Целитель для демона

Ториф сверлил меня своим тёмным взглядом, но не торопил с ответом. Я же молчал под клятвой неразглашения. Хочет узнать – пусть катится к ректору.

– Хорошо, спрошу по-другому, ты применял эти заклинания?

– Да, – сухо ответил я.

У меня не было выхода. Это случилось на одной из индивидуальных практик на границе. Я понимал: либо нас всех положат, либо я вызову огненный дождь. Так боевые маги узнали, почему к ним приставили молодого юнца и приказали всему научить. Я думал, меня возненавидят, убьют на месте, но сослуживцы на допросах по поводу того, как прошёл очередной выход в море и почему в закатное время на востоке озарилось небо, не сдали. Все тридцать шесть магов молчали. Но среди нас был предатель. Паладин. Ненавижу паладинов. Если я обошёлся выговором и первым блокиратором, то ребят лишили званий и отправили в стражу городов за сокрытие информации. Некогда элитные боевые маги из-за меня лишились всего, но это был их выбор. Я не просил. С того момента я понял: за мной следят постоянно, ежедневно. Остальные узнали, что каждую практику из академии имени рода Ваинкард приезжает особый курсант.

– Отлично, – неизвестно чему обрадовался Ториф. Он активно потёр руки, размял кисти и хрустнул пальцами. – Ваш проверяющий найден, курсанты.

– Что?!– впервые я проявил единодушие с однокурсниками, но продолжил возмущение. – Я похож на мальчика для битья?

Вот сейчас демон заворчал. Гнев разгорался, магия по спирали набирала обороты, чтобы в любой момент пригодиться хозяину. Если я этому рыжему кретину в лицо огонь выпущу, меня ректор только поругает или будут последствия серьёзнее? Ещё неясно, как я отделался после вчерашнего. Проклятье! Ненавижу бессилие! Грисель хоть в руки меч давал, а тут – только магия. Блокираторы выпускали мизерную часть инферно, оставшаяся медленно жгла меня изнутри. Сколько я времени продержусь под градом заклинаний, прежде чем сгорю?

– Ах да, – мастер сморщил сломанный нос и неожиданно для меня достал ключ из кармана. Я не поверил. Неужели… – Мне дали разрешение тебя немного распечатать. Так что давай договоримся: слушаешься меня, и я буду чаще вызывать на практику.

Преподаватель подошёл ко мне, вставил ключ-печать в замочную скважину. Раздался щелчок: ошейник и один из блокираторов на руке разблокировались, и я чуть не захлебнулся от резкого потока магии. А я думал, что магии во мне мало! О нет! Нет-нет-нет! Блокираторы ещё искажают её восприятие. Я полон сил. Теперь смогу справиться не только с сотней слабаков, но и уничтожить всю академию. Заставить этих неудачников харкать кровью, отомстить за все обиды!

Тут меня словно мешком по голове ударили. Сознание скрутили, заставив вспомнить, кто я. На миг почудилось, что увидел себя в зеркале. Белоснежные волосы колыхались без ветра: они горели, пламя поднималось вверх, рисуя рога. Уши заострились и вытянулись. Оранжевые глаза ярко сверкали. От всего тела исходили красно-фиолетовые языки пламени. Это я? Нет… я же человек, не демон.

– Мориан? – слышу через пелену голос нового преподавателя. – Вспоминай. Где ты. Кто ты.

Ничто меня так не отрезвляло и не возвращало в нормальное состояние. Смотрел на свои руки и возвращался к осознанности, красная пелена гнева, ярости и жажды крови уходила. Я взял контроль над эмоциями быстрее, чем когда-либо. Магия инферно подчинилась, а не овладела мной. Мне понадобилось около пяти минут, чтобы заново увидеть окружающий мир. Яркие, красные пятна постепенно гасли в глазах.

– Видишь меня? – спросил Вельдирис, и я поражённо кивнул. – Отлично, – он внимательно рассматривал меня, почесывая свою короткую бородку. – Курсанты, вы стали свидетелями боевой формы демона. Плохого исполнения, – поморщился он. – Я бы сказал, отвратительного. Потому что произошла потеря контроля над разумом. Эмоции одержали верх. Обычно в таком состоянии демоны шли в последнюю битву. Плохо, Мориан.

Меня ругал совершенно незнакомый мне человек, и я спокойно с ним соглашался. Да, это отвратительно. Из-за резкого всплеска магии демон внутри меня брал верх и мог навредить тем, кто мне дорог. Хотя таких единицы.

– Итак, – громко скомандовал Ториф, захватив наше внимание. – Мор, твоя задача – купол, вторая ступень защиты. Держать, грамотно распределять поток магии. Ваша, – он повернулся к тихой и шокированной группе выпускников, – в идеале вскрыть щит. Заставить Мориана обновить его полностью, а не залатать пробоины. Ясно? Ваша оценка будет зависеть от размера пробоины в щите. Готовы? Нет? Мне на радость. Буду выбирать жертву наугад.

Я ликовал. Огонь инферно охотно откликался на желание хозяина. Вокруг меня замерцал красно-фиолетовый купол, а эти недомаги злобно оскалились. Но я видел в их глазах азарт. Каждый хотел меня одолеть. Какая удача, что теперь законно можно посостязаться и в магии, а не только в фехтовании.

Первая двадцатка вызвала трещины в куполе. Я лишь моргнул, чтобы заделать их. Ториф скупо хвалил меня и злобно плевался замечаниями в курсантов.

– Вы что, серьёзно не можете пробить купол второй ступени? Вас бы церберы сожрали и не подавились. Ты, – ткнул пальцем в светловолосого парня.

– Чариз Ноар, – представился смертник.

– Приступайте, курсант Ноар.

Помощник старосты, который вечно бесил меня своим хорошим настроением, встал напротив. Не мог обойтись без подмигивания девушкам. Показушник. Ноар зачерпнул силу из эфира. Его глаза застелила белёсая пелена. На связь с духами он выходил с завидной для меня скоростью. Ударил он резко и молниеносно. Я с удивлением покосился на дырку в щите. В неё можно было палец засунуть. Он первый, кто смог это сделать, за что и получил поощрение со стороны преподавателя.

– Удивлён, Ноар, приятно удивлён, – похлопал ему Ториф. – Да, в настоящем бою демон давно бы снёс тебе голову, но оракулы – далеко не воины ближнего боя. Поэтому похвала заслуженная!

Выпятил грудь, прошёлся мимо девушек, вызвав восхищённые ахи и вздохи. Смотри, не лопни от гордости. Взбесил меня своим ликованием. Позёр. Была бы моя воля, стёр эту улыбочку с его рожи!

Много от меня не требовалось, тут скорее остальные работали, чем я. Не жаловался: мне приятно было ощущать потоки силы. Магия инферно пьянила, будоражила кровь и дарила ощущение мощи. Она жаждала сражений и требовала побед. Я вспомнил слова пленного демона. Он говорил мне, что уважали только тех демонов, которые держали в узде свою силу инферно. Слабых накрывало красным безумием, они хотели лишь одного – убивать неистово и жестоко. Я не хотел превратиться в безумца. Мне следовало уделить больше внимания контролю, но как это сделать, если на мне постоянно блокираторы?

Напротив встал Сандерс. Я напрягся. Превосходный маг, фехтовальщик и достойный противник. Ему не составит труда пробить защиту. В отличие от Ноара, он не стал быстро атаковать, наоборот, разглядывал купол, всматривался в направлении потоков. Я затылком почувствовал, когда он нашёл точку сплетения и резко ударил туда водяным хлыстом. Моё заклинание задребезжало, и купол лопнул, вызвав у курсантов поражённый возглас.

Ториф присвистнул.

– Наивысший балл. Хоть кто- то думает прежде, чем действовать. Мориан, обновляй.

Я с досадой поджал губы. Впрочем, другого от Сандерса и не ожидал. Наоборот, разочаровался бы, если он его не развеял. Черноволосый парень с ярко выраженными синими глазами высокомерно усмехнулся и под общие восхищённые взгляды направился к своему месту. Парни однозначно завидовали.

– Камилия Лиарс, – услышал имя следующего курсанта.

Вышла новенькая. Мяла руки перед собой и сосредоточенно смотрела на меня. Не на купол, как остальные. На меня. В глаза. Зря. Ничего не добьётся. Она – целитель. Все они слабые в атаке. Ждать чуда от неё не стоит.

Камилия скривилась, словно лимон лизнула, и послала в меня воздушную спираль, которая оставила крохотную царапину в куполе. Отвратительно. Я проводил взглядом её стройную фигуру и удивился, как только она повернулась лицом, то не выглядела расстроенной, наоборот, довольной результатом. В смысле? Чему она радуется? Провалу? Странная.

– Пожалела, – тихо хмыкнул рядом со мной Ториф. – Использовала лишь четверть силы из эфира.

– Я не нуждаюсь в жалости, – буркнул я, отвернувшись от группы.

– Зря. Она – единственная из сотни, кто испытывает эти чувства, – подошёл ближе мастер. Откуда он это узнал, для меня осталось загадкой. – Не стоит ими пренебрегать. Иметь в друзьях целителя – это гарантия выживания. В первую очередь для тебя.

Одна проблема. Со мной сложно дружить, да и желающих нет.

Камилия

– Исправить оценку у этого любителя демонов будет сложно, –жаловались одноклассники.

– В следующий раз мы будем под щитом, а Мор – атаковать. Боюсь представить, – передёрнула плечами девушка из отличниц, – явно будем отлёживаться пару дней в лазарете. Кошмар, мне совсем не идут синяки.

Я медленно шла в потоке четвёртого курса по направлению к подвальным помещениям. Первым туда, практически прыгая от счастья, сбежал Мориан. Его провожали кислыми физиономиями. Как только фигура парня скрылась, курсанты начали перемывать ему косточки.

Не согласна с методикой обучения мастера Вельдириса. Мы все нападали на одного, всей сотней. Он один противостоял нам. Тихо завидовала его способности быстро черпать силу и удерживать её столь долгое время.

– На высокие оценки можно не рассчитывать, – сокрушённо заявил один из боевиков. – Грисель мучает, мисс Ляля со своими придирками. Ну не могу я красиво руны нарисовать: кривые пальцы. Теперь ещё этот…

– Прекращай ныть, Оли, – грозно обратился к нему Сандерс. – Ты нежная барышня или будущий боевой маг, гроза и охранник границы? Подумай хорошо, пока диплом не дали. Ты должен быть достойным сыном своего отца! – поучал его парень, а я сразу поняла, что черноволосый боевик из аристократов.

«Ты должна быть достойной парой брату её величества» – эти слова вдалбливали в меня последние три года. Они отпечатались во мне так же, как символы на щеке Мориана. Оказывается, мы с Сандерсом похожи в этом плане. Он, скорее всего, не наследник рода, поэтому должен доказать свою полезность семье. Я считала, что сыновьям знатных семей жилось проще, чем дочерям. Если парню предложат девушку, и она ему не понравится, он в праве отказать. Он может выбрать службу короне и будет уважаем в обществе. Девушка же, если захочет жить в одиночестве, упадёт на самое дно.

– Ториф – строгий преподаватель, – поймал меня Чариз, выманивая из раздумий, – но, думаю, справедливый. Экзамен будет сложным, но зато настоящий бой покажется безобидной шуткой. Как думаешь, Камилия?

– Я ему не понравилась, – с грустной улыбкой поведала ему.

– Почему? – удивился оракул. – Думаю, он знает, что целители сильны не в бою, они сглаживают последствия сражений.

– Я ударила не в полную силу. Даже не старалась, – честно призналась Чаризу.

– Ну-у, – протянул парень, взъерошив уложенные волосы. Он часто так делал, видимо, вошло в привычку, – если постараешься, когда мы будем защищаться, думаю, он исправит своё мнение, а ты – оценку.

– Спасибо за поддержку.

– Обращайся, – лучезарно улыбнулся он. Пропустил вперёд в аудиторию и зашёл следом.

Я, как обычно, хотела занять место за первым рядом, но Ноар подхватил меня под локоть и повёл дальше.

– Поможешь с алхимией? – прошептал он и увёл на пустые места. – А я устрою тебе лёгкую пару по спиритологии.

– Хорошо, – быстро согласилась я. Алхимию я прекрасно знала. Целители готовили много зелий и эликсиров сами.

Помещение было длинным, со множеством столов и котлов. По бокам стояли шкафы со стеклянными дверцами, за которыми покоились ингредиенты. Уверена, в этой аудитории находилось буквально всё разнообразие трав и минералов из талмуда-энциклопедии. Над головой, только руку протяни, пучками были привязаны сухоцветы. На открытых полках возле кафедры пёстрыми рядами стояли готовые эликсиры или заготовки для них. Каменный потолок расписан формулами и пентаграммами, всё это нарисовано фосфоресцирующей краской. Все светильники здесь белого или голубого цвета, от них веяло холодом. Это нужно для увеличения срока хранения готовых эликсиров, а также дезинфекции помещения.

В аудитории то тут, то там вспыхивали огни под котлами. И я поспешила зажечь свой, чтобы согреться и вскипятить заготовленную чистую воду.

Неожиданно кто-то бросил на наш стол сумку. Я еле удержала котелок и разделочную доску, чтобы они не оказались на полу. Быстро вернула всё на место и возмущённо уставилась на обнаглевшую виновницу.

– Долго ещё будешь в благородство играть? – резко высказалась наша однокурсница, но смотрела она не на меня, а на Чариза.

– И тебе не хворать, Тефочка, – белозубо улыбнулся парень, активируя обаяние.

– Думаешь, если я ношу очки, значит, слепа и не замечаю, что ты делаешь? – Девушка поправила стёкла, под которыми холодно сверкали голубые глаза.

Я почувствовала себя лишней, но при этом – и причиной конфликта. Хотя ещё толком не понимала, почему. Сирр меня демонстративно игнорировала. Постукивала по столу своими острыми ногтями и «сверлила» Чариза как взглядом, так и словесно.

– Я никогда такого не говорил, – Ноар общался с ней ровно, без эмоций, хоть и продолжал блистать улыбкой. Именно сейчас она казалась мне фальшивой, натянутой. – Как и никогда не обманывал и не скрывал чего-либо.

– О, да, – жёстко усмехнулась Тефания, – ты любитель демонстрировать свои намерения. Нашёл себе очередную доступную юбку!

– Тефа, – остановил её одним словом Чариз. Шатенка дёрнулась, как от пощёчины, да я и сама испугалась несвойственного ему стального, холодного тона, – мы поговорим потом, – сухо закончил разговор. Намеренно игнорируя её присутствие, начал вытирать платком нож для резки трав.

Девушка поправила чёлку, скрыв угрюмое выражение лица, и резко развернулась, не забыв свою сумку. Она отошла к группе отличниц с первых столов, которые косо поглядывали на нас. Все дружно зашушукались.

– Прости, – голос Ноара смягчился, – ты не должна была слышать этого. Некрасивый поступок.

– Я в чём-то виновата? – спросила прямо. Не любила все эти недоговорённости и увёртки, наелась в королевской академии. Словесные дуэли и интриги – любимое занятие знатных адептов.

– Ты не виновата, правда, – с нажимом произнёс Чариз. – Это наши с Тефой, эм, – он закусил губу, подбирая слова, – особые отношения. Мы встречались, а потом поругались. Она, между прочим, первая начала. Спустя некоторое время начал уделять внимание другим девушкам, а Тефу как подменили. Она думает, что я её собственность и должен замечать только её, хотя мы вроде все выяснили. С тех пор она со всеми девушками грызётся, с которыми общаюсь, а я назло ей общаюсь со всеми, – лукаво улыбнулся он и подмигнул.

– Она довольно-таки устрашающая, – я невольно передёрнула плечами, вспомнив её презрительный взгляд.

– Маска, – небрежно фыркнул парень. – Она бывает милой, правда. О, вот и профессор! Готова к самому нудному уроку в своей жизни?

Я сначала не поверила Чаризу: как может быть алхимия скучной? Это же настоящее волшебство, которое ты собственными руками, без использования эфира, творишь. Настойки могут спасти жизни получше целителей или необратимо отравить человека. Чего стоит сам процесс готовки снадобья. Искусство! Как оказалось, от преподавателя зависело многое. Пожилая женщина бубнила лекцию себе под нос и рисовала рецепты на доске. Тема урока для меня была простой – «Закрепитель». Нужно было приготовить один из девяти рецептов. Я выбрала в своей специализации закрепитель швов после операций, а Ноару подробно написала рецепт о дополнении к заклинаниям клетки духа. На моё счастье, Чариз не был напрочь бездарен в алхимии. Он чётко следовал инструкции, вопросы задал лишь пару раз по поводу количества капель люминия и выбора, какую траву лучше положить: в рецепте говорилось о любой из парализующих растений.

В итоге оба заработали высший балл и, довольные, забыв о конфузе в начале пары, отправились в столовую. Остальные одногруппники постепенно подтягивались.

– Ками, прости, я отойду на минуту, – сказал Ноар, указав на старосту.

Девушка не взяла себе поднос, бросила все отчёты и блокноты на стол и закрыла лицо руками. Её плечи вздрагивали.

– Да, конечно, – кивнула я, подхватив порцию Чариза, и пошла искать места для двоих.

Свободный столик был через три колонны от них. Я его быстро заняла и не начинала трапезу без напарника. Попивала горячий чай и косо поглядывала за разговором Ноара и Балрит. Благородный блондин оставил несчастной девушке платок, чтобы она вытерла слёзы и скрыла красный нос. Взял у неё один блокнот и, отыскав меня взглядом, отправился к нашему столику.

– Неуд, – коротко оповестил он.

– По алхимии? Так это вроде её специализация.

– Вот именно, – печально вздохнул он, раскрыв блокнот. – Она завалена отчётами: нелегко вести сотню курсантов. Лисса, между прочим, талантливый алхимик. Сама рецепты пишет, а тут неуд. Профессор ей ещё дополнительную литературу задала помимо готовки зелья, а когда ей читать, если это…– демонстративно повертел блокнотом.

– Хм, знаешь, я могла бы помочь, – задумчиво произнесла я, перебрав в тарелке жухлые листья салата. – Я была старостой группы в прошлой академии. Правда, нас было всего двадцать человек.

– Ты пока хорошенько над этим подумай, – серьёзно посоветовал он. – Тебе и так нелегко учиться на четвёртом курсе, куда ещё бумажная волокита?

– Очереди желающих помочь Лиссе я не наблюдаю, – пожала плечами. – Дополнительная работа отвлечёт от ненужных мыслей.

– Было бы неплохо, – сказал Чариз, откусив кусок хлеба. – Ты бы быстрее влилась в коллектив, да и положительно показала себя перед преподавателями. Как примешь решение, порадуй её, – кивнул в сторону старосты. – Хоть какая-то весёлая новость для Балрит будет.

Я кивнула и решила озвучить свой ответ завтра. Сегодня меня ждало ночное дежурство в лазарете. Мы распрощались. Я сразу побежала на третий этаж учебного корпуса. Кто оставался на всю ночь, тот освобождался в этот день от обычных пар у госпожи Офелии Ларенции. Мы должны были ухаживать за больными и ранеными после тренировок на полигоне. Такие были каждый раз.

Я переоделась в форму целителя, показалась старшей по смене и расписалась в журнале. Меня здесь хвалили и пристально за работой не следили. Мастер-целитель – пожилая строгая дама – в первый же день прогнала меня по темам, приняла практику практически за все курсы академии и отпустила, заявив, что меня и учить ничему не нужно.

– Будет тяжело только на полевой практике, – откровенно предупредила она. – Там спокойно не посидишь, с ложечки лекарство не дашь. Каждая секунда на счету. Впечатлительным лучше не соваться. Ты же не такая, верно? – в её тоне послышалась усмешка, но на лице не дрогнул ни один мускул. – Или оторванная нога тебя поразит?

Я стойко выдержала её пугающее заявление и рассказала историю из практики городской больницы, когда к нам принесли одну леди, облитую алхимической кислотой. Подробно рассказала профессору, сколько слоёв кожи отошло на лице, как текло из глаз и какого цвета кости в лицевой части. Одна моя однокурсница после этих слов выбежала из аудитории, прикрыв рот рукой. Чувствую, ей на итоговом экзамене придётся трудно. Профессор Ларенция проводила её тяжёлым и недовольным взглядом. После этого на меня махнули рукой и отпустили.

Всё, хватит летать в облаках воспоминаний. По списку отметили всего троих больных. Одно отравление и двое пострадавших в драке: первокурсники что-то не поделили. Уговорила парня с третьего курса выпить горькое и противное лекарство. Благо его больше не рвало. Плохо, что от еды пока отказывался. Профессор сделала пометку, что если завтра есть не будет, то заставят силой. Парню не сказала, будет сюрприз. Тем более мне запрещено ему это сообщать. Первокурсники с синяками и ссадинами – завтра утром на пары пойдут. Я отметила в блокноте, что один из парней уже ходит, не хромая. Из срочного пока всё: можно тихонько скрыться за ширмой, делать домашнюю работу и готовиться к завтрашним лекциям.

Краем уха услышала лязг мечей. Окна лазарета выходили на полигоны, тренировочные поля и открытый стадион для практик. Наверняка специально так устроено, чтобы целители заранее знали, кто к ним попадёт: любовались и делали ставки. Под вечер начинались индивидуальные занятия или узкие дисциплины.

Я подошла посмотреть, кто сегодня занимается дополнительным фехтованием и обомлела. По большей части это были парни с разных курсов. Подтянутые, спортивные, в майках без рукавов, открывающих вид на рельефные мышцы рук. Двое исполняли опасный танец с оружием в руках. Я тихонько любовалась их телами, гибкими движениями и получала эстетическое удовольствие. Пока не увидела фигуру, которая стояла рядом с тренером. Мориан. Его белоснежная шевелюра ярко выделялась среди всей толпы курсантов. Он стоял расслабленно, скрестив руки на груди, и меланхолично наблюдал за сражающимися. Тренер резко остановил бой, подошёл к ним, видимо, отчитать за ошибки, и махнул напарнику. Вместе они показали, как нужно правильно двигаться, ставить блок и стремительно нападать. Мориан, скорее всего, был помощником тренера, чтобы оттачивать навыки остальным было проще. Он играючи отбивал удары других курсантов: мало кто смог остановить его.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.