Инерция

- Чёрт… - выдыхаю, сгибаясь.

Боль в боку тут же напоминает о себе.

Я несколько секунд стою, упершись руками в колени и тяжело дыша.

Слишком низко. Нужно выше. Но из-за сопротивления с водой прыгать нормально не получается.

Я снова перевожу взгляд на стену, замечая торчащие из неё обломки старых ступеней. Ржавые металлические штыри. Один из них чуть длиннее остальных. Может быть…? Да, стоит попробовать, поэтому осторожно ставлю на него ногу.

Он скрипит. Но держится.

- Только не сломайся… - тихо бормочу я.

Я медленно переношу вес.

Штырь держит. Хорошо…

Теперь я стою чуть выше. Ненамного, но, возможно, достаточно.

Плохая, очень плохая идея. Надеюсь, в воде нет ничего острого. Стоило проверить это перед тем, как совершать данный маневр, а не после. Но с каждой минутой мои силы заканчиваются, поэтому… сгибаю колени. И прыгаю.

На этот раз пальцы цепляются за нижнюю перекладину. Отлично!

Железо холодное и скользкое, но я сжимаю его так сильно, как только могу.

Тело резко дёргается вниз.

На секунду кажется, что я сейчас сорвусь, но руки держат.

Я повисаю, когда как ноги болтаются над водой. Плечи тут же вспыхивают болью от напряжения.

- Давай… - сквозь зубы выдыхаю я.

Подтягиваюсь.

Один раз.

Мышцы ноют, руки дрожат.

Несмотря на это, я поднимаюсь достаточно, чтобы закинуть ногу на следующую перекладину. Теперь становится легче.

Я медленно поднимаюсь по оставшимся ступеням, и когда добираюсь до верха, упираюсь плечом в крышку люка.

Металл холодный и весьма тяжелый, как я и предполагала. Жаль, что он не оказался также открыт, как тот, через который мы с седьмой сюда попали. Будь мы сейчас вдвоем, было бы намного легче.

Толчок.

Ничего.

Люк даже не шевелится.

- Конечно… - бормочу я.

Собираю остатки сил и упираюсь обеими руками.

Толкаю сильнее.

Металл издаёт глухой скрежет, но остаётся на месте.

Я замираю, тяжело дыша. Потом меняю положение, упираясь спиной в стену и выталкивая крышку вверх плечом.

- Давай же! - практически рычу сквозь зубы.

На этот раз она совсем чуть-чуть двигается. Где-то сверху с тихим скрипом сдвигается слой песка или пыли.

Я снова давлю.

Ещё.

Ещё!

И наконец люк медленно съезжает в сторону, а свежий воздух ударяет в лицо, из-за которого я даже начинаю слабо кашлять.

Ладонями упираюсь в асфальт и оглядываюсь, чтобы убедиться, что поблизости никого нет, только после вытаскиваю оставшееся тело и заваливаюсь на землю.

Получилось.

Позволяю себе буквально минуту на то, чтобы прийти в себя. Приподнимаю край куртки с футболкой, понимая, что бинты немного съехали, но держатся.

Чертовы камеры и здесь. Я замечаю их в воздухе, а они замечают меня, сужу по тому, как замирают в воздухе, а после едва приближаются. Похоже, не ожидали, что кто-то вылезет из канализации.

Ладно… не время лежать.

Встаю и первым делом осматриваюсь. Мне повезло, что поблизости никого не видно. Ни игроков, ни мутировавших животных.

Вокруг одни сплошные здания, многоэтажки в основном. И куда мне идти?

У меня уходит на размышления несколько секунд, когда я где-то неподалеку слышу странные звуки, вероятно, принадлежащие животным. Не хочу выяснять, что там поджидает в этот раз, поэтому уже бегу к более-менее целому зданию.

Ботинки неприятно хлюпают при каждом шаге, а холод от промокших штанов постепенно поднимается вверх по ногам, словно пытается вцепиться в кости.

Дверь здания, к которому я направляюсь, висит на одной петле и тихо скрипит от ветра. Я проскакиваю внутрь, сразу же прижимаясь к стене и замирая на несколько секунд, прислушиваясь.

Тихо.

Только где-то наверху медленно скрипит что-то металлическое, возможно, часть старой вентиляции.

Я осторожно выдыхаю и начинаю двигаться дальше по коридору.

Здание когда-то, похоже, было жилым или офисным. Длинный холл, выбитые окна, обломки мебели и бетонной штукатурки на полу. Повсюду пыль, местами потемневшая от влаги. Некоторые двери выломаны, другие перекошены.

Автоматически начинаю осматривать всё, что попадается на пути.

Мне нужно оружие. Что-то, чем можно хотя бы попытаться защититься. Ведь своё прошлое и весьма неплохое я использовала.

Пока ищу, то думаю о седьмой. Ей удалось уже выбраться? Или она ещё бродит по канализации? Как далеко от моего местоположения?

Поднимаю с пола длинный кусок деревянной рейки, проводя по нему рукой.

Слишком трухлявый.

Он ломается почти сразу, когда я пытаюсь чуть сильнее надавить.

- Отлично… - тихо бормочу я.

Трубу, похожую на ту, что была у меня, не удается найти. Даже ничего похожего.

В углу лежит несколько кирпичей, расколовшихся на куски.

Я поднимаю один. Тяжёлый.

На секунду даже думаю оставить его. Правда, почти сразу представляю, как иду по улицам с кирпичом в руках и как пытаюсь отбиваться им от чего-нибудь вроде того двухголового зверя. Нет. Это точно не вариант, поэтому бросаю его обратно.

Прохожу ещё через пару комнат, но нахожу только бетонные обломки, куски стекла и остатки старых шкафов.

Ничего, что действительно можно было бы использовать.

Все это время за мной неотрывно следуют камеры.

Кидаю на них быстрый взгляд, а после отворачиваюсь, направляясь к выходу.

Если я заберусь на крышу этого здания, толку будет мало. Оно слишком низкое. Я увижу только другие стены, другие крыши и такие же пустые улицы.

Мне нужно что-то выше. Что-то, откуда можно хотя бы понять, где находится центр.

Я выхожу обратно на улицу, и камеры, как послушные насекомые, плывут следом. Они держатся чуть позади и выше, но их тихое жужжание всё равно слышно.

Сначала я пытаюсь не обращать на них внимания. Просто иду. Стараюсь сосредоточиться на дороге, на окнах зданий, на тенях между машинами или на возможных укрытиях в случае непредвиденной ситуации.

Жужжание остаётся позади, только вот оно никуда не исчезает.

Я мысленно отмечаю, что вряд ли какой-нибудь хищник услышит именно камеры, скорее услышат мои шаги. Или учуют запах крови… или просто случайно наткнутся на меня. Но это жужжание всё равно раздражает, как назойливая муха, которая никак не хочет улетать.

Я прохожу один квартал.

Потом второй.

Вокруг всё те же многоэтажки, пустые улицы, разбитые витрины и перевёрнутые машины и всё это время за мной медленно плывут две камеры.

В какой-то момент я резко останавливаюсь, разворачиваясь, и смотрю прямо на них.

Они зависают в воздухе, чуть покачиваясь, будто ждут.

Я чувствую, как внутри поднимается горячее, резкое, почти злое раздражение.

- Вам было мало? - говорю я, глядя прямо в объектив.

Камеры, конечно, не отвечают.

Я делаю шаг к ним.

- Улетайте, - добавляю я, махнув рукой. - Серьёзно. Найдите себе кого-нибудь другого.

Одна из них чуть отлетает назад, словно реагируя на движение, но обе продолжают висеть рядом.

Не знаю, кто ими управляет, но я бы уже уволила этих людей! Они же должны снимать самые эпичные моменты… борьбу, выживание, погоню и нечто похожее. А не следовать за игроком, который просто идет.

- Да ладно вам… - раздражённо выдыхаю я. - Здесь полно игроков. Найдите кого-нибудь более интересного. - Я машу рукой сильнее, пытаясь прогнать их, как назойливых птиц. - Идите и снимайте, как кто-нибудь дерётся с монстром или падает с крыши! Это же то, что вам нужно, да?

Я раненая, я грязная, вся в крови и вдобавок к этому от меня жутко воняет, а тут ещё они летают.

Взгляд скользит по асфальту, и я натыкаюсь на очередной обломок, только не куска бетона, а железного поручня.

- Ну ладно, вы сами напросились, - произношу тихо, через несколько секунд поднимая поручень. За оружие не сгодится, так как концы тупые, но чтобы справиться с чертовыми камерами - вполне.

Кажется, мои губы едва дергаются в подобие нервной улыбки, когда я замахиваюсь и начинаю их бесшумно отгонять.

Они поднимаются выше, поэтому достать их становится сложнее.

Второй замах.

На этот раз шире.

Я стараюсь рассчитать движение, прикидывая траекторию, как если бы это был не кусок железа, а настоящее оружие. Камеры снова дёргаются вверх, и поручень проходит под ними, едва не задевая одну из линз.

Они отлетают чуть дальше, но не улетают, будто специально держатся на расстоянии, которое выводит меня из себя.

- Отлично… - бормочу я.

Третий замах выходит резче.

Делаю шаг вперёд, почти подпрыгивая, и бью сверху вниз, вкладывая в движение всё раздражение, накопившееся за последние часы.

Железо со свистом проходит через воздух. И на этот раз попадает.

Раздаётся резкий треск.

Лопается стеклянная линза, и маленькая чёрная камера начинает неконтролируемо вращаться в воздухе.

На секунду она ещё пытается удержаться, потом падает.

Вот так!

С тихим металлическим звоном ударяется об асфальт и рассыпается на несколько деталей.

Жужжание обрывается.

Вторая камера резко отлетает выше, поднимаясь футов на десять, словно решив держаться подальше.

Я стою с поднятым поручнем, тяжело дыша. На секунду даже появляется странное, почти детское удовлетворение.

- Вот так… - произношу шепотом уже вслух, правда, почти сразу в боку вспыхивает резкая боль.

Я резко втягиваю воздух.

Чёрт…

Рука автоматически ложится на ребра. Под курткой бинты натягиваются, и я чувствую, как рана снова неприятно тянет.

Это была не лучшая идея.

Я медленно опускаю поручень, чувствуя, как плечи наливаются тяжестью.

- Молодец, Дэл… - тихо бормочу я. - Отличная стратегия. Бить камеры, когда у тебя половина тела разваливается.

Я собираюсь просто бросить железку и идти дальше, но в этот момент… Что-то двигается. Сбоку. Не вблизи, на расстоянии.

Движение настолько слабое, что я сначала думаю… показалось, несмотря на это, резко поворачиваю голову и замираю.

На втором этаже ближайшего здания, находящегося футах в пятнадцати, там, где когда-то было окно, а теперь осталась только грубая дыра в стене, кто-то стоит.

Сначала я вижу только силуэт, потом глаза привыкают к свету.

И я узнаю его.

Девяносто девятый. Риан. Игрок, который сейчас находится на втором месте в рейтинге.

Он стоит спокойно, опираясь плечом о край разрушенной стены, и смотрит прямо на меня.

Я даже с этого расстояния вижу его достаточно хорошо. В одной руке у него короткий арбалет, компактный, но вполне рабочий. Откуда у него, черт возьми, арбалет…? Этот вопрос не так важен, как тот, что он собирается делать.

Я медленно выпрямляюсь, сердце начинает биться чуть быстрее.

Это плохо. Очень плохо.

Он не выглядит удивлённым, не выглядит растерянным. Конечно, почему ему нужно таким выглядеть? У него в руках чертов арбалет. Просто смотрит. И именно это заставляет внутри что-то неприятно сжаться.

Как долго он там стоит? И как многое видел?

Девяносто девятый едва склоняет голову в изучающим жесте, а я перевожу взгляд на секунду к его арбалету, понимая, что он заряжен. С такого расстояния парень спокойно попадет в меня. В сердце, голову, неважно. Все мысли проносятся со скоростью света. Взгляд теперь цепляется за ближайшее укрытие.

Чёрт.

Поднять руку и выстрелить… на это требуется гораздо меньше времени, чем мне добежать до куска металла, который когда-то был машиной.

Я делаю единственный шаг по направлению к возможному укрытию, а девяносто девятый вдруг поднимает арбалет и направляет на меня. У него ушло даже меньше секунды.

Замираю, когда мысли продолжают проноситься в голове.

Метнуть в него поручень? Сколько это даст мне времени?

Чёрт. Это было крайне неосмотрительно с моей стороны.

Отпрыгнуть? Не успею. Я ничего из этого не успею сделать.

Я стискиваю зубы и сжимаю поручень, смотря прямо на девяносто девятого. Ну и? Чего он ждет? Специально медлит?

Камера продолжает издавать тихое жужжание, наверняка, наблюдая за всем этим и готовясь снимать мою смерть.

Секунда, две, три…

Риан вдруг отводит арбалет в сторону, не опускает, а именно меняет направление. Сначала мне кажется, что он собирается просто выстрелить мне в другое место, например, в плечо, но траектория неправильная. А дальше парень с косой и вовсе кивком головы указывает туда, куда уже направляет арбалет.

Что он…?

Я отворачиваюсь и прослеживаю за его взглядом, отдаленно и поздно отмечая, может быть, он специально решил отвлечь меня. Только в этом нет никакого смысла.

Смотрю на угол очередного здания, сначала ничего не замечая, а после первой вижу тень, а через секунды и… пятнадцатого, который практически вылетает на меня с ножом.

Я резко дёргаюсь в сторону, едва успевая уйти от первого удара. Нож проходит там, где секунду назад была моя грудь, и я инстинктивно поднимаю поручень.

Металл сталкивается с металлом, из-за чего раздаётся резкий звон.

Даже не пытаюсь атаковать, просто блокирую. Второй удар скользит по поручню, оставляя на нём глубокую царапину. Руки тут же отзываются болью от силы столкновения, но этого хватает.

Пятнадцатый на мгновение теряет ритм.

Всего доля секунды. Но мне хватает.

Я резко разворачиваюсь и бегу.

Ноги сначала плохо слушаются, тело протестует из-за усталости и ранений, но адреналин быстро заглушает всё остальное. Шаги гулко отдаются между зданиями.

Взгляд скользит к тому месту, где стоял девяносто девятый, и там его уже нет. Ни следа. Как будто призрак. Словно его вообще там не было.

Он… предупредил меня?

Мысль кажется абсурдной.

С чего бы ему это делать?

Он второй в рейтинге, я - раненая, уставшая и одна. Но факт остаётся фактом.

Если бы он не отвлёк меня… пятнадцатый ударил бы в спину.

Резко сворачиваю за угол.

Шаги позади становятся громче.

Пятнадцатый преследует.

Я слышу его дыхание, быстрые удары ботинок по асфальту, металлический звук ножа, когда он задевает что-то на бегу.

Чёрт.

Вылетаю на открытое пространство. Небольшую, окружённую зданиями со всех сторон, площадь, посреди которой находится самый настоящий неработающий фонтан. Когда-то он, наверное, был красивым. Каменная чаша, несколько уровней, фигурные края. Сейчас вода почти не движется, темноватая, скорее всего дождевая, скопившаяся за последнее время.

Что ж… есть хорошая новость. Я почти в центре и где-то неподалеку должно быть то место, которое мне нужно. А плохая заключается в том, что пятнадцатый так просто меня не отпустит.

Я на секунду замедляюсь, пытаясь решить, куда бежать дальше.

Влево - узкий проход между домами. Вправо - длинная улица без укрытий. Прямо - фонтан и открытое пространство.

Взгляд перемещается за доли секунд в пространстве, когда я понимаю одну до банальности простую вещь. Бежать бесполезно.

Мы всё равно с ним столкнемся. Не сейчас, так позже. Если я ещё буду жива к тому моменту. На счет него сомнений таких нет. Обычно такие, как он - самые живучие. Поэтому…

Резко останавливаюсь и разворачиваюсь.

Возможно, при одном из падений я повредила голову, раз собираюсь разобраться с ним здесь и сейчас.

Если бы я не была ранена, то попыталась сделать это ещё несколько минут назад.

Пятнадцатый уже почти рядом.

Мы встречаемся взглядами.

Его лицо перекошено злостью, дыхание тяжёлое, нож всё ещё в руке. Но теперь, когда он не мчится на полной скорости, я замечаю одну деталь. Он хромает. Незаметно на первый взгляд, хоть и старается скрыть хромоту, но все же. Правая нога двигается чуть медленнее, осторожнее. Андер.

Он теперь тоже уже не такой шустрый.

Камера зависает прямо над нами. Я не вижу, но слышу её.

Пятнадцатый ничего не говорит, никаких фраз из серии: «теперь мы поквитаемся» или «закончим то, что начали на первом контуре». Парень просто удобнее перехватывает рукоять ножа, правильно, а я поднимаю свое единственное импровизированное оружие. Поручень. Арбалет девяносто девятого сейчас бы пригодился и все равно, что я не умею им пользоваться. Разобралась бы.

Он собран, молчалив и крайне опасен. Хреновые качества для противника.

Первое - мне нужно выбить нож из его руки.

Второе - желательно забрать его себе.

И третье… убить.

Проще простого.

Я выставляю одну из ног вперед, меняя положение корпуса, чтобы раненая сторона была в относительной безопасности.

Пятнадцатый наступает первым, делая обманный выпад и стараясь меня сразу же порезать.

Мой уклон в сторону. Выдох.

Нож проходит в нескольких дюймах от живота, и я чувствую прохладный поток воздуха от резкого движения лезвия. В ту же секунду делаю короткий удар поручнем по его запястью. Металл глухо сталкивается с костью и браслетом, наверняка, по руке отдается неприятная вибрация. Пятнадцатый дергается, но нож из руки не выпускает, только отводит её назад и тут же пытается ударить снова, на этот раз быстрее и ниже.

Я едва успеваю отскочить.

Лезвие всё же задевает меня, проходя по бедру. Не глубоко, но достаточно, чтобы ткань разошлась и по коже мгновенно потекло тепло.