Ведьма, доставьте письмо дракону. Срочно!

Глава 1. Чёрное письмо

К письмам Мара Вейр привыкла относиться спокойнее, чем к людям. Письмо хотя бы не требовало, чтобы его любили. Оно требовало только одного: чтобы его доставили. Люди были сложнее. Они могли передумать. Могли солгать. Могли сказать «останься», когда на самом деле хотели, чтобы ты ушла. Письма не лгали. По крайней мере, до сегодняшнего утра.

— Следующее письмо, пожалуйста, и без утренних сюрпризов, — сказала Мара, снимая с полки перевязанный бечёвкой свёрток.

Почтовая башня просыпалась медленно. За узкими окнами серел рассвет, под ногами гудели старые магические трубы, а внизу уже спорили курьеры из северного филиала. Мара не прислушивалась. Она вообще старалась не прислушиваться к чужим разговорам. Особенно если в них звучало её имя. В её работе было достаточно чужих жизней. Любовные признания. Судебные извещения. Приглашения на свадьбы.

Последние письма тем, кто ещё не знал, что они последние. Мара доставляла всё. Потому что так было проще. Чужие письма всегда знали, куда им нужно попасть. У Мары с этим было сложнее. Она взяла следующий конверт. И замерла. Он был чёрным. Не тёмно-синим, не покрытым копотью, не траурным. Настоящий матовый чёрный — такой, какой почтовая магия не признавала. Мара нахмурилась.

— Это ещё что за новый сюрприз с утра пораньше? Почтовый филин на соседней жерди расправил крылья.

— Не начинай, — предупредила она. Филин смотрел на конверт. Мара тоже. На лицевой стороне не было герба, марки или почтового кода. Только имя. Мара Вейр. Она перевернула письмо. Обратный адрес отсутствовал. Зато под ним проступила тонкая серебряная строка: Доставить тому, кто отправит. Мара перечитала.

— Очень смешно. Почта не оценила шутку. Она пискнула. Красная лампа над сортировочным столом вспыхнула.

— Если это розыгрыш, то у него отвратительное чувство юмора, — пробормотала Мара. Филин коротко ухнул, будто полностью разделял её мнение. — Не поддакивай. Ты вчера перепутал адреса двух свадеб и похорон.

— Отказ в регистрации, маршрут не найден, — объявила магическая система.

— Я вижу, но мне всё равно нужна подробная проверка.

— Адресат не зарегистрирован, и маршрут пока не найден.

— Я тоже вижу, но мне совсем не нравится результат.

— Маршрут отсутствует. Мара медленно выдохнула. Вот теперь всё становилось хуже. Письмо было адресовано ей. Требовало доставить его тому, кто его отправил. А отправителя не существовало. И маршрута к нему тоже. Она взяла конверт двумя пальцами и поднесла к свету. Чёрная бумага была тёплой. Не от огня. От магии. Мара почувствовала знакомое покалывание под кожей. Так почта предупреждала об опасности.

Обычно она доверяла этому ощущению. Сегодня почему-то решила не доверять.

— Кто тебя отправил? Печать дрогнула. И мир исчез. Мара оказалась на той же башне. Только башня была пустой. Окна выбиты. Столы перевёрнуты. Почтовые трубы молчали. На полу лежали письма. Сотни. Тысячи. И все были вскрыты. Ни одного запечатанного. Ни одного доставленного. Мара сделала шаг. Где-то далеко ударил колокол. Один раз. Она посмотрела на руки. На пальцах была кровь.

— Нет… Перед ней возникло зеркало. В отражении стояла она же. Старше. Измученная. С серой прядью у виска. И с той же чёрной печатью в руках. Будущая Мара подняла глаза.

— Если ты это видишь, у тебя осталось тридцать дней. Колокол ударил второй раз.

— До чего? Отражение не ответило. Только посмотрело ей за плечо. Мара обернулась. Там стоял дракон. Огромный, чёрный, с горящими глазами.

Он был настолько близко, что Мара почувствовала жар его дыхания. Она хотела отступить. Не смогла. Дракон поднял голову. И в этот момент Мара поняла самое страшное: она уже знала его имя. Арвен Рейнар. Видение оборвалось. Мара резко вдохнула. Почтовая башня вернулась. Филин недовольно ухнул. Почтовые часы продолжали тикать, будто ничего не произошло. Конверт лежал на столе. Но теперь на нём появилась надпись.

Тридцать дней. Под ней — дата. Мара посмотрела на неё. И кровь отхлынула от лица. Она знала эту дату. Та самая дата, которую только что видела в видении. Дата смерти Арвена Рейнара.

— Нет, и я не собираюсь с этим соглашаться.

Она отшатнулась. На внутренней стороне запястья выступила холодная испарина. Это не могло быть настоящим. Письма не показывали смерть. Почтовая магия показывала маршрут, если его можно было пройти. Но этот маршрут… Мара медленно перевернула конверт. Под печатью проступила подпись. Она узнала её сразу. Потому что сама ставила её каждый день. Мара Вейр. Почерк был её. Только не сегодняшний. Более зрелый.

Более уверенный. Будущий. Мара провела пальцем по подписи.

— Зачем ты отправила мне эту дату?

Она произнесла это почти шёпотом. Пальцы дрожали так сильно, что конверт зашуршал. Мара спрятала руку в карман, словно могла обмануть собственное тело. Страх она умела сортировать у других людей; свой пока не научилась даже подписывать.

Ответа не было. Только тишина. Потом внизу башни хлопнула дверь. Кто-то поднялся по лестнице. Быстро. Слишком быстро для обычного курьера. Мара сунула письмо в карман. Шаги приближались. Один пролёт. Второй. Третий. Она почувствовала, как почтовая магия под кожей натягивается струной. Дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина.

Высокий, темноволосый, в дорожном плаще, на котором блестели капли дождя. Лицо спокойное — почти раздражающе спокойное для человека, ворвавшегося в почтовую башню без разрешения. Но глаза выдавали его. Золотые. Драконьи. Мара медленно отступила.

— Кто вы такой и почему здесь?

— Я тот, кому это письмо предназначено.

— Адресат должен существовать в почтовом реестре.

— Значит, реестр ошибся, и теперь нужна повторная проверка.

Он сделал шаг вперёд.

— Отдайте его, пока ситуация не стала хуже.

Мара крепче сжала конверт.

— Сначала назовите своё имя и должность.

Мужчина чуть прищурился.

— Арвен Рейнар, если вам это о чём-то говорит.

Имя ничего не значило. А вот фамилия — слишком многое. Наследник драконьего дома. Последний из крылатой династии. Человек, которого официально не должно было быть в этом городе. Мара почувствовала, как почтовая магия снова напряглась.

— Вы не можете числиться адресатом этого письма.

— Почему ты решил, что это поможет?

— Потому что вас нет в системе.

На его губах появилась короткая улыбка.

— Теперь вы понимаете, почему я пришёл сам.

Он протянул руку. Мара не отдала письмо. И тут из конверта донёсся шёпот. Едва слышный. Но её голос. Её собственный голос.

— Не отдавай его дракону, пока мы не узнаем правду.

Мара побледнела. Арвен перестал улыбаться.

— Простите, что именно вы сейчас сказали?

Она подняла глаза. Он смотрел прямо на неё. А чёрное письмо в её руке стало горячим. Слишком горячим. На обороте медленно проступила новая строка.

НЕ ОТДАВАЙ ЕГО ДРАКОНУ.

Глава 2. Ты — отправитель

Мара не любила драконов. Не потому, что они были опасными. Опасность она уважала. С драконами было хуже: они слишком привыкли, что мир уступает им дорогу.

— Уберите руку, пожалуйста, и отойдите от двери, — сказала она.

Арвен посмотрел на собственную ладонь, лежавшую на дверной ручке.

— Я не держу вас, просто стою возле двери.

— Вы всё-таки держите дверь, а не меня.

— А вы, кажется, собирались сбежать без объяснений.

— Именно это я и пытаюсь объяснить.

— Тогда, боюсь, сегодня вы никуда не уйдёте.

— Вы всегда так гостеприимны или мне досталась особая версия? — спросила Мара. — Только тем, кто пытается унести письма, способные сжечь половину города, — ответил Арвен. — Как мило. Значит, я уже почти член семьи.

Мара медленно выдохнула. Почтовая башня снова казалась слишком маленькой. За окном серел город, далеко внизу просыпалась Драконья гавань. Оттуда доносился гул крыльев и протяжный сигнал портовых колоколов. Арвен стоял между ней и лестницей. Не угрожал. Просто не двигался. И почему-то это раздражало сильнее.

— Вы получили это письмо и не передали адресату, — сказал он. — Почему вы до сих пор держите его у себя?

— Потому что оно сказало мне не отдавать его вам.

— Ты сейчас говоришь именно об этом письме?

— Да, именно это я сейчас и пытаюсь объяснить.

— Оно действительно разговаривает с тобой вслух?

— Со мной — да, и довольно настойчиво.

Он несколько секунд смотрел на неё.

— Вы ведь понимаете, как это звучит?

— Я работаю с почтой и знаю её правила лучше вас.

На этот раз уголок его губ дрогнул. Мара сразу заметила. И тут же решила, что не заметила.

Её раздражало, что он улыбался именно тогда, когда ей хотелось сердиться. Ещё больше раздражало, что улыбка ему шла. Мара мысленно внесла это в список причин держаться от дракона подальше — список, который почему-то становился всё длиннее и всё менее убедительным.

— Пойдёмте со мной, пока нас никто не заметил, — сказала она.

— Куда именно мы теперь собираемся идти?

— В Драконью гавань, если не передумали.

— Зачем нам вообще сейчас туда возвращаться?

Мара достала конверт.

— Потому что настоящий маршрут уже проложен.

— Почтовая магия не работает на драконов.

— Вы сейчас пытаетесь спорить со мной о моей профессии?

— Я пытаюсь понять, почему вы собираетесь следовать за куском бумаги, который только что предсказал вашу смерть.

— Потому что если я его не доставлю, умру, возможно, раньше.

Арвен перестал улыбаться.

— Вы говорите это так, будто всё нормально.

— Я почтовая ведьма, у нас нервы крепче.

Мара убрала письмо обратно.

— Мы привыкли доставлять плохие новости без улыбки.

До гавани они добрались за двадцать минут. Мара шла впереди. Арвен — рядом. И это было неудобно. Слишком высокий. Слишком заметный. Слишком уверенный в себе.

— Вы всегда предпочитаете молчать в такой ситуации? — спросил он.

— Только рядом с людьми, которые задают слишком много вопросов.

— Я польщён, хотя пока не понимаю чем.

— Не стоит благодарности, я ещё не закончила.

Он усмехнулся. Мара свернула в переулок, где почтовые фонари горели даже днём. Один. Второй. Третий. Она остановилась. Перед ними был пустой причал.

— Здесь ничего нет, и это меня серьёзно настораживает, — сказал Арвен.

— Сейчас нет. Мара коснулась фонаря. Пламя внутри стало чёрным. Воздух дрогнул. Перед ними проявилась дверь. Не каменная. Не деревянная. Почтовая. Такие двери открывались только для истинного маршрута. Арвен впервые выглядел по-настоящему удивлённым.

— Этого не может быть, если только архив не врёт.

— Но есть. Мара открыла дверь. За ней оказалась небольшая комната с одним столом. На столе лежала серебряная перьевая ручка. Арвен медленно вошёл.

— И что теперь мы собираемся с этим делать?

— Адресат обязан подтвердить получение письма лично.

— Я подтверждаю получение, если это что-то меняет.

— Не так. Мара протянула ему письмо. Он взял конверт. Печать вспыхнула. Чёрный воск раскрылся сам. Внутри был один лист. Арвен пробежал глазами первые строки. И застыл. Мара увидела, как изменилось его лицо. Не страх. Сначала — неверие. Потом злость. И только после неё страх.

— Что там написано, и почему ты вдруг побледнела?

Он не ответил. Мара подошла ближе. На листе стояла дата. Та самая. Через тридцать дней. Под ней:

АРВЕН РЕЙНАР. СМЕРТЬ.

Ниже было несколько строк, которые словно пытались стереться прямо на глазах. Мара успела прочесть только одну: Причина: выбор Мары Вейр. Арвен сжал письмо.

— Это невозможно, и ты прекрасно это понимаешь.

— Я тоже так думала, пока не увидела эту печать.

— Кто именно вас подослал и зачем?

— Никто, и я не собираюсь лгать.

— Это прислал королевский двор или кто-то другой?

— Нет, королевский двор здесь совершенно ни при чём.

— Тогда кто решил втянуть нас в это?

— Если бы я знала, мы бы не стояли здесь.

Он резко поднял глаза.

— Вы знали, что в письме будет моя смерть?

— Нет, и давай не будем притворяться.

— Но знали, что эта дата касается меня?

— Да, хотя от этого мне совсем не легче.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Профессиональный конфликт вдруг перестал быть профессиональным. Теперь у них была общая дата. Общий лист. И тридцать дней. Арвен медленно опустил письмо.

— Я не верю в почтовую магию.

— Это ваше право, и я не стану мешать.

— Но я верю тому, что держу в руках.

Мара протянула ладонь.

— Тогда отдайте письмо, пока мы не передумали.

Он не двинулся.

— Нет, письмо останется у меня, пока мы не узнаем правду.

— Вы только что сказали, что верите ему.

— Именно поэтому я и не хочу рисковать сейчас.

Он сделал шаг ближе.

— Вы собирались уйти сразу после доставки.

— Это моя работа, и я её закончу.

— А теперь это уже совсем не ваша работа.

— Почему мы должны верить этому письму?

Арвен посмотрел на строку с её именем. Потом — прямо ей в глаза.

— Потому что там написано, что через тридцать дней вы станете причиной моей смерти.

Мара почувствовала неприятный холод под рёбрами. И впервые за всё утро подумала не о собственном будущем. О его.

— Тогда у нас появилась ещё одна серьёзная проблема, — сказала она.

— Нет, у нас есть гораздо лучший план.

Арвен поднял письмо. На чёрной бумаге проступила новая печать. Не королевская. Не драконья. Почтовая. Мара узнала её сразу. Такую ставили только отправители. Она приблизилась. Печать медленно раскрылась. Внутри было всего три слова.

ТЫ — ОТПРАВИТЕЛЬ.

Мара замерла. Арвен посмотрел на неё.

— Теперь объясните мне всё с самого начала, Мара.

Она не ответила. Потому что почтовая магия уже начала показывать следующий маршрут. Прямо под ногами возникла светящаяся линия. И она вела не от них. Она вела к ней.

Глава 3. Через тридцать дней открой дверь

Мара смотрела на светящуюся линию под ногами и пыталась не думать о том, куда именно она ведёт. После слов «Ты — отправитель» думать вообще становилось опасно.

— Ну, и что ты собираешься мне ответить? — спросил Арвен.

— Что именно ты сейчас пытаешься сказать?

— Вы обычно так долго молчите, когда не знаете ответа?

Мара подняла взгляд.

— Обычно я в этот момент уже ухожу.

— А сейчас ты всё ещё собираешься спорить со мной?

Она посмотрела на чёрный конверт.

— Сейчас письмо не позволяет нам даже открыть маршрут.

— Очень удобно, особенно когда решение принимаю не я.

— Не для меня, мне от этого только хуже.

Линия под ногами мигнула и погасла. Мара сразу поняла: маршрут закончился.

— Нам нужно вернуться, пока нас не заметили.

— «Нам»? Как быстро ты привык к компании.

— Не привыкайте, это всего лишь временное сотрудничество.

Она первой вышла из почтовой двери. Арвен последовал за ней.

— Вы всегда отдаёте распоряжения людям, которых едва знаете?

— Только если они мешают мне работать.

— Значит, я опять мешаю твоим планам?

— Пока да, но ситуация может измениться.

— Хорошо, но сначала всё тщательно проверим.

Мара остановилась.

— Что именно в этом тебе показалось хорошим?

— Вы хотя бы не боитесь меня.

Она хотела ответить, что бояться дракона было бы непрофессионально. Но это была бы неправда. Бояться она начала не его. Себя. Потому что письмо утверждало: однажды именно она станет причиной его смерти. Дом Арвена находился над гаванью. Не дворец. Мара ожидала дворец. Но за высокой дверью оказались тёплая кухня, узкая лестница и слишком много книг.

— Вы давно живёте здесь или только остановились? — спросила она.

— Иногда, когда мне особенно не хочется возвращаться.

— Почему ты выбираешь самое уклончивое слово?

— Потому что наследники редко принадлежат самим себе.

Ответ прозвучал без привычной усмешки. Мара запомнила. У лестницы появился молодой мужчина в серой ливрее. Он замер, увидев гостью.

— Господин, вы уверены, что это безопасно?

— Тив, подойди сюда, пожалуйста, — сказал Арвен. — Это Мара Вейр, моя спутница.

Тив перевёл взгляд на чёрный конверт. И сразу побледнел.

— Это то самое письмо, о котором говорили?

Арвен нахмурился.

— Ты уже встречал это письмо раньше?

— Нет, господин, я ничего не видел.

Слишком быстро. Мара заметила. Но ничего не сказала. Тив отвёл взгляд и принялся расставлять чашки.Незаметный. Именно таким он, похоже, привык быть. Мара знала таких людей. Они существовали рядом с чужими решениями и постепенно забывали, что способны принимать свои.

— Нам нужна лаборатория, где можно проверить этот конверт, — сказала она.

Арвен кивнул.

— И дверь, которую никто не хочет замечать.

— Какая именно дверь тебя сейчас беспокоит?

— Та, о которой письмо пока молчит.

Он посмотрел на неё.

— Тогда начнём с письма и без паники.

Через час они проверили всё. Чернила — обычные. Бумагу — нет. Она была старой, но не настолько, как должна была быть. Печать — почтовая. Но не существующая ни в одном реестре. Мара провела пальцем по краю листа.

— Передайте лупу, мне нужно проверить печать.

Арвен подал её.

— Вы могли бы попросить немного вежливее.

— Я попросила, просто без лишних украшений.

— Нет, вы приказали, а не попросили.

— И в чём, по-твоему, заключается разница?

— Разница именно в интонации и уважении.

Мара посмотрела на него.

— Лупу, пожалуйста, пока я не передумала.

Он рассмеялся. Тихо. Первый раз по-настоящему. Мара невольно улыбнулась в ответ. И тут же спрятала улыбку.

— Не отвлекайте меня, я почти нашла ошибку.

— Даже не собирался, мне нравится наблюдать за работой.

Она приложила лупу к бумаге. На полях проступили микроскопические символы. Мара замерла.

— Это невозможно, если только нас снова не обманули.

— Что произошло, пока я отвернулась на минуту?

— Здесь мой почерк, хотя я этого не писала.

— Вы уже говорили это, но я не поверил.

— Нет, это другой почерк, присмотритесь внимательнее.

Она перевернула лист. На чистом поле медленно появилась новая строка. Чернила проступали сами. Одна буква. Вторая. Третья.

ЧЕРЕЗ ТРИДЦАТЬ ДНЕЙ ОТКРОЙ ДВЕРЬ.

Арвен подошёл ближе.

— Какую именно дверь ты имеешь в виду?

Мара провела ладонью над словами. Почтовая магия отозвалась холодом.

— Не знаю, но могу попробовать разобраться.

В дверь постучали. Тив вздрогнул.

— Я никого не ждал, особенно незваных гостей.

Арвен мгновенно изменился. Исчез человек, который только что смеялся над её педантичностью. Остался наследник. Собранный. Жёсткий.

— Открой дверь, пока нас не заметили.

Тив подчинился. На пороге стоял мужчина в тёмной форме.

— Я придворный дознаватель, и мне поручено это расследование, — представился он. — Мне сообщили, что у вас находится запрещённая корреспонденция.

Мара сжала письмо.

— Какая именно дверь сейчас должна нас спасти?

— Чёрная дверь, та самая у лестницы.

Арвен встал перед ней.

— У вас есть ордер или только уверенность?

— Я пришёл сюда вовсе не за письмом.

Дознаватель посмотрел прямо на Мару.

— Я пришёл за ведьмой, а не за бумагами.

В комнате стало тихо. Мара почувствовала знакомый холод. Вот оно. Письмо уже начало менять её жизнь. Она сделала шаг вперёд. Но Арвен не отступил.

— Она здесь как моя приглашённая, и я отвечаю за её безопасность.

— Это не освобождает её от допроса.

— Это освобождает вас от дальнейших вопросов, пока что.

Голос Арвена стал ледяным.

— Пока она находится под моей личной защитой.

Мара посмотрела на него. Он даже не повернулся. Не спросил разрешения. Просто встал между ней и человеком, который пришёл забрать её. Почему-то именно это напугало сильнее всего. Не потому, что он был драконом. А потому, что впервые за долгое время кто-то защищал не её дар. Её саму. Дознаватель отступил.

— Это ещё не закончено, поверьте мне.

Дверь закрылась. Тив шумно выдохнул. Мара положила письмо на стол.

— Спасибо, ты даже не представляешь насколько.

Арвен наконец посмотрел на неё.

— Не благодарите, я всё равно не закончил.

— Почему ты не сказал мне раньше?

— Потому что я всё ещё хочу понять, почему письмо считает вас моей убийцей.

На бумаге снова зашевелились чернила. Мара наклонилась. Появились новые слова. На этот раз они были написаны её будущей рукой. ДВЕРЬ ОТКРОЕТСЯ НА ТРИДЦАТЫЙ ДЕНЬ. А ниже проступило последнее: И ТОГДА ТЫ УЗНАЕШЬ, КОГО УБИЛА НА САМОМ ДЕЛЕ.

Глава 4. Рынок семи мостов

Утром Мара всё ещё помнила последние слова письма. И тогда ты узнаешь, кого убила на самом деле. Она не любила загадки, которые нельзя было решить сразу. Особенно те, где фигурировала её собственная подпись. Поэтому к полудню они уже спускались к Рынку семи мостов

— туда, где старые ремесленники продавали всё, что официальная почта предпочитала не замечать.

Арвен шёл рядом. Тив остался в доме: придворный дознаватель мог вернуться, и кто-то должен был следить за письмом.

— Вы уверены, что этот мастер действительно существует? — спросил Арвен.

— Существовал, пока запрет не закрыл его мастерскую.

— Это невероятно успокаивает, спасибо за подробности.

— Он изготовлял чёрную бумагу до запрета.

— И вы знаете это по памяти?

— По каталогу, который я знаю наизусть.

Арвен покосился на неё.

— Конечно, если это действительно поможет делу.

— Что ты имеешь в виду на этот раз?

— Ничего страшного, просто мысли немного спутались.

Мара прищурилась.

— Вы опять смеётесь над моей работой?

— Пока ещё нет, но я уже начал поиски.

— А вы собираетесь продолжать меня раздражать?

— Уже начал, просто стараюсь не слишком торопиться.

Она хотела возмутиться, но он улыбался слишком открыто. И совершенно неожиданно Мара тоже улыбнулась. Всего на секунду. Потом ускорила шаг.

— Нужная лавка находится дальше по этой улице.

— Я заметил, но решил не портить момент.

— Не отставайте, я не собираюсь вас искать.

— Это приказ или очередная профессиональная рекомендация?

— Это профессиональная рекомендация, а не приказ.

— Тогда постараюсь выжить, хотя обещать ничего не могу.

Мара фыркнула. Впервые за последние сутки ей стало чуть легче. И именно это ей не понравилось. Лавка называлась «Чёрный лист». Но самого мастера внутри не было. На двери висела медная табличка:

ЗАКРЫТО.

Мара постучала. Тишина. Постучала ещё раз. Из соседней лавки высунулась старуха.

— Вы ищете Лейта или кого-то из его семьи?

— Да, и спорить с этим уже бессмысленно.

— Вы опоздали, и мастер уже успел исчезнуть.

— Насколько сильно он успел от нас скрыться?

— На три дня, если верить последней записи.

— Он уехал сам или его заставили исчезнуть?

Старуха пожала плечами.

— Исчез, и это куда хуже обычного отъезда.

Арвен нахмурился.

— И в чём, по-твоему, заключается разница?

— Уехавшие обычно оставляют вещи, а он не оставил ничего.

Она указала на дверь.

— А этот оставил всё, словно собирался вернуться.

Мара толкнула дверь. Замок щёлкнул. Внутри пахло мокрой древесиной, сажей и чем-то металлическим. На стенах висели листы бумаги. Белые. Серые. Красные. Но чёрных не было.

— Ничего страшного, я просто проверяю замок, — сказал Арвен.

— Не ничего. Мара подошла к столу. Там лежал старый почтовый журнал. Она провела пальцем по корешку. Пыль легла на кожу.

— Последний заказ, который он успел выполнить перед исчезновением.

— И что ты предлагаешь делать дальше?

— Чёрная бумага, запрещённая королевским указом много лет назад.

— Для кого? Мара раскрыла страницу. Имя было вырвано. Остался только знак. Круг, перечёркнутый двумя линиями. Тот же знак, что был на чёрном письме.

— Нашли нужную запись, она подтверждает нашу догадку, — тихо сказала она. Арвен наклонился к журналу.

— Что именно здесь должно меня удивить?

— Это след, который ведёт прямо к архиву. Она провела пальцем по записи.

— Бумагу заказали не здесь. Лейт только передавал её дальше.

— Кому именно предназначено это странное письмо?

— Неизвестно. Сзади что-то звякнуло. Мара резко обернулась. Полка качнулась. Несколько банок посыпались вниз. Арвен оказался рядом раньше, чем она успела отступить. Он поймал одну. Вторая разбилась о камень. Третья ударила Мару по ладони. Боль была мгновенной. Она вскрикнула. На коже вспыхнул красный след.