их айди-картам:
Генри Тодд — мертв
Пол Уорт — мертв
Джейми Ти — мертв…
Список тянулся на еще десяток имен колонистов-исследователей, точно так же удушенных газом.
— Что эти щипанные тут искали? — прошептал Халлард, придирчиво сканируя округу, быстро переключая режимы и отсеивая пустую информацию с ловкостью опытного профессионала.
Красные глазницы шлема сверкнули снова, и вот уже на вид-экране возникли отметки плана с расположением строений и корпусов комплекса. Внимание решил уделить основному — главным лабораториям, этакому научно-исследовательскому центру в исследовательском же центре, каковым купол и был обозначен даже во внутренних документах.
Он был, ожидаемо, заперт. Под шлемом скользнула азартная ухмылка, и щуп снова проник в недра технического разъема двери. Уже привычная череда символов, свидетельствующая об успешной работе декодера вдруг прервалась чуть ли не кричащим «Доступ запрещен!», и в следующую секунду защитная автоматика пришла в движение.
Халлард едва успел выдернуть щуп и отпрянуть от двери, как в место, где он только что стоял, ударила очередь автотурели. Едва ли не по-кошачьи отскакивая от стен и углов, Артур укрылся за стеной, которую усердно стачивала турель.
Стрельба умолкла — автоматика явно потеряла цель. «Но у неё наверняка есть какие-то датчики сердцебиения, тепла, радиослежения…» — рассуждал про себя взломщик, отчетливо понимая, что стоит ему высунуться, турель тут же примется строчить снова. Шлем тем временем выводил ему статус диагностики — ранений нет, повышенный адреналин, учащенный пульс и… остаток кислорода восемнадцать процентов.
Вот тут взломщик нервно сглотнул и торопливо ощупал спину — да, так и есть, очередью посекло систему жизнеобеспечения, и теперь под его серым плащом искрил блок, который должен был вырабатывать дыхательную смесь.
— Зараза… — тихо прошипел Халлард, прикидывая возможные пути отхода.
«В теории, — рассуждал он, — внутри НИИ должен находиться резервный генератор с некоторым запасом кислорода, если его не повредили вороны. Но вход сторожит турель. Если я смогу проскочить… черт, слишком много „если“! Но вариантов-то немного, на деле. Ладно, посмотрим, что у нас еще…»
Сканер незамедлительно выдал схему всего строения и систему охраны с ее ключевыми точками. Новости было две, и обе так себе — отключить турель можно было только изнутри, и перекрывала она значительную часть коридора. Кроме одного-двух непростреливаемых мест, да. Правда, скорость маневровых приводов стрелковой башни была все-таки не как у турели на военной базе, по счастью. Выбрав для себя приемлемый маршрут, Артур, собравшись с силами, рванул в ту сторону, уворачиваясь от выстрелов автоматики. Успешно преодолев эту полосу препятствий, он снова попытал удачу со щупом-декодером, подключив модифицированный протокол обхода системы безопасности центра. На этот раз удача ему улыбнулась — и дверь скользнула в сторону, пропуская Артура внутрь.
На четырнадцати процентах он дошел до кабинета, где, судя по датчикам, еще был кислород. Жизни в комнате, разумеется, датчики не обнаружили — скорее всего, тут просто никого не было в момент атаки, а воздух удержали герметичные системы помещения. Повезло. Уже привычная комбинация перед глазами, «доступ разрешен» — и Халлард ужом просочился внутрь, тут же закрывая за собой дверь, чтобы весь воздух с шипением не вышел. Это был довольно большой рабочий кабинет, больше напоминавший небольшую лабораторию на полдюжины рабочих мест, где в центре — на манекене с широко расставленными в стороны руками — находился костюм вроде того, что был на Артуре, только явно модернизированный по всем ооновским стандартам. Вентиляция прилежно шуршала в углу, нагоняя в помещение воздух, что было хорошим знаком: все-таки резервный генератор работал.
Артур снял шлем — прошуршали черные провода-сенсоры, имитирующие буйную гриву и бутафорские подвески-перья в ней, визорные красные огни погасли, и теперь «забрало» шлема выглядело как глухое сочетание наклонных черных пластин — гладких, как стекло, и непроницаемо-черных. Таковыми они были, впрочем, только снаружи.
Халлард довольно ухмыльнулся. Костюм выглядел весьма неплохо и даже на манекене казался удобным, прочным и подвижным — по паре сетчатых бронеэлементов на бедрах, груди и боках, все блоки жизнеобеспечения на спине также прикрыты сетчатым композитом, на сгибах локтей и колен проглядываются компактные шарниры и элементы усиления конструкции — признаки интегрированного в костюм экзоскелета. И это только то, что смог разглядеть Артур при беглом осмотре. Наверняка и цифровая начинка, датчики и управление системы жизнеобеспечения и прочее — на должном уровне. Дальнейшие действия казались ему очевидными, тем более с текущими повреждениями своего костюма Артур далеко не уйдет.
«Медико-асептический индивидуальный защитный костюм МАИ-ЗК (MAI-PS)» — гласила лаконичная надпись на табличке. Артур обошел вокруг постамента, рассматривая находку и не забывая поглядывать по сторонам — вдруг что еще интересное попадется? Ага, вот как раз — кажется, подборка наработок по «экспонату» — во всяком случае, надпись на папке совпадала с таковой на табличке под манекеном.
— А не за ним ли приходили сюда «пернатые»? — проговорил вслух Халлард, листая найденную документацию. — Но тогда почему ушли с пустыми руками? Неужто их кто-то спугнул? А, черт побери, по ходу разберемся, — заключил он, и неясно было, имел он в виду все-таки предполагаемых атаковавших купол террористов-«ворон» или подробности устройства костюма МАИ.
Артур еще раз взглянул на манекен, потом решительно скинул свой плащ, попутно отцепляя скромную бронезащиту в виде щитка-наплечника. Чинить на месте прежний гермокостюм он не видел никакой возможности — скорее всего, его придется попросту уничтожить. Если его находка в полной мере функционирует, конечно.
Впрочем, с этим как раз никаких проблем и не возникло. Едва последняя застежка нового костюма щелкнула на ключице, в голове зазвучал мелодичный и бодрый женский голос, металлическим отзвуком указавший на то, что это всё же искин — а не приступ внезапного сумасшествия.
«Синхронизация успешно завершена. Добрый вечер, Пользователь, для завершения процедуры авторизации пожалуйста, назовите себя. Уверяю, ваше имя будет сохранено в тайне согласно всем правилам и нормам устава ООН», — проговорил голос.