Офис. Второй контур

Глава одиннадцатая

Утром я проснулась от сообщения, которого ещё не было.

Телефон лежал экраном вниз. Я знала слова прежде, чем перевернула его: «Приёмка через сорок минут. Найдите второго водителя».

Сообщение прислала Лида. На часах было 06:40, среда. Вчера вечером Матвей говорил, что поставщик ещё не назначил дату отправки новых автобусов. За ночь она не могла превратиться в сегодняшнюю приёмку.

Я позвонила Яне. Она сняла трубку после первого гудка.

— Я тоже здесь, — сказала она.

— Где?

— Дома. И, похоже, опять в четверге, который называется средой.

В ванной работала вода. Мама разговаривала с сестрой на кухне. Я потрогала стену и холодный край раковины. Они были настоящими настолько, насколько я умела отличать настоящее.

В 07:12 мы встретились перед вторым зданием. Павел принёс лист с правилами, написанный ночью: никого не вовлекать по отсутствующему согласию, назвать границу задачи, после возвращения перепроверить каждое действие. Дэн принёс термос.

— Ты всегда берёшь с собой чай на неизвестный день? — спросила Яна.

— Во второй раз — да.

На табло подъезжали два новых автобуса. Водители вели машины медленно, за ними шёл грузовой автомобиль с запасными частями. Марат стоял у въезда и разговаривал по телефону. Его лицо было привычным; за неделю мы научились узнавать, когда он ещё слушает собеседника, а когда уже ищет, кому передать проблему.

— Учить подъёмникам сегодня некому, — сказал он нам. — Инструктор едет с машинами, но его документы не проходят у Веры.

Матвей вышел из боковой двери. На пропуске у него стояло сегодняшнее число. Он смотрел на нас без удивления.

— Я помню вчерашний пакет, — сказал он. — И время на экране. Сейчас я внутри дня вместе с вами.

Павел показал ему лист.

— Нас четверо. Пятое место было свободно. Ты согласен участвовать, понимая, что этот день может закончиться и начаться снова?

— Уже участвую.

— Это не ответ, — сказала Яна.

Матвей прочитал лист до конца и поставил подпись. Павел проверил время: 07:19. Подпись осталась на бумаге, хотя в первый раз мои заметки не пережили возвращения.

В комнате между корпусами экран показывал пять имён. Рядом с пятым было написано «Матвей Орлов». Под списком появилась граница: «Завершение: два автобуса приняты в работу».

— В работу? — переспросила Лида, когда мы рассказали ей. — До конца дня не успеем даже обучить смены.

Она не видела надпись. На её экране были обычные приёмочные акты. Мы могли бы спросить, помнит ли она прошлый день, но перед нами стояли две машины и вопрос, который не ждал объяснений.

Первый автобус был готов к осмотру. Подъёмник выдвигался ровно, поручни держались крепко. Второй выглядел так же, только возле крепления платформы не было маленького винта. Я узнала пустое отверстие по фотографии поставщика, которую рассматривала несколько дней назад.

— Винт отсутствовал ещё до отправки, — сказала я.

Техник провёл ногтем по краю.

— Тут не винт. Транспортировочная заглушка. Без неё механизм можно проверить пустым, с нагрузкой нельзя.

Матвей уже разговаривал с поставщиком.

— Запасные части в машине сзади. Через двадцать минут всё будет на месте. Первый пускаем на линию, второй готовим.

— Первый ещё никто не принял, — сказала Лида.

— Подъёмник работает.

— Я просила показать, кто закрепит кресло.

На площадке ожидали пассажиры. Один из старых автобусов отменили из-за неисправного отопления. Женщина с тростью стояла возле скамейки, но не садилась: если сядет, ей будет трудно встать до посадки. Мужчина спросил, когда им скажут правду о времени отправления.

Я хотела ответить, что первый автобус готов. Слово «готов» уже собиралось во рту, хотя я не знала, кто проверял его под нагрузкой.

Дэн подошёл к женщине с тростью и спросил, какое ожидание ей легче: здесь, где холодно, или внутри здания, откуда можно видеть табло. Она выбрала здание. Он не обещал ей автобус через двадцать минут.

К десяти часам запасные части выгрузили. Вера сверила документы инструктора: печать на допуске относилась к другому типу подъёмника. Это могло быть исправимой ошибкой, но сейчас учить наших водителей он не имел права.

— Два автобуса, одна исправленная деталь и ни одной обученной смены, — подвёл итог Павел.

— У нас есть Марат, — сказал Матвей. — Он работал с похожими машинами.

Марат услышал своё имя и сам подошёл.

— С похожими. Не с этими. Могу показать, как не пользоваться подъёмником до инструктажа.

Матвей сердито выдохнул.

— На табло люди ждут рейса, а вы защищаете формулировку.

— Они ждут рейса, который сможет их довезти, — ответила Лида.

Экран над въездом загорелся зелёным: «Два автобуса приняты в работу». Мы ещё не подписали акт. На площадке прозвучало объявление о посадке в первый.

Люди потянулись к дверям. Я вдруг услышала знакомый голос Ирины: «Мне нужно к дочери». Он доносился со стороны салона. Я посмотрела сквозь стекло. На третьем ряду лежал бумажный пакет.

— Там Ирина, — сказала я.

Дэн поднялся по ступеням. Место было пустым. Пакета не было. Он вернулся и посмотрел на меня без вопроса.

— Я слышала её, — сказала я. — Это не причина отправлять автобус и не причина его задерживать. Лида, что ты видишь?

— Посадку объявили без моего разрешения. Сейчас остановлю.

Она попросила водителя закрыть двери и вернула пассажиров в зал ожидания. Не все согласились спокойно. Мужчина, спрашивавший о времени, назвал нас некомпетентными. У него были основания.

Матвей показал на зелёную строку:

— Если принять машины, завершится день. В настоящем мы проверим документы и всё сделаем правильно.

— В первый раз день закончился, хотя Ирина не доехала, — сказала Яна. — Тогда тоже была зелёная строка.

— Она доехала позже.

— После того как мы не поверили строке.

Матвей посмотрел на пассажиров за стеклом. Ему хотелось вывести их из ожидания. Мне тоже. Для этого требовалось отказаться от удобного окончания.

Лида отменила объявление. Павел внёс замечания по обеим машинам, отдельно указав неисправность второго подъёмника и неподтверждённое обучение. Дэн организовал рейс на исправном старом автобусе, чтобы люди не ждали решения по новому парку. Я помогла женщине с тростью дойти до него. Она сердито сказала, что ей обещали новый автобус.

— Да, — ответила я. — Слишком рано.

К полудню второй автобус стоял с установленной заглушкой. Документы инструктора обещали прислать завтра. На экране отдела приёмки зелёная строка сменилась жёлтой: «Эксплуатация отложена».

Ничего не закончилось.

В 16:40 из комнаты между зданиями пришло сообщение: «До границы осталось двадцать минут». Текст не объяснял, что будет на границе. Яна предложила обозначить результат самим: машины получены, но не допущены к перевозке; пассажиров доставили другими рейсами; инструктор нужен завтра.

Мы записали это в пяти экземплярах и прочитали вслух. Матвей первым признал, что его предложение выпустить автобус было преждевременным. Марат проверил, что ключи обеих машин у него и никто не поставил их в расписание.

В 17:00 табло погасло.

Я открыла глаза дома. Телефон показывал среду, 06:40. На кухне мама открывала тот же шкаф. Никаких новых автобусов за окном быть не могло.

В рабочем чате уже было сообщение Матвея:

«Я помню, что подписал лист. Подпись со мной не вернулась».

Через минуту Павел ответил:

«Проверять будем сейчас. В этом дне поставка всё ещё не назначена».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.