Погоди… Он что, держит мой клинок? Такое возможно?
— Не веди себя, как ребенок, Сота, — тихо сказал старик. — Не ты хозяин Маркалана, а он — твой хозяин. Проявляй уважение, иначе будешь заперт навечно.
Клинок лишь сверкнул золотистой аурой, а старик приподнял свою амигасу.
— Испугался, малой? — с улыбкой спросил он.
— Я…
Я просто не знал, что ответить. В голове путаница. Он бог, но ведет себя не так, как та девчонка в библиотеке. Он вообще сказал это мимоходом, без какого-либо веса… А мой меч, он просто оказался в его руке, будто это нормально. Но факт, что старик спокойно держит в руках частичку моей души, — реально пугает.
— Немного… — поднимаясь с колен, закряхтел я с явной дрожью в голосе. — Значит, мой меч носит имя Сатору, да?
— Нет…
— Не понял. Он же кричал…
— Это я — Сатору, — перебил меня старик. — Я бог клинков, и твой меч признал меня. Вот и все.
— Ты — бог клинков? Это не шутка?
— А что тебя смущает, малой? — удивился Сатору. — Решил, что такой старик, как я, не может быть богом? Боги сами решают, в каком виде предстать перед смертными… или игроками.
Он только что назвал меня игроком… Сомнений нет.
— Верю. Но у меня теперь возник вопрос: с чего это богу со мной разговаривать?
— Ты, Маркалан, — Сатору стал серьезен, — мой клинок. Это я создал класс «Духовный клинок». И ты пока единственный его представитель в Эстэросе.
— И зачем ты его создал? — перебил я бога. — Это же мучение!
— Это путь! — повысил он голос. — Не смей сомневаться в моих решениях!
Его глаза загорелись неестественным пламенем, а воздух вокруг стал вязким. Мой клинок моментально на это отреагировал — пошел рябью и затрещал.
— Дамэ да… Не думал я, что игрок сможет меня разозлить… — уже спокойно сказал Сатору, и все вокруг стало приходить в норму. — Слушай меня, Маркалан. Сейчас тебе кажется, что я издеваюсь. Но все изменится со временем. «Духовный клинок» — это мой дар тому, кто не испугается трудностей. То, что ты не отступил, уже говорит о многом. Теперь я хочу, чтобы ты прошел чуть дальше.
— Тридцатый уровень, да?
— Да. Но это еще не все… — Сатору протянул мне мой клинок. — Сначала тебе нужно понять три вещи. Я уже давал тебе подсказки, и ты ими воспользовался. Пусть и с чужой помощью…
О чем это он говорит? Неужели про «Власть ковена»? Тогда скрытый квест от Кухины — это его проделки?
— Первый шаг ты уже сделал — пробудил своего Сота, — продолжал бог. — Душа Нимрикса теперь поглощена клинком.
— То есть я пожрал душу другого существа? — ошарашенно произнес я и попятился назад, не принимая клинок.
— Ты и Сота — одно целое, но не ты питаешься чужими душами, а он, — ровно сказал Сатору и сделал несколько шагов ко мне, все еще протягивая клинок. — Такова цена силы в Эстэросе. Ее нельзя просто получить. Можно заслужить или отобрать. Твой путь совмещает оба варианта. Это и делает тебя сильным.
Его фраза крутилась в голове раз за разом. Сердцем мне противно то, что я делал, но разум это уже принял. Он прав — силу нельзя просто получить. Как и фантазм…
— Перед тем как мы продолжим, — собрался я и ответил, — скажи: что я должен буду сделать за фантазм?
— Ты должен его заслужить, — ни капли не отреагировав, ответил бог, все еще протягивая меч. — Поэтому я здесь. Я хочу убедиться, что ты его заслуживаешь.
— Как?
— Для начала возьми свой Сота.
Я выдохнул и принял меч обратно. Он тут же растворился в моей руке.
— Прежде чем ты начнешь действовать, пойми, чем является твой меч, — отходя назад, продолжил Сатору. — Ты знаешь, что он часть тебя, но кто он такой? Как зовут твой Сота?
Последний вопрос повис в воздухе, а старик просто исчез. В одно мгновение. Я остался один на краю обрыва. Ветер снова поднялся, чайки кричали где-то вдалеке, а запах соли заполнял нос.
— Узнать, как тебя зовут, да? — вслух сказал я. — Сдается мне, что говорить просто так ты не будешь…
«Получено скрытое задание: Путь бога клинков. Цель: Узнайте имя своего клинка. Награда: неизвестно.»
Хм, даже квест выдал… Ладно, пока нужно возвращаться в город и придумать, как этот квест выполнить.
— Эй, меч, тебе не кажется, что было бы круче, если бы я выкрикивал твое имя в лицо врагу?
Снова молчание. Ну, попытка не пытка.
Идя сквозь чащу, я думал, как разговорить его. Может, просто придумать ему дурацкое имя, и тогда он сам скажет настоящее? А может, нужно общаться мысленно?
— Меч, ты меня слышишь?
Не отвечает. Чаща постепенно редела, а вдали уже виднелся Верденвейл. Ну и задачку ты мне дал, Сатору…
— Хочешь играть в молчанку — пожалуйста. Пока буду называть тебя Тупица. Думаю, тебе подойдет это имя.
В груди что-то отозвалось тупой болью, будто меня толкнули изнутри.
— Маркалан? — послышался сонный голос из темноты. — С кем ты говоришь?
У ограды, возле крайнего дома на окраине Верденвейла, сидела Кирин. Она оперлась на посох и едва ли не клевала носом. Черт, она слышала, как я говорил сам с собой…
— Кирин? Ты чего тут делаешь в такой час?
— А-а-а… — зевнула жрица, — это у тебя ночь, у меня уже солнце встало… Шесть утра почти…
— Решила покачаться перед работой?
— Нет, я не хожу на «работу» с того момента, как рассказала вам все…
Она с трудом поднялась на ноги, отряхая свою белоснежную рясу.
— Вообще я тебя искала, — чуть бодрее сказала она. — Пошли со мной в Вар’док?
Вар’док? Город, в котором есть только один объект интереса для игроков — арена.
— Ты чего удумала? На арену собралась?
— Да, — тихонько сказала она, вдобавок одобрительно кивнула. — Хочу посмотреть… Пойдешь?
В целом, дел у меня нет, меч все равно не собирается общаться. Но ее предложение меня настораживает. Я ведь помню ее жажду крови. Если это случится в Вар’доке, у арены, то она потащится в бой, а заодно и меня потащит. А если Тупица все еще дуется, то воевать мне придется без меча…
— Ладно, но клянись, что мы не будем драться на арене.
— Клясться не буду… — пробурчала Кирин. — Обещаю, что постараюсь не втягивать нас в неприятности.
— Что ж, верю. Пойдем. Кстати, а как ты вообще узнала, что я тут?
— Проверила по гильдейскому списку, а по карте увидела, что ты идешь в Верденвейл. Ну а мы все тут и остановились…
— Ну да, логично.
Мы выдвинулись по ночному тракту. Путь не близкий, идти где-то час, может меньше. Тракт в такое время пустовал. Игроки старались особо не передвигаться ночью, а торгашей на пути в такой час не встретишь. Ночь в Эстэросе — это время для злобных тварей, но только если уйти куда-то в глушь. На дорогах все еще плюс-минус безопасно. Луны освещали нам путь, а звезды на небе то и дело падали вниз — как и мы, спускались с холма.
— А с кем ты говорил? — вдруг спросила Кирин.
— Да, это… — запнулся я. — Сам с собой. Кстати, ты вот иногда говоришь фразы, которые звучат по-японски. Без перевода. По контексту я понимаю, но дословно нет… У тебя такого не бывает?
— А? Чтобы слова на твоем языке звучали? — задумалась жрица. — Не припомню…
Я шел чуть позади, поэтому не видел лица Кирин, но видел, как напряжены ее плечи. Все же ее мотивация «посмотреть на арену» слишком уж притянутая.
— Слушай, Кирин, а зачем мы на самом деле идем в Вар’док?
— Заметил, да? — жрица замедлила шаг, а голос звучал слегка надломлено. — Знаешь, мне сегодня приснился кошмар. Я проснулась за час до будильника. Обычно я встаю где-то в шесть тридцать, но сегодня проснулась в пять утра, в холодном поту. У меня от стресса появились проблемы…
— Агрессия? — спросил я, догнал ее и поравнялся.
— Нет… Я не могу описать это как-то конкретно, — она немного засеменила, будто пыталась держаться чуть впереди, чтобы не показывать лицо. — Это такое чувство… в груди. Оно давит, болит, но не по-настоящему. У нас про такое обычно говорят: «Коко га ки ни нару».
Снова? Как вообще работает этот перевод… Но что самое интересное — я понял, что она имела в виду.
— Неспокойно на душе?
— Да! — обернулась жрица. — А дальше у меня какая-то странная реакция. Я замыкаюсь, и все. Будто пустая. Но здесь… Здесь все иначе.
— Эта твоя вспышка берсерка, да? Это из-за стресса?
— Сначала все было так же, но в какой-то момент я будто стала другой. В момент, когда вам грозит опасность, или когда мне самой страшно, — я будто перестаю чувствовать этот страх. Я чувствую силу. Поэтому в Эстэросе мне спокойно.
— Но ты сейчас напряжена…
— Мне пришло это, когда я вошла в игру, — Кирин взмахнула рукой, вызывая игровой интерфейс. — Я скину линк.
Открываю чат и вижу пересланное сообщение: «Вар’док. Приходи.» И сообщение это от игрока под ником Рокудзин. Значит, момент настал… Они пришли, и теперь все куда серьезнее. И самое страшное, что Лиза об этом не знает! Твою мать!
Сейчас нам опасен только плен. Но в городе игрока в плен не взять. Также в Вар’доке есть телепорт — свалим, если станет жарко. Теперь мне и самому хочется посмотреть на его рожу.
Последняя мысль отозвалась дрожью в груди. Это не было болью или тревогой, это было предвкушением.
— Значит, он здесь. И ты решила пойти туда вдвоем?
— Я решила пойти с тобой, Марк, — решительно сказала Аоки. — Ты меня понимаешь лучше, чем остальные. И тебе я доверяю. Я думаю, что ты тоже испытываешь подобное.
— У меня иначе, Аоки. Я не берсерк, моя проблема глубже.
— Но в шахте ты жестоко расправился с боссом. Так же, как я, — ты бил и бил, пока твое тело не растворилось! — выкрикнула жрица, повернувшись ко мне лицом. — Ты тоже неистовый воин, как и я.
Ее глаза затянуло алой дымкой. Дыхание участилось, а лицо выразило ту самую улыбку. Даже поза изменилась — напряжение исчезло, плечи расправлены, ноги стоят уверенно, широко. А пальцы сжимаются в кулак.
— Аоки! — крикнул я, чтобы привести ее в чувства. — Мы разные. Ты жаждешь крови, а я пожираю чужие души!
Жрица застыла, как статуя. Я действительно это сказал? Вот же балда!
— Это даже лучше… — прошептала она. — Пошли, Марк. Я разорву его на куски, а ты заберешь его душу, если она у него еще осталась!
— Приди в себя, Аоки!
— Мы уже почти пришли. Видишь? Вон там — Рокудзин.
В прошлый раз мне удалось вернуть ее в норму, назвав по имени. Но сейчас она чуяла кровь и желала ее больше, чем когда-либо. Мне не остановить ее.
Клинок в груди пел. Вибрации расходились по всему телу. Вот значит, чего ты хочешь, да? Битвы. Интересно, как мы будем драться без урона? Об этом ты ведь не думал, Тупица?
В ответ я почувствовал болезненный толчок внутри груди. Собака…
— Мы покажем ему, что ловить в Эстэросе им нечего, — продолжала свою безумную браваду жрица. — Мы с тобой защитим ребят, Марк.
Огромные ворота Вар’дока уже были перед нами. Огни факелов освещали вход, а на входе спал стражник. Кирин устремилась вперед, бесшумно, как и в прошлый раз. Стражник ее даже не заметил, но отреагировал на меня.
— Кто такие? — сонным голосом пробурчал он.
— Странники, — убийственно холодно послышался голос Кирин из темноты.
Стражник лишь отмахнулся, устраиваясь поудобнее на лавке. Я вошел вслед за Кирин. Весь город был сетью больших арен. Вместо домов — лудусы, где воспитывали гладиаторов со всего Эстэроса. Вар’док относился к владениям Бестимора — сердцу всех воинов королевства Эстэр. Пусть здесь и безопасная зона, но вот дуэли разрешены даже на территории города, и стража на них никак не реагирует.
Кирин уверенно шла вперед, ближе к центру города, к самой большой из арен. Будто знала, куда ей нужно. Я шел за ней, стараясь не отставать. Надеюсь, мы не наломаем дров…
Жрица вошла на территорию арены, лишь на секунду остановившись у небольшой таблички на входе, а после скрылась в темноте. Я пошел следом. На табличке было написано: «Клятва воина на арене нерушима. Пусть будет проклят тот, кто посмеет сдаться или сбежать».
И сразу послышался яростный крик Кирин:
— Рокудзин! Выходи, дзэмаимоно!
Глава 23
— Ты пришла одна, Кирин?
Голос послышался откуда-то из темноты, сверху.
— Выходи, Рокудзин! — снова прокричала Кирин.
Я остался стоять в арке прохода, чтобы темнота скрывала мое присутствие. Сейчас нельзя допустить окружения. Рокудзин здесь, но он явно не один.
— Где же твоя нищая гильдия, Кирин? Как вас там? «Ведьмин котелок», кажется… Я рассчитывал приветствовать не только тебя, но и этих «защитничков».
В дальней стороне арены показалась темная фигура. Человек шел медленно, вальяжно, крутя в руках небольшой острый предмет — скорее всего кинжал. Кирин стояла в центре, сжимая в руке посох.
— Мне нет интереса убивать хиллера. Ты даже отпора дать не сможешь, девочка.
— Кисама ва кондзе: наси!
Снова фраза без перевода, но я снова понял Кирин: «Ты, ничтожество, в тебе нет духа!». Видимо, когда ее переполняют эмоции, система пропускает ее фразы мимо, и они доходят в оригинальном виде… Но почему я начал их понимать? Сейчас не время для этого…
Активирую «Духовное зрение», и картинка сразу сложилась. Золотистые ауры: Кирин, скорее всего идущий ей навстречу Рокудзин и еще два десятка по периметру. Засада…
Но Кирин… Ее аура другая. Золотистый смешан с алой аурой, исходящей от центра ее груди. Так же, как Эльпа перед Нимриксом. Это что, прана? Откуда?
— Ты совершила ошибку, Кирин, — продолжал надменно говорить Рокудзин, остановясь в десятке метров от жрицы. — Но гонор надо усмирить…
Он взмахнул рукой, и из темноты выбежала толпа. Я рванул к Кирин, не заметив, как клинок уже оказался в руке. Сияние меча тут же было замечено, и в мою сторону выдвинулись все ближайшие враги.
— Так ты не одна… — с улыбкой в голосе сказал Рокудзин. — Значит, вы сможете меня развлечь. Падшие, обездвижьте их!
Рокудзин тут же скрылся с поля зрения. Это невидимость? Если так, то он ассасин. Хреново. В PvP это сильнейший класс.
— Вернись, трус! — крикнула Кирин.
Она тут же рванула с места, но путь ей быстро преградил отряд впереди. Жрица моментально сменила оружие на копье, и оно было другим. Такое же золотое копье, как у Нимрикса. Это лут с него?
Разглядывать Кирин времени не было — на меня двигался враг.
— Догоним девчонку! А после я уже смогу разгуляться. Финтуй, парируй!
Голос клинка… Решил заговорить, да? Тупица… Что ж, последую совету.
Первым был мечник с парными клинками. Еще за несколько метров он начал применять навык, занося клинки назад. Хитро, и это говорит, что он не новичок в нашей боевке. Но все еще не дотягивает до меня! Двумя шагами описываю зигзаг, ломая ему направление атаки; тот выбрасывает один удар — парирую. Разворотом ухожу с линии атаки и бегу дальше.
Дальше двое, и один из них — танк со щитом. А вот второй бежит позади, и его я разглядеть не могу. Танк встречает меня ударом щита, а я резко останавливаюсь. Жду окончания фрейма атаки и использую щит как трамплин. Внизу обычный авантюрист с короткой пикой — нуб. Перемахнул через него и побежал дальше. Между мной и Кирин всего один. И это маг.
Он обосрался с таймингами — только начал каст — тоже нуб. Пробегаю мимо, используя «Печать безмолвия», чтобы сбить каст и заткнуть его на восемь секунд. А чтобы не было скучно молчать — с разворота добавляю «Опустошение души» — пусть обтекает и после.
Пока я бежал, Кирин уже виртуозно и с особой жестокостью уложила всех четверых врагов рядом с ней.
— У нас проблемы, Кирин, — сразу окликнул ее я, вставая к ней спиной. — Их тут двадцать три… девятнадцать. Повторно, после смерти, на арену можно войти только через тридцать минут. Мы на таймере. И не только поэтому…
— Меня хватит.
— В большей части это нубы, и они явно ниже уровнем. Дня два в игре — не больше. Я буду косить их контролем, а ты добивай.
— Мне нужен Рокудзин, остальные — мусор! — прорычала жрица.
— Он не сбежит: отсюда нельзя сбежать. Сосредоточься на…
И тут я понял, насколько сильно Кирин утонула в своей ярости. Она меня не слышит. Это значит, что никакой тактики, только жестокая мясорубка…
Меч в руках завибрировал, едва я подумал о резне. И куда ты рвешься, Тупица? Урона у нас нет. Придется подстраиваться под Кирин. Нужно думать вперед, прикрывать спину и помогать в авангарде. Тяжело, но других вариантов нет.
Еще двое с фланга — варвар и вор. Подпускаю первого поближе и тут же бью на опережение, активируя «Тень клинка». Оружие варвара выпало из рук — Кирин тут же вонзила копье ему в лицо. Я же обошел его и применил «Душевную рану» на воре. Тот попытался отскочить, но Кирин уже накрыла его шквалом прямых атак.
Дальше бой замедлился. Никто не бежал на нас, они ходили вокруг, прятались и смотрели. Только несколько колдунов изредка показывались, начинали каст, но тут же обрывали произнесение, встретившись с нами взглядами.
— Не ожидал от вас такой прыти! — послышался голос Рокудзина откуда-то сверху. — Вас всего лишь двое? Или остальные все еще прячутся?
— А ты спустись и проверь! — крикнул я.
Следом снова активировал «Духовное зрение» и пытался найти Рокудзина. Аура показалась на трибунах. Наблюдает, засранец… Интересно, он еще в стелсе или нет. Если нет, то у нас еще одна проблема — я могу не видеть его ауры, пока он использует скрытность.
— Может, и спущусь, но попозже. Скажи-ка лучше, кто ты такой? Эта шлюха-ведьма с вами?
Это он про Лизу? Почему он спросил? Неужели он узнал о взломе и о том, что это сделала Лиза? Если Лиза не в курсе и об этом, то нужно заканчивать быстрее.
Кирин уже тяжело дышала. Наш таймер все ближе к концу. Когда ее буйство закончится, я останусь один. И хорошо бы, чтобы к этому моменту врагов было меньше…
— Кирин, может, не будешь стоять? Руби их в капусту!
Мой выкрик вызвал дикую улыбку у жрицы, ее алая аура вспыхнула с новой силой. Девушка слегка присела, готовясь к рывку, а после мгновенно испарилась, оставляя лишь поднимающийся столб пыли.
В тот же момент послышался хрип мага — копье торчало у него изо рта. Чистое убийство. Жрица не задержалась ни на секунду — сразу понеслась вдоль колонн, выкашивая одного за другим, но длилось это недолго.
Лязг стали остановил смертоносный танец Кирин, и она отпрыгнула к центру арены. Я тут же побежал к ней, когда увидел выходящего из-за колонны игрока. В руках катана, одет легко — самурай. И всем своим видом он показывал: он не нуб.
Следом просвистели две стрелы: одна прошла рядом с моей головой, а вторая полетела в Кирин. Та взмахнула копьем и парировала выстрел, снова принимая прежнюю стойку.
— Лучник… — прошипела Кирин. — Я за ним, разберись с этим самураем…
Жрица рванула куда-то в темноту, а я бросился на мечника. Тот лишь сделал шаг навстречу, и я четко увидел фрейм атаки, которая била точно мне в шею.
— Конец тебе! — выкрикнул он.
Клинок вибрировал и начал двигаться сам, перекрывая фрейм так быстро, что я не успевал отреагировать. Магический треск заполнил арену, а я отскочил назад.
— Забавно… — приподняв бровь, сказал самурай. — Я четко видел твою смерть. Как ты отразил атаку?
Я лишь стиснул зубы.
— Тут доверься мне, Маркалан. Не сопротивляйся действию.
Хорошо. Этот парень куда сильнее, чем те болванчики. Поэтому любая помощь будет кстати…
В голове вдруг возник образ. Не картинка, а символ. Будто один такт пульса — появился и исчез. Символ: 絶
— Молчишь, парень? — снова заговорил самурай. — Ну, я могу бить и быстрее…
Он тут же сблизился и занес клинок. Фантастическая скорость… Мой меч двигался параллельно с его действиями, в тот же миг перекрывая траекторию атаки. Удара не было. Самурай отшагнул, убирая клинок в ножны и пригибаясь ниже.
— Это тоже атака, да? — улыбнулся я.
Клинок уже был в позиции для парирования. Самурай это заметил, поэтому снова сменил стойку. Глаз у него начал дергаться.
— Это что, читы какие-то? — прервал он молчание. — Я не вижу окна для атаки. Ни одного…
И это играло мне на пользу. Самурай не знает про мой урон, поэтому осторожен. Один прокол — и он пойдет в атаку без колебаний. А пока он ищет момент, до меня доносятся крики «Падших», а ветер приносит запах крови. Кирин методично вырезает одного за другим. А самый сильный враг здесь ничего не делает.
— В Эстэросе нет читов, нуб, — решил спровоцировать его я. — Если будешь стоять дальше, твоих товарищей заметно поубавится.
— Ха… — ухмыльнулся он. — Ты же не думаешь, что в топовой гильдии Ниппон только один сильный игрок.
Я почувствовал удар. Не клинком, даже не физический. Это было как ударная волна. Меня снесло в сторону, а самурай тут же налетел с колющей атакой. Меч парировал — я отскочил в сторону, пытаясь разглядеть, что же на меня напало…
Звуки резни стихли. Краем глаза замечаю, как из темноты медленно идет Кирин. Копье волочится по земле, глаза пустые, а ноги еле держат. Приехали…
В тот же момент из теней вышли еще трое: монах, судя по одежде; еще один мечник-девушка и здоровенный мужик с металлическими фистами — тоже монах…
— Да вы издеваетесь… — вздохнул я.
— Вот видишь, пацан, не такие уж вы и сильные, — сказал самурай.
В центре арены появился Рокудзин. Он подошел к Кирин и присел на корточки. Взял ее за голову и начал что-то шептать.
Зараза… Шансов ноль. Мы сейчас в полной жопе, ведь убивать нас не собираются. А эти ребята выглядят серьезными. Ну, друг, есть предложения?
— Душа Нимрикса.
Нимрикс… Точно, ведь я поглотил его душу, но что это значит? На ум приходит лишь фраза Сатору: «Силу можно заслужить или отобрать». Значит, это отобранная сила… Эта штука одноразовая, да?
— Да, Маркалан. Ситуация сейчас патовая, придется использовать твой единственный козырь, если хотим выйти отсюда победителями.
И что будет со мной?
— Мы победим. Этого недостаточно?
Ты прав. Сейчас ставка не моя жизнь, а жизнь Кирин. Если другого варианта нет…
— Ну что, уже сдаешься? — крикнул мне Рокудзин. — Признаюсь, я не ожидал, что ты сможешь выдержать мой чипшот. Похоже, что уровня у меня пока недостаточно…
Он шел ко мне, как и другие трое. Самурай закинул катану на плечо, расслабился. Ну да, вы же теперь контролируете ситуацию…
— Ты так и не назвался, — продолжал говорить он, — и, признаюсь, я на тебя инфы не нашел. Кто ты такой?
Его самодовольная рожа разжигала во мне что-то темное. Зубы сжимались так, что сводило челюсть.
— Просто дай согласие, Маркалан. Мы одолеем их.
— Ты ведь Рокудзин, да? — поднимаясь на ноги, сказал я. — Ассасин Рокудзин. Смешно.
Рожа этого ублюдка скривилась. Хорошо, теперь не так противно… Троица уже стояла рядом. Все пятеро — в нескольких метрах от меня. От нас. Ну, посмотрим, что может эта душенка…
— Я ненавижу ассасинов, Рокудзин. Потому что вы крысы. И если хочешь знать, кто я такой, — придется поработать.
— Да ты же выродок. Ну, сопляк, сейчас мы тебе… — сказал Рокудзин, но осекся, видя мою улыбку. — Чего ты лыбишься, придурок?
— Сейчас ты меня хорошенько запомнишь, козел… Приятного аппетита!
Не знаю, что я сделал. Просто мысленно дал команду: активация души Нимрикса. И это сработало. Пусть и не так, как я ожидал…
Клинок вспыхнул алым пламенем, а следом отскакивали золотые искры. «Падшие» сделали несколько шагов назад. Самурай отреагировал первым: тут же перешел в защитную стойку.
Пламя постепенно захватывало мою руку и ползло все дальше, пока не поглотило меня полностью.
— Теперь потанцуем, кондзе: наси-тати!
Это я сказал? Что за херня!
Тело рвануло в атаку само. Я не совершал никаких действий. Рывок был столь быстрым, что никто не отреагировал. Клинок снес башку здоровенному монаху моментально, а следом разлетелась в щепки колонна в другом конце арены. Сила удара, как у Нимрикса тогда… Нет, как у меня под «Властью ковена»!