
Кто-то из присутствующих хмыкнул, будто хотел сказать «ну, бывает», но не сказал. Потому что рядом лежали снимки надписей, и никто не мог их прочитать.
Осколок забрали на хранение под протокол. Кирилл Петрович смотрел, как его кладут в специальный контейнер, и чувствовал странную смесь облегчения и тревоги: теперь вещь была в безопасности, но он больше не мог её трогать.
Марине позвонили через два дня. Не из музея, не из полиции, а из другого ведомства. Голос был вежливым, но таким, который не предполагает отказа.
— Лейтенант Соколова, вас просят зайти. Есть разговор по вашему делу.
Кабинет был светлым, без лишних деталей. На столе — ничего, кроме блокнота и ручки. Напротив неё сидел человек, который представился коротко и без пафоса.
— Ваша работа с архивариусом привлекла внимание не только наших специалистов. Есть данные, что этой темой интересуется служба безопасности Индии. Их представители прибудут в ближайшие дни. Нам важно понимать, что вы оба знаете, что у вас есть на руках и кто ещё мог получить эти сведения.
Марина слушала, не перебивая. Она привыкла к вопросам, но не к такому масштабу.
— Мы ничего не передавали посторонним, — сказала она ровно. — Всё, что у нас есть, зафиксировано в протоколах и передано вам.
— Хорошо. Но учтите: теперь это не просто музейная загадка. Это вопрос межгосударственного внимания. И, возможно, не только культурного.
Она кивнула. И только выйдя в коридор, поняла, что сжимает кулаки.
Тем временем Кирилл Петрович сидел в своём кабинете в Эрмитаже. Витрины стояли на своих местах, воздух был привычно старым и спокойным. Но теперь эта тишина казалась ему хрупкой: будто она держится только потому, что никто не знает, сколько силы может быть в одной маленькой пометке на полях.
Он открыл блокнот на странице, где было написано: «Браслет. Две половины. Одна надпись. И кто-то знает, как её прочесть». Теперь к этой фразе добавилась новая строчка, которую он вывел аккуратно, почти дрожащей рукой: «И кто-то следит за тем, кто ищет».
Телефон тихо пискнул: пришло сообщение от Марины.
«Нас услышали. Осколок под охраной. Но теперь всё стало серьёзнее. Держись рядом. Вечером заеду».
Он улыбнулся уголком губ. И впервые подумал, что, может быть, ему и не нужно искать ответы в одиночку.
Глава 7. Индийский путь
Индийский путь.
Вечером в дверь квартиры Кирилла Петровича Крутого раздался звонок. Он предполагал, кто это может быть, поэтому открыл дверь, даже не спросив, кто там. На пороге стояла молодая симпатичная девушка в форме лейтенанта полиции, Марина Соколова.
- Проходите, Мариночка. Можно я буду вас иногда так называть. – Пригласил Кирилл Петрович – Чай, кофе, коньяк? – спросил он, улыбаясь – правда кофе и коньяка нет, но вкусный индийский чай с русскими не сладкими галетами, могу предложить.
Марина тоже улыбнулась и прошла на небольшую, но уютную кухню. Она уже была здесь однажды. На кухне практически ничего не изменилось. Всё было чисто, аккуратно, каждый предмет находился на своем месте. Электрический чайник уже закипал. Марина присела в угол за маленький стол возле окна.
- Я люблю хороший крепкий и ароматный чай больше любых других напитков. – начал рассказывать Кирилл Петрович – поэтому специально езжу на Невский, там есть небольшой специализированный магазин, где продают натуральный чай на развес. Иногда, там можно купить чай из Индии.
Кирилл Петрович говорил, а сам колдовал над заварочным чайником.
- Чай должен быть сухими, не скрученными листочками, и его нельзя заваривать кипятком. Вода обязательно после закипания должна постоять минут 5, а чай в это время должен находиться в горячем заварном чайнике. Конечно, лучше использовать колодезную воду, но, как говорится, «за неимением гербовой».
Марина смотрела, как он готовил чай, слушала его рассказ и чувствовала, как тепло и спокойствие обволакивает её сознание.
-Марина, да, вы снимите свой китель, давайте я вам помогу. Вам будет легче. Осталось ждать совсем чуть-чуть. У меня с прошлого года осталось малиновое варенье. Это подарила мне тётя Люба, наш музейный смотритель, из своих запасов.
Кирилл Петрович говорил и хозяйничал, расставлял чашки, доставал варенье и галеты. Марина просто сидела, и ей было хорошо и спокойно. Наконец, суета улеглась. Кирилл Петрович разлил чай по чашкам. Чай оказался, и правда, ароматным и вкусным.
- Что же , Марина, вас привело ко мне на этот раз?
- Понимаете в чем дело, Кирилл Петрович!
- Просто Кирилл, хорошо. Мы уже с вами плотно работаем вместе, и, я думаю по складывающейся ситуации, нам предстоит работать и дальше. И потом, я не на много старше вас. Мне 41 годик, а вам, наверно 27.
- Хорошо. Так вот, Кирилл. Мы, нежданно, негаданно, в своих поисках перешли на более высокий, можно сказать, межгосударственный уровень. То, как обычно, никому ничего не было нужно, то теперь, вдруг всем подавай информацию.
- Что случилось? – с тревогой в голосе спросил Кирилл.
Марина съела ложечку варенья, откусила кусочек галеты и выпила несколько глотков чая.
- У меня сегодня была встреча в конторе. Наши поиски их теперь заинтересовали. А знаешь почему? Потому, что ими, почему-то заинтересовались индусы. И представители Республики Индия скоро приедут сюда. Классно, правда? После почти 2500 лет.
- Мариночка! Вы особенно не расстраивайтесь и не возмущайтесь. Нам всё равно когда-нибудь пришлось бы обращаться в эти инстанции.
- Да, я не возмущаюсь.- Она снова съела ложечку варенья и, как маленькая девчонка, облизала ложку. – Простите, очень вкусно. Ведь если бы не вы, если бы вы не заметили какую-то заметку в британской прессе, ничего бы не случилось. Просто обидно.
- Ничего страшного. Просто, хотелось бы участвовать в дальнейших разборках. Интересно!- Спокойно сказал Кирилл – Хотите ещё чаю.
- Нет, спасибо. Чай, и правда, отменный. Я такого никогда не пила. Что касается дальнейшего участия, то не волнуйтесь, это нам обеспечено. Через пару дней у нас запланирована встреча с индийцами в МИДе на Смоленке в Москве.
На следующий день, поздно ночью Марина на служебной машине заехала за Кириллом и они на «Сапсане» отправились в Москву. Через каких-то 7-8 часов они высадились на Ленинградском вокзале в столице. Их так же встретил служебный автомобиль МВД России и доставил в небольшую ведомственную гостиницу. Днем, ближе к вечеру, у них была назначена встреча с индийскими представителями на Смоленской Площади в здании МИД. Кирилл и Марина прибыли на встречу, как и было, назначено, за час. Их в зале для переговоров уже ждали два человека. Одна молодая девушка, которая представилась как переводчик с Хинди, и молодой человек, лет около 30, в строгом черном костюме, который сказал, что он работник МИД в отделе, отвечающем за контакты с Республикой Индия.
Наконец, им сообщили, что индийская делегация прибыла. Дверь распахнулась, и в зал вошли три человека. Одна невысокая миловидная женщина, средних лет, одетая в
сари приглушённого изумрудного оттенка из шёлкового крепа. Пайял (пояс) в тон, но с деликатным блеском, подчёркивал талию. Дупатта цвета слоновой кости из шифона, лёгкая, воздушная накидка была украшена тонким растительным орнаментом вдоль края. Бинди, точка между бровей, был сдержанным, не слишком крупным красным символом. Иссиня-чёрные волосы были уложены в свободную прическу, в которую была вплетена тонкая нить с очень мелкими прозрачными самоцветами. Слегка смуглая кожа лица, и не яркая бордовая губная помада гармонировали с цветовой гаммой и тканями сари. Элегантные сапоги-балетки нейтрального бежевого оттенка, подходящие к деловому стилю, при ходьбе выглядывали из- под сари. На запястьях блестели и позванивали узкие золотые кольца. За женщиной неотступно следовали два, явно не музейных, работника, одетые в современные сине-серые костюмы.
Кирилл, Марина и двое представителей с российской стороны стояли около стола для переговоров со своей стороны. Войдя в зал, женщина не на мгновение, не задерживаясь, направилась прямо к Кириллу и Марине.
- Доктор Крутой – обратилась она на чистейшем, без малейшего акцента, русском языке к Кириллу и протянула руку для рукопожатия.
- Госпожа Соколова – повернулась она к Марине и тоже протянула руку. На запястьях женщины звенели золотые кольца. Затем она резко развернулась, прошла за противоположную сторону стола и встала напротив Кирилла. За её спиной встали два изваяния в сине-серых костюмах.
- Позвольте представиться. Я доктор Ратной Патхак и служу в Министерстве Культуры Республики Индия. Кроме всего прочего в мои служебные обязанности входит сохранение исторического наследия республики. Я рада познакомиться с вами. Я надеюсь, что в дальнейшем мы будем успешно работать вместе.
Она сделала приглашающий садиться жест и села на подставленный ей стул.
- Уважаемый Кирилл Петрович и уважаемая Марина Дмитриевна, позвольте мне Вас так называть, потому, что я хочу принести вам свои извинения за, возможно, негативные действия, доставленные вам. Некоторое время назад к нашему Министру обратился Глубокоуважаемый Шрипада. Это настоятель очень древнего монастыря, находящегося далеко в Гималаях. Он рассказал историю об утерянном божественном браслете и о вашем участии в его поисках. Нам очень ценна информация, которой вы обладаете. Мы предлагаем вам поделиться своей информацией. В свою очередь мы предлагаем посетить нашу Республику. Глубокоуважаемый Шрипада согласен принять вас в монастыре. Это большая честь. Если вы согласны, мы готовы обсудить эту поездку.
Кирилл и Марина переглянулись. Предложение было невозможно неожиданным. Они, конечно, согласились и начали обсуждать с Доктором Ратной Патхак организацию и время посещения Республики Индия. При содействии доктора Ратной, она, очевидно, имела контакты с соответствующими органами России, удалось согласовать вылет в Дели через день. Перелет был забронирован на ближайший рейс Индийских Авиалиний. Кирилл и Мария возвращались в гостиницу. Уже наступил теплый летний московский вечер. На площадях и улицах столицы загорелась ночная иллюминация. Они шли по вечернему Арбату в сторону Кремля. Там ночная московская жизнь только начиналась.
- Кирилл, когда в последний раз вы были в Москве – негромко спросила Марина.
- Наверно, лет 15 назад – так же тихо и задумчиво ответил он – Знаете, Марина, я тогда только закончил Московский Историко-Архивный Институт и учился там же в аспирантуре. Хотел защитить диссертацию и стать ученым. Но, не сложилось. Кстати, вы помните Фархада из Тегерана. Мы тогда вместе закончили один факультет.
Она его спокойно слушала и смотрела по сторонам.
- А, я ни разу за всю свою небольшую жизнь не была в столице. – Сказала Марина с сожалением – Вот и сейчас, выпала возможность восполнить этот пробел, но, оказалось, всего один день. Разве возможно посмотреть Москву за это время!
- Что, вы, Марина! Это невозможно и за месяц, даже если здесь жить. Но, не отчаивайтесь. Завтра я вам покажу, что успею, а остальное мы увидим по возвращении из нашей, я надеюсь, не менее интересной командировки.
Они прошли весь Арбат, и вышли на Гоголевский Бульвар, откуда до их небольшой гостиницы было совсем недалеко. На следующий день утром, к счастью, оно выдалось солнечным, Кирилл с Мариной позавтракали и направились изучать достопримечательности Москвы. С Кириллом по Москве гулять было очень интересно. Он был начитан, и всё-таки имел историческое образование. Они побывали в Кремле, прошли по Китай-городу и Зарядью. Прокатились на речном кораблике. Перекусили в кафе на Сретенке, где их было очень много, на любой вкус. Ближе к вечеру, они уставшие и довольные вернулись в гостиницу. Перед самым сном в номер к Марине постучали. Она выглянула в коридор и заметила, что Кирилл, не дождавшись ответа, собрался уходить.
- Мариночка, простите, пожалуйста. Я, случайно, не оставлял вам свой блокнот с записями? Что-то не могу найти. Нет? Значит, наверно, оставил в переговорной. Ничего. Завтра найдется.
Утром, после завтрака они собрались, спустились к выходу и стали ждать, когда за ними приедет сопровождающий от МИДа.
- Кирилл, вы как, нашли свой блокнот? – спросила Марина.
- Да, всё в порядке. Он лежал на столике вон у той пальмы в коридоре. Правда, я не помню, как я мог его там оставить. – ответил Кирилл.
Марина вопросительно взглянула на него. В это время пришла машина в которой уже находился один пассажир. Он выскочил из машины и открыл дверь перед Мариной. Они с Кириллом устроились на заднем сиденье и отправились в аэропорт. Новый пассажир сел рядом с водителем. Перелет был очень долгим, однако они летели рейсом Индийских Авиалиний в первом классе.
Глава 8. Подарок богов
Подарок богов.
В верховьях Ганга, где воды священной реки омывали невысокие прибрежные скалы, возле одной неглубокой скальной пещеры, с высоким сводчатым потолком, постоянно дежурил кшатрий с мечом и луком, сменяясь один раз в сутки. Это была пещера, в которой, каждые семь дней медитировал и общался с богами Повелитель Магадхи Великий Махападма Нанда. Сегодня был такой день. В это время Повелитель с восходом солнца заходил в пещеру один, одетый лишь в дхоти и с маленьким кувшином воды из священной реки Ганг. До захода солнца его никто не мог беспокоить. Вход задвигали огромным плоским валуном из ракушечника.
По пыльной дороге, по которой шудры перевозили урожаи с полей, руду с рудников, тюки овечьей и верблюжьей шерсти и другие продукты человеческой деятельности, бежал юноша в одном черном дхоти. Он бежал так быстро, что его, избитые о дорожные камни, пятки сверкали на солнце, а распущенные черные волосы развивались на ветру. Солнце клонилось к закату, и скоро должно было упасть за горизонт. Начальник передового отряда воинов махаджанапады Магадхи, приказал юноше передать известие великому Махападме ровно в тот час, когда он покинет свою пещеру. Юноша увидел, что он успевает к назначенному времени, и снизил свою скорость, перейдя на быстрый шаг, чтобы перевести дух. К пещере он подошел к моменту, когда начали сдвигать валун, чтобы открыть вход. Дежуривший кшатрий обнажил меч и направил его на юношу. В это время Повелитель вышел из пещеры. Юноша распластался у его ног.
- Ты кто? И как посмел приблизиться к священному месту? – Не громко, но грозно произнес Повелитель – Встань, шудр, и помни, если твое известие мне не интересно, ты умрёшь, так как нарушил много законов.
Юноша что-то развернул из конца дхоти и зажал в кулак, чтобы никто не видел, что это. Затем он, не поднимая головы, протянул две руки с зажатым кулаком и немного приоткрыл ладони, так чтобы только Повелитель мог видеть, что внутри. Повелитель немного протянул шею и увидел в кулаке перстень с небольшим ярко-красным камнем. Он хищно улыбнулся. И тут же услышал какой-то звук. Он присмотрелся и увидел, что юноша что-то ещё хочет сказать, даже не открывая рта. Повелитель прислушался и услышал: «Ватса, Каши,с Ведантой». Ему этого было более, чем достаточно. Повелитель пробормотал: «оставь себе»
- Пошел вон, шудр! На первый раз я прощаю тебя. – громогласно сказал Повелитель. Известие, которое принес ему юноша, было очень важным и своевременным. Поэтому он отпустил гонца и, даже, оставил ему это небольшое колечко. Известие говорило о том, что его планы по созданию единого государства успешно реализуются. Осталось всего два махаджанапада, Ватса и Каши, которые под влиянием Ордена Покорителей во главе с Брамином Капилой, приверженцем религиозного течения Веданты, пока противостояли идеям Великого Махападме Нанда и ученью Божественного Будды.
Махападма Нанда, облачившись в роскошные царские одежды из тончайшего муслина, расшитого золотыми нитями, поднялся на возвышение перед собравшимся народом. Его голос, усиленный эхом каменных стен, разнёсся по всей площади:
— Слушайте, мои подданные! Боги в своей бесконечной мудрости открыли мне истину. Буддизм станет главной религией нашей великой империи! Отныне учение просветлённого Будды будет освещать путь нашему народу, но все остальные верования сохранят своё законное место под сенью единого закона.
Толпа замерла в изумлении. Жрецы переглянулись между собой, не скрывая беспокойства. Воины застыли в строю, не понимая, как реагировать на столь неожиданное заявление.
Орден Хранителей божественных знаний под предводительством мудрого гуру Падмы быстро набирал силу. Его последователи распространяли учение Будды, строили монастыри и обучали молодых монахов. Их оранжевые одеяния стали символом новой веры. Хранители проповедовали равенство и милосердие. Крестьяне и ремесленники тянулись к учению Хранителей. Кшатрии, вайшьи и шудры поддерживали Повелителя.
Брамин Капила, рождённый в древней жреческой семье, не мог смириться с возвышением буддизма. Он видел в этом угрозу традиционным верованиям и собственной власти. Его орден привлекал тех, кто был недоволен переменами и жаждал вернуть старые порядки. Постепенно орден Покорителей превратился секту с немногочисленными, но фанатично преданными древним ученьям членами.
Время текло своим чередом. Великий Повелитель Махападма Нанда завершил объединение земель всех махаджанападов в единую империю. Конечно, чтобы удержать власть и сохранить империю, ему было необходимо на кого-то опираться. Он создал крепкий бюрократический аппарат, была разработана и функционировала налоговая система. Сильная современная армия состояла не только из пеших воинов, а имела конницу и даже отряды с боевыми слонами. Повелитель поддерживал буддийское духовенство, различные философские течения, науку, искусство и медицину. Создаваемые в это время монастыри становились образовательными центрами, сохраняющими древние знания и способствующими их развитию. В монастырях наставники, ученые и философы обучали монахов, которые в свою очередь несли эти знания дальше. Центром таких знаний стал монастырь Хемис. Основателем и настоятелем этого высокогорного монастыря являлся Драхмасвами. Молодые монахи-ученики жили, учились и работали при монастыре. Их небольшие кельи, как правило, располагались в небольших пещерах, во множестве разбросанных в скалах у подножья основного Храма. Храм представлял собой огромную и глубокую пещеру, образованную самой природой в одной из высоких монументальных скал, нависающих над высокогорной долиной. Вход в Храм находился на такой высоте, что не всякая птица могла сюда залететь. Только, иногда, большие белые орлы прилетали и усаживались на выступы скал, всё равно ниже входа. Монастырь жил своей обыкновенной жизнью. Монахи вставали с первыми лучами солнца. Занимались обязательно физическими упражнениями и омовениями под маленькими водопадами. Затем готовили еду, как правило, на целый день, чтобы больше не тратить на это время. Еда состояла из сушеных и свежих фруктов, молока коз и яков, молокопродуктов, приготовленных собственными руками, яиц горных голубей, мяса яков и коз. Из напитков потреблялась чистая вода горных ледников и различные отвары растений. Затем начинались работы по хозяйству. Учеба, переписывание и изучение древних рукописей, манускриптов, папирусов, глиняных черепков и прочих документов, многое количество которых, собиралось и хранилось в специально отведенной сухой и проветриваемой пещере. Монахи, закончившие обучение, их называли «просветлённые», расходились и разъезжались по всей империи и продолжали свою просветительскую деятельность. Иногда, некоторым из них удавалось забираться далеко за пределы государства и, даже оттуда, они умудрялись присылать в монастырь письма, отчеты, рассказы.
Однажды, Повелитель с небольшой свитой совершал очередное паломничество в монастырь, а такие паломничества он делал каждый месяц, в день, когда зарождалась новая луна. Великий Махападма Нанда в одной из молельных пещер беседовал со Святейшим Драхмасвами.
Святейший, хоть его и называли старцем, был всего лет на пять старше Повелителя, однако, черная борода с проседью и длинные с серебристым оттенком волосы, делали его заметно старше. Он был одет в длинную, лежащую одной складкой на каменном полу, рубаху светло-оранжевого цвета с длинными широкими рукавами. Сверху на плечи была наброшена тончайшая, почти прозрачная, накидка из козьей шерсти, которая держалась на плечах за счет заколки-броши. Заколка была изготовлена, очевидно, великолепным художником-ювелиром, из золота в виде, сидящего в позе лотоса Будды с поднятыми к небу головой и руками. Голову Святейшего Драхмасвами обкручивал тюрбан, оставляя волосы, лежащими на плечах, из оранжевого шелка. На лбу тюрбан был заколот огромным, с кулак младенца, плоским, зеркально отшлифованным изумрудом. На указательном пальце левой руки выделялся золотой перстень, также с изумрудной вставкой.
- Святейший- обратился к Драхмасвами Повелитель Магадхи – империи династии Нандов – Махападма Нанда. – Я пришел к тебе, чтобы узнать, что говорит Божественный Будда, о том, что происходит в Магадхи сейчас, правильный ли путь я избрал, и какие времена нас ожидают.
- О Великий Повелитель! – начал свой ответ Драхмасвами, прижав свои ладони к груди.- Уверен ли ты в своем желании знать и постичь мнение самого Божественного Будды? – задал он вопрос, и, не дождавшись ответа, но увидев утвердительно наклоненную голову Повелителя, продолжил:
- Могущественный, Махападма Нанда, подобный земному воплощению Божественного Будды! Я слышал его слова и познал их смысл и значение. Он говорил, что путь ты выбрал правильный и достойный, и должен следовать ему, ориентируясь на знаки Будды. Он говорил, что в твоем государстве возникают распри и опять зреет заговор древних вед и верований против твоих нововведений и развития знаний. Но он уверен, что ты сможешь пресечь смуту и неповиновение. Кроме этого, он предостерегает тебя от внешних врагов, существующих за пределами твоей империи.
- Мудрейший, Драхмасвами, Хранитель знаний и умеющий понимать язык Божественного Будды. Я услышал твои слова и внял им. – сказал Махападма – Ты подтвердил мои знания и опасения внутри Магадхи. Я обязательно приму самые суровые меры к нарушителям спокойствия, в любом, даже самом отдаленном уголке моего государства. Что же касается недоброжелателей за пределами моей империи, то здесь мне нужны твои разъяснения, советы и помощь.
Драхмасвами внимательно смотрел на Повелителя Магадхи и молчал. Затем он поднял правую руку и щелкнул пальцами. Как бы из ниоткуда возник юноша в одном оранжевом дхоти с длинной курительной трубкой в руках. Он упал на колени перед Святейшим, склонился, согнувшись почти в три раза и, не поднимая головы, подал её на вытянутых поверх головы руках. Трубка уже была раскурена, и над ней вился тонкий и лёгкий ароматный дымок. Драхмасвами сидел напротив Махападмы на согнутых ногах с прямой спиной в позе лотоса. Его полусогнутые руки свободно лежали на коленях. За ним в нише, в окружении горящих голубым пламенем семи лампад находилась небольшая, не более локтя, вырезанная из светло-оранжевого камня фигура Будды, в такой же позе, как заколка-брошь на накидке Святейшего. Он, не отрывая взгляда от Повелителя, взял трубку и выпустил несколько клубов ароматного дыма, который сразу заполнил пространство пещеры. Затем он вернул трубку на руки юноши, который оставался всё это время в той же позе и, казалось, даже не дышал. Юноша вскочил и также исчез. Драхмасвами соединил ладони своих рук над головой и встал на ноги, казалось, без каких-либо, усилий. Повелитель Магадхи тоже встал и ждал, что будет дальше. Святейший повернулся лицом к нише за спиной. Он поднял свою левую руку и вставил её в огонь одной из лампад. Огонь обхватил всю кисть руки. Перстень на указательном пальце, как бы не находился в пламени, лишь его камень полыхал ярко зеленым пламенем. Махападма смотрел на это действие с удивлением широко раскрытыми глазами. Тем временем Драхмасвами убрал из огня руку, она осталось такой, же какой и была, взял из стоявшей рядом чаши щепотку каких-то мельчайших зерен, и бросил их в пламя лампады. Пламя ярко вспыхнуло с новой силой, таким же голубым цветом и успокоилось.
- Повелитель Магадхи, в стороне холодного заката образовалась огромная империя.- начал вдруг говорить Святейший, негромко но твердо и ясно, глядя в нишу невидящим взглядом. – Её создателей называют Ахемениды. Правит там могущественный Царь Дарий. Тебе необходимо быть с ним в мире.
Святейший замолк. Затем, как бы встрепенулся и повернулся к нише спиной. Он поднял голову и пронзительно посмотрел на Махападму. Они стояли напротив друг друга. Два Повелителя – народа и его духа.