За гранью страсти. Все ради нее

Пока в голове крутились варианты ответа, один другого нелепей и дурней, поджарый атлетичный волк подал мне руку, чтобы аккуратно выбралась из укрытия.

Я сморгнула и какое-то время смотрела на него во все глаза, не в силах хоть как-то «оцифровать» и осознать происходящее.

– Испугалась? Ты чего такая? Как будто призрак увидела? – уточнил он.

Я заметила этого волка еще на кухне – он был там поваром и точно не служил в ОПО.

– А-а-а… где бойцы? – тихо шепнула я.

– Так уехали…

– Я слышала, как они идут неподалеку. Точно достаточно близко! – вырвалось у меня паническим шепотом – я будто все еще не могла говорить достаточно громко.

– Ну да, они ж машину оставили где-то здесь. Вот и пошли к своему транспорту, не солоно хлебавши…

Волк подмигнул.

– А-а-а… я думала, они идут ко мне…

– Да не… не надо так переживать. Во-первых, лучший способ спрятаться у них на глазах. Мы ж все знали, что их машина где-то поблизости. Поэтому и выбрали именно этот грузовик для тебя. Во-вторых, ты мастерски ушла из кабинки, так что никто ничего ни на секунду не заподозрил. С чего бы им обыскивать наш транспорт?

Вместо ответа я схватилась за предложенную руку и прямо-таки вывалилась из укрытия. От переживаний, ужаса, шока тело еле-еле ворочалось. Я только и смогла, что сгруппироваться… Волк поймал, крепко прижал и усмехнулся:

– Давненько ко мне в руки не попадались такие красивые женщины.

И в эту минуту его снесло с диким рыком. Комок гнева и возмущения оказался Опасным.

Он начал месить волка, как бешеный, Скала подскочил, а я заорала:

– Да прекратите!

– Хватит!

– Он к тебе лез! – громыхнул Опасный.

– Лез? – рыкнул Скала.

– НЕ-ЕТ! – завизжала я так, что верберы остановились и оглянулись в едином порыве. – Никто ко мне не лез, чертовы вы ревнивцы!

В конце-то концов!

Я всплеснула руками и, скрестив их на груди, решительно заявила:

– А не пошли бы вы оба!

Даже не представляю, как от ощущения «я пропала», что парализовало тело страхом, внезапно дошла до уверенного возмущения за мгновения!

Это было как эдакое переключение рубильника где-то внутри.

Только что я мелко тряслась и не в силах была даже соображать и вдруг вернулась ясность мысли, а следом накатила злость на поведение мужиков – неоправданно жестокое к тому, кто меня спас, в числе остальных работников ресторана.

На нервах я стремительно взмыла в небо, как учил тренер сразу – под облака, ощущая, как рвет грудь разреженный воздух и скрываясь от случайных взглядов с земли. Стараясь все время держаться выше пышного облачного покрова, рассекая телом и крыльями ветер, планируя и играя с потоками, словно это ленты, на которых можно висеть и двигаться, качаться, крутиться.

Летела я куда глаза глядят.

На каком-то гневе, на эмоциях, даже не думая – что творю и зачем.

Движение и холодные пальцы ветра остужали горячую голову и облегчали мне состояние.

В груди клокотало, сердце с нажимом гнало по венам не кровь – а коктейль чистого негодования, замешанный на возмущении и неприятии.

Становилось легче, но не сразу, не быстро…

Синева неба сосала глаза и приходилось иногда щуриться.

Теплые и холодные струи воздуха обдавали своеобразным контрастным душем.

Рычание, что рвалось из горла, растекалось по глубокой, безбрежной тишине неба.

Наконец, я успокоилась, описала большой круг и медленно, опять же, как учили, опустилась к ошарашенным верберам.

Волка уже, как рекой смыло.

Я скрестила руки на груди и заявила:

– Думаю, мне лучше переехать в какое-то скрытое место, вроде квартиры для важных свидетелей. Подальше от вас обоих!

Надо было видеть, как отреагировали мужики.

Опасный аж утратил дар речи – набычился, запрокинул голову и рыкнул в небо звуком удаленного грома.

Скала сжал кулаки и неприятно скрипнул зубами. Желваки обоих так метались по скулам, будто соревновались на скорость.

– Я не собираюсь никого выбирать! Я хочу вытащить наши с Радмиром задницы из западни! – заорала я. – Чтобы никто за нами уже не охотился! Никто не пытался использовать ни меня, ни мой дар или выбить такой же из сына для своих целей! Я хочу жить спокойно! Понимаете, вы? Спо-кой-но! А вы, вы… Вы вообще умеете нормально думать и вести себя?

– Умеем, – произнес Скала. – Но не сейчас.

– И не рядом с тобой, – добавил Опасный.

– В таком случае, я останусь с тем, и буду жить под охраной того, кто лучше держит себя в руках!

Еще несколько часов назад мне и в голову не пришло бы даже пытаться ставить условия этим двоим. Фактически – моим мостикам к спасению.

Единственным.

Неповторимым.

Без которых мне, реально, кранты!

А вот теперь… теперь я была в своем праве.

Я ощущала себя хозяйкой положения или что-то в таком роде и пользовалась этим не потому, что нравилось или хотелось получить удовольствие от того, что прижала двух альфа-самцов, красавчиков и вообще... Совсем нет. Они оба мне нравились – каждый по-своему.

Опасный – широтой души, пылкостью и способностью оградить собой от всего мира.

Скала – основательностью, монументальностью и тем, что не меньше, чем соперник – каменная стена для любой женщины.

Мне просто-напросто ужасно хотелось как-то ограничить, остудить порывы медведей и направить их в нужное русло.

Конечно же, никуда уезжать от Опасного я не планировала. Мне это казалось просто нелепым… Никто и никогда еще не заботился о нас с сыном так, как этот почти чужой, дикий и загадочный вербер.

Да и со Скалой ссориться не хотелось. Так, как он нам старался помочь, до сих пор ни один человек и ни один оборотень не пытался.

А пока… Да, я немного дрессировала этих двоих, чтобы совсем уже с цепи не срывались.

Между нами повисло глубокое, до такой степени наполненное эмоциями и порывами молчание, что, чудилось, оно вот-вот треснет по швам и случится взрыв. Взрыв чувств, взрыв требований и метаний.