Четырнадцатый архидемон 4
В появлении сообщников Оюны здесь и сейчас Вален не был уверен на все сто процентов, но ряд признаков показывал, что они уже осведомлены о ситуации и втайне следят за ним. Если это так — то наилучшим вариантом будет выманить их из укрытия, чтобы атаковать внезапно. Увидев сразу шестерых практиков двух цветов, он убедился, что вариант и вправду выбран наилучший. Конечно, практики захолустной секты, которую реальным силам Перерождающегося Континента даже подчинять лень — это не практики Секты Шести Печатей. Но и сам он был, мягко говоря, не на пике формы для трёх цветов. Лишь кончиками пальцев коснулся важнейшего среднего этапа внутреннего единства. Талант низкий, так что преимущество в скорости неодолимым не будет. Все его техники — базовые, доступные на первом цвете. Ничего, способного эффективно подавлять целые группы более слабых практиков, он не знает. Волшебное оружие и алхимические средства в основном истрачены.
В общем, шестеро бойцов на цвет ниже — а то и семеро, включая Оюну — имели неплохие шансы прикончить Валена, если у них хватает ума держаться вместе, и налажены хотя бы основы взаимодействия в бою. Если не прикончить, то обратить в бегство. Потому-то Вален и прикидывался подстреленной птицей до последнего, надеясь на возможность нанести внезапный удар. И эта возможность представилась!
Секунды не прошло, как схватка одного против шести стала схваткой одного против четверых. Но расслабляться ещё рано! Вален повёл руками, вызывая из колец новые летающие мечи — сразу полдюжины понеслись на врагов.
Практики Секты Белого Пламени среагировали стремительно, бросились в разные стороны, избегая опасности, выхватывая оружие и призывая техники. Простая атака не достала бы никого. Но эта атака была не простой, а с двойным подвывертом. В момент начала полёта, мечи целились в трёх из четырёх противников. А на середине все вдруг довернули на четвёртого, того, кто не видел Валена, когда инстинктивно отскакивал прочь, потому что мешала не успевшая упасть Оюна. Два были нацелены неточно, ещё два он отбил, пятый глубоко рассёк бедро, шестой проткнул грудь насквозь, так что практик покатился по земле, плюясь кровью.
Больший результат, чем надеялся Вален — ведь летающие мечи предназначались лишь для отвлечения внимания. Пока они были ещё в полёте, он использовал два Лёгких Шага подряд и стремительно настиг худого предводителя. Тот поспешно вскинул руку, в которой появился бумажный талисман, вспыхнувший бледно-голубым светом. Одноразовое защитное сокровище, способное выдержать удар практика трёх цветов. Но удара не последовало. Женщина-практик, собиравшаяся метнуть длинное серебряное веретено, едва атака Валена будет отбита, потратила крохотное мгновение, смотря на иллюзорный образ, оставшийся, когда Вален задействовал третий Лёгкий Шаг. Она успела понять, что на самом деле враг нацелился именно на неё. Но из-за разницы в их скорости возможности среагировать уже не оставалось — меч мелькнул серебряной вспышкой и голова отделилась от туловища.
— Наана! — заорал худой предводитель. Атака, которую он успел подготовить одновременно с вызовом защиты, шар из режущего глаза белого огня, полетела в Валена. Но тут уже исчез, и она попала лишь в тело женщины, едва начавшее падать. Халат превратился в пепел, кожа и плоть мгновенно обгорели до костей. В следующий момент Вален появился у предводителя за спиной. Благодаря предвидению тот успел обернуться, выставляя вперёд защитный талисман. Посыпались искры, когда меч отскочил от светящегося барьера. Летающий меч, ещё вращавшийся в воздухе после того, как его отбили, один из шести, запущенных Валеном в первой атаке, вдруг замер и устремился в спину худого практика. Бумажный талисман распался, словно его аккуратно разрезали на две половины. В отчаянии, предводитель попытался уйти Лёгким Шагом — вот только на выходе из техники его уже ждал удар меча. Ещё одна голова покатилась по камням.
Шестой из учеников Белого Пламени успел вскочить на летающий меч и помчаться прочь. Дурацкая идея — победить превосходящего на цвет практика дружным нападением в принципе возможно, а вот состязания в скорости у него не выиграть никогда. И десяти секунд не прошло, как Вален швырнул беглеца, лишившегося ноги, на камень рядом с практиком, которого проткнуло летающим мечом.
— Дёрнетесь — убью на месте, — пообещал он.
— Ааааагхххх! — ответил безногий.
— Господин, это недопонима… — начал было проткнутый.
— Ещё одно слово — убью на месте.
Достаточное количество пролитой крови делало ненужной изобретательность в придумывании угроз. Оба раненых прикусили губы, не осмеливаясь даже стонать. Вален поднял левую руку, и в ней появились две небольших нефритовых таблички.
— Записывайте на них в мысленном виде все сведения о том, зачем вас сюда послали. Я хочу знать подробности. Потом сведения о вашей секте. Где она, сколько ещё практиков, каких цветов. Защитная формация, если есть. Ключи от формации. Как удобнее проникнуть внутрь. Всё, что знаете об оставшихся бойцах двух цветов и выше. О союзниках и покровителях. Тот, чья информация будет полнее — останется в живых.
Солгать при передаче мыслей им не под силу. Вален и сам ещё этого не умел.
— Лотрек, господин Лотрек!..
Оюна получила серьёзные раны, но практики — существа живучие. Она успела подняться на колени:
— Почтенный господин Лотрек, я вправду страшно ошиблась…
Вален поглядел в сторону Сурэнохи. Пока без сознания. Кинул таблички пленным. Подобрал меч, оброненный одним из врагов. И, переместившись Лёгким Шагом, воткнул его Оюне прямо в сердце. Лишь в самый последний момент успел чуть сдержать удар, чтобы клинок ушёл в тело по рукоять, но гарда не проломила грудную клетку.
— Это точно. Страшно ошиблась.
Глава 16. Решение.
Несколько минут спустя Вален выхватил нефритовые таблички из рук двух раненых практиков и быстро проверил, что они вложили туда. Лицо его не изменилось, когда он усвоил некоторую информацию внутри. Но пленный постарше и посообразительнее, что-то всё же заметил — то ли пальцы резче сжались на нефрите, то ли аура стала холоднее.
— Вы сказали, что оставите в живых…
Все шесть летающих мечей Валена сверкнули в лунном свете и приколотили обоих учеников Секты Белого Пламени к земле. А ведь обычно он ограничился бы одним мечом — чтобы не тратить лишнее время на оттирание клинков от крови.
— Я передумал, — сообщил он хрипящему практику, прежде чем выдернуть у него из груди один из мечей и рубануть по шее с такой силой, что от камня, на который упал умирающий, брызнула крошка.
Шумно выдохнул. Когда это оказалось недостаточно, сделал короткое дыхательное упражнение на десяток вдохов. Гнев непродуктивен. Он затмевает разум и делает тебя предсказуемым. К тому же, разве не было ясно с самого начала, что от местных сект попахивает тёмным путём? Эта часть континента довольно безлюдна, что подтверждали географические трактаты, а опора и основа могущества почти любой секты — смертное население, из которого выходят кандидаты в практики. Клан, связанный кровным родством, ещё может отгораживаться от посторонних. Но Оюна упоминала, что в этом краю господствуют именно секты. При недостатке людей и гуаев, плохая совместимость линий крови и уж тем более предрассудки двухтысячелетней давности не могут быть для них достойной причиной обращаться с частью оказавшихся в их сфере влияния, как с бесправными изгоями, не брать их в ученики…
…Если эти секты не культивируют искусства, для которых люди и гуаи служат топливом. Подозрение стало сильнее, когда Недостойные вокруг жилья Оюны как сквозь землю провалились, хотя в тот момент Вален и мог найти этому другие объяснения. А уж после того, как с Оюной расплатились за её услуги… В общем, Вален примерно представлял некоторые детали того, что он узнает из табличек. С чего беситься теперь? Это лишь препятствует адекватной оценке информации.
А оценивать есть что.
Показания обоих практиков Секты Белого Пламени сходились почти во всём. Кажется, оба отчаянно старались купить себе жизнь. И оба не слишком понимали, как на занятия их секты посмотрит посторонний… так, стоп. Не отвлекаться. Гнев затмевает разум и всё такое. Вален ещё раз выдохнул и вернулся к фактам.
В силу общей безлюдности недавно возникших земель, практиков здесь обитало мало, а их владения были непропорциональны их силе. Территорию примерно в пару тысяч километров с северо-запада на юго-восток, вдоль побережья и пятьсот-шестьсот километров с востока на запад, контролировали всего пять небольших сект, находившихся в постоянном союзе друг с другом. Секты Перерождённых Элементов. Секта Белого Пламени была лишь одной из них, причём не старшей и не самой сильной. Отряд, который только что был уничтожен, составлял треть их практиков двух цветов. Худой предводитель считался первым или вторым по силе среди пяти избранных стражей, ближнего круга старейшины. Сам старейшина Майгарн достиг завершённости стадии внутреннего единства. В управлении защитной формацией секты ни один из пленных не разбирался. Но судя по их описанию, обмануть её не составит труда. Насчёт того, поддерживается ли постоянная связь с дружественными сектами, они не смогли сказать ничего определённого. С силами этих сект были знакомы приблизительно. По слухам, глава Секты Жёлтой Земли уже находился на четвёртом цвете. Наибольшее опасение вызывало не это, а то, что уж очень гладко секты тут устроились: поделились по элементам, никаких серьёзных войн друг с другом. Необычно, тем более для сект тёмного пути. Тут даже менее подозрительный практик предположил бы наличие скрытого патрона.
Пленные также не смогли определённо сказать, для чего было нужно красное золото, за которым их послали. Один считал, что старейшина Майгарн очень хотел преподнести достойный подарок главе Секты Красного Золота на столетнюю годовщину. Другой же слышал слухи: дескать все пять сект теперь собирают материалы, содержащие энергию пяти элементов, для некоего ритуала. Требовавшего духовной энергии необычной степени чистоты.
Надо сказать, что на усвоение, сравнение и анализ всей этой информации Валену потребовалось не более секунд пятнадцати, спасибо Расцвету Разума. Он мрачно оглядел изрубленные трупы вокруг. Если пространство для мирного решения тут вообще когда-то было, то теперь уже сплыло.
Бегство? Бежать придётся слишком далеко. Если сейчас у Люме и Наттара есть хоть какой-то шанс выйти к его примерному, на уровне региона, местоположению, уход из области, где хозяйничали Секты Перерождённых Элементов, этот шанс развеет. Кроме того, если подозрения относительно скрытого патрона верны, бегство навлечёт куда большую опасность, чем открытое нападение. Чужеземный практик, истребивший отряд учеников, допросивший некоторых из них, если судить по следам, а потом давший дёру — кем он ещё может быть, как не шпионом великой секты? Или даже Храма Восточного Неба, охотящегося на последователей тёмного пути по всей Нотере. Такого надо выследить, догнать и уничтожить немедленно, всеми средствами. А Вален не может воспользоваться тем днём-другим форы, который у него будет, чтобы достигнуть места, в которое преследователи побоятся лезть открыто. Если прежние предположения верны, на него давно уже повесили вину за произошедшее в Трёхсотлетнем Чистилище и обвинение в одержимости, так что сейчас его разыскивают везде, куда достают телепортационные формации. В любом значимом городе, клане или секте его могут схватить. Если же бежать и прятаться в глуши… Пилюли Заметания Следа и прочие волшебные средства побега могут спасти… а могут и нет. В принципе должны, при таком запасе времени — но это если Оюна не поместила на него какое-то средство отслеживания, которое он пока не заметил. Возможностей использовать скрытное заклинание или технику, чья эффективность куплена за счёт сложных условий, типа «цель должна провести пять дней под твоим кровом» у неё было предостаточно.
Возвращаясь к логике предполагаемого скрытого патрона: если какой-то практик в одиночку разгромил одну из твоих марионеточных сект — это наоборот, косвенно указывает либо на отсутствие у него прямых связей с могущественными силами, либо на то, что эти силы в принципе не волнует творящийся здесь мрак. Против такого практика не обязательно сразу принимать личные меры. Можно сперва посмотреть, как он будет себя вести, как справятся с кризисом подручные. Можно попытаться его купить — такие мощные бивни на каждом шагу не валяются. А тем, кого он перебил, туда и дорога — адепты тёмного пути не нянчатся со слабаками. Можно, наконец, аккуратно разнюхать, не является ли он учеником какого-нибудь грозного учителя, посланным сюда в рамках испытания.
В общем, холодная логика и рациональный расчёт, без малейшей примеси чувств, говорили, что оптимальный путь к выживанию, встрече с близкими и будущим вершинам культивации — нанести немедленный удар по Секте Белого Пламени, пока там ожидают возвращения своих учеников с добычей. Заодно это позволит спасти основную часть Недостойных из этой округи, которых захватили относительно недавно. Что принесёт дополнительную пользу — сейчас те, кто ещё жив, должны быть готовы сектантам зубами глотки рвать. Пусть их боевая сила ничтожна и всех серьёзных противников, от двух цветов и выше, придётся убивать самому, но хоть всякую мелочь на себя отвлекут, чем меньше вероятность получить летающий меч в спину, тем лучше. Решено — он нанесёт Секте Белого Пламени визит ещё до рассвета! С его скоростью полёта, он окажется там куда скорее, чем могла бы вернуться перебитая им шестёрка.
Надо только сперва разобраться с парой срочных дел.
Глава 17. Секта Белого Пламени.
— Значит, старшая мертва.
На глазах Сурэнохи выступили слёзы, но в целом она приняла новость спокойнее, чем боялся Вален. Он даже на миг задумался, не стоит ли выложить ей всю правду. Но лишь вздохнул, поплотнее обернул вокруг дрожащей девушки одеяло из шкурок и сказал:
— В этом нет твоей вины. Только её собственная. Она прислуживала Секте Белого Пламени, хотя должна была знать, что это за мрази. И погибла от их мечей.
Сурэноха шмыгнула носом, глядя на свечение неугасимого угля. Палатка превратилась в тряпки и щепки, но сокровище уцелело и давало немного тепла.
— Я… лучше я сама похороню её в море. Родная кровь. Спасибо, что спас. Практики Белого Пламени, эти мокрицы! — голос её окреп и наполнился яростью. — Если они прилетают убивать, а под руку попадается девушка… Теперь ты вернул долг, жизнь за жизнь. Вот только…
Вален наполовину ожидал горестного вопроса из серии «что же дальше», с намёком на то, что за это «дальше» теперь несёт ответственность он. Но вопроса не последовало. Сурэноха поглядела на него, и было видно, что она пытается набраться смелости для каких-то важных слов. Но так и не набралась, вновь опустила глаза.
Тогда Вален заговорил сам:
— Послушай внимательно. Я собираюсь в Секту Белого Пламени. Они попытались убить меня, ну так я убью их. Тебе со мной делать нечего. Будешь только мешать. Ты показала мне рощу, первую в этих местах, там, на Каменной Ладони. Жди в ней. Хоть какое-то прикрытие с воздуха, — были конечно, ещё пещеры, но в месте, где земля тряслась чуть не ежедневно, сидеть в них никто не рисковал. — Если через три дня я не прилечу за тобой — значит я мёртв. Дальше живи своим умом. Потому лучше используй эти три дня для прорыва. Вот это тебе поможет.
Вален коснулся кольца — и в руке появился тускло сияющий кусок красного золота, размером в половину человеческой головы:
— Используй его, чтобы сконденсировать остаток энергии, нужный для прорыва. Оюна была права в одном: он может принести немалую пользу.
Сурэноха несколько секунд молча смотрела на самородок. Её руки чуть задрожали, когда она приняла его.
— Ты очень добр ко мне.
— Просто я дорого ценю свою жизнь, — ответил Вален. Немного резко ответил. — Вот и плачу добром всякому, кто меня спасает. Не считай, что я вернул тебе весь долг, если спас тебя однажды или подарил красное золото.
В кои-то веки он сам не знал, высказался ли сейчас от всего сердца, или подвёл гладкую рационализацию под обычную глупость. Конечно, репутация практика благодарного чрезвычайно важна. Но уж всяко не важнее личной силы! Если силы и хитрости хватает, то праведную славу себе может нажить любой людоед, Наставники Секты Шести Печатей справились же. Не лучше ли использовать красное золото на себя, а глупой девчонке потом скормить какое угодно враньё?
Сперва Вален так и хотел сделать. Но полмесяца назад, приняв такое решение, он впервые за всю свою новую жизнь обнаружил: ему сложно уснуть. Из-за навязчивых мыслей. Что если девчонка всё-таки станет опытным практиком и со временем догадается — он, Вален, пожертвовал основой для её культивации в пользу своей собственной? Что тогда? Будущие планы Валена в огромной степени зависели от доверия к нему его женщины. Что если вся история каким-то образом дойдёт до Люме? Что она подумает, узнав о его способности хладнокровно обманывать влюблённую девчонку? Единственный способ гарантировать, что не всплывёт ничего и никогда, он же единственный полностью рациональный выбор в данной ситуации — воспользоваться красным золотом самому, а потом убить Сурэноху. Либо подстроить её смерть.
Тут он понял, что сам себя накручивает и загоняет в пространство решений, которое будет для него неприемлемым, благодаря избытку сентиментальности, унаследованному от прежнего Валена. И решил, что Зеффар с ним, пусть самородок пойдёт на прорыв Сурэнохи. Выигрыш в сродстве с элементом, который пока остаётся в области теории, не стоит внутреннего раздрая. Между прочим, вполне рациональный выбор!
Вот потому самородок и оказался сейчас в руках у девчонки. А у той на глазах обильно выступили новые слёзы.
— Что такое?
— Ничего, — она положила кусок золота и поспешно утёрла лицо.
Вален не стал докапываться. Всё-таки, Сурэноха сегодня осталась круглой сиротой, без соплеменников, одной на свете, не считая чужеземца, которого встретила месяц назад. Хватает причин плакать.
*****
Второе важное дело перед полётом к Секте Белого Пламени — это, конечно, сбор трофеев с трупов.
Как и ожидалось, трофеи были не слишком богаты. Оружие убитых было зачаровано довольно грубо. Интересным в нём было лишь то, что здесь пользовались волшебными метательными снарядами поменьше и полегче летающих мечей. Лёгкими дротиками и большими иглами, напоминающими веретено. Объём пространственных колец был невелик. Внутри нашлось некоторое количество серебра, нефрита и переливающегося нежными цветами жемчуга. Кое-какие ингредиенты — порошки, сушёные растения, куски минералов. Большую часть удалось опознать уже при быстрой проверке колец. Немало пилюль. Стоит ли брать их? Вален подумал секунду, и решил выбросить в океан всё, кроме хорошо знакомых простых пилюль первого ранга, при изготовлении которых точно не требовалось использовать духовные ядра. Ему самому из местной алхимии ничего не нужно. Не всё он смог распознать, но судя по тому, что смог, то ничего действительно полезного для третьего цвета здесь нет. И с качеством наверняка проблемы. Вот Недостойным, если кто-то переживёт битву, пилюли исцеления и очищения тела понадобиться могут. Как и энергетические пилюли для прорыва. Но скармливать им останки их же мёртвых сородичей?
Возможно, кто-то другой и нашёл бы этому оправдание. Возможно даже, что при некоторых обстоятельствах нашёл бы и сам Вален. Всё-таки, выбрасывать ресурсы в преддверии отчаянной борьбы насмерть… Вот только сейчас иной выбор казался компромиссом с врагами, который ослабит решимость убить их всех.
Поэтому необработанные духовные ядра, оказавшиеся в кольцах покойников, последуют в океан вслед за подозрительными пилюлями. Как и несколько странных сокровищ, вырезанных из крупных кусков хитина. А вот пара бумажных талисманов, защитное действие которых Вален уже видел, ему пригодятся. Хотя, скорее, в будущем, а не этой ночью. Не требовалось Расцвета Разума, чтобы догадаться: против огненных техник, культивируемых в Секте Белого Пламени, они надёжной защиты не дадут.
Кроме талисманов, нашёлся странный веер из красного дерева. Полностью разбираться в нём времени не было, но благодаря способности с ходу видеть циркуляцию предметов и общим знаниям о зачаровании, Вален мог сказать, что он увеличивает грубую силу всё тех же огненных техник. Единственная женщина из шестёрки не использовала его в бою потому, что не сумела бы достаточно быстро призвать технику, да ещё дополнить движением веера. А Валену пригодится когда-нибудь. Но опять же, вряд ли этой ночью.
Что ж, негусто, но больше, чем он ожидал. Для секты без практиков высоких цветов, стоящей там, куда птицы не залетают и основанной не более столетия назад, потому что раньше гор, где она располагалась, просто не существовало, Секта Белого Пламени обладала немалым запасом ресурсов и волшебных сокровищ. Это ещё раз указывало: у них есть скрытый патрон.
А ещё это указывало, что предстоит Валену не лёгкий бой, а смертельная битва.
*****
Ночь выдалась безоблачной. В холодном свете луны и звёзд крепость Секты Белого Пламени казалась, на первый взгляд, изысканной, как дорогая игрушка. А на второй — угрожающей. Белоснежные стены плавно вписывались в изломы горного склона, а столбы и коньки крыш галерей, идущих по верху стен, были украшены резьбой. В нишах стен стояли статуи практиков, сложивших руки в одинаковом медитативном жесте. Поза выражала умиротворение, а вот искусно вырезанные лица — холодное высокомерие. Каменные глаза словно следили за каждым движением вокруг. За стенами поднималась многоярусная пагода, с загнутыми крышами, бросая дерзкий вызов природе. С площадки на самом её верху можно было смотреть свысока на окрестные пики. Спокойствие ночи с приближением к крепости становилось зловещей тишиной, без привычных звуков — ни стрекотания цикад, ни даже шороха ветра в соснах под стенами.
Менее взыскательный наблюдатель высоко оценил бы старания безымянного создателя этой цитадели. Каждая деталь здесь выражала амбиции и стремление к господству, под вуалью красоты и видимой гармонии. Валену же всё это казалось довольно дешёвой попыткой пустить пыль в глаза. Желаешь продемонстрировать свою силу и утончённость одновременно и готов на это тратиться? Так не строй высоких стен, которые всё равно бесполезны против практиков двух цветов и выше.
Кроме стен секту защищала особая формация. Но Вален прекрасно знал, что уж если формация Секты Шести Печатей в состоянии пассивной работы лишь обнаруживает приближение опасных посторонних, в первую очередь, обладателей слишком высокой духовной энергии, то и здешняя не может быть способна на большее. Что там «большее», её чувствительность безусловно куда ниже. Сведения от пленных и собственное духовное зрение указывали, что формация Белого Пламени примитивна. Вален не решился бы в тайне прокрасться домой — да, он привык уже называть Секту Шести Печатей домом — полагаясь на одну лишь способность маскировать свою истинную силу. Здесь уменьшения ауры до уровня одного цвета должно хватить с гарантией.
Пришлось, конечно, приземлиться на почтенном расстоянии и продолжить путь по земле. Но это было не безымянное чистилище, где любое использование духовной энергии будило стража. Лёгким Шагом и обычными прыжками, Вален летел по скалам как ночной ветер. Оказавшись прямо под стенами, стал двигаться осторожнее, стараясь не издавать ни малейшего звука, то и дело останавливаясь, чтобы прислушаться. Но даже так, в итоге потерял не больше часа. С учётом скорости полёта практиков двух цветов, возвращения посланной за ним группы должны ждать примерно на рассвете. А небо ещё и не начало светлеть, когда Вален оказался на вершине южной стены.
Глава 18. Смерть за смерть.
Вален оглядел вымощенный камнем двор, башню-пагоду и окружающие строения. От пленных он узнал общую планировку крепости. Если бы внутренние ученики жили кучно, он бы начал с удара по ним. Алхимических бомб оставалось совсем мало, но были способы создать ядовитый газ, довольно эффективный против практиков низких цветов в закрытых помещениях. Да и простое нападение с мечом в руках позволило бы избавиться от нескольких опасных противников подряд, прежде чем остальные успеют сообразить, что происходит и собраться для отпора.
Но увы. Одни из внутренних учеников жили в покоях, разбросанных по основной башне, другие проводили дни и ночи, медитируя в пещерах, позади этой башни, у пары были свои домики. Опытный практик-убийца трёх цветов, специализирующийся на техниках скрытности и бесшумной смерти, тут бы порезвился как хорёк в курятнике. Вален же наверняка поднял бы слишком много шума. Если не на первой цели, то на второй. Информация из памяти двух пленных указывала, что многие внутренние ученики защищают свои жилища ловушками и предупреждающими сигналами. Какими именно, они сказать не могли. А ещё их сведения о том, где кто живёт, не вполне сходились — они хотели сообщить Валену всё, что могли, но не настолько хорошо помнили планировку родной секты, чтобы под давлением быстро представить себе все подробности.