Багряная сеть

— Кто идёт? — крикнул он сверху.

— Свои, — рявкнул Ривен, не поворачивая головы. — Отряд Аэлин.

Дозорный помолчал, всматриваясь в лодку. Потом его взгляд опустился на связанных пленников.

— С добычей?

— А ты как думал?

В голосе Ривена мелькнула грубая усмешка. Но привычного отклика не последовало. Только ветер прошёлся между блоками и заставил фонарь над дозорным опасно качнуться.

Лодка вошла в лабиринт внешних платформ. Запах изменился: соль и сырость оставались прежними, но теперь к ним примешивались смола, старая рыба, мокрое дерево, ржавчина и едва уловимый дым погасших жаровен. Днём Тейра пахла потом, железом и жизнью. Ночью — усталостью.

По обе стороны тянулись узкие проходы. К сваям были привязаны сети, под навесами громоздились бочки, снасти и перевёрнутые лодки. Над водой провисали канаты и шаткие мостки. Редкие фонари в железных клетках выхватывали из темноты мокрые доски, острые тени, ржавые края пластин и закрытые ставни узких окон.

Людей почти не было. Так даже лучше: меньше вопросов, меньше жадных взглядов, которые сразу начинают считать чужую добычу и прибыль. Лодка скользнула мимо высокой платформы, где под навесом висели сети. У внутреннего причала их уже ждали.

Платформа была шире остальных, укреплённая балками и металлическими пластинами по краю. Здесь швартовались боевые лодки, выгружали добычу, приводили пленников. Два высоких фонаря горели ярче прочих, и их свет ложился на мокрый настил дрожащими жёлтыми пятнами. У причала стояли четверо: люди Аэлин, которых предупредили заранее. Они не переговаривались и не задавали лишних вопросов. Только смотрели на приближающуюся лодку, на оружие в руках тейранцев и на связанных чужаков. Ривен заглушил мотор. Лодка прошла по инерции ещё немного и глухо ударилась о край платформы.

Сол бросил канат. Один из встречавших подхватил его, притянул судно ближе и закрепил за железное кольцо. Ривен первым перепрыгнул на настил, быстро проверил проход и только после этого махнул остальным.

Аэлин сошла на платформу легко, привычно, будто не было за спиной долгой дороги, боя, ветра и солёной усталости в костях. Доски под ногами прогнулись, качнулись, отозвались знакомым движением. Здесь всё было жёстким, неудобным, пропахшим железом и солью. Но это был её город.

За спиной начали поднимать пленников. Воительницу вытолкнули первой. Она ступила на настил скованно, словно платформа казалась ей ненадёжной. Но удержалась. Даже головы не опустила. Аэлин отметила это про себя. Хорошо. Сломанных она не уважала.

Темноволосого вывели следом. Он поднял взгляд — сначала на мокрые доски под ногами, потом на переходы, связанные платформы, многоярусные блоки с узкими окнами, мачты, лестницы и канаты, свисающие над водой. Страха на его лице не было. Он не дёргался, не пытался вырваться, не озирался в поисках ближайшей щели между охраной. Глаза его светились от восхищения.