Условно-досрочное бессмертие 2. Женщина без возраста

И очень хорошо, что продержали его не дольше минимально допустимого срока. Нет, Лада не заподозрила своего добрейшего начальника в противоестественном желании облегчить своей не самой любимой сотруднице жизнь, но мальчик, шатающийся по этажам, отвлекал такую кучу народа, что спустя непродолжительное время аэр Додвин начал испытывать при взгляде на него ощутимое раздражением.

Вторым стал гороподобный и смуглокожий житель Хиеро-Хал. Изначальным набором знаний он обладал примерно таким же, как и красавчик Ло, но не в пример ему был старательным, хотя в дубовую голову парня новые знания проникали с ощутимым трудом. Зато никогда не отказывался сбегать своей начальнице за дополнительной чашкой чая, разложить и рассортировать папки на стеллажах и спуститься в архив за потребными ей документами. Так что кое-какая польза от него всё же была и Шаер Оле Такх задержался в Циунеле надолго, и расстались они почти друзьями. По крайней мере, уходя, Оле пообещал навестить её когда опять окажется в Циунеле и ни в коем случае не с пустыми руками.

Третий, четвёртый и пятый практиканты оказались настолько похожими на Ло, что даже имена их вскорости выветривались из её головы. Разве что не такими наглыми – уходить в самоволку во время рабочего дня никто из них не решался. Зато в Ладин полуподвальчик зачастили разномастные девицы, привлечённые симпатичными мордашками новых молодых людей. Мешали – ужас как! Так что промежутки между практикантами воспринимались Ладой почти как полноценный отпуск. Счастья своего она не знала, когда работала в полном одиночестве и никому особенно не была интересна. Ах да, появился ещё один аспект её существования, ранее никак не затрагивавший её жизнь – некоторые из практикантов пытались строить Ладе глазки, а то и поухаживать – явно в надежде на какие-нибудь поблажки. И это было ещё неприятнее, чем всё предыдущее.

А вот в командировки, которые у Лады, как у инженера третьего ранга случались довольно часто, никаких практикантов она с собой не брала. По этому поводу дорогой начальничек то и дело приниматься мельтишить по её кабинету, кричать: "Уволю!" и грозить кулаком в небо, на что Лада безразлично пожимала плечами, спокойно соглашалась: "Увольняйте" и продолжала работать в прежнем режиме, не меняя однажды принятого решения.

На то было ровно две причины: и одна из них была серьёзной, а вторая личной. Прогляд, который ей был совершенно не нужен, но который Лада исправно получала, и каждый раз приходилось его доставать, чтобы заказчики и случайные зрители видели: мастер работает. Однако на глазах хоть что-то понимающего наблюдателя она такой театр устраивать не решилась бы. Ну и потом, путешествия – это удовольствие, которое она только-только распробовала и наблюдать болтающийся на ближайшей от себя орбите балласт было бы неприятно.

Свой кабинет Лада покидала, едва только начинался обеденный перерыв. Давно уже прошли те времена, когда он служил ей уединённым убежищем, теперь там временами обитали практиканты да и коллеги, бывало, спешили подкинуть какую-нибудь интересную задачку, из тех, которые самим оказались не по зубам. И не все они обладали предусмотрительностью аэра Хатнина, чтобы принести коллеге чего-нибудь пожевать, а времена полного отсутствия аппетита у неё уже давно прошли – теперь ей всё чаще и всё больше хотелось есть. Вот, даже домой чайничек пришлось приобрести, чтобы утром, до ухода на работу иметь возможность чего-нибудь съесть и запить чем-нибудь горячим. А ведь раньше, помнится, даже мысли о еде по утрам вызывали у неё отвращение. Что самое интересное, вместо того, чтобы хоть немного поправиться, она ещё больше похудела, настолько, что даже лхесы в переделку пришлось отдавать, а то сидеть они на ней стали хуже, чем на вешалке. Впрочем, аэри Ошшо никогда не отказывалась от того, чтобы заработать ещё немного монет, ни на шитье, так на перекройке.

Она поздоровалась с улыбчивым толстячком с третьего этажа и, в очередной раз задумавшись, не заметила, как ей кивнула степенная дама из расчётчиков. Только сегодня утром сообщили, что заканчивается срок обучения у очередной её практикантки и это была не очень хорошая новость. Девочка была неплоха, аккуратная, старательная, а что теория построений ей давалась очень тяжело, так она почему-то у всех местных вызывает затруднения.

В ларьке на площади, которые там устанавливали ровно к началу обеденного перерыва у служащих и убирались сразу после, Лада взяла пару чашек с бульоном и стопку тонких сухих хлебцев, которые строго говоря, хлебом не были, а являли собой сушёные крылья пестролёток. И вообще бы больше не стоило интересоваться тем, из чего здесь готовят те или иные кушанья – для целостности нервной системы вредно. Но на вкус и то и другое было очень даже ничего, а главное, разительно отличалось от ассортимента «Сладкой парочки», который они с Йолой перепробовали вдоль и поперёк. А сегодня была как раз её очередь придумывать, чем им перекусить.

Теперь следовало свернуть в одну из боковых улочек, где ближе всего к центру подбираются пруды и, соответственно, улицы особенно пустынны, и прибавить шаг, уже не опасаясь, что какой-нибудь торопыга с разгона врежется в неё. Всё же жители Циунеля, в этом плане, поразительно невнимательны.

До пруда она не дошла совсем чуть-чуть. Сильный удар по ногам - и как это ещё кости целы остались - и Лада летит в воду, её чашки с бульоном с грохотом падают на мостовую, подскакивают, снова со звоном разбившегося стекла падают, хлебцы с тихим шорохом рассыпаются по булыжникам. На шум, грохот и плеск оборачиваются люди и кто-то уже спешит на помощь, а Лада встаёт на ноги, воды здесь оказалось почему-то чуть выше чем по пояс, не столько испуганная, сколько промокшая и растерянная. Ветерок, который на берегу казался лёгким и исчезающе незначительным, здесь моментально стал промозглым.

- Если это чья-то шутка, то довольно дурацкая, - проворчала Лада, впрочем, проворчала достаточно громко, чтобы оставшиеся на берегу имели возможность ознакомиться с её мнением.

И побрела к берегу до которого, казалось бы, было всего несколько шагов, но дно у пруда оказалось крутым и скользким, а обитавшие в нем толстые рыбины окружили Ладу, прихватывая ее то за полы одежд, то за пальцы и ей приходилось даже не столько разгонять, сколько распихивать их. Кто-то судорожно вздохнул, кто-то восторженно ахнул, таращась на неё, как на укротительницу тигров в цирке, кто-то догадался подать руку, чтобы помочь выбраться на набережную, какая-то девица пронзительно завизжала, и все пришло в движение. Все зашевелились, принялись говорить, восклицать и спрашивать одновременно, на плечах у Лады появилась теплая мягкая ткань, а пара стражников, они всегда ходят парами, выросла как из-под земли. Они мягко, но настойчиво повлекли её в сторону повозки, принадлежащей управлению правопорядка, а ещё две пары их коллег принялись опрашивать свидетелей происшествия. Все это, как показалось Ладе, было несколько избыточным: падение в воду - происшествие неприятное, но не стоит оно таких криков и суеты.

От визита в участок Лада пыталась отвертеться, но суровые и сосредоточенные стражи правопорядка на ее слабые возражения не обратили внимания. Зато её начала бить запоздалая дрожь. От чего? Не от страха же, не так уж она и испугалась, хотя падение было, конечно, неожиданным. И не от холода - хотя ткань, в которую она завернулась, уже тоже промокла, в машине было достаточно тепло.

До места добрались сравнительно быстро – Лада даже окончательно прийти в себя не успела. И опять-таки, её подспудные ожидания не оправдались - на полицейский участок её родного мира это строение ничуть не напоминало. Начать с того, что стены были выстроены между пятью оштами, которые, кажется и составляли его основу. Крыша – стеклянный купол, с десяток столов, за которыми вёлся приём посетителей и возле одного, не услышать даже примерно, что говорится около другого. Такая специальная магия? Ах да, ещё и несколько спусков на подземный этаж, где, по-видимому, и проходит вся основная работа.

- Вот, посидите, пожалуйста, здесь.

Её усадили на стул для посетителей за свободным столом и оставили в одиночестве, но ненадолго. Как и откуда взялась аэри Вин Кора Трая Лада не заметила, зато тот момент, когда к ней подскочил один из тех молоденьких стражей порядков, что сопровождали её в управу и принялся что-то экспрессивно объяснять, Лада уловила. По лицу аэри дознавательницы пробежали тени эмоций: сначала терпеливая скука, затем удивлённое недоумение и под конец покорность судьбе. Это что ж такое необыкновенное ей там докладывают?!

- Доброго вам дня, аэри Ладияра, - сказала она присаживаясь за стол по другую его сторону и тут же добавила: - А день, в который мы не умерли, несомненно добрый.

- Интересная точка зрения, - Лада улыбнулась и от уголков её глаз разбежались лучики, уже почти стёршиеся за время проживания в Циунеле.

- Я буду следователем по вашему делу.

Лада ощутила мгновенный приступ усталости. Господи, ну какое ещё дело?! Дурацкое происшествие, которое едва-едва тянет на несчастный случай. Но, тем не менее, кивнула, давая понять, что всё поняла, да и не спорить же со стражами порядка, когда они, исполняя свой долг, намереваются тебя же и защищать.

- Личные враги у вас есть? - строго посмотрела на нее аэри Кора.

- Враги? Пожалуй, нет. У меня есть недоброжелатели, а точнее недоброжелательницы, которым я не нравлюсь.

- А поименно можно?

- Аэри Лол Трида Рос, она при старшем казначее главной помощницей числится. Дзо Киа Фиа - её ближайшая подружка и Итар Вари Нан, но с той в последнее время вроде бы отношения наладились, - дисциплинированно перечислила она всех, целенаправленно доставлявших её какие-либо неприятности. Ерунда, конечно, всё это, но пусть видят, что она добровольно идёт на контакт со следствием. - Да и вообще, меня в муниципалитете, где я числюсь на службе, не слишком любят.

- И есть причина? - остро глянула на неё аэри дознавательница.

- А как же, - покладисто покивала Лада. – Я приезжая из Баргайи, а у вас таких любить не принято.

- Приезжих вообще никаких не любят, а баргайи, пока толком не освоятся, совершенно беззащитны – удобный объект для издевательств для неумной молодёжи. Но не до такой же степени, чтобы покушаться на жизнь!

- Да бросьте, - отмахнулась Лада. – Разве от небольшого купания кто-нибудь когда-нибудь умирал? Или хотя бы покалечился? Максимум, что можно, это простуду подхватить. По-моему, как раз на мелкую гадость и тянет.

- Так вы не знаете! – ахнула аэри Кори.

Разговоры, и без того тихие и ненавязчивые, смолкли, а лица присутствующих, все до одного повернулись к ним.

- О чём? – Лада вопросительно склонила голову. Благодаря одеялу она согрелась и только мокрая одежда доставляла некоторое неудобство, впрочем, вполне терпимое.

- Обычно от тех, кто попадает в пруд, меньше чем за минуту не остаётся даже костей.

- Ужас какой! – Лада поплотнее закуталась в одеяло. – Эти ваши рыбы, они прямо пираньи какие-то.

- Аэри, вы и правда думаете, что обыкновенные животные?!

- Нет? Не обыкновенные? Магические?

- Вообще не животные. Это материальное воплощение теневой сущности каждого жителя города. Своевольное хранилище магической силы и волшебный помощник каждого мага. Это в том случае, если из множества одинаковых, удаётся найти и выбрать своего. Но это редко бывает, потому как остальные очень нетерпимы к чужакам.

- В это трудно поверить, - отозвалась Лада.

Нет, не в то, что ясноглазые рыбины оказались чем-то сложно-магическим, - к тому, что в этом мире всё может оказаться совсем не тем, чем выглядит на первый взгляд, Лада уже привыкла - вызывало сомнение, что они такие уж жестокие. Причём недоверие имело под собой весьма основательный фундамент – её собственный жизненный опыт.

- Я, наверное, плохо объясняю, - вздохнула аэри Кора. – За высокой теорией вы лучше в Храм сходите, там же заодно пусть попробуют объяснить, почему вы не пострадали даже в малом. Но можете смело верить мне в другом: это было действительно серьёзное покушение на вашу жизнь, в связи с чем я ещё раз задаю вам вопрос: «Есть ли у вас враги?».

Лада задумалась всерьёз. Не сказать, чтобы по минутам, но довольно подробно перебрала всю свою жизнь от момента появления в Циунеле до дня сегодняшнего и не обнаружила ничего такого, за что ей можно было мстить или какую выгоду можно получить от её смерти.

- Нет, - она покачала головой, на которой подсохшие пряди распушились и принялись свиваться в колечки. – Ничего подходящего не припомню. Я скорее склонна считать, что всё это какая-то нелепая случайность.

- И это мы тоже проверим, - упрямо склонила голову аэри Кора. - Не откажетесь от обследования?

Лада, которую всё это уже давно успело основательно утомить, вздохнула и не отказалась. И даже документ соответствующий подписала, о том, что дозволяет и не возражает, и прочее-прочее. И даже в подземную часть, которая оказалась во много раз больше надземной прошла без возражений, а от мокрой одежды, которая, оказывается, могла помешать, избавилась даже с удовольствием. И только после того, как в отведённую для обследования комнату вошла женщина с характерными повадками целительницы, поняла, что из этого мог бы получиться очень неловкий момент. Но не получился. Ну и слава богу.

Больше всего обследование напоминало массаж, который осуществлялся не на самом теле, а на некотором расстоянии от него – примерно в паре сантиметров над поверхностью кожи. Ни одного, даже самого легчайшего прикосновения, но проводившиеся над ней манипуляции, тем не менее, Лада ощущала как нечто материальное.

- Ты как?! – под дверью нетерпеливо подпрыгивала Йола, до которой уже дошли слухи. Ну а как же? Не дождавшись Ладу в положенный час, она пошла навстречу, добралась до площади, а уж там ей в красках расписали, что да как.

- Промокла, - коротко ответила Лада.

- Ага, значит, пошли чай пить, - Йола решительно кивнула и ухватив её под локоть, потащила-поволокла в свою лавочку, не слушая возражений. То есть, её пробивной силы хватило на то, чтобы уболтать стражей порядка доставить обеих к её порогу. Потому что, уважаемые аэро, судите сами, у пострадавшей шок и нервное потрясение, она промокла и вот-вот начнёт простывать, куда ей ещё по улицам до дома тащиться? В общем, помогите люди добрые! И у людей добрых не хватило не то жестокосердия, не то твёрдости характера, чтобы ей отказать.

Как оказалось, в Волшебных Вещах можно найти не только сами вещи, но и совершенно чудесные напитки. И смену одежды, и необыкновенной пушистости плед и мягкое удобное кресло, в которое можно было забраться с ногами и потягивать горячий напиток, в котором явственно различались цитрусовые нотки и бодрящая терпкость луговых трав.

- Ну и как ты, после этого всего?

Закончив суетиться, Йола замедлилась, замерла и, вперив в подругу испытующий взгляд, сочувственно задрала бровки. Она пристроилась на прилавке и внимательно провожала взглядом каждый благословенный глоток.

- Очень вкусно. – Лада с некоторой неохотой оторвалась от кружки. - Из чего это сделано?

- Щепотка того, щепотка сего, как рука захватила. Но ты действительно так спокойна или просто отлично держишь себя в руках?

- Да я действительно не могу до конца поверить, что мне грозила какая-то реальная опасность и что эти ваши рыбы такие уж хищные и беспощадные существа, - в который уже раз за сегодняшний день повторила Лада.

- И тебя даже не насторожило то, что коренные Циунельцы предпочитают не селиться рядом с прудами и даже, проходя мимо, сторонятся?

Строго говоря, это касалось далеко не всех. Те, кто как и Йола успел пожить достаточно и набраться ума, не испытывали такого уж сильного душевного трепета от близкого присутствия теневых сущностей. Хотя их потенциальную опасность сознавали. Конечно. Ну, так, а что в этой жизни полностью безопасно?

- Да ничуточки! – тряхнула ещё не просохшими окончательно волосами Лада. - Сама-то я как раз люблю уединение прудов и часто, особенно когда жила в муниципальном доме, почти каждый вечер ходила общаться с природой. И мне в голову не приходило, что эти ваши рыбы какие-то очень особенные, по крайней мере, крошки они хватали совсем как настоящие.

- Ах, так ты ещё их и подкармливала! – воскликнула Йола и надолго замолчала.

Вообще-то Сумеречные в материальной пище особенно не нуждаются, хотя иногда её и потребляют, им больше нужна особого состава вода, за равномерным поступлением которой, кстати, и следят Облачные Инспектора. И нет, обыватели неправы, эти рыбы вовсе не злые и не хищные, просто очень тонко чувствуют чистоту намерений и категорически не приемлют корыстный интерес, вплоть до впадения в боевое безумие. Так почему же они не тронули Ладу и, как утверждают некоторые очевидцы, даже выражали некоторую приязнь? Потому, что с её стороны действительно не было ни грамма фальши. Ей было одиноко и она «общаясь с природой» не искала для себя никакой выгоды.

- Так что они такое, можешь объяснить? – Лада почувствовала, что окончательно перестала что-то понимать.

- Могу. Хотя довольно странно объяснять вещи общеизвестные.

- А в далёкой-предалёкой Баргалии, - с некоторой иронией заявила Лада, - всё совсем не так и многое даже не похоже.

Насмешливый тон, которым переселенка упоминала свою гипотетическую родину, не остался незамеченным, и Йола про себя отметила, что похоже, процесс вживления в новую реальность проходит успешно.

- Собственно, - собравшись с мыслями начала Йола, - обитатели наших прудов не животные и даже к живым существам их можно отнести их с натяжкой. Они наша часть. То есть в прямом смысле, у каждого жителя этого города есть своя рыба, которая является частью его самого. Хранителем памяти о далёких событиях, которые иначе просто забылись бы и источником магии.

- Это зачем-то очень нужно? Я имею ввиду не магию, с этим как раз всё более-менее понятно, а вот на кой вам отдельное вместилище для памяти?

- Потому что вот тут, - Йола постучала тонким розовым ноготком по собственному лбу, - всё не помещается. Потому что долгая жизнь – это множество воспоминаний, которые постепенно переплавляются в опыт, который, конечно ценен сам по себе, но наша память содержит и истинные сокровища, которые не следует терять ни за что и никогда. События, встречи, лица – всё это не должно сплавиться в единый ком.

- И всё это помещается в … рыбу? – она не хотела произносить это иронически, само так получилось.

- Второе Я. Существо из тени, которое приходится вытаскивать на этот свет, чтобы иметь возможность пользоваться и памятью, и магией. Но дневное Я и сумеречное не стоит сводить и сталкивать. Чревато. Поэтому их разместили пусть и в этом мире, но в иной среде, в жидкости. А кто приспособлен к жизни в воде лучше рыб?

- Звучит логично, хотя и всё равно немного шизофренически.

- Погоди, вот выйдет на свет твоя собственная сумеречная личность, увидишь, какое это полезное существо, - нечаянно проговорилась Йола и даже не заметила этого. Впрочем, Лада, понятия не имевшая о том, что у местных жителей сумеречная личность добирается в явь примерно к тому времени, как ребёнок перестаёт ползать и начинает ходить, тоже этого не заметила.

- Существо? Какое же это существо, если это часть твоей собственной личности?

- Всё-таки не совсем. Оно до некоторой степени автономно и даже имеет свои собственные устремления, впрочем, отличающиеся от человеческих настолько, что практически с ними не пересекаются. В общем, не мешают.

- Ты удивишься, но меня всё больше и больше подмывает, отправиться на берег пруда и ещё раз подивиться на этих чудесных созданий. Надо же, я ведь действительно считала их просто несколько более умными и общительными животными.

- И продолжай так считать, - посоветовала Йола неожиданное. - Тебе так проще, вреда от этого никакого, вон, даже попытка убить тебя никакого ущерба не причинила, но то, что я о них рассказывала, всё же помни.

- Как это никакого вреда?! – возмутилась Лада, решив покончить с серьёзными разговорами и перейти к лёгкому, доставляющему обеим подругам удовольствие, трёпу. – Я ведь не просто не пообедала, а потеряла то, что уже держала в руках и считала своим. Ну, или нашим. Там и на тебя тоже было.

- Кошмар! – Йола предсказуемо, в притворном ужасе прижала ладони к щекам. – Чем же тебя утешить?!

- Да уж утешь, чем-нибудь. А то чай – это хорошо, но мало.

- А у меня-то как раз ничего съестного и нет, - развела ладошками Йола.

- Как такое может быть?

Лада действительно недоумевала. Ладно, даже если отбросить ассоциации из родного мира, где держать запас еды у себя дома считалось естественным и нормальным, но и местные жители этим не пренебрегали, даже если предпочитали питаться по ресторанам и кафешкам.

- Да очень просто: печеньки закончились как раз накануне ночью, очень хорошо пошли под новую книжку – кстати, потом дам почитать, тебе тоже должно понравиться, а дома я не готовлю. Кухонная магия не слишком хорошо сочетается со всем этим, - и она широким жестом обвела внутренность своей лавки, в которой чего только не было.

- О, это я могу понять. Тогда пошли куда-нибудь? У меня как раз волосы досохли.

- Тогда в «Приют усталого путника». Как раз и вторую свою потребность удовлетворишь – он как раз посреди пруда находится и рыбы, насколько я помню, там живут. А если кто спросит, что ты там делала, ну вдруг особо любопытные личности сыщутся, скажи: стресс снимала.

«Приют усталого путника» Ладе понравился – тихо, красиво, вода вокруг. Жаль только на виду всё и в воду булочку (или что тут вместо неё) не раскрошишь. В свете того, что ей только что поведали два весьма компетентных источника, подобное поведение вызовет у местных жителей культурный шок.

Гильдия Ступающих Мягко одна из немногих которые не просто допускают, но даже поощряют двойное членство. Слишком часто приходится в ходе расследования привлекать специалистов с очень разными умениями, а мастеров, прошедших обучение в нескольких гильдиях им надолго не удержать. И, как правило, все ученики официально в состав гильдии не входят, ни в каких списках не значатся и выполняют работу агента под прикрытием и соглядатая.

У внедрённых агентов, даже таких, основная задача которых является наблюдение за общей обстановкой, на не самом важном объекте, жизнь не слишком простая. Приходится врать и недоговаривать людям, которых хотелось бы счесть друзьями, притворяться тем, кем ты давно уже не являешься, отзываться на чужое имя. Последнее было крайне неприятно, но приходилось терпеть. Она давно уже не была Итар Вари Нан, теперь эту девушку звали Вари Нан Иера, но об этом, кроме неё самой, знало всего несколько человек.

А кроме того, эта новая девушка была вечноголодной ибо из-за двойной нагрузки толком не успевала поесть. Вот и сейчас она спешно откусывала на ходу от чего-то зажаристого, купленного по пути, и грозившего закончиться слишком рано. Аэри Кори с первого взгляда оценила ситуацию и, вместо того, чтобы отправиться гулять по пустынным аллеям парка среди самых старых оштов Циунеля – место достаточно пустынное, чтобы у их встречи не оказалось свидетелей, кивнула в сторону ближайшей забегаловки.

- Спасибо, - благодарно кивнула аэри Нан. – Есть хочу … вы не представляете как!

- Отчего ж, представляю, - ухмыльнулась аэри Кори. – И могу тебя обнадёжить, это чувство ещё не раз к тебе вернётся даже после того, как ты станешь полноценным мастером нашей гильдии.

Аэри Нан только застонала. Однако в сторону ближайшей кафешки засеменила довольно шустро и на ужин себе набрала столько, словно бы была не хрупкой девушкой-библиотекаршей, а здоровенным мужчиной, весь день проработавшим на лесоповале. Не то, чтобы у неё были шансы всё это съесть, просто остановиться с голодухи было сложно. Аэри Кори ограничилась каким-то сложносоставным чем. Но едва они, обменявшись несколькими нейтральными фразами, уселись за столик, а соседи перестали обращать на них даже то небольшое внимание, которого удостоили поначалу, на столешнице появилась плоская серая коробочка «глушилки».

- Итак, есть у тебя предположения, ради кого я тебя так спешно вызвала?

Можно было бы сказать и сразу, но аэри Кори не забывала о своих обязанностях наставницы и не упускала ни малейшей возможности, чтобы устроить наглядный урок.

- Если речь не идёт о новенькой, Ялле, или ком-нибудь из руководства, то, скорее всего дело в аэри Ладияре. Вокруг неё вечно какие-то странные истории происходят, включая и последнюю, о которой вы не могли не слышать.

- А почему, скажем не аэри Трида? – аэри Кори склонила голову и хитро прищурилась.

Аэри Нан сунула в рот кусочек мяса, прожевала его, давая себе время на размышление, коротко пожала плечами и ответила:

- Маловероятно. У Триды, конечно не самый лучший нрав в Циунеле, но сомнительно, что бы ей удалось совершить что-то настолько сомнительное, чтобы привлечь внимание Ступающих Мягко. Хотя уже то, что вы знаете её по имени…