— Чисто, – сказала я.
— Значит, можно снять маски? – Этрейн уже стоял у меня за спиной.
Я подумала. По инструкции снимать пуговки без крайней необходимости запрещалось, но наше бунгало было тщательно защищено от любых посторонних глаз. К тому же лицо Флоры весь день смотрело на меня из каждого стекла, и я от него устала.
Я отцепила маскировочную пуговку от рукава и деактивировала её. Каштановые кудри Флоры посветлели, выпрямились и превратились в мои русые волосы, а смуглая кожа побледнела, и из стекла на меня посмотрела я сама.
Этрейн сделал то же самое. Веснушки растаяли с его носа, серебро ушло из волос, и они потемнели до привычного густого фиолетового, а на меня глянули его собственные фиалковые глаза, яркие и тёмные.
— Вот, – сказал он с облегчением. – Наконец-то. Я весь день не мог привыкнуть, что целую чужую девушку.
— Ты целовал мне только руку.
— Это тоже считается, – он обнял меня за плечи и развернул к окну. – Смотри.
За стеклом садилось солнце. Прозрачная скала на дальнем краю острова погасила свои радуги и начала наливаться молочным светом, а лагуна потемнела до густого синего. Над водой кружили скаты, и с их хвостов осыпалась мерцающая пыльца.
А у самого горизонта, там, где кончался океан, я различила едва заметное сияние, тонкое и ровное, натянутое над водой. Купол. Изнутри его почти не было видно, но сейчас, в косом закатном свете, он проявлялся, и я видела его слои.
Я отвела глаза от купола и прислушалась к себе, к той силе, которую Лоранам дают при рождении. Жизнь вокруг ощущалась везде: в пальмах, в папоротниках, в рыбе на мелководье, в людях в далёких бунгало. И в лагуне, глубоко под водой, теплилось что-то живое, много мелких искорок, сбившихся в одном месте.
— Завтра утром начну с купола, – сказала я.
— Завтра утром, – согласился Этрейн и зевнул так широко, что щёлкнула челюсть. – А сегодня у нас первая брачная ночь, и я, кажется, засну раньше, чем до неё доберусь.
Мы поднялись до рассвета, весь день провели в дороге, и я сама едва держалась на ногах. Глаза слипались, руки налились тяжестью.
— Ложись, – сказала я. – Никто нас не проверяет.
— Это наша первая брачная ночь на круглой кровати, – возразил он тоном оскорблённого достоинства. – Я не позволю какой-то усталости её испортить.
Он вдруг посмотрел на меня с выражением, которое всегда появлялось у него, когда в голову приходила особенно скверная идея.
— Тали. А помнишь, ты обещала Ливии заблокировать центр усталости?
— Не обещала, а предлагала. И она отказалась.
— Она отказалась, а я не откажусь, – он сел на кровать среди лепестков и похлопал по покрывалу рядом с собой. – Научи меня. Ты же помнишь, что я тебе тогда обещал?
Я помнила. Он обещал мне незабываемую ночь, и с тех пор прошло много месяцев, и слово своё он держал при каждом удобном случае. Но вслух я сказала другое:
— Этому нельзя научить, у тебя нет ауральной оболочки силы жизни.
— Тогда покажи, – он похлопал по покрывалу снова. – Я буду смотреть очень внимательно. А потом поиграем в доктора: ты будешь доктор, а я тяжелобольной, которому срочно нужен осмотр.
Я вздохнула и села рядом. Сопротивляться Этрейну, когда он чего-то по-настоящему хотел, у меня не получалось с самой первой нашей встречи.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Всего 10 форматов