Утиль II

Руби, старшая, была впечатляющей. Иногда он даже удостаивал её своим присутствием, но, чем старше она становилась, тем меньше было её желание с ним пересекаться. Сэл был куда менее способный, а про младшего, которого он назвал Корал, пока сказать было нечего.

Он редко посещал их. А вот с Шарли они теперь пересекались на каждом собрании аристократии, которые он на данный момент не пропускал, и в какой-то момент он понял, что с нетерпением ждёт их встреч. Это было не в его стиле. И это было опасно. Он никогда не привязывался ни к кому, даже братья по оружию были братьями ровно до того момента, пока не становилось выгоднее их предать. За что он ни раз и ни два был изгнан Мортицифером из их небольшого кружка по интересам. Но каждый раз, стоило пройти нескольким сотням лет, и тот остывал, разрешая Велиалу снова вернуться. Теперь у того была новая идея фикс, и потому он не разбрасывался никакой помощью. В том числе и той, которую предлагал ему Велиал.

А сейчас глупая молодая чародейка вдруг заимела над ним такую власть, которая не снилась никому. Он и сам себе не мог точно ответить, что в ней было такого особенного, но... ей удавалось разогнать его скуку. Велиал забывал о времени, когда разговаривал с Шарли. Забывал о дурацких приказах. О том, что опять на что-то злится. Может, он и не испытывал что-то к ней – ему просто нравилось то, каким рядом с Шарли становился он сам.

В очередной раз он наткнулся на неё во время званного вечера. Шарли сидела в саду, на скамье, и смотрела на звёзды. Её обдувал холодный вечерний ветерок, но она будто этого и не замечала. Велиал медленно подошёл к ней и накинул на её плечи свой пиджак. Сам он не чувствовал дискомфорта от температур, но понимал, что в этом плане маги почти ничем не отличались от людей, а, значит, сейчас ей должно было быть не особо приятно сидеть здесь.

— Что ты тут делаешь? — спросил он, когда Шарли вынырнула из своих мыслей, вздрогнув, — Тут холодно. Ты можешь заболеть. А ещё пропустишь всё веселье. Эшенфорд опять напился настолько, что начал приставать к леди Браун.

Она кинула на него благодарный взгляд и попыталась улыбнуться, плотнее закутываясь в пиджак, только сейчас понимая, что действительно замёрзла.

— Я не... не могу веселиться, когда он там, — Велиал сразу понял, что Шарли говорила не о старике Эшенфорде, а о Вильгельме. Она тяжело вздохнула, снова отводя глаза, — Он контролирует каждый мой шаг, когда мы среди других магов, чтобы я его как-нибудь не опозорила.

— Он просто не уверенный ни в чём дурак с маниакальной жаждой контролировать всё, — Велиал присел рядом с ней, но оставил небольшое расстояние между ними, которого бы всё равно не хватило для того, чтобы назвать его приличным. Всё равно тут никто обычно не ходит – поэтому Шарли выбрала именно это место, чтобы прятаться от чужих глаз.

— Я так больше не могу, — она покачала головой после недолгой паузы, — Он невыносим. Мы ещё не пара даже, а он уже относится ко мне так, будто я его собственность. Не делай этого, не ходи туда, не учись, не работай, не открывай рот, если не спрашивали... — она устало подняла глаза к небу и замолчала. И только спустя пару минут тихо добавила, — Он душит меня одним своим присутствием.

Именно так себе Велиал это и представлял, но впервые за долгое время он был не рад тому, что оказался прав в конечном итоге. Шарли была слишком живой и своенравной, чтобы не бороться, но эта борьба не приведёт ни к чему. Она отгорит, пусть на это и уйдёт какое-то время, а потом останется лишь красивая оболочка, как того и хочет Вильгельм.

Ему бы, как демону, просто пожать плечами – да, ещё одну душу сгубят правила высшего общества и принудительное замужество, много раз такое видели, дайте два.

Но это значило, что он потеряет и без того недавно приобретённый способ развеять свою бессмертную скуку. А нового он пока не нашёл...

— Давай сбежим, — неожиданно для самого себя сказал Велиал, не успев даже толком это ни обдумать, ни прикусить себе вовремя язык. Это было не его дело. Он не должен был в это лезть. Мортицифер просил его поддерживать шаткий мир, а не воровать невесту грёбанного Светоча!

Но Шарли посмотрела на него одновременно ошеломлённо и неверяще, и в глазах её заблестел огонёк надежды. И Велиал понял, что сейчас уже не сможет вернуть сказанное или обратить это в какую-то шутку. Это было бы слишком жестоко. Даже для него.

— Правда? Ты сделаешь это для меня? — удивлённо спросила она.

«О матерь, и во что я только собираюсь ввязаться?» — вопрос промелькнул в его голове почти как предупреждение, как сигнал, что сейчас самое время отступить и всё обдумать, но вместо чего-то рационального, он просто кивнул.

— Да, Шарли, — ответил он тихо, — Я сделаю это для тебя.

Она посмотрела на него долгим взглядом. А после подалась вперёд, сокращая небольшое расстояние между ними, и поцеловала.

Неумело и неуклюже. Велиал давно ни с кем так не целовался.

И в его голове промелькнуло не что-то низменное, сводящееся к потребностям плоти, которую он сейчас называл собственным сосудом, а почти невероятное, окрыляющее и правильное чувство тепла. Что-то, совершенно далёкое от нормальных для демона ощущений.

Это осознание вызвало почти ничем незамутнённый ужас.

Уже сидя в своём подобии дома, он думал о том, как глубоко увяз в этой истории. Ему нужно хорошо всё обдумать. А лучше – собраться с мыслями, дать себе профилактический подзатыльник и забыть обо всём. Для мимолётного увлечения она слишком сильно вплелась в его жизнь и его мысли.

Но может ли он так поступить? Просто оставить её после того, как дал обещание, от которого зависит почти вся её дальнейшая жизнь.

Это ведь даже не сделка. Раньше бы он точно смог бросить всё, ещё и посмеялся бы над её наивностью и доверчивостью. Он вероломный демон, это его стезя.

Велиал коснулся кончиками пальцев своих губ, всего на секунду, и одёрнул руку, будто ошпарившись. Она стала его слабостью. Эта мысль отрезвила, как ушат холодной воды, вылитой за шиворот. Это нужно было прекращать. Срочно. Пока не стало слишком поздно.

Он ещё не понимал, что уже было поздно.

После этого он не появился ни на одном собрании – вскоре сказал Мортициферу, что его всё достало и уехал первым же поездом в Ирэйнс. Он не видел Шарли несколько месяцев или даже больше, глупо надеясь, что ему удастся забыть её.

Руби, к которой он приехал в конечном итоге, была не особа рада его появлению, но, тяжело повздыхав, пустила Велиала в свой дом.

Она жила на краю деревни, почти у самого леса, и имела достаточно неплохую репутацию. К ней ходили за помощью, с ней считались, и она старалась держать в тайне своё полу-демоническое происхождение. Оттого присутствие Велиала было ей не очень на руку.

— Может, раз уж ты тут, то хочешь увидеть своего младшего сына? — предположила она, ведя какие-то подсчёты на грубой бумаге и попеременно ставя в корзину небольшие деревянные коробочки с травами.

— Это которого из? — уныло спросил Велиал. Он сидел напротив неё, попивая из стакана то, что ему здесь налили. Очень глупо, надо сказать. Руби ничего не стоило его отравить просто ради шутки, каких-то тёплых чувств она всё равно к нему не испытывала, а вот ведьмой и зельеваром была способным.

— Вау, у тебя всего два сына, а ты так спрашиваешь, будто их по меньшей мере дюжина, — Руби подняла на него осуждающий взгляд, — И Сэлу уже давно плевать, если тебе интересно. Корал. Я про Корала. Ему уже шесть. И он периодически спрашивает про тебя.

— Как-нибудь потом... — Велиал отмахнулся, тяжело вздохнув.

Руби стукнула обоими руками по столу.

— Какого тогда хрена ты вообще без предупреждения заваливаешься в мой дом и уже неделю сношаешь мне мозг одним своим присутствием?! — терпение у неё всегда заканчивалось быстро. Велиал периодически видел в ней себя, таким, каким он был когда-то давно, и это одна из немногих вещей, из-за которых он испытывал к ней хотя бы не привычное отвращение, как ко всем существам физического мира, а что-то сродни признанию.

— Я... — он не знал, стоило ли говорить ей об этом, но у неё всё равно не было резона использовать эту информацию против него, поэтому демон произнёс, — Мне нужно было время подумать, — Велиал замешкался, но продолжил секунду спустя, — Вдали от... одной девицы.

Гнев на её лице сменился приподнятыми бровями.

— Ого. Что ж там за девица такая, если ты сюда прискакал, как ужаленный, и уже пару дней не замечаешь, как я наливаю тебе настойку полыни в брагу? — Руби внимательно смотрела на него. Ей было действительно интересно.

— Так вот, почему так горько. Я думал, ты просто разучилась делать пойло, — Велиал недовольно вздохнул, отставив бокал, — Но, честно говоря, мне показалось, что она слишком сильно на меня влияет. И я решил это всё обдумать...

Она вздохнула, отставляя корзину с травами, и, опираясь на стол поудобнее, пытливо всмотрелась в его лицо, что-то там ища.

— В глухой деревне в Ирэйнсе? — проговорила она медленно, разделяя слова, — Да, отличное место, чтобы подумать. Проще говоря, ты испугался и сбежал, — Руби вскинула глаза к потолку, — Ох уж эти мне мужчины...

— А как мне стоило поступить по-твоему? — он сложил руки на груди.

— Не сбегать? — спросила она с сомнением, — Понимаешь ли, в чём штука. Она имеет на тебя влияние, да? А ты успел понять, плохое оно или нет?

Руби замолчала, ожидая какой-то реакции, но Велиал ровным счётом не понял, что именно от него хотят.

— Что ты имеешь в виду? — переспросил он.

— О нет, ты безнадёжен, — она покачала головой, — Я имею в виду, что у тебя есть паскудная привычка поджимать хвост и бежать от любых перемен не поняв, какие вообще перспективы у этих перемен.

— Ауч. Грубо, — Велиал поморщился от этого тона.

— Само собой, я же твоя дочь, а не чья-то ещё, — парировала она, — Не мне раздавать тебе советы, не маленький, но не попробуешь – не узнаешь, — Руби вернулась к своим записям, но добавила спокойно, — Да и навряд ли твоя девица вечная, так что у тебя ещё и есть гарантия, что это не навсегда. А теперь поднимай свою задницу и вали нахрен обратно в Кастаэрию, — она даже не оторвала взгляд от бумаги, — Я не буду говорить Коралу о том, что ты приезжал. Пускай ребёнок и дальше живёт с мыслью, что отец просто очень занятой демон, а не появляется на горизонте только тогда, когда ему что-то нужно...

Удивительно, но эти слова подействовали. Он собрал свои немногочисленные вещи и покинул деревню на следующее утро.

Но в тот момент, когда он всё-таки вернулся и был готов к разговору, то понял, что опоздал.

Он совсем забыл, что время в физическом мире имеет свойство бежать. Скоро должна была быть свадьба. Но её, к счастью, не случилось. Всё магическое сообщество было потрясено, но никто не хотел с ним об этом говорить. Светоч тоже больше не появлялся на людях, и это заставило не на шутку встревожиться. Не сделал же он с ней что-то...?

Велиал продолжал попытки выудить хоть какую-то информацию и случайно встретил на одном из приёмов подругу Шарли, имя которой он не удосужился запомнить. От неё пахло травяными духами, и это почему-то разозлило его, будто этот запах мог принадлежать только одной-единственной аристократке.

— Ты знаешь, где мисс Вандербург? — спросил он тихо, здраво решив, что получить информацию сейчас намного важнее, чем выразить своё негодование, — Что случилось?

— Она... сбежала, — девушка стыдливо отвела глаза, будто она была в этом виновата, — Вам лучше... лучше уйти.

Значит, Шарли ушла. Одна. Но, по крайней мере, теперь она была где-то вне досягаемости Вильгельма.

И вне досягаемости Велиала тоже.

Получается, он всё-таки её предал. Так, как делал обычно со всеми. Не изменил ни на секунду своей демонической природе. Теперь эту главу можно было закрыть и забыть.

Но почему-то он продолжал ощущать знакомый трепет и вглядывался в лица прохожих каждый раз, когда мимо проходил кто-то с терпкими, травяными духами...