Книга Зеркало для мглы - читать онлайн бесплатно, автор Елена Громовская. Cтраница 3
Зеркало для мглы
Зеркало для мглы
Оценить:

Рейтинг: 4

Зеркало для мглы

Золотистая лента света послушно свилась в маленький сияющий шарик, зависший прямо перед лицом. Сэм кончиками пальцев подтолкнула его вверх. Огонёк легко закружился, подскочил — и мягко опустился обратно, словно ручной светлячок.

Огненная магия всегда притягивала Сэм.

В детстве она изрядно потрепала нервы бабке, пытаясь освоить и подчинить эту стихию. Сил у неё, мелкой, не хватало, дар к огненной магии в принципе отсутствовал, но всё это перебивалось ослиным упрямством и твёрдой уверенностью, что ей это по силам.

Немало тому способствовало и восхищение в глазах их неизменной команды: сестры, которая была младше Сэм на три года, и соседского пацана, тайно влюблённого в неё. Ну… тогда ей так казалось, что влюблённого. Их компания была небольшой, но дружной. Всё было обычно и весело до определённого момента, а потом… потом всё пошло кувырком.

Привычно расстроившись, Саманта с усилием отогнала неприятные воспоминания. Огонёк чуть потускнел и растворился, уступив место сумеркам — запаса магии в светильнике без подпитки хватало ненадолго. А она и не заметила, как стемнело.

Сэм вздохнула, потёрла глаза и покосилась на тёмный экран монитора. Настроение стремительно портилось, утягивая за собой куда-то в вязкую, серую муть.

— Ничего, — пробормотала она. — Просто день такой.

Она встала, потянулась, хрустнув затёкшей спиной, и подошла к окну. За стеклом темнел сад, деревья шелестели листьями, будто перешёптывались о чём-то своём. О чём-то таком, чего ей пока не дано понять.

— Ладно, — сказала Сэм вслух, и голос её прозвучал глухо, но решительно. — Хватит рефлексий. Надо в аптеку сбегать. Но сначала поесть.

Глава 4

Машину она узнала сразу.

Тяжёлая, собранная, с приглушённым блеском чёрного лака, в котором фонари отражались тусклыми размытыми пятнами. Дорогая игрушка.

За спиной мягко закрылась дверь аптеки, отсекая остатки тепла. Промозглый воздух облепил лицо, забрался в рукава, впился мелкими иголками в запястья. Сэм торопливо потянула молнию куртки вверх.

Первым порывом было позвонить Крису, она даже телефон достала.

И что он сделает? Приедет, встанет рядом и тоже будет делать вид, что всё в порядке?

Сэм подавила неуместный смешок. Только не Крис.

Прогулялась называется.

Что она там час назад планировала? Позвонить и поговорить? Ну вот. Сейчас и пообщаешься.

Сэм выдохнула сквозь зубы, переступила с ноги на ногу, глядя, как пар изо рта тает в фонарном свете. Могла бы и дома остаться. Хотя … она покосилась на тёмные стёкла, за которыми угадывался силуэт водителя. Не то чтобы это хоть как-то повлияло бы на намерения старшего Риджвельда.

Но всё-таки.

Сэм предполагала, что отец Рика захочет поговорить лично, случай действительно из ряда вон, и что там сейчас творится с Алариком — поди разбери. Вот только не ожидала что она не успеет подготовиться.

Некроманты — публика специфичная: их аура, у Высших в особенности, давит так, что находиться рядом с ними тяжело. Сэм виделась с Риджвельдом единственный раз, когда подписывали контракт, и приятными те воспоминания назвать было сложно.

Пока она маялась на ступеньках, водитель вышел и распахнул заднюю дверцу. Мужчина лет сорока, неприметный, с лицом, на котором не задерживался взгляд. Ни приветствия, ни объяснений. Только молчаливое приглашение.

Что ж. Раз приглашают.

Сэм спустилась со ступеньки и села в машину.

***

Машина мягко остановилась перед дверями закрытого клуба «Обсидиан», который, по словам всезнающего Криса, вроде как принадлежал семье Риджвельдов.

На нейтральной территории значит.

Ну тоже верно, зачем работу домой тащить.

Лестница встретила их запахом старого дерева и легкой горечью табачного дыма, въевшегося в обивку ковра. Ступени едва слышно поскрипывали под ногами, и в этом звуке Сэм мерещилась легкая издевка.

Да успокойся, Саманта. У тебя свой некромант имеется, получше этого.

Секретарь остановился перед массивной дверью, обитой мореным дубом, и открыл, даже не постучав.

Здесь было... уютно. тёмный морёный дуб на стенах, тяжёлый бордовый бархат обивки, свет, приглушённый до густого янтаря. Пахло терпким табаком, свежесваренным кофе и едва уловимо металлом.

В отличие от своего взбалмошного, вечно протестующего сына, старший Риджвельд выглядел собранным, даже скучным. Угольно-серый костюм сидел безупречно, серебро на висках лишь подчёркивало строгие черты лица.

И только глаза портили впечатление.

Цвета стылого зимнего неба. Тяжёлые, немигающие, способные придавить к полу одним лишь взглядом. Высший Тёмный. Человек, к которому прислушиваются в Совете.

Аура прилагалась.

Сэм почувствовала её ещё на пороге. Давление легло на плечи, дыхание невольно стало мельче. Она заставила себя пройти к креслу, не ускоряя шага.

Аластар отложил ручку, сдвинул бумаги и лишь тогда поднял голову.

— Присаживайтесь, Саманта. — его голос был тихим, почти будничным. Обычный вежливый голос делового человека, у которого очень много работы и очень мало времени.

Это если на ауру не смотреть.

Не смотреть не получалось.

Сэм почувствовала её ещё на пороге. Давление легло на плечи, как тяжелое покрывало.

Интересно. он так специально, или не контролирует?

С Крисом она таких ощущений не испытывала, только если он сильно злился.

Она бросила на некроманта осторожный взгляд.

Нет, по виду спокоен как удав. Значит специально.

Сэм опустилась в кресло и выпрямила спину. Руки так и тянуло скрестить на груди, но она удержалась.

Аластар едва заметно повёл бровью, будто заметил это движение, но комментировать не стал. Вместо этого он спокойно продолжил:

— Я не люблю тратить время впустую, поэтому перейдем сразу к делу — он сложил руки домиком и опёрся на них. — Мой сын физически здоров. С памятью, однако, возникли проблемы. — он выдержал короткую паузу. — Очень неудобно. Особенно когда речь идёт о людях моего круга.

Сэм промолчала. Уточнять, для кого именно неудобно, не хотелось.

Риджвельд слегка подался вперед.

— Его воспоминания обрываются в тот момент, когда вы покинули танцевальный зал. Дальше — пустота. Аларик утверждает, что очнулся уже в медицинском крыле поместья.

Некромант коснулся пальцами лежавшего на столе отчёта.

— Мои люди ознакомились с вашим описанием событий.

По тому, как он слегка поджал губы, Сэм поняла: документ не произвёл впечатления.

Какая досада.

— Теперь я хочу услышать всё от вас, Саманта. Что вы видели?

Вот, значит, как. Отчет не устроил.

Что ж, она была бы дурой, если бы надеялась, что устроит.

Сэм почувствовала, как густеет воздух. Это не было атакой, Высший Тёмный всего лишь позволил своей ауре развернуться в полную силу.

Так. Лёгкая демонстрация.

Она всегда подозревала, что некроманты — сволочи. Даже Крис, но этот свой.

— Не напрягайтесь. Я просто хочу понять, что всё-таки произошло, — Аластар откинулся в кресле, наблюдая за Сэм.

Её щит внутри едва заметно шевельнулся и затих. Видимо, тоже решил не провоцировать хозяина кабинета.

Боги, какая чушь лезет в голову.

Сэм медленно вдохнула. Щит собрался в тугой комок.

Ладно. Нужны факты? Будут факты. Те, что она по нескольку раз повторяла той ночью, пока не выучила наизусть.

Только теперь придется повторить слово в слово, глядя в эти жуткие глаза.

Держи лицо, Сэм. Вспомни уроки бабушки.

При мысли о леди Риане страх моментально отступил.

— Вечер проходил в рамках стандартного протокола, — начала она. — Поведение Аларика тоже не выходило за рамки привычного.

Уголок рта Риджвельда едва заметно дёрнулся.

Ну да. Сын у него тот ещё подарок.

— Ему было скучно. Он попытался выразить свое восхищение формами леди Аллиры в свойственной ему манере. Девушка вспылила, последовала ссора. Прямой угрозы жизни я не фиксировала. Рик... Аларик... заявил, что желает прогуляться. Я последовала за ним.

— В какой-то момент он повел себя нестабильно. Жаловался на головокружение. Утверждал, что предметы теряют четкость. Что реальность двоится

Аластар чуть приподнял бровь. На долю секунды — сотую долю — в его холодных глазах мелькнуло что-то еще. Не досада … не злость... Старая, застарелая боль, которую он тут же смял и спрятал.

Он действительно переживал за сына?

Нет. Показалось.

Сэм отвела взгляд первой.

— Двоиться? — переспросил Риджвельд.

В кабинете будто стало тише. Даже гул клуба за стенами отступил куда-то далеко.

— Мой сын — пустышка, Саманта.

Слово прозвучало тяжело, без злости. Аластар смотрел куда-то поверх её плеча, и взгляд этот был странным: не холодным и властным, а каким-то... отсутствующим.

— Он не видит потоков. Не умеет с ними работать и никогда не научится. Я столько сил потратил, чтобы он держался от этого подальше, а он…

Риджвельд осёкся. Пальцы на подлокотнике сжались. Секунда — и рука снова лежала неподвижно.

— Прошу прощения. Эмоции. Продолжайте.

Эмоции. У человека, чья аура сейчас давила на неё так, что хотелось вжаться в спинку кресла, — эмоции

Удивительно, что он вообще помнил значение этого слова.

Сэм заставила себя не отводить взгляд, хотя внутри всё звенело от напряжения. Не сочувствовать. Не сейчас. Потому что если он поймет, что она заметила эту его слабость… Свидетелей их слабости Высшие Тёмные не любят.

— Тем не менее он видел сквозь мою иллюзию, — она покачала головой, возвращая разговор в рабочее русло. Молчать об этом не было смысла, а ложь могла усилить недоверие тёмного. — Состояние Рика ухудшалось, коридор двоился, он терял ориентацию. Я предположила отравление или проклятие направленного действия.

Аластар слушал молча. Только пальцы правой руки мерно постукивали по подлокотнику.

— Коммуникатор я оставила в зале и велела Аларику связаться с вами. В этот момент кто-то из гостей бросил в нас артефакт.

На последних словах Сэм позволила себе короткую паузу. Дальше начиналось то, о чём говорить было нельзя.

Чёрная пепельная паутина, впивающаяся в Аларика. Потом — она сама, внезапно оказавшаяся в той же ловушке. Чужая сила, проснувшаяся внутри и посмотревшая на мир её глазами.

Нет.

Риджвельд не должен узнать. Ни он, ни его люди, ни Орден.

Иначе из кабинета Сэм выйдет под конвоем. Если вообще выйдет. Некроманты народ практичный: полезный ресурс куда проще присвоить, чем отпустить на свободу.

— И что было дальше?

Голос его смягчился, стал почти доверительным. От этого захотелось немедленно выпустить щит и спрятаться.

Нельзя.

Давление усилилось. Сэм ощутила металлический привкус на языке и лишь тогда поняла, что прикусила губу до крови.

Прекрасно. Ещё немного — и можно будет Крису потом не только рассказать, но и продемонстрировать последствия допроса.

Ага, а потом постараться убедить брата не отрывать голову высшему темному.

Нет уж.

— Я заметила движение и развернула щит, — ответила она, выдержав его взгляд. — Артефакт сдетонировал о поверхность Зеркала. Дальше… — Сэм позволила себе заминку. — Я не учёный, лорд Риджвельд. Могу только предположить, что произошёл спонтанный ментальный резонанс. Выброс смешанной энергии, замкнутый контур. Аларик потерял сознание от болевого шока. Я тоже не удержала концентрацию. Когда очнулась, ваши люди уже были на месте.

Она замолчала.

Пауза затянулась.

Некромант не усиливал давление, не пытался заглянуть ей в голову. Просто ждал, и от этого молчания становилось не по себе.

Он мог попробовать пробить её ментальный барьер. Но Зеркало — не обычная защита. Взломать его грубой силой было опасно даже для Высшего.

По крайней мере, Сэм очень хотелось в это верить.

— Вы что-то недоговариваете, Саманта, — наконец произнёс Риджвельд.

— Почему вы так решили?

— Мой целитель несколько часов стабилизировал состояние Аларика. Его аура выглядит так, будто он соприкоснулся с чем-то чужеродным.

Чужеродным.

Сэм мысленно поблагодарила неизвестного целителя за удачно подобранное слово. Оно ничего не объясняло и при этом допускало десятки вариантов.

Старый артефакт. Сложное проклятие. Неудачный магический эксперимент.

Да хоть неправильно сваренный кофе.

Главное — не Изнанка. И уж точно не то, что теперь пряталось внутри неё.

— Мой щит искажает магию при ударе, — Сэм пожала плечами. — Возможно, резонанс оказался слишком сильным для не-мага. Я сделала всё, чтобы сохранить вашему сыну жизнь. Повторю: он был нестабилен. Словно… истерзан изнутри.

— Истерзан, — повторил Риджвельд.

Чуть склонил голову, будто пробовал слово на вкус.

Всё-таки жуткий тип.

— Вы любите красивые слова, Саманта. А я предпочитаю точные. «Истерзан» звучит так, словно кто-то драл его когтями. Но когтей, насколько я понимаю, не было.

У Сэм неприятно сжалось внутри.

Когтей не было. Была чёрная паутина.

— Я не подбираю эпитеты, лорд Риджвельд, я констатирую его состояние. Если вам нужен сухой технический отчёт, я распишу всё по минутам. Суть не изменится. Ваш сын жив. И, полагаю, уже пришёл в себя.

Уголок рта Аластара дрогнул.

— Пришёл. Но говорить отказывается. Ни слова. Даже матери, а она, поверьте, умеет добиваться ответов.

Он отставил чашку с нетронутым кофе и сложил руки на столе.

— Я ожидал криков, истерик, сломанной мебели. Чего угодно, лишь бы не молчания.

На секунду Аластар замолчал. Потом подался вперёд и воздух в комнате стал плотнее, тяжелее, словно перед грозой.

— Знаете, что хуже всего в подобных историях, Саманта? Не потеря сознания. Не магические аномалии. А то, что люди начинают говорить правду. Или то, что сами принимают за правду.

Сэм промолчала. Что-то подсказывало ей, что сейчас лучше не помогать ему продолжать.

— Сегодня утром мой сын заявил горничной, что в его комнате слишком много теней. — Аластар пристально посмотрел на неё. — Что это, по-вашему, означает?

Вот же ж.

Рик. Чёртов болтун.

— Возможно, он просто устал. После такого выброса энергии перегрузка вполне объяснима. Свет, шум, чужие эмоции… Для не-мага всё это может оказаться слишком сильным.

— Устал, — повторил Риджвельд.

Слово прозвучало так, словно он обнаружил в кофе дохлую муху.

Он поднялся и подошёл к окну. За тёмным стеклом мерцали огни ночного города, но Риджвельд, похоже, их не замечал.

— Я всю жизнь старался держать всё под контролем, — произнёс он негромко. — Дом, бизнес, репутацию. Даже сына пытался уберечь от того, с чем он не способен справиться.

Он помолчал.

— И вот выясняется, что что есть вещи, которые не вписываются ни в какие планы. И от этого становится по-настоящему… неуютно.

Да-да. А когда неуютно некроманту, неуютно всем.

Аластар обернулся.

— Вы хороший телохранитель, Саманта. Компетентный, расчётливый. Умеете держать удар.

Сэм уже знала, что последует дальше.

— Но знаете, чем хороший телохранитель отличается от идеального? Идеальному не приходится держать удар.

Она стиснула зубы.

Не оправдываться. Не спорить. Особенно с человеком, который нанимал её не за умение красиво объяснять неудачи.

— Я делаю свою работу, — ответила она. — Так, как умею.

— Да. И пока меня это устраивает.

Пока.

Риджвельд вернулся к столу, но садиться не стал, опёрся ладонями о столешницу.

— Впредь я хочу знать обо всём, что выходит за рамки обычного. Если Аларик снова заговорит о тенях или начнёт вести себя странно, вы не списываете это на усталость. Вы звоните мне. Лично. Без посредников и без ваших безупречных отчётов.

Он выдержал короткую паузу.

— Ясно?

Сэм кивнула.

— Хорошо.

Он ещё несколько секунд изучал её лицо, словно надеялся найти там ответ, который она не собиралась давать. Потом выпрямился.

— Наш договор остаётся в силе, мисс Мэддисон. Но если выяснится, что вы подвергаете моего сына опасности ради собственных, не вполне понятных мне целей…

Он не закончил.

И не требовалось.

— Мэддисоны — достойный род, — продолжил Аластар. — Но в столице у вас немного друзей. И ещё меньше тех, кто станет вмешиваться, если у нас возникнут разногласия.

Вот теперь можно было не сомневаться: это была угроза.

— Вы меня поняли?

Сэм открыла рот, но ответить не успела.

Что-то изменилось.

Едва уловимый запах сырости пробрался в кабинет, перебив табак и кофе. Так пахнет в старых подвалах после дождя, когда открываешь дверь в помещение, которое годами держали запертым.

Тяжёлая дверь открылась нараспашку, и в проёме возник Крис, пригнувшись, так как дверной проём был ему низковат.

К ботинку прилип жёлтый лист с ржавыми пятнами. Соскользнул, шлёпнулся на паркет.

Крис провёл ладонью по волосам, будто пытался стряхнуть с них уличную морось.

— Прости, Сэм. Чёртов навигатор повёл через дворы, а там люк посреди дороги. Чуть колесо не оставил.

Он проговорил это даже не глядя на Риджвельда, и только потом перевёл взгляд на хозяина кабинета.

— Лорд Риджвельд.

Короткий кивок. Ни поклона, ни попытки изобразить почтение.

Крис в своем репертуаре.

Сэм невольно посмотрела ему за спину. В коридоре никого не было. Только тусклый свет бра и тени, вытянувшиеся по паркету.

Интересно. И как он прошёл мимо охраны?

Впрочем, учитывая запах сырости и то, как беспокойно шевельнулся её щит, ответ мог ей не понравиться.

— Мистер Грант, полагаю? — спросил Аластар.

В его голосе появился новый оттенок. Интерес.

Так смотрят на незнакомое оружие, прежде чем решить, стоит ли его опасаться или использовать

— Он самый.

Крис наконец шагнул в кабинет и остановился за креслом Сэм.

Его Мгла расползлась по полу, тонкая и бесшумная, и Сэм вдруг стало легче дышать. Давление чужой ауры никуда не исчезло, но теперь между ней и Аластаром словно выросла ещё одна стена.

— Вы вызвали моего партнёра, не уведомив меня, — сказал Крис. — А мы предпочитаем обсуждать подобные вещи вдвоём. Меньше потом недопониманий.

Сэм наконец позволила себе выдохнуть.

Как хорошо что он здесь.

— Ваше появление эффектно, но избыточно, — заметил Риджвельд, чуть поджав губы. — Мы с мисс Мэддисон уже всё обсудили.

— Вот и прекрасно.

Крис посмотрел на Сэм. Быстро, почти незаметно, но этого хватило убедиться, что она впорядке и готова уйти.

— Пошли?

— Пошли.

Сэм поднялась.

И только теперь обнаружила, что колени дрожат.

Замечательно. Ещё немного — и пришлось бы объяснять, что она не собирается падать в обморок, просто организм решил выразить своё мнение о Высших Тёмных.

Она поправила куртку, хотя та и без того сидела нормально.

— До свидания, лорд Риджвельд.

Аластар коротко склонил голову.

Сэм прошла мимо него, стараясь не ускорять шаг. Крис двинулся следом, и Мгла потянулась за ним, собираясь у порога.

Уже в дверях Сэм оглянулась.

Риджвельд стоял у стола, положив ладонь на спинку кресла, на лице снова застыло привычное спокойствие.

Кристиан шёл молча, до самой машины, котору оставил за два квартала от клуба. Резкий ветер гнал по тротуарам палую листву и обрывки газет, швырял в лицо мелкие капли дождя, смешанные с пылью.

Крис открыл перед Сэм пассажирскую дверцу, дождался, пока она устроится, и только потом обошёл капот, сел за руль и замер, держа руки на руле, глядя прямо перед собой.

По лобовому стеклу расползались тонкие дорожки дождя, дворники были подняты, чтобы не примёрзли. В салоне пахло мокрой тканью и старым кофе из термокружки, которую Крис всегда возил с собой.

Этот запах был таким родным, таким обыденным, что Сэм вдруг почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы — от усталости, от облегчения, от того, что можно наконец опустить щит.

— Крис, перестань, — не выдержала она, кутаясь в куртку. В салоне и правда было зябко, но холод шёл не от воздуха, а изнутри.

— Перестать что? — он побарабанил пальцами по рулю. — Перестать думать о том, что ты попёрлась одна, на личную встречу к Высшему Тёмному? К магу, одно слово которого может закатать твою жизнь в асфальт?

Голос звучал глухо, напряжённо, но без той злости, которую она боялась услышать.

— Я сажусь в машину, еду сюда и представляю, как ты сидишь там, а он давит на тебя своей аурой. И ничего не могу сделать. Так что нет, Сэм. Перестать у меня не получается.

— Я не могла отказаться! — Сэм сама не заметила, как повысила голос. — Он прислал машину. Начни я юлить — сразу бы заподозрил неладное. Риджвельд мой клиент. Я облажалась на приёме и должна была отчитаться.

— Отчитаться…

— Отчитаться… — он замолчал, и Сэм вдруг поняла, что он не злится. Он испугался.

Он отпустил руль и наконец повернулся к ней:

— Что ты ему сказала про паутину?

Сэм отвела взгляд, нервно теребя краешек ремня безопасности.

— Ничего. Я сказала, что был резонанс артефакта. Иллюзия. Крис, если он узнает про паутину…

— Я знаю, Муха. Знаю.

Он тяжело вздохнул, и вся его устрашающая аура, та самая тьма, которая пугала иногда даже Высших, куда-то ушла, растворилась в запахе мокрого текстиля и остывшего кофе.

— С Орденом будет сложнее.

Сэм посмотрела в окно. Капля дождя медленно ползла по стеклу, оставляя за собой прозрачный след.

— Спасибо, что приехал.

Крис завёл двигатель. Машина недовольно заурчала, будто тоже устала от всего этого.

— Ты меня бесишь, Сэм.

— Взаимно.

— Нет, ты послушай. Ты притягиваешь неприятности, как магнит. И ладно бы мелкие! Но я не собираюсь отговаривать тебя от каждого решения, которое мне не нравится. Ты взрослый человек, в конце концов.

Он включил передачу, но трогаться не спешил.

— Я прошу только об одном. В следующий раз, когда соберёшься к людям, которые едят таких, как мы, на завтрак, бери меня с собой. Мне куда проще наблюдать за этим цирком лично, чем нестись через полгорода, проклиная каждый светофор.

Сэм невольно улыбнулась.

— Договорились.

— Вот и славно.

Крис тронулся с места, а Сэм откинулась на спинку кресла.

С Крисом было… спокойно.

Не безопасно — с их работой это слово давно утратило смысл. Не просто. И уж точно не без приключений.

Но спокойно.

Сэм прикрыла глаза. Где-то внутри по-прежнему таилось чужое, непонятное нечто. Чёрная паутина никуда не делась, как ни хотелось бы сделать вид, что всё закончилось.

Они разберутся.

Очень хотелось в это верить.

Она прислонилась лбом к холодному стеклу — оно запотело от дыхания, витрины за окном расплылись цветными кляксами, и она машинально провела по нему пальцем.

Очень хотелось есть. Мысль оказалась такой нелепой после всего случившегося, такой обыденной, что Сэм тихо рассмеялась.

Крис покосился на неё, но спрашивать не стал. Только прибавил газу.

Глава 5

Дождь усилился, пока они добирались до дома. Крис припарковал машину у подъезда и заглушил двигатель, но ни один из них не торопился выходить. По крыше барабанили тяжёлые капли, и в этом монотонном стуке было что-то почти уютное, если забыть обо всём остальном.

— Есть хочу, — наконец сказала Сэм, нарушив молчание.

— Вот это я понимаю, конструктивный подход к проблемам, — Крис дёрнул ручку двери. — Бежим.

Они влетели в подъезд, отряхиваясь, как два промокших пса. Сэм безуспешно пыталась выжать подол куртки, пока Крис возился с замком — тот, как обычно, заедал на третьем обороте.

— Когда-нибудь ты его починишь, — проворчала Сэм.

— Когда-нибудь ты перестанешь об этом напоминать, — парировал Крис, и замок наконец сдался с противным щелчком.

В квартире было тепло и тихо. Пахло книжной пылью и остывшим чаем — утренняя кружка так и осталась на столе. Сэм скинула мокрую куртку прямо на вешалку, не попав с первого раза, подняла её с пола и повесила нормально. Крис уже гремел на кухне.

— У нас есть паста и соус, — донёсся его голос. — Или яйца и остатки какой-то подозрительной колбасы.

— Паста, — Сэм стянула промокшие кроссовки и прошлёпала босиком по коридору. — Если ты опять положишь туда острый перец, я вылью это тебе на голову.

— Я просто пытаюсь разнообразить твой пресный рацион.

Крис уже поставил воду на плиту и теперь орудовал ножом, нарезая лук с той небрежной точностью, которая выдавала многолетнюю практику. Должен же некромант уметь быстро препарировать и вскрывать мертвые тела.

Правды ради, готовил Крис намного лучше Саманты.

Сэм забралась с ногами на высокий табурет у стойки и какое-то время молча наблюдала за его руками. Длинные, подвижные пальцы, чуть бледнее, чем у обычного человека.