Книга День, который изменил всё - читать онлайн бесплатно, автор Залина Кабалоева. Cтраница 2
День, который изменил всё
День, который изменил всё
Оценить:

Рейтинг: 5

День, который изменил всё

Обводя помещение взглядом, я заметила приближающегося ко мне Дастина. Его плавные шаги отдавались эхом в длинном зале. Держа в руках книгу со стихами, он двигался с некой грацией. Тёмная рубашка, расстёгнутая на одну пуговицу, гармонично смотрелась с брюками песочного цвета. И только слегка потрёпанные волосы создавали лёгкость.

— Добрый день, Рэйчел! Не ожидал увидеть вас в такой обстановке. Хотя должен признать: она вам очень идёт. Могу ли я составить вам компанию?

Сделав паузу, он продолжил: — Могу рассказать о городе, если он вас интересует, — спокойно предложил он, указывая на книги на столе.

— Добрый день. Я всегда стремилась к познаниям, садитесь, вы лишь скрасите мой досуг. Признаться честно, этот город заинтересовал меня, и мне хочется узнать его историю, — с интересом ответила я, наблюдая, как он садится напротив стола.

— С чего бы начать? Этому городу больше 400 лет. Название «Морок» он получил благодаря болезни, которая охватила его — чуме, если быть точнее. Окутанный туманом, город стал мрачным. Старейшины созвали своих и стали сжигать всех больных: так как лекарства не было, они выбрали радикальную меру избавления. В городе царил хаос, но спустя время лекарство было создано, и чума отошла в прошлое.

Сделав паузу, он углубился в рассказ, всё больше унося меня своим бархатным голосом в центр событий:

— Жители были в унынии, страх и недоверие к старейшинам только росли. Но появилась другая проблема: стали пропадать люди, а спустя время находили их холодные тела. Люди боялись выходить, прячась за стенами своих домов. Так старейшины создали сообщество, охранявшее жителей от зла. И в городе стало спокойно, — спокойно завершил он, внимательно смотря на меня.

— Как интересно и грустно в то же время. Мне всё больше импонирует этот город. Спасибо, я вам признательна. А давно ли вы тут живёте? — вдруг спросила я, видя, как он задумался, слегка улыбаясь. Дастину нравилась моя заинтересованность, и огонёк в его глазах начал вспыхивать, раскрывая харизму.

— Мне нравится ваше любопытство, это делает разговор живым. Мои предки осели в этом городе 230 лет назад, так как были знатного происхождения. Аскинс — фамилия с прошлым. Мне 25 лет. Я думаю, этого пока хватит, чтобы утолить ваш интерес! — бархатно рассмеявшись, ответил он, наблюдая за моей мимикой. — Остальное расскажу на нашем свидании, вы же не откажете мне в такой мелочи? — с хитрым взглядом спросил он.

Оторопев от такого хитрого напора с его стороны, я старалась придать себе серьёзный вид, балансируя на грани. Думая о его мотивах и о том, чего именно он хочет, я открыто посмотрела на него. Мне хотелось узнать о нём больше.

— Я принимаю приглашение, но выбор за вами. Мой дом находится на Шортланд-стрит, возле главного парка города. До встречи, мне пора.

Встав, я сдала книги и направилась к выходу. Когда я потянулась к дверной ручке, Дастин коснулся меня, сокращая дистанцию и плавно открывая дверь, чем сбил моё дыхание своей близостью.

— Я вас подвезу, позвольте мне такую вольность. — Дастин указал на машину, припаркованную рядом со зданием. Коротко поблагодарив его, я смущённо направилась туда. Машина была великолепна: изящная, но вместе с тем мощная и стремительная, как чёрная пантера, с затемнёнными стёклами, она словно дополняла Дастина. Сиденья поражали воображение, а блеск кожи и запах чистого салона в сочетании с его дорогим одеколоном дурманили мой рассудок. Я понимала, что эта дорога станет испытанием для моего рассудка.


Глава 5

Машина медленно подъехала к моему дому. Останавливаясь, Дастин повернул голову и сказал: «Очаровательный дом, Рэйчел! Я буду завтра вечером, в шесть часов. Хорошего вам дня!» Поцеловав мою руку на тыльной стороне, он оставил лёгкий след своих прохладных губ. Я поблагодарила и вышла, стараясь не показывать свой трепет, провожая его уезжающий силуэт.

Зайдя в дом, я устало вздохнула: он забрал все силы своей энергией, которая от него исходила. Вспомнив про Катарину, я написала ей сообщение, спрашивая, как она добралась до дома. Мне показалось странным её молчание после отъезда — обычно она не теряла связь. Решив позвонить ей завтра, я занялась уборкой. Весь оставшийся день прошёл как миг. Приняв душ, я легла на кровать, задумавшись об истории города, которую рассказал Дастин.

Так, значит, этот город носит мрачную историю — это было ожидаемо, учитывая, какое впечатление он производит на людей. Но мне интересно было узнать, кто же убивал людей в те времена? И что заставило семью Дастина приехать в такое мрачное место, покинув свои края? Кто убивает девушек, оставляя такие ужасные следы? Может, за этим стоит нечто большее? Мысли крутились в голове. Устав от бесконечного потока вопросов, я растворилась в омуте сна.

Близилось время предстоящей встречи с Дастином: я готовилась с утра. Подготавливаясь, я надела тёмно-синее платье-футляр до колен, подчёркивавшее все тонкости девичьего тела. Образ завершали глянцевые туфли-лодочки. Оглядев себя, я отметила: волосы мягкими волнами спадали до поясницы, переливаясь блеском; нейтральный макияж придавал некую нежную чистоту.

Услышав звук подъезжающего автомобиля, я вышла, взяв с собой компактный тёмный клатч. Представ передо мной, Дастин уже стоял у машины, галантно ожидая моего появления. Его глаза вспыхнули небольшим азартом и огнём, когда я всё ближе подходила.

Облачённый в костюм-двойку сапфирово-синего оттенка и белую рубашку без галстука, он смотрелся очень гармонично — мы словно сливались воедино. Завершали образ коричневые туфли. Волосы были уложены ровно и аккуратно, без излишнего перфекционизма, создавая ощущение непринуждённого комфорта.

Дастин, как подобает джентльмену, протянул руку, помогая мне сесть в машину. Он произнёс: «Вы очаровательны, впрочем, как и всегда. У вас талант сбивать с толку!» — и, сев рядом, двинулся вперёд по незнакомому мне маршруту.

Пейзажи сменяли друг друга, плавно перетекая в осеннюю меланхолию. Я увидела озеро, в котором отражались проблески огней, исходящих от крепости, похожей на ресторан. Словно каменное изваяние, высеченное из чёрного гранита, она поражала своей красотой. Вокруг расположилось озеро, и только каменный мост открывал путь. По обе стороны находились столы и стулья, укрытые белыми покрывалами; окна были украшены узорами, а свет отдавался золотым огнём, придавая месту загадочность. Фонари, окружавшие заведение, указывали дорогу путнику.

Мы ступали по мосту, всё ближе подходя к дверям ресторана. Нам открыл путь швейцар, одетый в строгую чёрную форму, — он словно сливался с этим местом. Проходя мимо фонарей, освещавших стены, мы увидели веранду с округлым изгибом на берегу озера — она заставляла затаить дыхание от восторга.

Усевшись и наслаждаясь красотами природы и архитектуры, я ответила сидевшему рядом Дастину: «Спасибо вам! Это самое красивое место, которое мне удалось увидеть! Я сохраню его в памяти!» — с восторгом в глазах. Лёгкий румянец окрасил мои щёки.

Дастин, не ожидавший такой искренности и чистоты, сделал паузу, прежде чем ответить: «Рад вам угодить, я готов радовать чаще, если позволите мне!» Подзывая к себе официанта, он посмотрел на меня и продолжил: «Давайте сделаем заказ!» Посмотрев меню, я оставила свой выбор на бокале белого вина и рыбе в сливочном соусе. Меня удивило, что он ограничился лишь бокалом красного вина.

Я хотела утолить своё любопытство, узнать о прошлом Дастина больше, и о тайнах этого города. Решительно посмотрев в его сторону, спросила- Вы обещали мне рассказать о себе и о семье в прошлый раз, пожалуйста утолите мою пытливость. Возможно и я поделюсь своим прошлым.-с интересом наблюдая за ним.

Дастин рассмеялся от моего напора и интереса к его персоне. Наклонив голову, он игриво произнёс: — Так уж и быть, я продолжу. Покачивая головой и погружаясь в воспоминания о прошлом, он начал: — Мои предки бежали сюда из-за неспокойной обстановки в Англии: в те времена разгоралась война между аристократами, дорвавшимися до власти. Каждый метил на главное место, но наш род был иным — мы не хотели ввязываться в это кровопролитие. Осев здесь, предки начали жить в тишине и спокойствии, не тревожась о финансовых проблемах. Политические связи не давали нам увязнуть в бедности, а накопленные знания давали силу и стабильность. Мои родители, Анна и Руперт, любили друг друга до самозабвения и безмерно любили своё дитя. Я рос в атмосфере любви — до тех пор, пока болезнь не забрала моих родных, когда мне исполнилось двадцать лет. Увы, конец этой истории не самый счастливый. Мне пришлось взять бразды правления в свои руки, но к тому моменту у меня уже были знания и образование, которыми щедро одарил меня отец. Закончив рассказ, он умолк, и в его взгляде мелькнула нотка обречённости — будто сама тяжесть этого мира легла ему на плечи. В такой момент мне хотелось закрыть его от всего плохого. Его история меня растрогала, но, сдержав нахлынувшие эмоции, которые сейчас были не к месту, я произнесла: «Я как никто другой могу понять, каково это — терять близких». Сделав паузу от нарастающей боли в груди, которая начала подниматься к горлу, продолжила: «Мне было десять, когда я лишилась родителей: авария, как бы прискорбно ни звучало, отняла у меня их. Я сидела сзади, когда машина столкнулась с нами, видела, как жизнь угасает. Ремень пригвоздил меня к сиденью, и мне пришлось лишь наблюдать, как тепло моих родителей ускользает. Мне чудом удалось выжить, но иногда кажется, что лучше бы он забрал меня, чем их. Слишком быстро поняв жестокость этого мира, я стала более закрытой. Тётя Реджина, сестра моего отца, не проявляла ко мне симпатии, но имущество придавало ей сил воспитывать меня, и это было не так уж плохо. И вот я теперь здесь». Мило улыбнувшись, скрывая свою боль под этой маской, закончила своё излияние души. Дастин, всё это время наблюдавший за моим лицом, уловил мимолётную боль, проскользнувшую в глазах. — Простите, если заставил вас бередить призраки прошлого. Я лишь хотел утолить вашу жажду, а причинил ментальную боль, заставляя вспомнить прошлое. Я уверен, что ваши родители были прекрасными людьми — учитывая, каким человеком являетесь вы! — с нежностью произнёс он, и эти слова заставили сердце пуститься вскачь.

Мне хотелось успокоиться, и, встав со стула, я направилась к веранде. Прислонившись к ней, я рассматривала блики в озере. Ночная прохлада давала умиротворение, возвращая баланс душе. Дастин, подойдя, но не мешая мне, разглядывал даль. Увидев, как внезапно напряглось тело Дастина, я обернулась и проследила за его взглядом. К нам приближался мужчина, которого я уже видела с Дастином тем вечером. Пепельно-светлые волосы падали на глаза, придавая его облику опасность. Ветер усилился, обдавая нас холодным дыханием осени. Он двигался плавно, как хищник, и его брюки цвета чёрной стали плавно струились, добавляя грации. Рубашка бежевого оттенка слегка смягчала этот образ. Но пугающая красота, исходящая от него, пугала. Светлые, как два стекла, глаза изучали, выворачивая душу наизнанку. Он не сводил взгляда с меня, намеренно зля Дастина, видя его реакцию на это.

— Мой друг не представил меня. Это Саймон Флеминг. Очень приятно. Смотря на то, как Дастин меняется на моих глазах, я не мог не познакомиться: меня терзало любопытство, кто же эта особа! — с наигранным удивлением произнёс, улыбаясь, но улыбкой, похожей больше на оскал зверя, не предвещающий ничего хорошего.

Дастин, не выдерживая, преградил ему обзор, ограждая меня словно щит. Я видела, как напряжение между ними стало статическим; зрелище ужасало своим эффектом. Его глаза блеснули красным. Но это невозможно, или это игра моего воображения? Он ледяным голосом ответил, не сводя с него взгляда: «Саймон, я всегда рад твоему присутствию, но не сегодня! Ты выбрал неудачный случай! Не испытывай мое терпение, даже у толстого льда есть свойство треснуть под напором!»

Саймон рассмеялся, резко став спокойным. Ему нравилось издеваться, доставляя изощрённое удовольствие. Поднимая руки, сдаваясь, он произнёс: «Дастин, расслабься, я утолил свой интерес. До новых встреч, Рэйчел!» Подмигивая мне напоследок, он оставил лишь неприятный осадок после своего ухода.

Дастин успокоился, когда окончательно убедился, что силуэт Саймона исчез из виду. Он извинился, но вечер был испорчен. Когда мы закончили трапезу, неловкость встречи отразилась на вечере. Мы уехали, и, подъезжая к моему дому, он произнёс монотонным голосом: «Рэйчел, я хочу пригласить вас к себе домой. Не сочтите это за дерзость. Зная вашу тягу к книгам, я не могу не предложить: у меня большая библиотека дома. Вы согласны?» — спросил он с мольбой в глазах.

«Я не могла отказаться: меня тянуло к нему, и в глубине души таилась маленькая искра — что это напряжение может стать чем-то большим. Дав согласие, он одарил меня ослепительной улыбкой. Попрощавшись с ним вежливо, я проводила взглядом его машину, которая ускользала в туманную дорогу. И только раздавшийся в доме звонок заставил меня замереть и охладил мою душу».


Глава 6

На экране высветился неизвестный номер. Я взяла трубку, чувствуя, как дрожат мои пальцы.

Знакомый голос прозвучал в трубке: — Здравствуйте, Рэйчел, вас беспокоит Хейден Харрис, следователь. Я оставлял вам визитку. Но сейчас не это главное. Я нашёл ваш номер в телефоне Катарины Легран.

Сделав тяжёлую паузу, он продолжил: — Я... Мы нашли её тело на окраине города. Мои соболезнования. Как я понял, она являлась вашей подругой, судя по тому, как вы были записаны. Мы оповестили её родителей. Я скину вам местоположение ближайшего морга, чтобы вы смогли приехать. Ещё раз мои соболезнования, до свидания.

Закончив разговор, он повесил трубку. Слёзы лились ручьём, я не могла произнести ни звука, словно язык был отрезан.

«Это же неправда! Это чья-то шутка? Да?» — смеясь, словно сумасшедшая, я пыталась произнести эти слова. Крик застрял в горле.

Так, просидев до утра, я решила поехать в морг по адресу, который прислал следователь. Не помня, как добралась до места, я увидела родителей Катарины. Их душераздирающий плач заставлял сердце кровоточить, вызывая ужасный спазм. Слёзы застилали глаза — я бросилась к ним, обрушивая новый шквал звуков от плача, который отдавался эхом в глухих и серых стенах этого места.

Врач провёл нас к прозекторскому столу, где лежала Катарина. Родители подруги зарыдали сильнее, когда увидели то, что осталось от Катарины. Я закричала, срываясь до хрипоты, и произнесла:

— Это не она! Это не она! Это другой человек!

Мой крик разрывал холодную тишину этого помещения. Врач подбежал, попытался успокоить меня и вернуть равновесие, давая таблетки.

Катарина, некогда яркое солнце, теперь лежала, словно заснула навеки. Но сказки не будет, ведь поцелуй не сможет её пробудить ото сна. Время замедлилось, ломая часовой механизм мироздания. Я ни на миг не отходила от родителей, проходя через похоронный процесс.

Я навсегда отпечатаю её яркую улыбку в день нашего прощания. «Прощай, мой лучик солнца! Ты оставила нас, но в сердцах своих родных и любимых тебе людей ты всегда будешь жить», — думала я.

Слёзы текли, и лишь завывавший ветер разделял со мной горе, когда гроб опускался всё ниже, пока не исчез в засыпанной землёй яме.

Так прошла неделя. Я не помнила, когда ела, застряв в бесконечном цикле, не выходя из дома. Я сидела на кухне, смотря в одну точку. Стук в дверь вернул меня в реальность. Подойдя, я открыла дверь.

Это был Хейден Харрис — в небрежной повседневной одежде, с растрёпанными волосами. По его измученному виду было видно, что он не высыпался. Я ухмыльнулась: тогда что можно сказать про меня?

Хейден, с сочувствием посмотрев на меня, спокойно произнёс:

— Добрый день, Рэйчел. Я хотел узнать, как вы? И... хотел рассказать вам о расследовании по делу вашей подруги. У нас появились новые зацепки, и я решил, что лучше сообщить вам.

Сделав паузу, он ждал моего ответа.

«Я постаралась собраться, ведь я должна быть сильнее — ради неё. Я обязана докопаться до истины.

Впустив его в дом, я произнесла:

— Будете кофе? Простите мою невежливость, просто я пока не пришла в себя. Расскажите всё, что узнали. Я тоже отвечу на интересующие вас вопросы, если это поможет в расследовании.

С решимостью в глазах я сделала кофе и пригласила его за стол».

Помолчав немного, Хейден начал:

— Судя по тому, где мы её нашли, преступник знал, куда она направляется и откуда едет. Он выслеживал её. Это серийный убийца: он выслеживает молодых девушек и убивает их, оставляя кровавые следы на шее и других частях тела. Этот тип преступников совершает преступления изощрённо, ему нравится играть в кошки-мышки.

Сделав тяжёлый вздох и видя мою напряжённость, он спросил:

— Вы не помните, с кем она контактировала в последние дни перед отъездом? Может, замечали что-то странное?

Я задумалась и, вспомнив кое-что, ответила:

— Да, когда мы были в популярном заведении «Кровавая луна», она танцевала с парнем, которого я не знала. Но только это приходит мне на ум. Она постоянно была со мной и проводила время. Мы не контактировали с другими людьми близко, только здоровались, поверхностно общались с соседями, когда проходили мимо перед тем, как уехать.

Закончив эту фразу, у меня сжалось сердце от воспоминания о прощании перед отъездом. Заметив это, Хейден нахмурился, понимая моё состояние и то, что он разбередил раны.

«Я найду этого мерзавца, и он понесёт соответствующее наказание. О человеке на вечеринке я разузнаю. Как только у меня появится информация, я дам вам знать. Обещаю!» — сказал он мне серьёзным тоном.

Мы посидели ещё немного за чашкой кофе. Я поблагодарила его и попрощалась. Сев в свой чёрный внедорожник внушительной мощности, Хейден уехал.

После уборки я устроилась в своей комнате. Мой взгляд упал на портрет, где мы с Катариной обнимались на берегу моря. Ветер играл с нашими волосами. Я улыбнулась, вспомнив тот день, и поставила картину на тумбочку у кровати.

Усталость взяла своё, и я уснула. Стук в дверь разбудил меня. Взглянув на часы, я обнаружила, что уже почти вечер — было пять часов.

Открыв дверь, я поразилась появлению Дастина. Он был безупречен, как всегда: бежевый свитер без горла, светлые брюки и светло-серое пальто. Только слегка растрёпанные волосы придавали его образу непринуждённость.

Приглашая его войти, он взглянул на меня, тревожно изучая моё исхудавшее тело. Казалось, оно могло разбиться, как хрупкий хрусталь, от малейшего прикосновения.

Подойдя ко мне близко, он обнял меня с нежностью, вдыхая мой аромат. Отходя от меня, Дастин произнёс: «Прости, Рэйчел, я не мог не обнять тебя в этой ситуации, мне больно от одной мысли, что ты страдаешь в одиночестве. Могу ли я находиться рядом и помочь в этот момент? Скажи, что мне сделать?» — нежно приподнимая мой подбородок, он ждал ответа.

Моё дыхание остановилось, сама мысль заставляла трепетать от этого. Он был готов скрасить моё одиночество и быть рядом. Мне хотелось в этот миг прикоснуться к его губам, холодным и таким притягательным, почувствовать вкус его губ, растворившись и забыв на миг эту всеобъемлющую пустоту.

Уловив мой взгляд, он понял, чего я хочу, и, не теряясь, прильнул к моим устам, сминая их в нежной страсти и сплетаясь языками в танце. Дастин, тяжело вздыхая, мягко отстранился, заглянул в мои глаза, целуя мой нос и оставляя лёгкий след влажных губ.

Обняв меня и сцепляя руки за спиной, он прошептал: — Я потерял голову, ты — единственный человек, скрашивающий моё долгое одиночество! Моей ценностью стала ты! Теперь моей задачей будет твоё исцеление! Обещаю!

У меня хлынули слёзы от такого откровения. Он добровольно предложил забрать мою боль. Утыкаясь в его шею, я разрыдалась, а он тихо поглаживал мою спину, успокаивая меня, словно своё дитя. Так, проплакавшись вволю, я успокоилась и спросила его:

— Ты покажешь мне свой дом? Я хочу посмотреть твою библиотеку! Можно?

Заглянула ему в глаза. Дастин рассмеялся над моим вопросом — то, с каким выражением это было сказано. Он нежно провёл по моей щеке, кивнул и произнёс:

— Это не обсуждается. Я с удовольствием покажу тебе и библиотеку, и свой мир, в котором существую. Завтра я отвезу тебя, а теперь тебе нужно отдохнуть!

Он отвёл меня в комнату и уложил. Я попросила его быть рядом и лечь со мной. Он не сопротивлялся и, обнимая меня, усыпил меня своим ровным дыханием, унося в царство Морфея.


Глава 7

Солнце ярко светило, заливая комнату. Лучи били в глаза, и я с трудом открыла их. Дастин уже не спал и смотрел на меня задумчиво. Он понял, что я проснулась, и сказал: «Доброе утро, Рэйчел! Надеюсь, ты выспалась? Сегодня у тебя будет насыщенный день». Он поцеловал меня в щёку. Я покраснела от нежности и сладко потянулась.

Затем мы вместе пошли на кухню. Выпив чашку кофе, я расслабилась и наслаждалась моментом. Теперь я знала, что больше не одна.

Он вышел на улицу, ожидая меня возле своего автомобиля, и дал мне время собраться. Я выбрала вязаную кофту небесно-голубого цвета с красивым узорным плетением, джинсовую юбку серого оттенка и телесные колготки. Завершив образ серым пиджаком, я обула грубые ботинки у двери. Волосы собрала в высокий хвост, открывая нежную шею, а аккуратные серьги красиво переливались в лучах яркого солнца.

Он открыл дверь, приглашая меня внутрь, и мы сели в машину. С приятными мыслями мы отправились к его дому, сгорая от нетерпения. За окном мелькали картины, словно кадры из кино: ухоженные дворы сменялись роскошными особняками, которые, казалось, соревновались друг с другом в красоте.

Подъехав к особняку, мы увидели ворота, напоминающие крылья падшего ангела. Они раскрылись перед нами, ослепляя своей красотой. Сад перед домом выглядел великолепно: аккуратно подстриженный газон, ухоженные клумбы с насыщенно-зелёными цветами и алыми розами, добавлявшими яркие акценты. Фонтан в виде ангела с золотыми крыльями держал кувшин, из которого струилась вода. Лёгкие брызги ручья усиливали впечатление.

Выйдя из машины, я не могла оторвать взгляд от представившейся картины. Особняк удивлял своей внушительностью и изяществом — камень белого цвета придавал дому Дастина девственную чистоту. Окна и двери с необычными узорами и блеском идеально сочетались между собой. А крыша цвета неба приковывала взгляд; в её центре возвышалась статуя золотого льва. Нас встретил дворецкий Остин, так он представился, сопровождая в сторону библиотеки. Дастин был спокоен, но в глазах плясали огоньки озорства, наблюдая временами за мной. Проходя зал, мраморный пол белоснежного цвета отражал солнечные лучи придавая ему блеска. Стены были обведены серебренными узорами, картины его предков в светлых тонах придавали наполненности помещения. По обе стороны лестницы стояли вазы с белыми розами на хрустальных подставках. Их изысканность привлекала внимание, и я могла любоваться ими бесконечно. Лестница сверкала, как белое золото, переливаясь в полумраке. Поднимаясь, я коснулась перил, напоминающих золотые ветви деревьев.

Остин, принеси, пожалуйста, чай в библиотеку через полчаса, — спокойно попросил Дастин. Поднявшись на второй этаж, он открыл дверь библиотеки и пропустил меня внутрь. Дворецкий коротко кивнул и тут же удалился, чтобы не мешать нашему разговору. Я смотрела на книги, уходящие вдаль, теряясь в полумраке. Только солнечные лучи освещали библиотеку. Огромные стеллажи тянулись бесконечно, а лестница из чёрного дерева казалась вечной. Дастин включил свет, чтобы осветить мне путь, и подошёл, ведя к столу, где я могла присесть и поговорить.

— Рейчел, есть ли у вас какие-то предпочтения или вам нужны определённые книги? Я покажу вам, где они находятся! А сейчас присядем и попьём чай: за беседой время пролетает незаметно, особенно в компании интересных людей, — произнёс он, разглядывая мои черты лица, словно картину.Я, опустив взгляд и пряча смущение, улыбнулась.— Дастин, у вас чудесный дом, а персонал очень вежлив. Это неудивительно: рядом со мной достойный человек. Я ни разу в этом не усомнилась. — Отвечая ему, я продолжила: — У вас потрясающая коллекция книг!

— Я буду признателен, если ваши визиты ко мне участятся. Ваше присутствие здесь скрасит моё время! — признался Дастин, показывая свои намерения.