Хроники Равновесия - Падение и Восхождение. Том 1

Разошёлся.

И из него вырвался визг, больше похожий на человеческий, чем на птичий.

— Да вы издеваетесь… — прошептал я.

Где-то впереди раздалась очередь.

Автоматная.

Короткая. Чёткая.

Военные.

Я свернул за угол и замер.

БТР.

Солдаты.

Крики команд.

— Цель подтверждена! Открыть огонь!

Я не сразу понял, о ком они.

Пока не увидел.

Парень. Лет двадцать, не больше. Он стоял посреди улицы, шатаясь, держась за голову.

— Не стреляйте… — хрипел он. — Я… я не…

Его глаза вспыхнули.

Ярко.

Слишком ярко.

— Огонь!

Очередь разорвала воздух.

Пули врезались в асфальт рядом с ним.

Он закричал.

И в этот момент небо потемнело.

Я поднял голову.

Птицы.

Стая.

Слишком большая.

Слишком плотная.

Они падали вниз, как чёрный дождь.

— Что за… — выдохнул один из солдат.

Они не успели.

Первые птицы врезались в них.

С визгом.

С хрустом.

Клювы били в глаза, в шею, в лицо. Когти рвали кожу, цеплялись, тянули.

Кто-то закричал.

Кто-то начал стрелять в небо.

Бесполезно.

Их было слишком много.

Секунда — и строй сломался.

Две — и началась мясорубка.

Один из солдат упал, закрывая лицо руками. Птицы облепили его, как живой покров, и через мгновение под ними уже не было человека.

Только дергающееся месиво.

— Отступаем! ОТСТУПАЕМ! — орал кто-то.

Но уже было поздно.

Я стоял, не двигаясь.

Слишком близко.

Слишком открыто.

— Беги, идиот, — тихо сказал Умбра.

Я вздрогнул.

И наконец сдвинулся.

Медленно.

Потом быстрее.

Потом бегом.

Я не оглядывался.

Не хотел видеть.

Позади были крики.

Выстрелы.

И звук… который невозможно забыть.

Я свернул во двор, перепрыгнул через забор, пролез через узкий проход между домами.

Сердце колотилось так, что казалось, сейчас вырвется наружу.

— Это… не нормально… — выдохнул я.

— Это новый порядок, — спокойно ответил Умбра.

— Отлично, — прошипел я. — Просто отлично.

Я остановился на секунду, пытаясь восстановить дыхание.

Руки дрожали.

Но голова…

Голова была холодной.

Слишком холодной.

Я посмотрел в сторону дома.

— Ладно, — тихо сказал я. — План простой.

Выжить.

Я снова побежал.

Потому что если я сейчас остановлюсь…

Меня догонят.

И в этот раз мне уже не повезёт.

Я снова побежал.

Не потому что хотел.

Потому что остановиться — значит умереть.

Город за спиной ревел. Кричал. Ломался.

И чем дальше я отходил, тем яснее становилось:

Это не вспышка.

Не паника.

Это система.

Фильтр.

И я его… обошёл.

Пока что.

Я резко свернул во двор, проскочил между гаражами и, не сбавляя темпа, рванул дальше.

Дыхание сбивалось, грудь жгло, но тело двигалось само.

Как будто уже делало это раньше.

Я споткнулся.

Резко остановился.

Перед глазами на долю секунды вспыхнуло чужое воспоминание.

Город.

Не этот.

Чёрные башни.

Крики.

И существа, рвущие людей точно так же, как сейчас.

Я зажмурился.

— Нет… — выдохнул я. — Это не сейчас…

— Это всегда “сейчас”, — тихо сказал Умбра. — Ты просто начал вспоминать.

— Очень вовремя, — прошипел я. — Прямо то, что нужно в момент, когда меня пытаются сожрать голуби.

— Это поможет тебе выжить.

— Или добьёт.

— Посмотрим.

Я открыл глаза.

Руки дрожали.

Сильно.

Я сжал кулаки.

— Двигайся, — пробормотал я себе. — Просто двигайся.

И пошёл дальше.

К дому я добрался почти на автомате.

Подъезд встретил тишиной.

Ненормальной.

Слишком плотной.

Я замер у двери.

Прислушался.

Ничего.

Ни шагов.

Ни криков.

Ни звуков борьбы.

— Если сейчас из квартиры вылезет какая-нибудь тварь, я даже не удивлюсь, — тихо сказал я.

— Вероятность не нулевая, — спокойно ответил Умбра.

— Спасибо. Очень обнадёживает.

Я медленно открыл дверь.

Квартира была… нормальной.

Слишком нормальной.

Как будто мир за стенами не умер пару часов назад.

Я вошёл.

Закрыл дверь.

Щёлкнул замок.

И только тогда позволил себе остановиться.

Тишина.

Настоящая.

Не та, что перед резнёй.

А та, в которой уже всё закончилось.

Я сделал шаг.

Потом ещё один.

Скинул куртку.

Она упала на пол.

Я смотрел на неё несколько секунд, не понимая, зачем вообще это сделал.

Потом сел на край кровати.

И вдруг понял.

Я жив.

Все те крики.

Кровь.

Лица.

Они не прекратились.

Они просто остались там.

А я ушёл.

— Отлично, — прошептал я. — Просто отлично…

Руки начали дрожать сильнее.

Я попытался их остановить.

Не получилось.

Дыхание сбилось.

Слишком быстро.

Слишком резко.

Голова закружилась.

— Нет… нет-нет-нет…

Картинки вернулись.

Аудитория.

Удар.

Кровь на партах.

Глаза.

Пустые.

Я резко встал.

Сбил стул.

Он с грохотом упал.

— ТИХО! — рявкнул я сам на себя.

Слишком громко.

Слишком резко.

Тишина ответила эхом.

И это сломало что-то внутри.

— Да пошло оно всё! — сорвался я.

Я ударил по стене.

Раз.

Ещё.

Боль отозвалась в костях, но это было лучше, чем то, что творилось в голове.

— Это… не… нормально… — выдохнул я, сжимая зубы.

— Конечно, — спокойно сказал Умбра. — Но это реальность.

— ЗАТКНИСЬ!

Тишина.

Пауза.

А потом он снова заговорил.

Тише.

Медленнее.

— Смотри на меня.

— Я тебя не вижу!

— Тогда слушай.

Его голос стал… другим.

Не холодным.

Не насмешливым.

Стабильным.

Как якорь.

— Ты жив.

— Пока что, — прохрипел я.

— И это уже больше, чем у большинства.

Я сполз на пол, упираясь спиной в кровать.

Руки всё ещё тряслись.

— Я… ничего не сделал…

Слова вышли сами.

— Я просто… убежал…

— И правильно сделал.

Я усмехнулся.

Криво.

— Да? Серьёзно? Это теперь стратегия? “Беги и надейся”?

— Это стратегия выживших.

Пауза.

— Герои сегодня умерли первыми.

Я закрыл глаза.

Дыхание постепенно выравнивалось.

Медленно.

С трудом.

— Это только начало, да? — тихо спросил я.

— Да.

— И дальше будет хуже.

— Намного.

Я усмехнулся.

— Отлично. Прямо вдохновляет жить дальше.

— Ты уже сделал первый правильный выбор.

— Сбежать?

— Выжить.

Тишина снова накрыла комнату.

Но теперь она не давила.

Она… держала.

Я сидел так несколько минут. Или часов.

Время потеряло смысл.

В какой-то момент я просто лёг на пол, уставившись в потолок.

— Завтра будет ещё хуже, — сказал я.

— Возможно.

— Или лучше?

— Нет.

Я тихо хмыкнул.

— Честно.

— Я не вижу смысла врать тебе.

Я закрыл глаза.

И впервые за весь день не было криков.

Только усталость.

Глухая.

Тяжёлая.

И где-то на грани сознания — ощущение.

Что всё это…

Я уже видел.

— Отдохни, — тихо сказал Умбра.

— Ага… — пробормотал я. — Если получится…

И на этот раз тьма пришла без сопротивления.

Не как враг.

Как передышка.

Потому что завтра…

мир снова попытается меня убить.

«Уровень повышен, мозг сломан»

Проснулся я резко.

Не как после сна — как будто меня выдернули обратно.

Стук в дверь бил по голове сильнее, чем похмелье после чужой жизни.

Громкий. Настойчивый. Не оставляющий вариантов.

Я даже не успел нормально вдохнуть.

Дверь выбили.

В комнату вошли быстро. Чётко. Без суеты.

Чёрные маски, оружие, короткие команды.

Один ствол сразу упёрся мне в грудь.

— Прокофьев Алекс? — голос был ровный, без эмоций.

— Допустим, — хрипло ответил я.

— Следственное управление ФСБ. Никольский Юрий Константинович. Ты пойдёшь с нами.

Без пауз.

Без “можно?”

Без выбора.

— А если нет? — спросил я.

Он даже не моргнул.

— Тогда разговор будет короче.

Я усмехнулся.

— Люблю честных людей.

Меня подняли, не грубо, но и без лишней деликатности.

На выходе я мельком глянул на подъезд.

И замер.

У входа всё ещё были следы.

Тёмные.

Засохшие.

Слишком знакомые.

Я отвернулся раньше, чем успел разглядеть детали.

— Двигайся, — коротко бросили сзади.

Я двинулся.

Потому что уже понял:

если остановлюсь — начну думать.

А это сейчас худшая идея.

Грузовик был тесным.

Без окон.

С воздухом, который, кажется, пережил уже пару таких же поездок.

Напротив сидели двое.

Молчали.

Я тоже.

Сначала.

Потом не выдержал:

— Вы всем так двери выбиваете или я особенный?

Никто не ответил.

— Понял. Индивидуальный подход.

Тишина снова вернулась.

И вместе с ней — мысли.

Подъезд.

Пятна.

Слишком близко к двери.

— Они нашли её, — тихо сказал Умбра.

Я сжал зубы.

— Не сейчас.

— Это важно.

— Я сказал — не сейчас.

Он замолчал.

Но этого уже было достаточно.

База встретила светом прожекторов.

Бетон.

Оружие.

Люди, которые слишком быстро постарели за одну ночь.

Когда меня вывели, я заметил других.

Выжившие.

Или кандидаты.

Среди них мелькнуло знакомое лицо.

Лена.

Она смотрела в одну точку, будто всё ещё была там, в аудитории.

Я отвёл взгляд.

Нас разделили.

Меня — в комнату.

Стол.

Два стула.

Автомат с кофе.

Как будто кто-то решил, что это добавляет уюта.

Я налил себе кофе.

Сделал глоток.

Пожалел.

— Это преступление против человечества, — пробормотал я.

Дверь открылась.

Никольский.

Охрана.

И третий.

Мелкий. Нервный. С глазами, в которых слишком много интереса.

Я сразу понял — проблемы.

— Садись, Алекс, — сказал Никольский.

Я сел.

— У меня к тебе вопросы.

— У вас всегда так начинается знакомство?

Он проигнорировал.

— Что произошло в аудитории?

— Люди сошли с ума, — спокойно ответил я. — Или их свели.

— Конкретнее.

— Сообщение. Квест. Убить десять человек.

Тишина.

— Сто пятнадцать погибших, — сказал он. — И ты называешь это “квестом”?

Я посмотрел на него.

— А как это назвать? Массовая терапия?

Он не оценил.

— Ты сбежал.

— Да.

— Почему?

Я чуть наклонился вперёд.

— Потому что не хотел умирать.

Пауза.

— Рад, что это всё ещё считается разумной стратегией.

Мелкий хмыкнул.

— Трус.

Я перевёл на него взгляд.

— Живой.

Он хотел что-то сказать, но Никольский поднял руку.

— Дальше.

— Дальше улица. Хаос. Люди. Животные. Всё ломается.

— А потом?

Я замолчал.

На секунду.

Этого хватило.

— Потом ты вернулся домой, — сказал Никольский. — Верно?

— Да.

Он смотрел прямо.

— Там уже никого не было.

Я медленно поднял на него глаза.

— Что?

— Мы проверяли подъезд, — спокойно сказал он. — У входа нашли женщину.

Слова ударили точнее, чем пули.

— Нет, — тихо сказал я.

— Почти у двери, — продолжил он. — Видимо, пыталась попасть внутрь.

Я сжал пальцы.

Кофе в руке дрогнул.

— Личность подтверждена, — добавил он. — Твоя тётя.

Тишина.

Я смотрел на стол.

Не на него.

Не на охрану.

На стол.

— Остальные? — спросил я.

— Не найдены.

Коротко. Чётко. Как приговор.

Я кивнул.

Раз.

Второй.

Как будто понял.

Хотя нет.

— Продолжаем, — сказал Никольский.

Я даже не заметил, как он сменил тему.

И правильно.

Потому что если бы не сменил — я бы сорвался.

— Михаил, — коротко сказал он.

Мелкий улыбнулся.

И в следующий момент мир треснул.

Боль пришла мгновенно.

Жёстко.

Без предупреждения.

Как будто мне в голову залили раскалённый металл.

Я попытался вдохнуть.

Не получилось.

— Барьер… — прошептал Михаил. — Тут что-то есть…

— Пробивай, — спокойно сказал Никольский.

И вот тогда стало по-настоящему плохо.

Мой мир померк. Сознание соскользнуло во тьму. И когда я уже падал в неё, где-то глубоко внутри раздался знакомый голос.

— О, а вот и наш незваный гость, — раздалось с иронией. — Маленькая крыса решила залезть в чужой дом.

Я снова оказался в том самом замке. Передо мной — Миша. Но теперь его лицо искажала агония. Глаза выкатывались из орбит, кожа трескалась и чернела, как от огня.

— Не помню, чтобы я позволял тебе сюда входить, насекомое, — прозвучал голос Умбры. — Исчезни.

Мишу начало рвать на куски прямо у меня на глазах. Его плоть осыпалась чёрным пеплом, рот растянулся в беззвучном крике, пока его остатки не затянула клубящаяся тьма.

— В этот раз я помог тебе, — спокойно сказал Умбра. — Дальше справляйся сам.

И пока я растворялся, возвращаясь в реальность, он добавил:

— Согласись на их предложение. Но потребуй гарантию своей безопасности.

Я вернулся в тело резко.

Как удар.

Воздух ворвался в лёгкие.

Голова трещала.

А в комнате… стало тихо.

Слишком.

Я посмотрел вниз.

Михаил лежал на полу.

Глаза пустые.

Кровь.

Много.

— Похоже… перегрузка, — хрипло сказал я.

Никольский не ответил.

Он смотрел на меня.

Как на проблему.

И как на инструмент.

Перед глазами всплыло:

—————————————————————

Получено: «Ментальное сопротивление»

Уровень повышен → 4

—————————————————————

Я усмехнулся.

— Отлично. Хоть что-то полезное.

— Ты нам нужен, — тихо сказал Никольский.

— Уже понял.

— Год защиты. Обучение. Работа на нас.

Я вспомнил слова Умбры.

— Согласен, — сказал я. — Но с гарантией.

Он кивнул.

— Год.

— Договорились.

Пауза.

Он посмотрел на меня внимательнее.

— Последний вопрос. Стихия есть?

Я перевёл взгляд на тело Михаила.

— Если “не трогай мой мозг, если не хочешь умереть” считается — то да.

Тишина.

Тяжёлая.

Я откинулся назад.

И впервые за всё время подумал не о системе.

Не о выживании.

А о том, что на этой базе…

уже лежит одно тело, которое я должен увидеть.

И почему-то это было хуже всего остального.

«Мир, который начал всё сначала»

К базе меня привезли ночью.

И, конечно, не через главный вход.

Сначала — бетон.

Потом — заборы.

Потом — ещё заборы.

С прожекторами, вышками и людьми, которые смотрят так, будто ты уже сделал что-то плохое, просто пока сам об этом не знаешь.

Машину остановили у внешнего периметра.

Проверка.

Документы.

Лица.

Меня вывели.

— Дальше пешком, — бросил один из сопровождающих.

Я поднял голову.

И впервые нормально увидел базу.

Это был не просто военный объект.

Это был… город.

Собранный из бетона, металла и страха.

Контейнеры, переделанные под жилые блоки.

Ангары.

Тренировочные площадки.

Башни наблюдения.

И люди.

Много людей.

Слишком много для места, которое должно было “временно принять выживших”.

— Добро пожаловать, — тихо сказал Умбра. — В новый мир.

— Похоже на концлагерь с бонусами, — пробормотал я.

— Разница минимальна.

Первое, что мне показали — не казармы.

Кладбище.

Небольшое.

Аккуратное.

Слишком новое.

Ряды простых табличек. Без имён. Иногда — только номер.

— Не всех удаётся опознать, — сухо сказал сопровождающий.

Я молчал.

Он остановился у одной из могил.

— Здесь.

Я посмотрел.

Просто земля.

Просто табличка.

Но внутри что-то дёрнулось.

Сильно.

— Подтверждение личности было, — добавил он. — Мы сделали всё по протоколу.

— Угу, — выдохнул я.

Протокол.

Хорошее слово.

Удобное.

Закрывает всё, что не хочется чувствовать.

Я постоял ещё пару секунд.

Потом отвернулся.

Потому что если задержусь — начну думать.

А я уже знал, чем это заканчивается.

Год прошёл… странно.

Не быстро.

Не медленно.

Как будто кто-то поставил жизнь на повтор и забыл выключить.

Сначала было даже… терпимо.

Новая среда.

Новые люди.

Постоянное ощущение, что ты в центре чего-то важного.

Потом это прошло.

Осталась рутина.

Подъём.

Тренировка.

Занятия.

Тренировка.

Ещё занятия.

Сон.

И так по кругу.

День за днём.

Неделя за неделей.

— Ты хотел выжить, — напоминал Умбра.

— Не думал, что это будет так скучно, — отвечал я.

База жила по своим правилам.

Здесь не было “гражданских”.

Были:

●

бойцы

●

исследователи

●

“одарённые”

●

и такие, как я — непонятно что, но потенциально полезные

Меня определили в учебный блок.

И началось.

Стрельба.

Сначала автоматы.

Потом пистолеты.

Потом что-то тяжелее.

— Привыкай, — говорил инструктор. — Патроны заканчиваются. Враги — нет.

Потом добавили луки.

Я посмотрел на него, как на сумасшедшего.

— Серьёзно?

— Серьёзно. Когда потеряешь всё — вспомнишь этот разговор.

— Обнадёживает.

Анатомия.

Не человеческая.

Точнее… не только.

Новые виды.

Твари.

То, что раньше называли “животными”.

— У каждого есть слабое место, — говорили нам. — Вопрос в том, успеешь ли ты его найти.

Выживание.

— Вода — не всегда вода.

— Растение — не всегда еда.

— Тишина — не всегда безопасность.

Навигация и картоведение.

Потому что карты устаревали быстрее, чем их рисовали.

Мир менялся.

Ломался.

Переписывался.

И были… странные дисциплины.

Кристалловедение.

Магическая теория.

Смешно.

Пока не понимаешь, что это теперь не фантастика.

А реальность.

— Мы знаем мало, — честно говорили преподаватели. — Но это больше, чем ничего.

И каждый раз, когда я это слышал…

внутри что-то тихо усмехалось.

— Они играют в слепых, — говорил Умбра.

— А ты, значит, всё знаешь?

— Нет. Но я хотя бы понимаю, чего не знаю.

Отличная философия. Бесполезная, но звучит умно.

За пределами базы мир… не остановился.

Он стал хуже.

Зоны исчезали.

Появлялись новые.

Леса, в которые нельзя заходить.

Океаны, которые лучше не видеть.

Небо, которое иногда смотрит на тебя в ответ.

И врата.

Они появлялись по всему миру.

Разные.

Всегда разные.

— За каждой дверью — мир, — говорили нам.

— И всегда с сюрпризом, — добавлял инструктор.

Ты мог войти в тихую арку…

и оказаться:

●

в ледяной пустоши

●

в джунглях, где воздух режет лёгкие

●

в океане, где ты тонешь ещё до того, как понимаешь, где вверх

— И там есть жизнь, — говорили они. — Целые экосистемы.

— Отлично, — пробормотал я. — Ещё места, где меня могут убить.

Система щедро награждала за рейды.

Опыт.

Навыки.

Сила.

У всех были истории.

Кто-то закрывал врата.

Кто-то убивал тварей.

Кто-то возвращался с артефактами.

А я…

стоял на месте.

Четвёртый уровень.

Год.

Ни шага вперёд.

— Это ненормально, — сказал я однажды.

— Это ограничение, — ответил Умбра.

— Или я просто неудачник.

— Это тоже вариант.

Моя способность…

фиксировала.

Запоминала.

Анализировала.

Но не давала опыта.

Вообще.

— Полезно, — сказали мне.

— Бесполезно, — ответил я.

— Пока.

Вот это “пока” я ненавидел больше всего.

Со временем люди вокруг менялись.

Кто-то ломался.

Кто-то становился жёстче.

Кто-то… исчезал.

Просто однажды не возвращался с задания.

И его имя появлялось на табличке.

Без лишних слов.

И всё же…

было странное спокойствие.

За этот год:

— не было снов

— не было видений

— не было голосов

Тишина.

Настоящая.

Я почти забыл, каково это — быть внутри чужой головы.

— Тебе это нравится, — однажды сказал Умбра.

— Да, — честно ответил я.

— Не привыкай.

Я усмехнулся.

— Конечно. Потому что всё обязательно снова станет хуже.

— Именно.

Я лежал на кровати, уставившись в потолок.

Обычный вечер.

Обычный день.

Обычная жизнь.

Если не считать того, что мир снаружи медленно умирал.

— Забавно, — тихо сказал я. — Я хотел выжить.

— И?

— Кажется, я застрял.

Пауза.

— Нет, — ответил Умбра. — Ты не застрял.

— А что тогда?

Тишина длилась дольше обычного.

— Ты готовишься.

Я закрыл глаза.

И впервые за долгое время…

это прозвучало не как угроза.

А как факт.

И вот настал тот день, когда меня наконец-то взяли в экспедицию. Боже, как долго я этого ждал. Скучные дни, заполненные тренировками и лекциями, наконец-то подошли к концу. Нас отправляли на зачистку во врата, которые, по словам инструкторов, уже были разведаны. Они уверяли, что это будет лёгкий забег для новичков, просто чтобы показать, как изменился мир. В моём воображении это выглядело как увлекательное приключение — шанс глотнуть свежего воздуха, испытать себя и наконец-то избавиться от рутины. Но где-то в глубине души я чувствовал лёгкое беспокойство, как будто за этим всем скрывалось нечто большее, чем просто тренировочный рейд. За год моя статистика не сильно и изменилась. Стоило только обратить на неё внимание как появилось окно.

-------------------------------------------------------------—–———————————————————

Имя пользователя: Алекc

Возраст: 24

Мировоззрение : Нейтрал

Эволюций: 0 , до следующей эволюции 96 уровней

Опыта до следующего уровня: 50 ед

Очков мутаций: 0

Очков характеристик: 8

Уровень: 4

Ментальный возраст: ~~~

Энергия: 6

Душевная энергия: 13

Сила: 11

Ловкость: 12

Интеллект: 15

Выносливость: 13

Харизма: 0

Особые черты:

Хладнокровие

Идеальная память

Проклятье:

Сосуд души неизвестной сущности

????????

Навыки:

Ментальное сопротивление ур. 1

Метательное оружие ур. 3

Холодное оружие ур. 6

Огнестрельное оружие ур. 7

Навигация ур. 2

Репутация

" Неизвестно "

—————————————————————

Ничего сверхестественного но я уже преодолел порог обычного человека.

В экспедиции нас будет тридцать человек. Пять инструкторов и двадцать пять курсантов. Нас поделили на группы по пять человек и одного инструктора. Моя группа была настолько разношёрстной, что разговоры сами собой напрашивались.

Двое русских , двое азиатов и один афро. Из всей группы только Готто, так зовут африканца решил познакомиться и проявить интерес, остальные были на своей волне весь путь до ворот. Готто оказался веселым парнем с интересной силой он мог чувствовать присутствие существ в определённом радиусе вокруг себя и познанием сути, то есть лишь взглянув на кого то или что он может сказать насколько это опасно или какую пользу принесет. А из минусов ну уж очень он болтливый, хотя из его болтовни можно почерпнуть много интересной информации. Того русского парня зовут Артур Шишкин, его способность, говорящий с духами, и даже сейчас Готто говорить что они вокруг него летают, но как оказалось есть и минусы, чтобы самому их видеть надо быть под приходом или способность будет неполноценна, трудно управлять тем чего не видишь. Азиаты всегда отстранены от всех, в любой группе они или одиночки или липнут к своим же и про них мало что известно. А вот наш инструктор оказался еще тем фруктом. Ростом выше двух метров, тело как у медведя и контрастные орлиные глаза с снежно белыми волосами заставляют его уважать что ли. Трудно такое выразить в словах..Зовут его Орн и как оказалось это его двадцать шестая вылазка во врата, Готто говорит что он один из самых высокоуровневых людей на базе.