Мой ангел криминала

Глава 7

Монстр

По дороге в тот стриптиз-бар я ехал и, как обычно, пил виски. Я пью не от лёгкой жизни, а от мыслей, что пожирают меня каждый день; у меня немного необычное мышление, за счёт чего моё сознание трещит по швам. Смотря на дорогу, то на сумку с оружием на соседнем сиденье, я закипал, руки начали трястись. Одной рукой я вёл машину, а другой пил виски. Едкая жидкость обжигала горло, и это единственное, что меня отвлекало; с каждым глотком я вспоминал её. Дорога мелькала, мои мысли туманились.

А если её пытали?

Глоток.

А если её уже нет в живых?

Глоток.

Вдруг я опоздал, как тогда, в детстве, и я не спасу её?

Ещё глоток.

— Убью, суки. Последняя фраза полетела в пустоту, процеженная через зубы.

Ангел

Очнувшись, вся разбитая, в уже знакомой до боли сырой и холодной комнате, я вдруг задумалась, я здесь уже пол месяца, хах, глупо было надеяться на то, что он меня спасет .Я такая глупая, я чертовски глупая .Сидеть тут и надеяться что Акир спасет меня как принц на белом коне, вытащит из заточения как тупую принцессу из башни, да хуй там, пора взять себя в руки и вытаскивать свою задницу из этого дерьма.

. «Я встану и спасу себя!»

Каратель зашел в комнату. Я висела, подвешенная на колодках. Он удивился, потому что не помнил, чтобы пристегивал меня. Он подошел ближе, почти вплотную, и я сделала резкий рывок ногами на его шею. Я напевала песню, чтобы заглушить его тихие, хриплые звуки. Каратель упал на пол. Я спрыгнула на пол и начала его обыскивать. Чемодан с наркотиками и инструментами, медицинские бинты и самое главное: в его ремне сзади был пистолет. Взяв пистолет, я положила его рядом, сняла кофту с охранника и натянула на себя. Нет, не потому, что мне холодно. Вы хоть представляете, как я буду выглядеть, когда начну стрелять в других в нижнем белье? Вот и я нет.

Быстро собравшись, я открыла ключами камеру и пошла в упор. Мне плевать, что я сдохну, главное – с честью.

Первое отделение – это подвал, в котором я сейчас нахожусь. Я решила, что мне нужна подмога. Действуя тихо, я ударила пистолетом в висок охранника и забрала у него все, что было: два пистолета, нож и железный прут. Открыла камеры двум девушкам, показав им жест «тихо». Они вышли, начали меня обнимать и тихо плакать. Я дала им оружие и сказала помочь мне, чтобы выбраться.

Мы двинулись в зал. Под музыку мы убрали двоих охранников снаружи. Остались еще трое и Вал. О, как сладка будет моя месть! Я взяла со стола стопку водки, отрезала ткань, намочила ее, а позже подожгла и кинула прямо под стол с разлитым алкоголем. Начинался маленький пожар, вот-вот разгорающийся в огромный. Все из бара побежали прочь. Охранники побежали к нам, мы сразу убрали их. Я дала команду девушкам осмотреть помещение и освободить других девушек, они отправились вниз. А я лицом к лицу встретила его.

— Вал.

Я сказала это протяжно. Он спрятался под стол. Какой идиот! Я подошла к нему с направленным пистолетом. Он заверещал.

— Если ты меня убьешь, тебя найдут, сука!

— Не сомневаюсь.

Я выстрелила ему в ногу. Он завопил и схватился за нее, одной рукой взявшись за стол сзади. Алая жидкость окрасила его штаны. Еще один выстрел в другую ногу, он упал на колени.

— Проси прощения, тварь!

Он засмеялся.

— Я никогда не стану просить прощения у шлюхи.

Выстрел в плечо.

— Я сказала, проси прощения!

Он смеялся, снова и снова. Это только разозлило меня. Смотрите и вкушайте сладость справедливости. Я взяла солонку от перца и начала пихать ее прямо в горло Валу. Он давился ей, пока я доставала уже зубочистки и втыкала их ему в глаза. Девушки вывели остальных, а небольшой пожар устранили. Они уже начали уходить, но приехала группа Вала. Пять человек ворвались в здание, пока я, держа за шкирку их главного, который лежал на столе, пихала ему в глотку уже вторую солонку с солью. Я посмотрела на пятерых, все вооружены. Нам явно конец. И тут громкий звук битого стекла, все разлетается на кусочки, а троих человек сбивает фургон, который влетел в клуб. Мои глаза округляются, а два мужика, которые выжили, отбежали от фургона и прицелились на него. В кабине никого нет. Отпуская медленно руку, в которой я держала Продюсера, я вглядываюсь. Не может быть…

Монстр

Час назад. Ехав по шоссе, я уже был пьян и не особо соображал: я убью всех, кто её касался. Я клянусь, что каждого сравняю с землёй, и дьявол мне судья. Остановив машину на парковке, я двинулся пешком в сторону бара. И тут в мою пьяную голову влетает охренительная идея. Я замечаю фургон, стоящий у магазина. Посмотрев на бутылку виски в руке, я произнёс: «Че вылупился, будем угонять, а чё сделаешь?» Сделав глоток, я понял на долю секунды, как абсурдно это было. Я залез в кабину и оторвал провода. Из магазина на меня побежал, видимо, хозяин данного авто. Размахивая руками, он начал выбегать. Я достал пистолет, не отрываясь от проводов, открыл дверь кабины и, схватившись за крышу машины, едва удерживая равновесие, направил пистолет на мужика. Он остановился, а я крикнул как можно громче:

— Погоди чуть-чуть, я ещё не угнал её, чтобы за мной гнаться.

Мужик злобно махнул рукой в мою сторону и закричал в ответ:

— Слышь, да ты ахуел, что ли?

Я, не опуская пистолет, посмотрел на оторванные провода, а потом снова на него.

— Да я верну, честно.

— Что-то как-то не верится.

Нахмурив брови так, как будто я его не слышу, я крикнул:

— Побежишь?

Нагнув голову, он закрыл один глаз и прищурился:

— Ну да.

Мотнув головой, в стиле "ну ладно" я выстрелил ему в ногу. Мужик упал, крича от боли. Я завёл машину и поехал к бару. В пятистах метрах я остановился. Все свои вещи я старался увешать на себя. Взял пустую бутылку алкоголя и воткнул её на педаль газа, а себе взял новую из запаса, затем быстро, насколько могу, убрал ручник. Машина с визгом полетела в бар, а я, потягивая виски, пошёл за ней быстрым шагом. Самое главное — не повредить Марин, а на остальное я чхать хотел.

Ангел

Это он.

Высокий блондин с пустым взглядом. Это Акир. Я почувствовала, как огонь ненависти поднимался вверх по моей груди. Я готова убить его вслед за всеми. Он зашел спокойно, с поднятыми руками, в одной он держал бутылку виски, вел себя так, будто на него не направляют пистолеты.

— Извините, это мой фургон… Я его оставил на дороге, а сам отошел в туалет, ну он и укатился.

Два мужика, которые направляли на него пистолеты, переглянулись между собой. Акир запустил в них ножи, когда они обернулись на звон падающей бутылки из его рук, прямо в горло одному и второму. Один из пятерых с хрипом выползал из-под машины.

— О, а ты живой что ли?

Акир удивленно на него посмотрел, а затем подхватил его на плечо и усадил за ближайший столик, а сам запрыгнул на танцпол и закричал:

— Теперь я ваша элитная танцовщица!

Не знаю, какой взгляд у меня был, но что он, блять, творит? Я понимаю, что он не в себе, но это же явно какие-то отклонения. Я положила руки на грудь, окутав его тяжелым взглядом. Еще доля секунды, и я выстрелю в него. Он расправил руки и закричал:

— Уважаемые леди и пока еще живые джентльмены!

Сказав последнее, он хлопнул руками в замок и нагнулся, посмотрев на мужика, которого он туда усадил.

— Хочу сказать вам, что я пришел за этой дамой, которая украла мое сердце.

Он указал на меня, и все девушки разом повернулись в мою сторону. Я покраснела от такого внимания, чувствуя стыд и невероятную злость.

— Остальных прошу не бояться, и вы можете идти. Снаружи все чисто.

Девушки начали уходить толпой, а я вслед за ними. Я не собираюсь его слушать. Я не буду спрашивать, зачем он устроил поджог, зачем он приехал, когда я все сделала сама, и зачем он все еще держится рядом. Я уходила на улицу, когда колкий холод падал на мою белую кожу. Неужели снег? Сколько я пробыла там в заперти?

Когда я подставила руку под снег, чтобы понять, реально ли это природное явление, меня схватил за руку Акир. Я тут же ее отдернула и залепила ему звонкую пощечину.

— Не трогай меня.

Он посмотрел на меня так, будто его мечты с грохотом упали прямо мордой в пол.

— Не понял…

Я скрестила руки от холода, и мои глаза начали намокать. Жалкая картина… — Подумала я, растянув фразу. Теплая слеза катилась вниз, оставляя за собой мертвый холодный след. Влажная дорожка быстро замерзала.

— Я сказала, не трогай меня.

Акир стоял, будто его вкопали в землю. Его глаза все так же мертвые, но на долю в них мелькнуло то, за что я хотела ухватиться всем сердцем — сожаление. Я тихо тряслась и плакала, смотря на падающий снег, который хлопьями опускался на еще пока теплый тротуар. У меня в голове накипала истерика. Акир подхватил меня на руки, молча… А я билась в конвульсиях, била его, плакала и кричала, чтобы он отпустил меня. Он не слушал, молча нес. Я замолчала. Он — единственный, с кем я могу сдаться и больше не бороться. Молча мы шли достаточно быстрым шагом. Хоть он и не выражает эмоций, я чувствую — он злится. Дойдя до машины, он так же молча посадил меня на переднее сиденье пассажира, включил печку и накрыл меня своим пиджаком. Я напомню, что я одета только в кофту, больше ничего, кроме нижнего белья. Меня это больше не трогает, нет смущения от того, что кто-то посмотрит. Акир сел за руль. Он посмотрел на меня, на мои раны и на разбитые губы. Он протянул палец ко мне. Я инстинктивно сжалась. Акир аккуратно провел по моей разбитой губе. Эта сцена со стороны напоминала мне избитую, брошенную собаку, к которой хочет прикоснуться человек. Я разбита и мне плохо, я ужасно злюсь на Акира, но почему-то с ним мне тепло… Это любовь?..

Я сожалею, сука, как же я сожалею. Несмотря на ее раны, она все еще прекрасна. Я хочу ее обнять и не отпускать, но не могу, и это самая мучительная пытка для меня. Я знаю, что ее касались, но я никогда не буду считать ее грязной, она всегда будет для меня ангелом. Я развернул машину и направился… нет, не домой. Мне плевать на то, что нас могут искать, я обязан привести ее в порядок. Марин смотрела в окно, подложив одну руку под подбородок. А я молчал, молчал в тот момент, когда во мне была буря, в тот момент, когда я должен был ей сказать все, когда я ей нужен.

— Куда мы едем?

Она спросила кратко и сухо, потирая свои плечи, чтобы их разогреть, и смотря в окно на снег. Я не отрывался от дороги, мне просто стыдно было смотреть в ее глаза.

— Я знаю, ты голодна, мы заедем одеть тебя, а потом я тебя покормлю.

Она обожгла резким словом.

— Я поеду только домой, к себе домой.

Я остановил машину, резко как мог, и повернулся к ней. Каждый раз, когда смотрю в её глаза, хочу упасть на колени — она странно влияет на меня.

— Нет, либо ты едешь со мной и даёшь мне возможность позаботиться о тебе, потому что меня пожирает вина, либо открывай дверь и пиздуй куда хочешь.

Она округлила глаза, а после этого на её лице появился гнев. Она открыла дверь, собираясь уходить, я перехватил дверь и захлопнул. Она повернулась ко мне и открыла рот.

— Ах, серьёзно?!

— Чего лицо такое сделала? Нарисовала хуй — сотрёшь.

На последнем я улыбнулся и ударил пальцем по её носу. А она будто успокоилась. Мы продолжили ехать.

— Кстати, а где ты взял фургон?

Улыбнувшись, я даже не знал, как ей объяснить, что хозяин уже с простреленной ногой.

— Тебе лучше не знать, малышка.

Она покраснела, я это заметил и заулыбался ещё больше. Мы подъехали к магазину, она потянулась открыть дверь, а я снова её захлопнул.

— Да погоди ты, блять.

Она смотрела в недоумении.

-Ты думаешь, я позволю тебе выйти в таком виде?

Она опустила взгляд и осмотрела себя, будто забыла, в чём вообще была. Подняв глаза на меня, она спросила:

-А что не так?

Я закатил глаза. Она правда не понимает или притворяется, чтобы подействовать мне на нервы?

-Ты шутишь сейчас?Ты в одной кофте и вся в крови.

Она цокнула и захотела выйти, я снова перехватил дверь авто и закрыл её.

-Ты остаёшься тут.

После моей фразы она со злобой посмотрела на меня:

-Ты будешь указывать мне?

Отвернувшись и снова посмотрев на неё, я схватил её щёки в одну руку и приблизил её лицо к своему. В следующую секунду её глаза наполнились болью. Не отпуская её лица, я начал аккуратно убирать прядь её волос, давая ей чувство безопасности.

-Послушай меня внимательно. Я всё это время искал тебя, не спал и не ел, думая, когда же я спасу тебя. Я невероятно скучал по тебе, Марин, я буквально не находил себе места, я объехал все организации, все до одной, и наказал каждого, кто мог знать и не знать о тебе.

Я аккуратно взял её лицо двумя руками, смотря ей прямо в глаза. Она молчала, слушала всё, что я говорю, хоть с каждым моим словом её глаза намокали всё больше. После моей фразы она не выдержала и расплакалась.

-Я знаю, что происходило с тобой там. Но, Марин, для меня ты всегда будешь ангелом, чистым и нежным, только что спустившимся с небес ко мне.

Она опустила голову и прикусила разбитую губу. Замотав головой, её голос срывался на крик:

-Прошу, отпусти меня, я грязная… Я невероятно скучала по тебе и жила надеждой, что ты спасёшь меня, но я не могу, мне стыдно даже касаться тебя, зная, что со мной было, то, как меня запачкали.

Её паника усиливалась, слёзы текли сильнее. Я сжал её голову крепче, одной рукой вцепился в её волосы, я начал её трясти, но она не слышала. Я вцепился в её губы, вкус крови и её слёз повисли на моём языке, я не отпускал её, ближе прижимал к себе так, будто она сейчас растворится прямо у меня на руках. Когда наши губы разъединились, она ошарашенно посмотрела на меня. Я отпустил её и тихо произнёс:

-Ты только моя, ангел, больше никто тебя не тронет.

Она вытерла слёзы, её паника ушла, и тогда, когда я ощутил себя снова в реальности, я вспомнил, что мне нужно привести её в порядок. Я залез в пиджак, что был надет на Марин, и достал из кармана пачку сигарет, уже было хотел подпалить, но вспомнил, что ей не нравится запах сигарет. Я убрал сигарету от губ и, открыв дверь, вышел. Не закрывая её, я нагнулся к Ангелу и сказал

: -Я скоро вернусь, в бардачке заряженный пистолет, на всякий случай. Я закрыл дверь и направился в магазин одежды. Проходя мимо витрин, мой взгляд зацепило шикарное чёрное шёлковое платье с перчатками, рядом с манекеном на подушке лежало колье и серёжки из жемчуга.

Это то, что нужно. Я зашёл в магазин и указал на манекен, мне всё запаковали и выставили ценник 198 рублей. Для меня это ерунда, с моим-то доходом почти семь тысяч.

Да, мне действительно некуда было их тратить, но теперь я знаю, куда будут уходить мои деньги. Забрав пакет с платьем и колье из трясущихся рук продавщицы, я вышел из магазина, зашёл в цветочный магазин, взял розы и залетел в ещё один магазин за тряпками и водой.

Ангел.

Я сидела в машине уже умирая от скуки, развалившись по всему сидению, я грызла прядь своих волос и наконец увидела в окно Акира, он нёс огромный пакет и букет роз. Открыв мне дверь, он подал мне букет, сел в машину и завёл двигатель, убрав пакет с одеждой на заднее сидение. Он начал отъезжать назад, а я не понимала зачем.

-Куда мы едем?

Он развернул машину и, поехав дальше, ответил:

-Увидишь.

Мы приехали на берег, к деревьям, было уже 7 утра. Пока мы туда ехали, я увидела ресторан, но он был закрыт. Заехав за деревья, он повернулся ко мне, в следующую секунду я обомлела:

-Снимай кофту.

Что, простите, мне не послышалось?

-Чего…?!

Он приблизился ко мне и повторил, смотря мне в глаза:

-Я говорю, снимай кофту.

Я моргала глазами, смотря на него в полном шоке. Это какую наглость надо иметь.

-Я не стану раздеваться перед тобой, это шутка, что ли? Если да, то она неудачная.

Он достал пистолет и направил его на меня, я сжалась.

-Я говорю, снимай.

Он смотрел на меня грозно, проедая взглядом, а я сидела как вкопанная, не в силах пошевелиться. Он аккуратно поддел мою кофту пистолетом, холодный металл коснулся моего живота, и я покраснела. Он больной, если не сделаю то, что он хочет, где гарантия, что он не выстрелит в меня. Я послушно медленно начала снимать кровавую кофту, оставшись перед ним в голубом нижнем белье. Посмотрев на меня сверху донизу, он убрал пистолет и, улыбаясь, сказал:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.