О гордых драконах и всяких прочих людях

Заросшая дорога в Рай

Смерть устало скинула пот со лба, и посмотрела вперед. Косить ещё и косить.

Дорога в Рай зарастала с буйной скоростью, достойной лучшего применения. Косить приходилось часто. Она обтерла косу, и продолжила, недовольно прислушиваясь к другой части своего патронажа.

В Ад вела широкая, натоптанная тропа. Дорога, прямо таки.

Оттуда доносились вопли, голоса ссорились, спорили, и доказывали что-то соседям.

Фух! Последние метры очищены. Может, кто-то пройдет-таки и в эту сторону.

Смерть поставила инструмент, отряхнула мантию от налипшей травы, и нехотя двинулась в противоположную сторону, где нарастал шум скандала. Многоголосого.

Кто-то требовал котел попросторней, кому-то не нравился запах специй, подсыпаемых в кипящую водичку.

Один особо выделенный доказывал, что его не имеют права жарить на сковороде без антипригарного покрытия. У него такие связи! А его тут на простом масле томят!

Особо ушлые, пользуясь тем, что надзиратели с рожками отвлеклись на самых громких, вытаскивали из-под своего котла полешки, подсовывая их под соседние котлы.

Кто-то доказывал, что его подставили, и его не имеют права кипятить на дровах! Только на инерционной плите! Исключительно!

В нескольких котлах бурно обсуждали рожки главного надзирателя, мол, они совсем не идут к его колесообразным копытцам.

Словом, в Аду всё кипело, бурлило, вопило и шкворчало, буйно и активно.

Несколько душ стояло в сторонке. Смерть встрепенулась. Может быть, из попросили подождать, пока найдут смягчающие обстоятельства, чтобы перевести в Рай. Или хотя бы в чистилище.

- Чего стоим? Кого ждём? – вежливо подошла она к ожидающим.

- Нам котлов не хватило! – голосом профессионального сутяжника проскрипел один.

- Везде блатные! Везде рука руку моет! – зашумели остальные.

Смерть болезненно поморщилась, опять ошиблась… И посмотрела на единственного молчавшего.

- А ты что?

- А куда спешить? Я своё похоже, уже отспешил. Что моё, всё мне достанется, - криво улыбнулся тот.

Она встрепенулась. Такое философское настроение достойно Чистилища! Глядишь, и до Рая дочистится! Но тут её осенила гениальная мысль.

- Ты! – ткнула она пальцем в молчаливого, - пойдешь со мной, работа есть.

- Вот я же говорил, везде кумовство! – недовольно проворчал им кто-то в спину.

- Будешь траву косить, чтоб тропинка не зарастала! – указала Она фронт работ новому сотруднику.

Тот пожал прозрачными плечами. Косить, так косить, всё веселее, чем кипеть.

«Посмотрим, может, до очищения сам докосится», думала Она, отправляясь по своим делам. Их у Неё было много. А эта тропинка…Она столько времени отбирает!

А там глядишь, что по скошенной траве и в Рай протопает. А то он совсем опустел. Она прислушалась.

В Раю было тихо, уютно, благолепно, и…пусто. Совсем…

Может быть, докосится, и сам во Врата войдет, с пониманием…

А то, как бы Рай совсем не пришлось закрывать. За ненадобностью…

Миллион за измену

Что такое миллион? Если рублей, то совсем не много, так на подержанную машинку, может и хватит, но на даже однокомнатную квартирку, уже нет. Да и просто на хорошо погулять, так…может, на раз и станется.

А если миллион золотых, полновесных монет? Вот это уже совсем другое дело!

Высокий лорд, недовольно хмурясь, ехал в роскошной карете, без опознавательных гербов. Ему поручили крайне деликатное дело, и он предвидел долгие уговоры, возможно, с давлением, и может быть, даже с применением запрещенных приёмов. Впрочем, в успехе он не сомневался.

Во-первых, он был лучшим переговорщиком своего государя.

Во-вторых, человек, которого он должен был уломать на сделку, был как бы это помягче сказать, в крайне, крайне стесненных обстоятельствах, и сумма, которую ему были готовы предложить, должна была склонить его к…

Леди, узнав, что у них гости, старательно пригладила волосы, и со вздохом окинув себя в зеркале, накинула единственную красивую шаль на плечи, чтобы скрыть потертости платья.

Их с мужем дела шли плачевно. Поженились они вопреки воле обоих семейств, оставшись без поддержки и семейных денег.

А чем мог заработать родовитый, с титулом, господин в их мире, которому не оставили ни одного доходного сельца, ни одной акции в семейных предприятиях, найти было очень трудно.

Муж прилагал все усилия, но…его даже репетитором к ученикам не брали из-за его титула, полагая, что это насмешка над нанимателями.

Она ещё раз решительно вздохнула, и протянула руку, чтобы открыть дверь.

И вдруг застыла на месте. Обрывки слов еле слышимые из-за плотно прикрытой двери, заставили её заледенеть.

- Изме…секре…тай…

Она прижала руку к губам, чтобы не закричать, и с трудом удержавшись на ногах, сбежала в свою комнату.

Там она упала в кресло, и закрыла лицо руками. Мысли роились злыми пчелами, жаля её мозг и душу:

«Мой бедный муж! Он решился на измену, лишь бы поправить дела! Ах, это всё из-за нашей любви! Что же нам теперь делать?! Его поймают, и тогда…»

Тут она решительно выпрямила спину, и вытерла слезы. Даже если за ним придут стражи, она не бросит его! Он сделал это ради них! И она пойдет за ним куда угодно!

Мимо окон их бедного домика, единственного, на съем которого им хватало скудных средств, прогрохотали колеса отъехавшей кареты.

Леди выпрямилась ещё благородней, и вышла к лорду, мужу своему.

- Дорогой, - начала она, трудно сглотнув, - я всё слышала, ты решился изменить родине, но чтобы, ни случилось, я с тобой! Даже если тебя арестуют, я поеду за тобой!

Лорд хотел было перебить её страстную речь, но по мере её почти декларирования, только и мог, что открывать и закрывать рот.

- И ты согласна стать женой изменника государства? – спросил он, сверкнув глазами.

- Да! – твердо ответила супруга.

Таких жарких поцелуев не было в их домике с тех самых пор, как нужда застила окна, выстуживая жилье темными вечерами.

На другое утро, после почти бессонной ночи, леди встала, и собственноручно заварила мужа чай и нарезала остатки засохшей булки.

- О, нет! – возразил он, входя на кухню, и поправляя галстук, - сейчас ты оденешься, и мы поедем отмечать мою измену!

Леди горестно посмотрела на мужа, пожертвовавшего для неё всем, что дорого для благородного лорда.

Несколько новых платьев, набор аксессуаров и новые туфельки, немного примирили её со скорым арестом. А кофе с нежным пирожным в приятном кафе сделали даже немного счастливой.

Дома она занялась тем, чем занялась бы любая из нас в такой ситуации. Примеркой всего купленного.

Скоро его арестуют, и…а пока надо успеть, хоть немного порадоваться!

Ещё одна карета, остановившаяся у их дома, вызвала ажиотаж среди бабулек с дедулями, живущими в соседних домишках. Сын молочницы, застыл посреди тротуара, забыв, куда нести бидон с молоком. Коза за забором перестала жевать хозяйкин фартук, уставившись на вышедших из кареты стражей.

Леди тихо вскрикнула, но решив, что раз уж его арестовывают, то она, как истинная дворянка и так далее, должна выглядеть соответственно, доделала прическу, и вышла в гостиную.

-Я поеду с мужем! – твердо заявила леди, глядя в глаза стражнику, дочитавшему указ, явно об аресте, и уже свертывающему его в трубочку.

Тот, приоткрыл рот, и…

- Как будет угодно леди! – ответил страж, увидев странное выражение лица лорда, уже собравшегося на выход.

Всю дорогу она держалась за руку мужа, как будто это было в последний раз.

Карета почему-то подъехала к парадному крыльцу королевского дворца. К дворцу того самого короля, которого предал её муж, чтобы спасти их финансовое положение! Она задохнулась от страха.

- Милостью его королевского величества, - громкий голос министра, читающего указ, смог пробиться сквозь шум в её ушах, ждущих приказа, как минимум о ссылке, - за неоценимую услугу, лорду и леди …даруется поместье в вечное владение, а так же, помимо аванса уже врученного, открывается вклад на миллион золотых монет! Приказ приведен в исполнение!

Полуобморочную жену лорду пришлось почти донести до диванчика.

- Что происходит, дорогой? – еле слышно прошептала она, - ты сумел обмануть самого короля?!

- Не было никакой измены, милая, - тихо ответил муж, - помнишь, я в свободное время возился в оранжерее? Вывел редчайший сорт роз. Наш король узнал об этом, и прислал ко мне своего главного министра, чтобы уговорить меня продать и кусты, и секреты ухода за ними. Он знал, что я могу не согласиться продавать, вот и послал лучшего. Я ему объяснял, что нельзя изменять состав почвы, в этом главный секрет. И посоветовал хранить тайну содержания.

А король оказывается, подарил всё это дело, вместе с секретом и тайной султану, большому любителю роз, и тот взамен заключил с нами вечный мир, и подарил в ответ что-то такое, о чём молчат всё царедворцы!

Жена смотрела на него вытаращенными глазами.

- Почему же ты не рассказал мне сразу?!- возмутилась она.

- Ты была так умилительно готова идти за мной на край света, и явно чувствовала себя героиней, я не решился,…

- Ах, ты! – встала она, гневно сверкая на него глазами.

- Может быть, это загладит мою вину? – протянул он ей коробочку с украшениями, - но если признаться честно, то я был так счастлив, что ты готова быть со мной всегда. Везде. Чтобы со мной не случилось…

- А разве ты ещё этого не понял? – тихо спросила она.

- Конечно, понял, но…мне просто хотелось ещё немного побыть самым, самым нужным тебе!

- Ты всегда им будешь! – твердо ответила она.

И да, они рассказывали, смеясь эту историю и детям, и внукам.

Вот только те почему-то не отвечали смехом. Только вздыхали. А девочки утирали слезы, вздыхая:

- Вот это любовь…

Так что, очень может быть, что эта история и не про миллион вовсе, и даже не про деньги, а про…

Да кто её знает эту историю?! Она же тоже женского рода!

А эти женщины такого накрутят, такого…что потом весь королевский двор со всеми министрами не разберутся!

И это единственно точный факт. Как бы вы ни спорили!

На третьем этаже

А вы бывали в городе N, на шумной улице, застроенной многоэтажками? Нет? Вот и я нет. Предлагаю заглянуть туда вместе.

Потому что, то о том, что там произошло, лучше прочитать своими глазами. Слухи могут передавать недостоверные сведения!

И может быть, вам всё это покажется банальным, но мы-то с вами знаем, какие страсти иногда кипят за самыми банальными шторками.

На уютной кухоньке уютной квартиры на третьем этаже одной из многоэтажек, бушевал ураган с примесью цунами.

Причина этого семейного безобразия сидела на кухонном диванчике с видом царственной особы, узревшей скотника в своей постели, и надменно щурилась. Точнее, причину держала в руках раскрасневшаяся от гнева Абдулинария Кабзуминовна, а устроивший причину Его Величество Коринфан, сидел на том самом уже упомянутом диванчике, и с прищуром наблюдал за семейной непогодой.

- Мои туфли!!! Мои новые туфли!!! – кричала Абдулинария, потрясая новенькой парой перед носом съежившегося на другом углу диванчика мужа, - ты посмотри, что он сделал!!!

«Поделомяууумм!!» фыркнул Его Величество Коринфан.

Абдулинария Кабзуминовна появилась в этой квартире всего пару месяцев назад, а он жил тут уже два с половиной года, милостиво разрешая Васимиру Топономичу ухаживать за ним, кормить, в награду позволяя пользоваться кухней, ванной, туалетом, и заметьте, какая щедрость, даже спальней и гостиной!

А вот с Абдулинарией Кабзуминовной они сразу не сошлись характерами. О, нет! Что вы! Она его не обижала! Ни в коем случае! Да и не родился ещё тот, кто мог бы обидеть Его Величество. Не родился!

Но! Она сразу же заняла его любимое место на диване! И ссаживала его оттуда с напрягающим упорством.

Она отнесла его к врачу, прописавшему Его Величеству диету, по поводу лишних килограмм!

Она кормила его какой-то диетической ерундой! Не давая ни сливочек, ни сочного бифштекса!

И вот если с диваном Коринфан как ещё примирился, то вот это вот…сваренное на пару…нееееет!!! Такого он стерпеть не мог!

Была объявлена война. Жестокая. На поражение. А то и выселение!

Рвались колготки. Случайно падала, рассыпая всё, что было внутри сумка. Выпрыгивали цветы. Ну, и так, по мелочи, почему-то шторы заползали под тот самый диван, и так далее.

Но в этот день, нет, вы можете себе такое представить?! В этот день чаша терпения Его Величества была переполнена!

Вместо сочной печеночки, которую она так вкусно пожарила в сметанке, она положила ему, хотя он ясно дал ей понять, что тоже хочет приобщиться к роскошному яству, она положила ему кусок отварной индейки! А?! Как вам такое?!

За что и была подвернута ссанкциям в новые туфли! И судя по надменной морде, это был только самый, самый разгар!

Абдулинария Кабзуминовна высказав мужу, всё что она думает о нём и его коте, предъявила ультиматум, и ушла на работу во вторую смену.

Васимир Топономич уныло посмотрел на Его Величество:

- Помирился бы ты с ней, что ли уже, Коринфан? А?

Кот гордо вздернул нос, и высказался четко и понятно. В его мяве звучал отказ от примирения, и обещание новых ссанкций или чего похуже.

Абдулинария Кабзуминовна возвращалась домой со второй смены, когда на улице было уже темно. Совсем темно.

Ей оставалось пройти совсем немного, и она свернула в арку, ведущую к дому. Настроение у неё было далеко не очень. Душа предвидела новые казусы со стороны Его Величества.

- А ну, тетка, гони кошелек! – фигура, вынырнувшая из мрака, недвусмысленно направила в её сторону нож.

Абдулинария Кабзуминовна затравленно оглянулась. Отступать было некуда. За спиной маячило ещё две смутно видных в темной арке фигуры.

Его Величество Коринфан первый и единственный, давно выбил себе право прогулок в одиночестве. Попробуй не пойди на такие поблажки, когда кот орет сутки напролет! И дерет дверь!

Запах новой, не самой любимой хозяйки он почуял давно, и решил пойти, посмотреть, не несет ли она ему чего-нибудь в знак примирения. А что?! До любого должно дойти, когда тебе ссанкции того, в туфли!

Фигура надвигалась на Абдулинарию Кабзуминовну грозно и неотвратимо. Сзади начинали подпирать те двое. И почему-то ей показалось, что одним кошельком они не обойдутся.

- РРРРММММАААААУУУУ!!!!

Тьма подворотни взорвалась грозным ревом, достойным африканского льва, царя зверей, защищающего свой прайд.

Когда прибыл наряд полиции, вызванный бдительным дедком, случайно гулявшего по причине бессонницы, ему, наряду, пришлось с трудом, большим трудом, уверяю вас, отбивать троих матерых кошелечников, и не только, от разъяренного черного…да, нет, не кота…котом Его Величество Коринфана в тот момент назвать было сложно. Он был карающим когтем, и несущим жуть и дрожание всем нехорошим редискам, ужасом!

Потому что, какие бы не были внутри его прайда разногласия, это его прайд! И обижать своих подчиненных имеет право только он!

Поцарапанных и воющих, как побитые коты, нехороших редисок погрузили в козелок, и улыбающиеся полицейские, пытающиеся поймать эту троицу уже не первый день, пообещали Коринфану награду, из премии! Которую им обязательно дадут за такое дело!

Абдулинарию Кабзуминовну накрыл откат, и она обмочила всю шикарную шерсть Его Величества, рыдая до самого дома. А! Да, конечно же, Коринфан милостиво позволил нести себя. И даже не сильно ворчал, когда им утирали нос и мокрые щеки.

Встретивший парочку на пороге Васимир Топономич, испуганно замер, ничего не понимая, а вредная хозяйка, уже пятый день державшая Его Величество на той самой диете, почему-то ринулась на кухню…

Такого роскошного ужина Коринфану даже хозяин никогда не готовил. Не потому что, ему жалко было. А потому что не умел!

С тех пор в квартире на третьем этаже многоэтажного дома воцарился мир и покой.

А уж когда в гости к хозяйке пришла подруга с роскошной мейн-куншей…

Его Величество сразу забыл все обиды. И уж точно больше не устраивал никаких ссанкций хозяйке! Никогда.

Устроишь, а она больше подружку не позовет в такой негостеприимный дом.

Вот уж нет! Они теперь и без таких крайних мер друг друга понимали.

А что вначале было, так бывает, бывает, …главное, не то, что сначала не поняли друг друга, главное, что всё-таки нашли общий язык.

- Тебе надо тем редискам передачи носить в туда, - посмеивался муж, которому всё рассказали.

Но Коринфан только фыркал. Вот ещё! Что-то кому-то!

Ни за что! Всё ему, ему всё самое вкусное! Ибо потому что!

И Абдулинария Кабзуминовна была с ним совершенно согласна. Заменив диету на совместные прогулки. Вместе с мужем. Каждый, каждый вечер.

Найти любовь в пятницу

Сотрудники офиса нетерпеливо поглядывали на часы. До конца рабочего дня, и такой же недели, оставались минуты, но часы вредничали, и явно тянули время.

- Эх! – потянулся на стуле Михалыч, самый старший сотрудник, ему было аж сорок семь, и остальным двадцати пяти, двадцати семилетним сотрудникам он казался почти динозавром, пережившим революции и коронации, - завтра на рыбалку!

Михалыч был ярым любителем рыбалки, но у жены вечно находились для него дела на выходные, и потому удавалось ему вырваться нечасто.

- Жена отпустила! – похвастался он Борису, сидящему за соседним столом.

Тот улыбнулся в ответ:

- Рад за тебя!

- А ты что планируешь на выходных? – вежливо поинтересовался Михалыч, хотя было видно, что ему это не очень интересно, он уже сидит с удочками на бережку, и ждёт поклевки.

- Да, так, ничего особенного, - пожал плечами Михаил, - отдохну, может, к родителям скатаюсь, не знаю ещё.

- Ну, до понедельника! – Михалыч подскочил, стоило стрелкам коснуться правильных черточек.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.