Дымная земля

— Согласно последним рекомендациям, гражданам категорически не рекомендуется собираться в группы более трёх человек без предварительной регистрации. Это сделано для вашей же безопасности. Помните: мы заботимся о каждом. Мы не оставляем никого без внимания. Мы — держатели. Мы — ваша опора. Мы — ваш свет, даже когда вокруг темно.

И в этой фразе, «ваш свет, даже когда вокруг темно», было столько силы и одновременно столько невысказанной правды. Свет, который они предлагали, был не настоящим. Он был отражением — вечным, серым, нерушимым. Но люди верили. Потому что им не с чем было сравнить.

---

Штаб-квартира Приморского. Уровень В-3. Ночь.

В подвальном помещении бывшего портового склада горел свет. Десять человек сидели за длинным столом — кто-то в форме, кто-то в гражданском, но всех их объединял один взгляд: холодный, цепкий, привыкший к цифрам и сводкам. С четким пониманием сути происходящего.

На экранах вещателей диктор безмолвно шевелил губами, так как звук был отключен.

Во главе стола — Старший. Единственный, у кого на груди была нашивка с тремя полосами. Остальные молчали, пока он медленно обводил их взглядом.

СТАРШИЙ:

— Докладывайте. Кто первый?

ВТОРОЙ (позывной «Вестник»):

— Южный блокпост. Задержали женщину, утверждает, что видела просвет в дыму. Трое суток назад. Проверку прошла?

СТАРШИЙ:

— Прошла. Но мы её не отпустим. Она опасна — не для нас, для других. Если она начнёт говорить, что видела свет и то, что "там тоже есть люди" это подорвёт «Инфраструктуру веры». Отправим на переподготовку.

ВЕСТНИК:

— Есть.

ТРЕТИЙ (позывной «Колокол»):

— Старший, у нас проблема на севере. Водокачка. Юродивый.

СТАРШИЙ:

— Юродивый? Это тот, кто чинит водокачку и смотрит вверх?

КОЛОКОЛ:

— Да. Его зовут Вячислав. В народе — Слава. Он не опасен, но он заражает. С ним начала общаться санитарка из госпиталя — Лада. Она уже дважды была у него. Её родители работают на заводе. Она сама — с хорошей репутацией.

СТАРШИЙ:

— И что она у него нашла?

КОЛОКОЛ:

— Не знаю. Но вчера на проверке она стояла и смотрела вверх. Дольше, чем положено.

Пауза. Старший медленно постучал пальцем по столу.

СТАРШИЙ:

— Смотри вверх — значит, ищешь что-то, чего нет. Это недопустимо. Какие варианты?

ЧЕТВЁРТЫЙ (позывной «Мера»):

— Мы можем снять её с должности. Отправить на окраину. Или просто сделать так, чтобы она перестала видеть юродивого. Но есть нюанс — если мы уберём её, она станет мученицей. А мученики растят последователей.

СТАРШИЙ:

— Тогда оставь её. Но сделай так, чтобы она сама поняла: её выбор опасен. Ей нужно понять, что за линией нет людей. Есть только смерды, и они хотят нас уничтожить. Если она продолжит верить — она станет угрозой. Пусть поймет цену своего выбора.

ПЯТЫЙ (позывной «Печать»):

— Старший, её отец… Он тоже когда-то смотрел вверх. Он перестал. Можно использовать это. Напомнить ему, чем заканчивается непослушание. Он поговорит с ней.

СТАРШИЙ:

— Хорошо. Используй отца. Надави посильнее — пусть она сломаеться, нам не нужен скандал. Мы ломаем, мы корректируем. Мы — держатели. Мы — опора. Мы — свет.

ВТОРОЙ (Вестник):

— А что с юродивым? Он же сеет правду о небе.

СТАРШИЙ:

— Он сеет не правду, он сеет «нестабильность». Правда — это то, что подтверждено. А то, что он говорит, не подтверждено. Мы не будем его трогать — он слишком заметный. Если он исчезнет, люди начнут спрашивать. Лучше дать ему говорить. Пока он говорит — он уязвим. Мы просто будем делать вид, что его не существует. Рано или поздно он устанет. А если не устанет — мы всегда сможем показать, что он ошибается.

ТРЕТИЙ (Колокол):

— Он не устанет, Старший. Он верит. По-настоящему.

СТАРШИЙ:

— Вера без подтверждения — это иллюзия. А иллюзия рано или поздно исчезает. Мы — держатели. Мы строим порядок. Мы не позволяем иллюзиям управлять людьми. Мы — их опора. Продолжайте наблюдение.

---

---

Лада увидела его издалека — он шёл вдоль ржавых кранов, опустив голову, но не смотря под ноги. Он смотрел вперёд, туда, где серая мгла сливалась с землёй. Она почти бежала, чтобы догнать его, и когда поравнялась, он даже не удивился. Будто знал, что она придёт.

— Ты всегда так быстро ходишь? — спросила она, переводя дыхание.

— Только когда есть куда идти, — ответил он, не сбавляя шага.

— А куда ты идёшь?

— К тому, что помню.

Она не стала переспрашивать. Она просто пошла рядом.

— Я вчера смотрела вверх, — сказала она. — Долго. Знаешь, там ничего нет. Только дым.

Он остановился. Повернулся к ней, и его глаза — те самые, с тихим светом — встретились с её взглядом.

— Ты смотрела в дым, Лада. Ты не смотрела сквозь него. Ты смотрела в то, что тебе показали.

— А что там, сквозь него?

Он сделал паузу. Рядом прошла женщина с ребёнком, бросив на них короткий взгляд — холодный, осуждающий. Слава не обратил на это внимания.

— Синее, — сказал он. — Бесконечное. Такое, что невозможно описать словами. Там есть солнце — не серый шар, а живое. Оно греет, даже когда ты не видишь его.

— И там есть люди? — спросила она почти шёпотом.

— Я верю, что есть, — ответил он. — Я не знаю, какие они. Но они есть. Они дышат тем же воздухом, только чистым. Они смотрят вверх и видят свет.

Она кивнула. Где-то за их спинами послышался смех — двое парней, которые, проходя мимо, переглянулись и покачали головами.

— Юродивый, — услышала она шёпот.

Слава усмехнулся, но в этой усмешке не было обиды.

— Они бояться не меня, — сказал он. — Они боятся того, что я вижу. Потому что если я прав, то их мир — ложь.

— А если ты ошибаешься?

Он повернулся к ней и улыбнулся — той улыбкой, которую она видела в первый раз.

— Тогда я просто прожил жизнь, глядя вверх. А они — глядя вниз. Я знаю, что выбрал бы снова.

Они пошли дальше — двое, идущих по серому городу, не обращая внимания на взгляды, которые прожигали их спины. И в этом движении было что-то такое, что не поддавалось объяснению. Что-то, что рождалось не из слов, а из самого факта их присутствия.

---

Лада шла домой медленно. Внутри неё ещё звучал голос Славы — его слова о синем небе, о солнце, о людях за дымом. Они грели её, как редкий луч в серой мгле. Она почти улыбалась, когда подходила к дому.

Но у дверей она замерла.

Из приоткрытой двери доносились голоса. Не голоса родителей — те были тихими, почти беззвучными. А чужой голос — ровный, холодный, без единой ноты сомнения.

Она вошла. На кухне сидели двое. Один — в форме, с нашивкой, которую она видела только на площадях. Другой — в гражданском, но с той же выправкой, тем же взглядом. Они пили чай из кружек, которые мать поставила перед ними, и вели разговор, словно говорили о погоде.

— Ваша дочь, — сказал тот, что в форме, повернувшись к Ладе, — она общается с юродивым. Это известно.

Мать побледнела. Отец сжал пальцы, но промолчал.

— Мы не запрещаем ей дружить, — продолжал Куратор. — Но мы обязаны напомнить: дружба с теми, кто не принимает правила, может привести к последствиям. Вашей семье, — он посмотрел на отца, — мы не хотим проблем.

Лада шагнула вперёд.

— Это я общаюсь с ним. Я хочу знать, что там, за дымом. Я хочу знать, есть ли там свет, есть ли там люди.

Куратор поставил кружку на стол. Медленно, аккуратно.

— Ты хочешь знать, что там, за дымом? — переспросил он. — Мы скажем тебе. Там нет света. Там нет людей. Есть смерды, которые хотят уничтожить нашу нацию. И если ты продолжишь верить в их существование — ты станешь угрозой. А угрозы мы убираем. Быстро. Без лишнего шума.

Отец поднял голову.

— Она просто девочка, — сказал он сдавленно. — Она не понимает…

— Она уже не девочка, — перебил Куратор. — Она сделала свой выбор. Теперь она должна понять, что за выбором всегда следуют последствия. — Он поднялся, кивнул своему спутнику, и они направились к двери. Но у порога он обернулся:

— У вас трое суток, чтобы убедить её одуматься. Если она продолжит верить в сказки о небе и людях за дымом — мы будем действовать иначе.

Дверь закрылась. На кухне повисла тишина, такая густая, что её можно было резать ножом. Лада посмотрела на отца. В его глазах была усталость, смешанная с отчаянием. И она поняла: он боится. Не за себя — за неё.

— Я не откажусь от него, — тихо сказала она. — Я не буду молчать.

Отец долго смотрел на неё. Потом встал и вышел из комнаты, не сказав ни слова.

Ни слова не говоря, Лада развернулась и вышла из дому. Ей нужно было переосмыслить происходящее — ведь не просто так Кураторы пришли в их дом. Зачем? Чтобы показать силу? Чтобы запугать? Или чтобы она сама сделала выбор, который они так ждали?

Она шла медленно, но без остановки. Город дышал дымом, как всегда. Прохожих было мало — лишь возле вещателей собирались небольшие группы горожан, застывшие с поднятыми головами, ожидающие вечерних сводок. Голос из динамиков был ровным, гладким, но сегодня он звучал как насмешка.

Пройдя около двух кварталов, Лада вдруг поняла: она одна. Прохожие исчезли несколько минут назад. Улица была пуста — только серые дома, серый асфальт и дым, стелющийся над крышами.

Она ускорила шаг. Ей показалось, что кто-то говорит. Нет, не показалась — чей-то голос был явственным, он плыл из переулка и приближался. Сердце забилось быстрее.

— ...ну здравствуй, крошка.

Она обернулась. Трое. Мужчины. Один в старой форме, двое в гражданском — но все с одним и тем же взглядом, который она уже видела у Кураторов. Только у этих он был не официальным, а хищным.

Они говорили о ней так, будто не здесь и не было - обсуждали между собой, взвешивали, как товар, кто первый,кто потом. Лада не разобрала слов - только тон, ленивый, уверенный, тон людей, которые точно знают, что им за это ничего не будет.

— Так это та, которая общается с дурачком, — сказал тот, что справа, ухмыляясь.

— Интересно, чем же зацепил этот недалёкий нашу малышку, — протянул второй.

— Да посмотри на неё, сразу видно: у нашего дурочка наверняка член полметра, она и запала на это.

Лада попятилась.

— Я… я просто… мне было интересно, — выдавила она, чувствуя, как голос дрожит.

— Интересно, значит? — тот, кого звали Корень, схватил её за волосы и прижал к стене. — А я тебе скажу, что будет, если интересоваться не тем.

Она попыталась вырваться, но второй уже подошёл ближе. Одним движением порвал её рубашку и схватил за грудь, сжимая так, что она вскрикнула.

— Давай посмотрим, что ты там укрыла от нас.

Страх, который на минуту сковал её, вдруг отступил. Лада резко вывернулась, ударила Корня коленом в пах и бросилась прочь.

— А ну стой, овца! — крикнул кто-то.

Удар в спину сбил её с ног. Она упала лицом в асфальт, оцарапав щёку о битое стекло.

— Ты что ж это, брыкаться вздумала, милая? — Корень навис над ней. — Значит, сосать у юродивого ты первая, а нас обделить хочешь?

Она не успела ответить. Не до конца придя в себя после удара по голове, она с трудом понимала, что происходит. Её прижали к мостовой, держа за руки, кто-то грубо сорвал с её ног нижнее бельё. Самый наглый из них лёг сверху.

— Не стесняемся, раздвигаем ножки, малыш, — прошептал он, тяжело дыша ей в лицо. — Хотела взрослой жизни, узнать то, что не нужно другим. Получай.

Она почти перестала чувствовать боль. Её разум заволокло пеленой, но в ней вдруг вспыхнула мысль: она не даст им себя сломать.

— Ты там ещё долго? Мы тоже хотим, — сказал тот, что сидел на её правой руке.

— Да не поверишь, грёбаная молния снова заклинило, — выругался тот, что сверху.

— Раз не можешь расстегнуть, сваливай. Я начну, — сказал второй. — Недаром мы здесь…

Он захрипел и рухнул на бок. Из его груди торчал обломок монтировки.

— Не понял, что за хрень? Ты кто ещё, ублюдок? — крикнул Корень, оборачиваясь.

Второй не ответил — он уже лежал на земле, тяжело хрипя.

— Дядя, вали отсюда, Я ни на что не посмотрю, — раздался голос главаря.

Корень разминул плечи, готовясь к драке. Лада лишь успела увидеть, как на него налетел мужской силуэт.

— Вы зачем здесь? Кто вас послал? Мы же договорились — не трогайте её, — прозвучал голос отца.

— Поздно, дядя, очухался, — усмехнулся Корень. — Надо лучше следить за своими детьми. Тебе было чётко сказано: следи. Не смог — пеняй на себя.

Он резко взмахнул рукой — в ней блеснуло лезвие. Отец охнул и начал медленно сползать по стене. Из его шеи толчками хлестала кровь.

— Что, дядя, не ждал? — Корень вытер нож о штанину. — Ты думал, ты лучше? Или знаешь больше всех? Ты никто. И зовут тебя никак. А дочка твоя будет подстилкой для нас, пока не надоест. А потом мы её выбросим, как выбрасывали всех неугодных.

Лада уже поднималась с земли, острая боль пронзила колено. Она искала хоть что-то, что могло бы послужить оружием, но видела только разбитый асфальт и пустоту.

— Не трогай её, прошу тебя… — прошептал отец. Голос его был тихим и сломанным.

— Ты глухой, дядя? Я же сказал...

Корень замахнулся, но не успел. Лёгкая тень скользнула между домами, бесшумно ступая. Прямо перед ним выросла фигура. Удар — и Корень рухнул как подкошенный.

— Спаси… — выдохнул отец.

— Я слышу тебя, друг, — сказал Вячеслав, опускаясь на колено. — Не волнуйся, я здесь. Я уберегу её.

— Уходите… Они знают. Жена рассказала, — прохрипел отец.

Слава склонил голову, как будто в знак уважения.

— Прости, что не верил, — сказал он глухо.

— Всё хорошо… Отдыхай, — выдохнул Слава и закрыл отцу глаза.

Лада смотрела на них, не в силах двинуться. Слушая их диалог, видя, с каким уважением они обращаются друг к другу, будто память о былой дружбе, она внезапно поняла: они знакомы давно. Это не просто встреча — это прошлое, которое выплыло на поверхность.

— Это? Как? Вы… — прошептала она, поднимаясь. — Вы знали друг друга.

— Да, — ответил Слава, не оборачиваясь. — Я давно знаю твоего отца. И теперь я знаю тебя. Пойдём. Нам нужно уходить. Этот город больше не место для тех, кто помнит свет.

---

Часть вторая. Дымная земля

Глава 1. Ночь, которая не кончается

Она сидела на полу в сторожке Вячеслава, прижавшись спиной к ржавой печке, и смотрела в одну точку. Глаза её были открыты, но она ничего не видела. Внутри — пустота. Такая глубокая, что даже боль не могла её заполнить.

Сторожка Вячеслава, была хоть и старая, потрёпанная временем, но довольно чистая. Было заметно, что её обитатель, старался держать все в порядке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.