Принцесса Огненного Пламени. На задворках Академии

Узница подняла взор прямо перед собой и увидела Его, уже восседающего на каменном чёрном троне из вулканической лавы, выдранный из самих недр земли лишь для одного — подчёркивать могущество и тщеславие своего господина.

Весь в чёрных шёлковых одеждах, с распущенными под стать одеждам чёрными волосами по пояс он весь был прекрасный в своём, казалось бы, простом облике, но было в нём что-то пугающее. Это змеиный взгляд его суженных глаз. Перед ней опасный хищник, а может, само демоническое воплощение.

— Почему ты не позволяешь мне её наказать?! — негодующе возмутилась царственная красавица, явно желая расправиться с не менее, а то и более красивой соперницей-узницей. — Эта дрянь предала тебя, почему ты так с ней мил?!

— Оставь нас, — лишь приказал господин, подавая жест рукой, чтобы та удалилась.

Он не терпел возражений, красавица об этом знала, хоть и позволила искреннему расстройству отразиться на своём белоснежном лице, как и обиде — она никогда не придавал своего господина, не то, что эта… За что гнусной предательнице такая честь?! И всё же красавица удалилась, не смея ослушаться. Господин ни к кому не имел привязанности. И не станет кого-то выделять больше других, позволяя вольности, разве что кроме этой... И бросив на узницу ненавидящий взгляд, она царственно удалилась.

— А ведь на её месте могла быть ты, — сошёл чинно со своего трона господин, когда они остались одни, не считая стражи. Слуги не считались людьми.

И подходя к коленопреклоненной узнице и склоняясь над ней, мягко поднимая своими тонкими пальцами её лицо вверх за подбородок, словно желая рассмотреть лучше в переливе шёлковых одежд и сиянии золотых украшений, он с нескрываемым сожалением промолвил сверху вниз:

— Ты должна была стать Первой госпожой. Тебе одной должен кланяться весь клан Демонического Ущелья…

— Мой отец тогда бы проклял меня, — узница отвернула взор своих прекрасных глубоких глаз от требовательного взгляда господина.

— Твой отец ничего не понимает, — склонился ещё ниже к ней господин, словно желал, чтобы она его точно услышала, — он живёт старыми традициями и не видит, что наш клан Демонического Ущелья нуждается в переменах. Сколько можно всё время жить в тени? — выпрямился господин тут же, а его громогласный голос потряс высокие деревянные своды дворца. — Или ты против, что я убил предыдущего повелителя — своего собственного отца? — и он дико рассмеялся во всё горло. И так зло и неприятно, что коленопреклонённая узница невольно съежилась под этим смехом.

— Я сделал это, чтобы мы с тобой смогли возвыситься. Чтобы ты стала единственной повелительницей всего клана и западных земель! — снова опустил господин свой хищнический прищуренный взор на юную деву.

— Ты сделал это только ради себя! — с негодованием кинула ему пленница, всё ещё стоя на коленях со скованными цепью руками.

— Ха‐ха‐ха, ты права! — он словно издевался над ней. — Ты так хорошо меня знаешь! Очень жаль, что ты решила поддержать в бунте своего отца, а ведь из нас могла выйти такая чудесная пара. Ты ещё помнишь, как мы детьми давали клятвы на крови?

И перед взором героини невольно предстало её детство. Вот они с новым главой клана ещё совсем дети, девяти и семи лет соответственно, совсем невинны и чисты в своих мечтах, своей дружбе.

«Всегда и во всём быть одним целым!» — сидят они на сухом стволе упавшего дерева, что лежит у бурного потока внизу ущелья, и твердят друг другу. После чего мальчик, наследный принц главы клана, достаёт короткий нож и остриём лезвия делает надрезы на ладони своей и юной подруги. Стекают по ладони капли крови, а дети складывают руки вместе, давая самую нерушимую клятву на земле — клятву кровью. Оба в мальчишечьих одеждах и с задорными хвостиками на затылках мастеров боевых искусств: они ещё так юны, так чисты и преданы друг другу.

— Ты ещё помнишь наш первый поцелуй, когда ты стала моей ученицей? — снова вопрошает глава клана к узнице, продолжавшей стоять на коленях.

«Ты будешь всегда следовать за мной?» — спросил он тогда, когда ей едва исполнилось двенадцать.

«Да, всегда!» — и дети, уже подросшие, невинно, лишь краями губ, целуются у ручья.

Как давно это было. Вот уже шесть лет прошло, как она всецело покорилось его воле и отдала свою судьбу на его милость. Ближе него у неё никого не было, как и у него ближе неё. Да, она была у него не единственной, и всё же самой близкой. Она знала все помыслы наследника клана, его мечты, везде верно следовала за ним. Такая связь редка, формируется годами и устанавливается навеки.

И по щеке узницы невольно поскользила слеза. Она так виновата, так виновата! Ведь она давно связала свою судьбу с будущим главой клана Демонического Ущелья. Как и всегда знала, что в клане суровые правила, которые нарушать нельзя. Как и знала, что её молодой наставник — жесток и непомерно алчен до власти, но никак не знала, что её отец решит восстать против сына бывшего главы, убитого собственным же сыном ради полной и беспрекословной власти в клане.

— Прости, я не могла поступить иначе — он мой отец! — это были слова раскаянья, подкреплённые искренними слезами о прощении.

— Твой отец?! — её слова разозлили нового господина клана ещё больше. — Ты принадлежишь только МНЕ, МНЕ одному! — он был грозен и непреклонен, возвышаясь над пленницей, как скала. — Ты же Принцесса Огненного Пламени — владычица тайного огненного знания и моя правая рука, мой генерал! Даже ради отца ты не должна была идти против меня!

Негодование, гнев, злость, как ей утолить его жажду мести, его обиду?

И девушка виновато склонилась в земном поклоне, выставив руки перед собой кистями вверх, и положив правую кисть поверх левой, как и положено женщине согласно традиции. Замерев какое-то время в таком глубоком поклоне, выказывающем полное подчинение, она снова выпрямила спину и спокойно спросила:

— Что сделано, то сделано, повелитель. Как мне спасти своего отца? Ты обещал пощадить его, если я выполню задание.

И снова поклон в самый пол, выказывающий готовность и покорность.

— Точно, обещал… — как бы невзначай вспомнил молодой глава.

Да, выказанная ею покорность немного утолила его гнев. Принцесса всегда знала, как вести себя с ним. Вот поэтому он и не смог убить её, когда разгромил их с отцом войска. Вот поэтому и сейчас даёт шанс на искупление.

— Есть одно дело, которое можешь исполнить только ты. На что ты готова, чтобы спасти своего отца?

— На всё! — её глубокие чёрные глаза решительно сверкнули.

— Тогда слушай. В мире цзянху наш клан занимает важное место, но не главное. Клан Небесного Лотоса главенствует над цзянху вот уже несколько поколений и не даёт нашему клану проникнуть в Центральные равнины. А всё потому, что у них есть свиток тайного учения Девятого уровня. И пока я не получу этот свиток, — продолжил глава, а взгляд его стал сердит, глаза засияли таинственным красным свечением, демон, не иначе!, — и не овладею их тайным знанием, я не смогу захватить цзянху.

— Ты хочешь…? — девушка встревоженно подняла голову.

— Чтобы ты выкрала священный свиток и доставила его мне!

И это всё? Она бы с лёгкостью тут же согласилась, если бы речь шла о любом другом клане, но только не о Небесном Лотосе.

— Но… в Небесный Лотос невозможно проникнуть, — было возразила та, — он строго охраняется лучшими мастерами клана, как и строжайшими правилами. Любого чужака тут же распознают и убьют на месте.

— Именно поэтому я даю это задание тебе, — тонкий указательный палец господина был выставлен прямо на неё. — Нет ничего, с чем бы ты не справилась, верно? Ты же мастер седьмого уровня, я сам тебя обучил: тебе веданы все боевые техники, как и тактики обмана, не говоря уже о красоте, что должна сослужить тебе верную службу в чужом клане. Если кто и справится, то только ты.

Девушка хотела было возразить что-то ещё, как глава клана резко развернулся к ней спиной, не терпя возражений:

— У тебя есть время подумать до рассвета, — тут же резко бросил он, — завтра на рассвете твоего отца казнят!

— Я согласна! — выпалила она, более не задумываясь ни на миг. — Но прошу, пообещай мне, когда я выполню задание, мой отец сможет покинуть клан и жить свободно.

— Обещаю, — глава клана медленно возвернулся к своему каменному трону и величаво уселся на него. Это было слово уже не друга детства и наставника — это было слово главы!

— Ты дал слово — всегда помни об этом! — возгорелись требовательно чёрные глаза девушки. Глава клана лишь утвердительно махнул рукой.

Да, её предчувствие было верным. Задание будет соразмерно вине — смертельным. Глава клана никогда бы не пощадил ни её, ни её отца, несмотря ни на какие прежние узы. Он глава и непростого клана— самого тёмного, что существует в Срединном царстве. И его беспощадность такая же легендарная, как и мастерство восьмого уровня. Никто не может тягаться с ним. Да и кто посмеет.

Но клан Небесного Лотоса… Мастера там взращиваются вот уже двадцатое поколение подряд. Существует легенда, что клан Небесного Лотоса берёт своё начало от одного из ближайших сподвижников легендарного божественного правителя Юя, что умел управлять небесными водами, укреплять землю, заставляя её сотрясаться и порождать высокие горы, а также управлять священными животными: драконами и черепахами. Великий Юй радел о простом народе и его бедах. Во всех землях, где он проходил, устанавливался закон и порядок, люди были сыты и жили в мире. Он и научил своих сподвижников заботе о народе и высоким устоям. Один из таких сподвижников был отправлен на Запад для охраны земель и установления справедливости в сей части света. Но перед этим сам Великий Юй передал сподвижнику все свои знания управления стихиями посредством магических заклинаний и священных триграмм, а также передал легендарный меч цзянь юй, несущий свет, что рождён в божественном огне священной горы Гэлушань. Этот меч не знал поражений, собирал в себе всю силу неба и земли, отражал любое заклинание и рассекал самого злобного демона. Дан был во имя хранения мира на земле и справедливости. И с тех самых пор, когда сподвижник Великого Юя, ушедший на запад вместе с мечом и магическими знаниями, сотворил на западе высоченные горы Хуашань и основал среди них клан Небесного Лотоса во имя процветания всего живого на земле, именно меч цзинь юй был призван охранять мир и порядок.

И лишь от одной мысли о священном мече Небесного Лотоса, несущем простому люду мир, а всем врагам — смерть, пробегала дрожь по телу.

Так и узница на миг представила, как меч, несущий свет, пронзает её грудь, ведь она практикует тёмные учения, сподвижники которого питают свои изогнутые мечи дао человеческой кровью.

Тень сомнения пролегла межу её бровей-полумесяцев, что сразу заметил глава клана.

— Помни, что цена жизни и свободы твоего отца — священный свиток тайного учения Девятого уровня, — решил развеять тот её сомненья.

Про неё ни слова. Девушка лишь слегка улыбнулась краями губ. В клане Небесного Лотоса её непременно ждёт печальный конец. Вот поэтому её жизнь не стоит ни единого упоминания.

И она медленно снова вытянула руки перед собой, делая глубокий и долгий поклон у половиц тронного зала.

— Благодарю за милость, мой господин. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы достать свиток, — и снова поклон.

— Посмотрим… — скептически ответил новый глава Демонического Ущелья, когда девушку вновь вывели из дворца, чтобы уже снять железные оковы с тонких рук.

Она становилась свободной. Но лишь для одного — чтобы кинуться в омут с головой и добыть священный свиток, что так жаждет новый глава клана. А там будь, что будет.