Фиктивный брак

Глава 5. Полиция

Мучительное ожидание продлилось не больше четверти часа, но мне показалось, что прошёл год, прежде чем приехала полицейская малолитражка, а за ней – посланный моргом фургон. Всё это время я просидела на пороге магазина, сжимая в руках ручку ведра. Из малолитражки выскочила молодая женщина в полицейской форме, за ней вылез худенький паренёк. При свете фар я увидела, что у него сзади торчат два лисьих хвоста. Ещё один оборотень. Сколько же их тут?! Женщина и паренёк подошли ко мне, и я поспешила отодвинуть ведро подальше от входа. За ними из машины вышли ещё двое, которые не обратили на меня никакого внимания, а засуетились вокруг трупа. Один принялся снимать его с магниевой вспышкой, второй начал что-то измерять с помощью потрескивающего прибора.

– Полицейский инспектор пятого уровня Сюй Мейлин, – представилась женщина. – Что здесь произошло? И где этот негодник Хули Хуэй?!

Я оторопела. Хули Хуэй выскочил откуда-то из темноты, изобразил старинный знак почтения, выставив перед собой сцепленные в замок руки, и отбарабанил:

– Ничтожный Хули Хуэй приветствует инспектора пятого уровня Сюй Мейлин!

– Отставить! – рассмеялась госпожа Сюй. – Рассказывай.

Она протяжно зевнула. Хули Хуэй вежливо ждал.

– Ох. Почему такие вещи случаются в моё дежурство? – спросила госпожа Сюй у ночного неба.

– Я зашёл навестить своего родича, – с достоинством заявил Хули Хуэй, когда ему позволили говорить, и жестом предложил полицейским войти в магазинчик. – У него я познакомился с этой очаровательной девушкой и задержался, чтобы…

Его взгляд торопливо обшарил комнату.

– …чтобы поговорить о музыке, – нашёлся оборотень.

Худенький парнишка с двумя хвостами достал из нагрудного кармана блокнот и ручку и принялся торопливо что-то записывать.

– Это констебль второго ранга стажёр Ху Ван, – представила его мне госпожа Сюй. – А вы – Лянь Шуйсянь? Ши Чен рассказывал о вас. Продолжай, негодник. Поговорить о музыке. Теперь это так называется? Девушка хоть знает, что ты за существо?

Хули Хуэй замахал руками.

– Ладно, признаюсь, о музыке мы не говорили! – заявил он. Я почувствовала, что краснею. – Но всё было прилично! Разве я мог нанести Старейшему такую обиду?! Вы же меня знаете, госпожа Сюй!

– В том-то и дело, – пробормотала полицейская.

– Я почуял приближение зомби, – голосом несправедливо обвинённого продолжил Хули Хуэй. – Мы заперли окно и дверь. А потом барышня Лянь отважно сразилась с чудовищем!

Госпожа Сюй фыркнула от смеха. Молоденький оборотень покосился на неё неодобрительно, и я вспомнила, что труп он обошёл по большой дуге – с той стороны, где не было ведра.

– Зомби был один? – спросила полицейская.

– Я чуял двоих, – честно ответил Хули Хуэй, – но второй убежал.

– Ах, убежал, – сладким голосом пропела госпожа Сюй. Она подошла к двери магазинчика, что-то тихо спросила, выслушала ответ и повернулась к нам. – Эксперт говорит, зомби был очень слабый, всего с одной печатью.

– Эксперту виднее, – пожал плечами Хули Хуэй.

Госпожа Сюй сочувственно покивала.

– Тогда где эта печать?! – неожиданно рявкнула она на оборотня. Тот вздрогнул. Ху Ван втянул голову в плечи, не переставая что-то записывать.

– Оторвалась? – вежливо предположил Хули Хуэй.

– Ах, оторвалась… – снова пропела госпожа Сюй. – Не зли меня, негодник! Куда ты её дел?!

Хули Хуэй шагнул к ней и поднял руки.

– Не верите – обыщите меня, госпожа Сюй, – предложил он. – Нет у меня печати.

– Ах, нету, – ядовито прошипела госпожа Сюй. – Ты однажды доиграешься, Хули Хуэй. Зачем ты влез на днях в наши архивы?

– Кто влез, я?! – очень натурально удивился оборотень. – Вот что значит репутация! Меня там не было. Если я по малолетству и делал глупости…

– Замолчи, негодник.

Полицейская снова высунулась за дверь, обменялась парой фраз со своими сотрудниками и повернулась к нам.

– Зомби мы забираем, – объявила она. – По уму стоило бы прислать заклинателя, но господин Ху Ган, боюсь, не согласится…

– Правильно боитесь, – подтвердил Хули Хуэй.

– А ты вообще молчи, негодник, – цыкнула полицейская. – Глаза бы мои на тебя не смотрели.

Она помолчала, потом посмотрела на меня, как мне показалось, с явным сочувствием.

– Скажи Ши Чену, что после обеда в полицию вызвана госпожа Янь Су, – сказала полицейская таким тоном, как будто это что-то объясняло.

– А кто такая госпожа Янь Су? – спросила я. Меня раздражала эта женщина, которая большую часть разговора делала вид, будто меня здесь нет. Впрочем, я могла быть к ней несправедлива. Хули Хуэй ведь говорил насчёт пробоя в ауре.

– Хозяйка очень уютных ресторанчиков и пары клубов, – ответил вместо полицейской Хули Хуэй. – Мы можем туда сходить, если хочешь. Каждый вечер – танцы. Вход по билетам, но я их достану.

– Он приглашает тебя в бордель, – перебила оборотня госпожа Сюй. – Янь Су – лунтао8[8] Чжуни Пусу, а это одна из самых опасных Триад города. Они держат бордели для оборотней и магов побогаче, а ещё две газеты и местную телестудию. Беспорочность9[9], как же!

– Триад?! – ахнула я. – Но это же незаконно!

– Поди им скажи, – помрачнела полицейская. – Коммерческая и благотворительная организация, чтоб им пусто было! Мы уже много лет бьёмся, пытаемся их разоблачить. С тех пор, как Янь Су сменила прежнего лунтао, всё стало только хуже.

– А кто был прежний лунтао? – не удержалась я от любопытства.

– Голодный гуй10[10], – ответил вместо полицейской Хули Хуэй.

– Обаятельный был человек, – вздохнула госпожа Сюй, – но совершенно беспринципный. Вскоре после того, как меня перевели в этот город, согласился уйти на перерождение. Думали, теперь вздохнём свободней – куда там! Госпожа Янь Су ещё шире развернулась.

Ху Ван вежливо кашлянул.

– Нам пора, – спохватилась госпожа Сюй. – Веди себя прилично, негодник! Приятно было познакомиться, барышня Лянь.

– Не слушай её, – посоветовал Хули Хуэй, когда полицейские, наконец, ушли, и он торжественно запер дверь. – В клубе Бэнди Хуа очень уютно, а со мной тебя никто не тронет. Пойдём, будет весело!

– Так клуб или бордель? – скептически спросила я.

Оборотень не ответил, только кивнул на прилавок, так и стоящий у двери. Мы вместе оттащили его на место, а про шкаф братец Хули сказал, что лучше дождаться Старейшего Ху или Ши, а то, мол, я надорвусь, и они оторвут ему хвост. А он так долго его отращивал!

– Так клуб или бордель? – повторила я вопрос, когда Хули Хуэй развалился в кресле для посетителей.

– Вот ты зануда, – скривился оборотень. – Я говорю, что со мной…

– А я не об этом спрашиваю, – перебила его я.

– Ну, бордель, – сдался Хули Хуэй. – Не совсем, конечно. Духи и заклинатели платят деньги за то, чтобы его посетить. Люди – тоже. Там красиво, там весело, там можно познакомиться и потанцевать с интересными людьми, послушать отличную музыку. Ну, а потом немного чар, немного умения… все стороны получат массу удовольствия, а Янь Су положит в карман ещё немного монет. Все довольны! Разве это можно назвать некрасивым словом «бордель»?!

– Тогда почему?..

– Госпожа Сюй Мейлин склонна… к преувеличениям… – осторожно пояснил оборотень. – Ну, бывает, если кому-то достаточно богатому или влиятельному понравится девушка, она… получает приглашение. Погостить за городом или в особняке в престижном районе. Долго погостить. Потом, конечно, она лечится от малокровия, но, в конце концов, за удовольствия нужно платить. Некоторые сами приходят – им нравятся лисьи чары. Бывает, они даже соглашаются… поработать в дальних помещениях клуба. Не всем гостям хочется плести иллюзии, чтобы получить доступ к человеческому телу – и его жизненной энергии.

– Ты хочешь сказать, духи едят этих девушек заживо?!

– Какое некрасивое слово, – смешно сморщил нос Хули Хуэй. – Эй, барышня Лянь, а что тебя удивляет? Я же говорил тебе – бойся нас. Мы не люди.

– Вы чудовища, – произнесла я с чувством.

Оборотень смешно развёл руками.

– До появления Чжуни Пусу всё было куда хуже, – заверил он меня. – Голодные гуи и лисы нападали на людей прямо на улицах города. Мой отец из дома не выходил без большой дубинки: они же и на своих набрасывались! А теперь – всё мирно и тихо. Хочешь полакомиться симпатичной барышней – пожалуйста в клуб. Заплати на входе и знай меру. А будешь зарываться – так госпожа Янь Су живо найдёт на тебя управу! На неё знаешь какие заклинатели работают? Ой-ой!

– Что ж ты тогда?.. – начала было я и запнулась, не зная, как описать сосущее ощущение в желудке и сверлящую боль в виске, которые появились при нашей первой встрече.

– Виноват! Виноват! – вскинул ладони Хули Хуэй. – Не удержался! Больше этого не повторится, клянусь своим третьим хвостом!

Против воли я расхохоталась.

Дядюшка Ху вернулся уже после рассвета, чего с ним обычно не случалось. Первым его приближение почуял Хули Хуэй, который проснулся и растолкал меня: мы оба заснули каждый в своём кресле. Владелец магазинчика был не один: с ним пришёл и Ши Чен. Они оба выслушали наш рассказ (говорил преимущественно Хули Хуэй). Старейший Ху поохал, покачал головой, с явным неодобрением покосился на порог, за которым стояло так и не отмытое ведро, но ничего не сказал. А Ши Чена больше интересовала припрятанная печать и пересказ разговора с полицейским инспектором.

– Говорите, после обеда? – спросил он, когда всё было сказано. – Отлично, тогда и пойдём.

Он бережно спрятал печать, поклонился дядюшке Ху, небрежно кивнул младшему оборотню и ушёл.

– Отпустите сестрицу Лянь спать, Старейший Ху, – предложил Хули Хуэй. – Я вместо неё поработаю.

Старейший Ху нахмурился, но потом кивнул. Я хотела возразить, но вместо этого так широко зевнула, что чуть не вывихнула челюсть. Едва дождавшись, когда лисы оттолкают старинный шкаф на место, я рухнула на кровать и заснула мёртвым сном.

После обеда мы с Ши Ченом стояли у входа в полицию. Он попросил меня подождать у входа, заглянул внутрь, о чём-то спросил на пропускном пункте, потом вернулся ко мне.

– Всё хорошо, – усмехнулся он. – Янь Су ещё не приходила.

– А зачем она тебе? – спросила я.

– Увидишь, – засмеялся Ши Чен.

Мы немного постояли, провожая глазами редкие проезжающие автомобили и велосипеды, пока на горизонте не показался ярко-красный лимузин.

– Ага! – обрадовался Ши Чен. – Это она.

Лимузин подъехал ко входу в полицию, припарковался прямо под знаком «остановка запрещена», из него выскочил шофёр и с поклоном открыл дверцу салона. Из лимузина показалась сперва одна ножка в изящной белой туфельке, потом вторая. Потом – так же медленно, как будто это происходило в кино, – высунулась рука в кружевной перчатке. Она ухватилась за протянутую руку шофёра, и вот на тротуаре стояла сама госпожа Янь Су – красивая изящная женщина в белом клетчатом пальто, наброшенном поверх серебристого ципао11[11]. Она скользнула по нам равнодушным взглядом, достала из кармана портсигар, из которого щелчком выбила отсвечивающую золотом сигарету. Шофёр поднёс лунтао зажигалку, и та картинно закурила. Сделав всего пару затяжек, она бросила испачканную алой помадой сигарету себе под ноги. Шофёр распахнул перед ней дверь полиции и Янь Су вошла внутрь.

– Она намного приветливей, если узнать её получше, – прошептал Ши Чен. – К тому же это самая отзывчивая лунтао из всех, кого я знаю.

– Отзывчивая?! Лунтао?!

– Ш-ш-ш… не кричи. Я хотел сказать, что она ни разу не отказала никому в просьбе узнать, что за дух расшалился в доме или наслал болезнь. Часто приходит сама, даже в самые бедные дома, а если не может, то пошлёт лучших заклинателей. И никогда не берёт за это денег.

– А репортёры её газеты оказывались рядом совершенно случайно? – скептически спросила я.

Ши Чен расхохотался.

– Вроде того. Пойдём. Я этого зрелища в жизни не пропущу!

– Какого зре?.. – начала я, но муженёк потащил меня внутрь.

Как оказалось, он уже получил наши пропуска, поэтому мы догнали госпожу Янь и её шофёра, которые прошествовали по выстланному зелёным линолеумом коридору и остановились у обитой дерматином двери. Шофёр с поклоном открыл её перед госпожой и, к моему удивлению, придержал перед нами. Ши Чен приветливо ему кивнул и мы прошмыгнули в большой кабинет. Ближе всего к входу, по правую руку, стоял стол с большой печатной машинкой, над которой сосредоточено трудился Ху Ван. Когда мы вошли, он оторвался от своего занятия и кивнул Ши Чену и мне, а после снова принялся сосредоточенно высматривать иероглифы в поддоне. Я заинтересованно пригляделась. Мне приходилось работать на нашей старенькой механической машинке, и эта показалась мне гораздо удобнее.

По левую руку от входа стоял молодой круглолицый парень, к животу которого было что-то привязано. Приглядевшись, я с ужасом поняла, что не привязано. Из плеч у него торчали металлические детали тостера и выглядывали хлебные корки, а прямо в живот была вделана кофеварка.

– Это Бао Куйлэй, – шепнул Ши Чен, заметив мой взгляд, – полицейский киборг.

– Что?! – прошипела я. Ху Ван нервно вздрогнул, но, кроме него, на меня никто не обратил внимания.

Глубже в кабинете, по левую руку, стоял стол, за которым сидела уже знакомая мне госпожа Хен, в серой блузке с большими нагрудными карманами, а дальше всего за своим столом сидела госпожа Сюй, на которой сегодня была надета не форма, а белый пиджак с широкими плечами. Волосы госпожа Сюй заплела в две косички и казалась моложе, чем при первом знакомстве.

– Здравствуйте, госпожа Янь, – поприветствовала инспектор Сюй пришедшую в полицию лунтао. – Мы рады, что у вас нашлось время…

Инспектор Хен вскочила на ноги.

– Вы дадите нам объяснения, госпожа Янь, – выпалила она. – Да, объяснения! Вчера в вашем борделе…

Не слушая её, госпожа Янь запустила руку в объёмный карман своего пальто и извлекла оттуда нечто, больше всего похожее на перекрученный кусок толстой верёвки.

– Ой, а что это я принесла?.. – ласково пропела лунтао, не отрывая взгляда от госпожи Хен.

– Госпожа Янь, ваши действия недопустимы, – подала голос госпожа Сюй. Губы у неё прыгали от сдерживаемого смеха, но было видно, что ситуация госпожу Сюй раздражает. Госпожа Хен вышла из-за стола и шагнула к госпоже Янь.

– А кто у нас получит новую грызылку? – так же ласково спросила лунтао, завлекательно поднимая игрушку над головой. – Кто у нас хорошая девочка?

– Госпожа Янь… – тоскливо вздохнула инспектор Сюй.

Лунтао опустила руку пониже и потрясла «грызылку» перед самым носом инспектора Хен. Та рванулась к игрушке. В следующий миг я увидела хохлатую собачку в серой попонке, которая вцепилась в «грызылку» и с упоённым рычанием принялась вырывать её у лунтао. Госпожа Янь со смехом тянула игрушку на себя. Собачка рычала и мотала головой.

– Ваши действия… – повторила госпожа Сюй.

– Сами виноваты, что с собачкой не играете, – огрызнулась госпожа Янь. Инспектор Сюй махнула рукой и подошла к нам.

– И вот так – каждый раз, – сказала она Ши Чену. Тот сочувственно усмехнулся, но подтолкнул меня вперёд.

– Возьмёте к себе? – спросил он потеплевшим голосом. – Хотя бы на стажировку. Если она будет ночевать в общежитии, я буду спокоен.

– Возьму, возьму, куда я денусь? – вздохнула госпожа Сюй. – Пошли, сестрица Лянь. Оформим тебя в отделе кадров, пока инспектор четвёртого уровня занята. Что ты умеешь? Кроме битв с зомби, я хочу сказать?

Я покраснела. Ши Чен расхохотался и мы вместе вышли в коридор.

– Продавать сладости и печатать на машинке, – неприветливо ответила я. – Вести записи. А вот стрелять из пистолета не пробовала.

– Этому мы научим, – отмахнулась «сестрица Сюй». – А вот печатать на машинке у нас некому. Ху Ван до сих пор путается, а Бао Куйлэй приходит в ярость при виде механизмов. Ревнует, бедолага.

Мы вышли в коридор и я услышала за спиной звонкий сигнал тостера, а потом невнятное «Спасибо», произнесённое Ху Ваном.

– Завтра начнёшь работать – попроси у Бао кофе, – посоветовала сестрица Сюй. – Он это обожает.

Глава 6. Полиция (продолжение)

Оформление прошло как по маслу, хотя я всегда считала, что в полицию просто так с улицы не берут. Но хмурая кадровичка только покосилась на меня, на моего мужа, на инспектора Сюй и уткнулась в бумаги. Ши Чен протянул ей мою фотографию, сделанную, похоже, в магазинчике дядюшки Ху, сунул под нос какие-то бумаги, в которые не дал мне заглянуть, и кадровичка – бац! бац! бац! – поставила все нужные печати. Мне выдали «корочки» пропуска и даже талон на общежитие.

– Ну что, пойдём? – жизнерадостно спросила инспектор Сюй и тряхнула косичками. – Помогу тебе заселиться. Заодно познакомлю с нашим вахтёром.