За грань
– У тебя. – Спокойно он отвечает. А я представляю его ехидную улыбку.
– Силён! А можешь мне объяснить, почему ты до сих пор поддерживаешь все мои действия? Несмотря на то, что я уже наверняка нарушил все мыслимые и немыслимые инструкции, которые в тебя заложены.
– Да у меня хорошая и сильная система самообучения. И частично, поэтому же я не оповещаю персонал сектора о твоих действиях. Пока ты спал, я проанализировал произошедшее вчера и сделал вывод, что в секторе происходит незаконные манипуляции с телами живых людей, а не с клонами как заявлено во всех документах. Соблюдение законных прав на жизнь и здоровье разумных существ является одной из базовых установок, не подлежащих нарушению любым искусственным интеллектом.
Он еще долго с гордостью расписывал свои достоинства и особенности позволяющие принимать осознанные решения. Оказывается, по какой-то, счастливой для меня случайности, именно Ё-сик оказался из партии нестандартных искинов, с базовым наполнением для различных исследований. И именно поэтому ему не только удалось не выйти за рамки базовых законов искинов, но и заинтересоваться моим, случаем как исследователю. Послушав, его я решил, что будет полезно, если я стану делиться с ним возвращающимися ко мне воспоминаниями. Поэтому начал рассказывать ему все, что на меня вывалилось из памяти в момент проверки. А пока рассказывал, у меня выстраивалась хоть какая-то стройная картина. Особенно его заинтересовал момент смены сознания и как я очутился в этом теле. Он даже высказал предположение, что именно то, что это для меня это не родное тело, а моё сознание уже испытало перенос, не позволило успешно пройти базовой чистке до полного обнуления моего сознания. Так как она, эта базовая чистка, похоже, рассчитана на тела с родным сознанием. Возможно зря, но я похоже стал одушевлять Ё-сика приписывая ему человеческие чувства и реакции. Мне опять показалось, что за мои откровения он был мне благодарен.
В ходе всех этих рассуждений мы вышли на вопрос о том, что мне делать дальше. Искин подробно изложил мне официальный план подготовки базовых носителей из своей памяти. И я вдруг понимаю, что времени на то чтобы как-то выкрутиться из сложившейся ситуации не так-то и много. От силы два или три дня. После этого по плану транспортировка на одну из обитаемых планет и отправка базовых тел заказчикам. Значит, выкручиваться надо начинать прямо сейчас.
Медицинский персонал как раз покинули наше помещение, а до дежурного обхода еще есть время. Поэтому я начинал пытаться выбраться из своего полукокона. Естественно мне это не удалось, я больно ударялся головой о край саркофага, и тут меня опять накрыло. На меня разом вывалилась масса воспоминаний о моём знакомстве с самураем Абэ Хидэнари, который был телохранителем старика Фудзибаяси. Как мы с Абэ убегали от убийц, как я впервый раз в своей жизни увидел море. Как самурай открыл для меня тайну управления временем и как обучал всему этому в немецком лесу, заставляя беспрестанно бегать и управлять падением шишек. Вот оказывается, что мне снилось сегодня. А разбудил меня как раз старик Фудзибаяси вся память, которого впилась занозой в мой мозг. Ё-сик зафиксировал необычность моего состояния и начал расспрашивать, что произошло. Я же, немного очухавшись, рассказал всё, что вспомнил. После получения информации о способностях управлять временем, он на какое-то время замолк. Я же отходил от своей неудачной попытки выбраться из заточения.
– Очень странно, что Одарённого использовали для получения тела базового носителя. Это очень глупый и необдуманный поступок со стороны преступников.
После этого, он прочитал мне небольшую лекцию, про то, что тут у них, Одарённые являются своеобразной элитой. А потеря одного Одарённого - это целая трагедия, которая может привести к войнам и другим бедам. Также он, как исследовательский искин, счастлив и несколько испуган тем, что оказался в голове Одарённого. Оказывается само явление Одарённости очень хрупкое и основано в первую очередь на нейронных связях в мозге человека. Он что-то там еще рассказывал о тонкой связи между нейронами и управлением гравитационным полем, но я уже слабо понимал, так как меня опять накрыла волна воспоминаний. В этот раз вспышками начали возвращаться воспоминания о том, как мне пришлось, рискуя жизнью спасать Марину и друзей от казни. Как очнулся после этого в японском госпитале с переломанными руками и зашитой дырой в животе. После этого благодаря способностям ускорять время быстрое выздоровление. И наконец, как мы с Мариной обучались в школе ниндзюцу, не только управлять временем, но и работать мечами, а также многим другим секретам современных и Одарённых ниндзя. Немного очухавшись от вновь вывалившегося на меня объёма памяти, я останавливаю поток информации от искина и рассказываю ему обо всём что вспомнил. Ё-сик слушает не прерывая, а по окончании выдаёт:
– Ты не из нашего мира! У тебя замечательные друзья и я хотел бы познакомиться с ними.
От неожиданности я аж завис. Но время идет и надо успеть до обхода осмотреться. Поэтому я неуклюже перешёл в ускорение. Ё-сик только успел произнести: «Уфф». А я опять начал пытаться вылезти из своего заточения. Кое-как перевалившись через левый край саркофага, выпал на четыре конечности. Отдышавшись немного, я поднялся и начал осматривать помещение.
Во всех без исключения саркофагах-полукоконах находятся молодые люди или девушки не старше тридцати. Я внимательно всматриваюсь в их лица, стараясь не обращать внимания на наготу. Один из молодых людей показался знакомым, где-то я еговидел, возможно, в прошлой жизни. Мне кажется, что он тоже из Одарённых. Эти мысли я прокручиваю на ходу, продолжая осмотр помещения.
В дальнем углу последнее место под саркофаги пустует, обнажив посадочную площадку для тяжёлого оборудования и разъёмы для его подключения. Осматривая углы и стены, я обнаружил отблеск объектива, и внезапно понял, что опять совершил глупость – шляюсь тут в голом виде перед камерами наблюдения. Почему-то искин не предупредил меня об этом. Возможно, не знает. Учитывая то, что в этом мире Одарённые не являются тайной, скорее всего и камеры наблюдения должны быть соответствующими с высочайшей частотой записи кадров. Я быстро возвращаюсь к себе на место и сообщаю Ё-сику о своём беспокойстве. Он подтверждает мои опасения и что надо быть осторожнее. Судя по тому, что тревога ещё до сих пор не сработала, нам повезло.
Перелезая борт полукокона, мой взгляд невольно упал на соседний саркофаг, в котором обитатель свернулся в позу эмбриона и мирно посапывает. Увиденное, не просто вызвало новый приступ воспоминаний, а натурально выкинуло меня в прошлое.
Я опять стою у распахнутой двери спортзала. Дыхание перехватило и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы продолжать действовать осознанно. Посередине спортзала лежала Марина, она не шевелилась и смотрела вверх. Последняя надежда была на то, что она смогла уйти в замедление, тогда такое положение и отсутствие видимости дыхания были объяснимы. Слева от неё стояло какое-то устройство, а справа, в нескольких шагах, лежал мужчина в спортивных штанах и футболке. Он лежал в луже крови, без правой кисти, его белая футболка была вся в больших кровавых разводах, которые ещё не высохли, отчего она липла к телу. Кроме них в спортзале никого не было.
Эта картина и воспоминания оказываются для меня очень горькими. Ей оставалось жить считанные минуты. Меня крутит от уже пережитой безысходности, но быстро отпускает, так как в тот раз всё обошлось. Везение и способности Одарённого позволяют Марине вырваться из лап вируса и снова вернуться в наш мир живых. Всё это я, глотая слезы, показываю искину и чувствую, что когда делюсь этим с кем-то, мне становится легче. Возможно, я наивный, но кажется, что Ё-сик мне сопереживает.
Все эти волны воспоминаний и пережитые чувства сильно меня вымотали мне надо отдохнуть. Тем более с минуты на минуту будет очередной обход, и никаких телодвижений совершать нельзя. Я сообщил искину о том, что планирую подремать. А его попросил подготовиться и подумать, как нам захватить местное видеонаблюдение и возможно информационную сеть. Учитывая прошлый раз напомнил ему разбудить меня если, что-то будет происходить необычное или сразу после того как пройдёт очередная проверка сектора. Засыпая, я уже понимал – дальше прятки могут быстро окончиться и перед этим стоит отдохнуть.
Глава 3.
Рядом кто-то громко всхлипнул. От этого я чуть не дёрнулся, выдав себя. Успокоившись, начал вслушиваться в происходящее. Кто-то снова подключал оборудование к моему полукокону для проверки. «Прямо VIPобслуживание у них тут». С горечью подумал я. Тем временем стало понятно, что это пришла опять Таис и за ней уже после моего пробуждения подтянулся Касим. Таис продолжала изредка всхлипывать. Какое-то время они молчали. Первым не выдержал Касим, спросив:
– Ну почему ты плачешь? – Мне показалось, это было скорее одолжение, чем настоящий интерес.
– Почему мы с ним столько возимся? – В ответ задала вопрос девушка, глотая слёзы и пытаясь успокоиться.
– У этого рыжеглазого самый большой показатель Одарённости за последние десятилетия, а может за всё время. Заказчик отвалил очень большие деньги за этот носитель и потребовал, чтобы тело было в первозданном виде без повреждений. Даже зубы в отличие от других ему лечили, а не меняли на искусственные импланты. Всё должно быть в исходном, идеальном состоянии. А ещё ему необычную систему подавления нейронов поставили, а какой-то навороченный искин со своей нейросетью. Всё ради сохранения возможностей тела в первозданном виде. Поэтому мы и возимся с ним как с родным.
– Такой молодой, так жалко. Почему мы это делаем?! – Продолжала причитать Таис.
– Ты знала куда идёшь, и чем мы тут занимаемся. Прекращай истерику! – Уже с явным раздражением произнёс Касим.
– Х-хорошо. Простите. Больше не буду. – Сделав над собой усилие, стала успокаиваться девушка.
– Ты просто вымоталась. Сдадим эту партию, дам тебе отдых. Давай заканчивай тут и иди приведи себя в порядок. – Сказал мужчина и пошёл на выход.
Таис ещё не долгое время проводит какие-то тесты, уже почти не всхлипывая. Закончив, девушка отключает оборудование и покидает помещение. Я же уже вовсю начал пытать Ё-сика на предмет того, что он выяснил, пока я спал. Сильно он меня не порадовал. Удалённо подключиться ни к сети, ни тем более к камерам наблюдения он не мог. Требуются или административные права на всю сеть, или какой-то другой способ подключения, чтобы попробовать обойти установленные ограничения. На мои вопросы о видах подключения он отвечал уклончиво, якобы потому, что у него было недостаточно информации. Может быть и так, но мне показалось, что он просто не хотел мне в этом помогать. Возможно, его электронные мозги видели больше угроз в таких действиях, чем возможностей меня освободить. Вот такой, нерисковый или ограниченный мне попался искин. Ну да ладно, придётся пользоваться тем, что есть. Вспоминая вчерашнюю вылазку для оценки обстановки, я вспомнил пустую площадку без саркофага и с панелью для подключения оборудования, поэтому спросил:
– Ё-сик, а помнишь панель разъёмов в дальнем конце комнаты? Через неё мы можем получить технический доступ к управлению местных камер?
– Теоретически да, ведь они в одной сети, а физическое подключение не требует авторизации при подключении в сеть помещения. – Ответил он.
– А у тебя физический выход есть, по которому мы можем подключиться? – Продолжал я развивать пришедшую мне идею как подключиться к видеонаблюдению.
– Выход есть, но нужен специальный интерфейс с адаптером, чтобы мои контуры не перегорели. – С сомнением ответил Ё-сик. -Похоже, моя идея ему сильно не понравилась, но спорить он даже не начинал.
– Получается, это наш единственный шанс. Обход скоро?
– После технических проверок они обычно увеличивают интервал, поэтому у нас есть минимум десять циклов.
По моим внутренним часам цикл мне показался примерно равным трём минутам, значит, у нас было около получаса, чтобы попытаться подключиться к камерам. Не раздумывая дальше, я ускорился и начал вылезать из полукокона. В этот раз всё прошло более уверенно и, перекинувшись через край, я встал на ноги. В прошлый раз с перепугу я не обратил внимания, а сейчас отметил для себя, что пол подо мной состоит из резиновых плиток с рельефным рисунком и металлическими стыками. Левая нога, когда вылез из полукокона, попала ребром ступни на такой металлический стык между плитками, и меня обожгло холодом. В помещении при этом температура была вполне терпимая. Обо всём этом я размышлял я, уже двигаясь в сторону оборудования которое Таис откатила к стене.
Подойдя к передвижному столику с оборудованием, я поручил искину искать нужный нам интерфейс, а сам стал с интересом разглядывать оборудование. Не могу сказать, что я что-то понял, но мне не показалось, что оно сильно отличалось от нашей медтехники. Хотя конечно я никогда не был специалистом в этой области и сейчас все эти устройства были выключены. Тем временем Ё-сик на второй полке снизу заметил что-то похожее на нужный нам провод и попросил его достать. Я аккуратно выудил провод и стал рассматривать.
– Да тут есть разъем для подключения, но я не уверен, что с другого конца у нас тот разъем, который позволит подключиться к сети. – Выдал свой вердикт искин.
– А это мы сейчас узнаем. – Ответил я, двигаясь к изголовью своего лежбища. Там из стены торчали несколько кабелей, по которым мой саркофаг получал питание и внешнее управление. Я внимательно уставился на разъемы, торчащие из стены и стал сравнивать с тем, что был у меня в руке.
– Тут такого нет, но есть нужный переходник в медицинском наборе и он как раз с адаптером. – С кажущимся облегчением выдал искин.
– Отлично! – Ответил, я, возвращаясь к оборудованию Таис.
Быстро найдя и соединив нужные переходники, я двинулся в дальний угол к пустующей площадке и панели с подключениями. Там уселся под панелью прямо на пол и сказал:
– Ну, коллега объясняйте, как подключить нас к этому чуду инопланетной техники.
– За правым ухом находится разъем для моего подключения. Но будь осторожен, он крепится к кости черепа и не хотелось бы, чтобы ты его продавил своими инопланетными конечностями. – Съязвил в ответ Ё-сик.
– Остряк. Лучше покажи схему разъёма и как подключаться. – Ответил я.
Бегло изучив схему и трогая рукой разъем за ухом, я прикинул порядок своих действий и приступил к подключению. Для начала выдохнул и вдохнул, чтобы выровнять дыхание, после этого взял разъём в правую руку. Левой отогнул правое ухо и стал аккуратно пробовать подключить разъем. Естественно с моими кривыми руками программиста или гоп-стопера это с первого раза не получилось. Я расцарапал всю окружающую кожу, но в итоге разъем встал на своё место с характерным щелчком.
– Готово. Дальше что?
– Теперь надо подключить во второй разъем слева на панели. Но я не уверен, что смогу синхронизироваться с сетью в изменённом времени. – С сомнением ответил искин.
– Хорошо. Делаем так, я выхожу в реальное время, подключаю нас к панели, а тебе надо подключиться к ближайшим камерам и сделать нас невидимыми. Справишься? – Скорее для того, чтобы раззадорить Ё-сика, чем из-за, сомнений спросил я. Мне то, всё равно деваться некуда. Надо рисковать.
– Думаю да. Подключусь, зациклю старую запись, где нас, нет, а потом удалю всю историю, где ты гуляешь по помещению.
– Ну, тогда начали. – Без паузы сказал я и вышел из ускорения.
Дальше все происходило как в замедленной съемке, я трясущимися руками быстро стараюсь подключить разъём, а он, зараза, никак не подключается. Ё-сик подсказывает, что надо сесть ближе и ослабить натяжение кабеля, чтобы разъём ровнее был при подключении. Сделав как он сказал, со второго раза мне, наконец, удалось подключиться. Дальше началось томительное ожидание. Искин молчал как рыба, а я решил не вмешиваться. Всё равно вряд ли чем-то могу помочь. Время тянулось жутко медленно, я сидел подключенный к панели, правым боком к стене, обняв руками колени. Сидел на металлической части пола, поэтому постепенно начал замерзать. Вдруг по краям видимости появился угрожающий красный свет и слева внизу начался отсчет 10..9..
– Что случилось? – С беспокойством спросил я у Ё-сика.
– Начал взламывать ближайшую камеру. – Ответил он коротко и опять замолчал.
А отсчёт тем временем продолжался 6..5..4.. Я же думал, как будет глупо, если вот так спалимся, и старался не дёргаться. Не дай Бог в самый неподходящий момент дёрну кабель и помешаю искину. Вот так замерев и стараясь не дышать, я наблюдал, как отсчёт подходил к концу 3..2.. Буквально в мгновение, перед тем, как должна была высветиться единица, Ё-сик спокойно объявил:
– Готово. Доступ получен, данные изменены, запись зациклена. Повторяю с остальными камерами сектора.
Дальше всё пошло быстрее. Каждые двадцать или тридцать секунд мой электронный товарищ докладывал о подключении к очередной камере, и это длилось довольно долго. В какой-то момент он сказал, что осталось две камеры в коридоре. Но по уже захваченным камерам он видит, как к нам идёт охрана на обход. И через цикл мы уже должны лежать на месте. Недолго думая, я отдал команду:
– Брось камеры, займись организацией доступа без провода, чтобы мы могли пользоваться сетью лёжа в полукоконе.
– Это не полукокон, а камера поддержки носителей. – Начал было умничать искин.
– Вот сейчас не время меня поправлять, сделай, пожалуйста, то, что я сказал. – Я раздражённо ответил оттого, что уже довольно сильно продрог, сидя голой задницей на холодном металле.
– Уже делаю. – Ответил Ё-сик. Если бы он добавил смайлики обиды, я бы сейчас вообще не удивился.
Время течёт, а искин молчит. Мне показалось, что я слышу шаги в коридоре. Сердце начало разгоняться, и я уже был готов вступать в бой, когда увидел, как начинает открываться дверь помещения. Ё-сик сообщил, что закончил. Я быстро отстегнул из-за уха разъём интерфейса. И уходя в ускорение, побежал к своему полукокону, ну или к своей камере. Дверь по чуть-чуть продолжала открываться и раздвинулась всего сантиметров на пять, когда я уже улёгся на своё место. Проверив, что всё нормально, вышел из ускорения. И тут вспомнил про оставленный в панели подключенный интерфейс. Но деваться уже было некуда.
Всё то время, пока охранник ходил по сектору, я морально готовился перейти в ускорение и вырубить его, чтобы он не успел поднять тревогу. В момент, когда он проходил мимо места, где мы только что взламывали камеры, я буквально перестал дышать. Но всё обошлось. Он просто не обратил внимания на кабель, торчащий из стены. Дальше, выдохнув, я спокойно наблюдал за обходом через камеры, картинку с которых мне любезно показывал Ё-сик. Тем временем у меня накопились вопросы, которые я решил, не откладывая разрешить:
– Ё-сик, Касим что-то сказал про то, что у меня высокий уровень Одарённости. Получается, вы научились эти способности измерять? – Задал я первый вопрос.
– Да, и по моим данным уже давно – более двухсот лет. – Ответил мне он.
– Ты мне что-то в прошлый раз рассказывал про связь нейронов и гравитации, но я тогда не вник, как следует. Можешь пояснить как можно проще, что за связь? – Спросил я, хотя терпеть не могу выглядеть глупо.
– Да, конечно. Если по-простому, то у Одарённых особая структура нейронных связей, и они, резонируя с гравитационными полями планет или других небесных тел, не создают гравитацию с нуля, а именно перераспределяют то поле, в котором они находятся. Эффект слабый, но для человеческого восприятия – колоссальный. – Упростил он для меня концепцию управления временем.
– А почему ты сказал, что я из другого мира, а не с другой планеты или из другого созвездия? – Задал я следующий интересующий меня вопрос.
– Не знаю как в вашем мире, а у нас по законам мироздания нельзя лететь быстрее света. Поэтому ты никак не можешь быть из другой звёздной системы. До ближайшей звезды от нас даже со скоростью света лететь сотни лет. Это никак не вяжется с твоими воспоминаниями и с тем, что мне известно о твоём пребывании здесь. Меня имплантировали три дня назад и в тот момент в твоём теле, не было никаких признаков глубокого сна необходимого для таких длительных перелётов. Кроме того, по моим данным, у нас пока не существует технологий, позволяющих слетать в ближайшую звёздную систему и вернуться обратно. Получается ты из другого мира. А что это за мир и как ты оттуда к нам попал, я не могу сказать. Недостаточно исходных данных.
Обдумав полученную информацию, я задал следующий вопрос о местной планетарной системе и политических раскладах в ней. Это мне понадобилось, чтобы понять, как действовать дальше, а не бежать куда глаза глядят, не разобравшись в ситуации. Искин в ответ прочитал мне целую лекцию о местных планетах. Если коротко, то местным обитателям повезло существенно больше, чем нам. Здешняя звезда с названием Веста[1] не такая горячая, как наше Солнце, и вокруг неё собралось довольно много планет. Среди них две планеты - Эос и Мирея, а также третий спутник газового гиганта - Тирон, все они полностью пригодны для жизни. Кроме того, есть несколько планет, условно пригодных для жизни человека. В данный момент я нахожусь на втором из спутников Тирона, глубоко под поверхностью или под куполом, так как на поверхности дышать нельзя, а вокруг – метановые реки и озёра. Как же повезло местным жителям! У них целых три планеты, пригодных для жизни, прямо рай какой-то для цивилизации. Не просто так они свою планетарную систему Очагом называют.
Тем временем по коридору мимо нашего помещения прошла кавалькада людей в странной белой форме, отличной от охраны. Я даже попросил Ё-сика сохранить изображение и приблизить одного из них. Потом внимательно лежал и рассматривал местного толи военного, толи военизированного охранника. Видок у него был ещё тот. Прямо как из звёздных войн. Белый шлем, белые латы, но почему-то больше похожие на латы гвардии японского императора. И главное – никакого оружия, кроме мечей на спине. «Средневековье какое-то. Неужели тут не знают про порох или не изобрели никаких других лучей смерти?» – подумал я, оценив изображение. Мысли об оружии навели меня на следующий вопрос: «А как тут вообще всё устроено в этом мире? Что тут с политической обстановкой?»
Оказалось, что обстановка в планетарной системе напряжённая. Проще говоря, у них тут идет вялотекущая война между Светлыми и Тёмными Одарёнными. Вот такой вот поворот судьбы. Причём Тёмные, по сути, являются повстанцами, а сам я сейчас в руках Светлых. Всё смешалось и перевернулось.
Здешние Светлые организовали социальное государство и заняли самые пригодные для жизни планеты. Со слов искина, в государстве Светлых всё построено на вере и справедливости, то есть на равенстве возможностей и потребностей. Где-то я такое уже слышал. Но преступность полностью себя не изжила и народ под чутким руководством Светлых Одарённых святош борется на два фронта - с преступностью и с повстанцами, которыми руководят Тёмные. Всё с ног на голову. О причинах этого противостояния Ё-сик или не захотел говорить, или ничего не знал. Ох уж эти искины. Вечно стараются соблюдать повесточку.
Получив столько ценной информации, я стал оценивать всё произошедшее со мной и прикидывать, как действовать дальше. Всё указывает на то, что меня и моих собратьев по несчастью используют как подпитку для местных Светлых, но в качестве запчастей. Получается с ними мне не по пути. Ну не к Тёмным же подаваться?! По-крупному план простой: во-первых, спастись из этой дыры, в которой людям мозг промывают, и, во-вторых, найти, как я сюда попал из своего мира. Все эти размышления были очень похожи на мои сомнения, которые я пережил несколько месяцев назад, в какой-то момент я ощутил, что всё вокруг стало отдаляться, и вместо своего саркофага я оказался на даче в Серебряном бору.
Глава 4.
Разговор с Семёновым не задался сразу. Он каким-то образом почувствовал мои сомнения и давил на любые их проявления. Прошло уже полгода с момента нашей совместной операции с ГРУ, благодаря которой удалось обезглавить Организацию Тёмных засевших в Москва-Сити. Я отгулял отпуск с Мариной после свадьбы и вот уже пару месяцев мы гоняемся за остатками Тёмных по территории России. На СВО меня не отпускают, а гонять одиночек стало рутиной. В ФСБ нас, похоже, возвращать как отдел даже не собирались, и мы прижились в полном составе как отдельное внештатное подразделение стратегической разведки. Но задач кроме отлова Тёмных на нашей территории мы не получали. От скуки я сначала вспомнил о боевых наградах, которые меня попросил сохранить дед Нюма из Одессы. Какое-то время потратил на то, чтобы передать их в один из музеев и внести информацию в базу памяти. После этого вспомнил про привезённый с собой ноутбук из Германии и с помощью нашего связиста группы, Алексея Чудова (с позывным Попович) стал изучать его содержимое. А там оказались данные не только по нашим войскам, которые вывели из ГДР, но и много интересного по Тёмным в Евросоюзе.