Заполярность

К тому времени уже начался полярный день и чтобы хоть как-то затенить его палату по вечерам, родители принесли из дома покрывало, которое заботливая медсестра накидывала поверх больничных оконных занавесок.

Помогало не то чтобы сильно, но хоть частично решало проблему светящего в окно полуночного солнца.

Позже погода ухудшилась, начались пасмурные понурые дни. Небо оставалось светло-серым круглосуточно и хоть оно и не превращалось в по-настоящему ночное, этого оказалось достаточно, чтобы сон Славы стал крепче и его режим восстановился.

Ещё через несколько дней, родителям мальчика было разрешено забрать его домой. Семейный отпуск в Вологодскую область был отменён и отец, поскольку большая часть из отложенных семьёй средств была уже потрачена на реабилитацию, нанялся водителем-дальнобойщиком на несколько рейсов в Среднюю полосу России. Прихватив с собой старшего брата, он уехал, пообещав привезти много подарков. Сестру Свету отправили в летний лагерь с тренером по танцам куда-то в Волгоградскую область.

Мать всё время была на работе и мальчика взяла к себе под опеку Тамара Павловна, которая была на пенсии и выходила на работу всего два раза в день.

Жила она скромно, в однокомнатной угловой квартирке одной из типовых "хрущёвок".

Дети Тамары Павловны выросли и давно уехали в Москву, жила она одна тихо и почти незаметно.

Слава и раньше любил приходить к Тамаре Павловне, пить чай с вареньем и блинами, разглядывать подшивки советских журналов про вязание, какие-то календари и прочие накопившиеся издания прошлых лет.

После обеда Тамара Павловна откидывала наверх с экрана своего чёрно-белого телевизора "Чайка" кружевную салфетку, придавливала ткань сверху фарфоровой статуэткой изображающей деревенского гармониста шагающего под руку с невестой в сарафане, с подобранными в косынку пшеничными волосами и включала одну из трёх улавливаемых телепередач.

В этот раз Тамара Павловна после очередной порции блинов с чаем сказала "Сейчас Чумака будут показывать, давай-ка воду неси". Ставили воду в графине перед экраном, а знаменитый экстрасенс прямо через эфир якобы заряжал воду положительной энергией, которую Тамара Павловна потом давала пить мальчику. После чего она укладывала его на послеобеденный сон, приложив к голове вырезку из газеты с фотографией того же чародея, чтобы голова не болела. И вы знаете, оно, казалось мальчику, даже помогало.

В те дни он часто лежал на высоченной кровати с какой-то невообразимой кучей матрасов, сложенных один на другой. Если ему хотелось встать с кровати, это походило на то, как если бы он слезал с коня: словно наездник цеплялся за спину коня, перевернувшись на живот и сперва, свешивая одну ногу, доставал кончиками пальцев до пола и уже только после этого отпускал руки и соскальзывал вниз. Помимо этого, на кровати находилось с десяток подушек и подушечек, в разноцветных вышивных наволочках.

В туалете у Тамары Павловны стены были выкрашены обильным слоем масляной краски невнятного бирюзового цвета, на двери висел православный календарь с отрывными листками и какими-то народными приметами на каждый день. Тамара Павловна назначила мальчику почётную обязанность, отрывать в этом календаре листик каждый новый день, когда он оставался у неё с ночёвкой.

В один из таких дней, в очередной раз оторвав листок и усевшись на крышку унитаза, мальчик принялся читать приметы сегодняшней даты, оторвав уже прочитанный листок за вчерашний день.