Книга Сокровище зодчих (часть вторая) - читать онлайн бесплатно, автор Владимир Валентинович Уваров
Сокровище зодчих (часть вторая)
Сокровище зодчих (часть вторая)
Оценить:

Рейтинг: 3

Сокровище зодчих (часть вторая)

Владимир Уваров

Сокровище зодчих (часть вторая)

Глава 22. Придорожная таверна

Эсте - небольшой городок, утопающий в тропической зелени, растянулся по берегу полукруглой бухты с ослепительно желтыми пляжами. Сквозь пышные кроны деревьев проглядывали красные черепичные крыши и желтые стены домов.

Городок был виден далеко в море. Он напоминал амфитеатр, неровными каскадами спадающий к зеркалу бухты. Выше стлались темно-зеленые холмы, а над ними в синеватой дымке высились горы.

Порт был обозначен двумя выдающимися в море белыми линиями водорезов. У причалов на легкой волне покачивались разнообразные суда - от рыбацких фелюг до вездесущих джонок.

- Как они не боятся ходить в такую даль? – спросил Бахрей у капитана, указывая на распускающую веера парусов джонку, медленно отваливающую от причальной стенки.

- Они не такие уж плохие мореходы, - заметил Ракштар, - имеют крепкий корпус, хоть и неказисты на вид. Правда, называть парусами эти бамбуковые веера язык не поворачивается.

- Да уж, - согласился торговец, окидывая взглядом частокол мачт у причалов. - Куда встанем?

- На место джонки, лучшего места не найти,– быстро сориентировавшись, ответил капитан и отдал команду: – Руль на правый борт! Швартовым, готовсь!

Дхау, поскрипывая корпусом, начало разворот, когда перед его носом проскочила резвая фелюга и заняла место у причала. Лицо боцмана перекосило от такой наглости. Он навис над фальшбортом и, размахивая кулаком, громко изрыгнул проклятие. Рыбаки в лодке подняли загорелые лица, обнажили в улыбках зубы и дружелюбно помахали руками.

Ракштар в сердцах сплюнул и крикнул рулевому:

- Руль влево! Круче, круче заворачивай, а то раздавим этих болванов.

Опасения капитана были не напрасны. Корма «Тиамат» грозной тенью прошествовала в трех саженях от злополучной фелюги. Видя неотвратимо надвигающееся судно, рыбаки в страхе выскочили на пирс. Они уже мысленно попрощались со своей лодкой, но повелительница морей в последнюю минуту даровала им прощение.

Отойдя от пирса на один кабельтовый, дхау бросило якорь. С борта спустили шлюпку, в нее сели Вандер со спутниками и двое матросов, которые доставили их к причалу.

Бахрей сразу же отправился на поиски свободных извозчиков. Оказалось, искать их было не нужно, они сами ходили по пирсу и предлагали свои услуги.

Торговец арендовал баркас. Вскоре тот качался у борта «Тиамат». На нем свободная от вахты команда во главе с боцманом отправилась отдохнуть на берег.

Портовая площадь была небольшой. Здесь не было ни одной таверны. Увеселительные заведения, как и разнообразные лавки торговцев, разместились на прилегающих к ней городских улочках, похожих на горные ущелья. Каменные здания в два этажа тянулись с обеих сторон сплошной стеной на добрые полмили. Их серое однообразие скрашивали лишь резные наличники на узких стреловидных окнах да небольшие застекленные балкончики.

Отличить одно здание от другого можно было только по имеющейся витиеватой надписи на двери, над которой висел масляный фонарь. Благодаря надписи было понятно, что находится внутри - лавка торговца или питейное заведение. Днем во время жары двери были закрыты, а с наступлением сумерек распахивались настежь. Зажигались фонари, и шумным потоком по прибрежным улочкам растекалась разноголосая толпа матросов.

Сейчас улочка, куда вышли Томас, Бахрей, Натали и Вандер, была полупустой. Солнце стояло почти в зените, и нещадные горячие лучи заливали ее.

Какие-то прохожие поспешили укрыться от палящего зноя за ближайшими дверьми. Друзья последовали за ними и очутились в просторном внутреннем дворике с террасами по периметру и тенистым садом в центре. Там монотонно журчал ручеек декоративного фонтана. На террасах стояли столы. Доносились восклицания, громкая речь, смех. Воздух был наполнен запахами кислого вина и жареного мяса.

Хозяин заведения на вопрос Вандера о проданном пиратами россене указал на дальний столик, где сидел угрюмый посетитель. Это был широкоплечий коренастый человек в кожаной безрукавке и полотняных штанах. Шрамы на огрубевшем лице недвусмысленно указывали на то, что его единственной профессией было владение оружием. Томас подумал, что он пират, но оказалось – это был отставной гладиатор.

Вандер велел спутникам занять свободный столик, а сам направился к угрюмому посетителю.

- К вам можно?

- Валяй, - хмуро буркнул тот.

Задержав пробегавшего мимо официанта и бросив тому монетку, Вандер велел подать обед и вина на двоих.

Угрюмый посетитель удивленно взглянул на незнакомца.

Вандер улыбнулся:

- Я смотрю, у вас и маковой росинки с утра во рту не было. Издалека?

- Вчера из столицы, служил там гладиатором, но... возраст берет свое. Хочу наняться охранником на какое-нибудь торговое судно. Вам случайно охранники не нужны?

- Увы, нет. Да мы и не торговцы.

- Кто же, если не секрет?

- Ищем пропавший в этих водах торговый караван из Этрувии. Вы что-нибудь об этом слышали?

- Про караван ничего не слышал, а вот про россена, которого пираты продали моему бывшему хозяину, могу кое-что поведать.

- В самом деле?

Бывший гладиатор кивнул и, опорожнив кружку с вином, продолжил:

- Слушайте. Этот россен появился на арене не так давно. Правда, он не слишком разговорчивый, но дерется как черт…

Выслушав рассказ гладиатора, Вандер попрощался и в сопровождении спутников покинул трактир.

- Что будем делать дальше? – спросил наставника Томас.

- Отправляемся в столицу.

- Надо бы предупредить Ракштара, - заволновался Бахрей.

- Этот парнишка не с нашего ли судна? – спросила Натали, указывая на худощавую фигуру матроса.

- Эй! Дорогой! – крикнул Бахрей. – Иди сюда!

Парнишка закрутил головой и, увидев хозяина с друзьями, заспешил навстречу. Оказалось, он отстал от команды и теперь искал товарищей.

- Дорогой, - обратился к матросу Бахрей, - не в службу, а в дружбу сходи на судно и предупреди капитана, что нас не будет несколько дней. Мы едем в столицу этой гостеприимной страны. Вот тебе этрувий, чтобы ты выпил за наше благополучное путешествие.

Матрос сунул монету в кожаный мешочек, висевший на шее, и поспешил выполнить поручение хозяина дхау.

От портовых ворот отходила мощеная дорога. Она пересекала городские улочки и прижималась к рыночной площади, расположенной на другом конце города. У рыночной ограды стояли повозки и возничие зазывными голосами предлагали свои услуги.

Бахрей вызвался отыскать подходящую повозку. Его сразу же окружили возничие. Он степенно обвел взглядом лица собравшихся и, подняв ладонь вверх, сказал:

- Мне и моим друзьям нужно в столицу.

Толпа сразу поредела, а торговец направился выбирать повозку. Он долго присматривался и, наконец, остановился на коляске, запряженной парой гнедых жеребцов. Достоинством ее был натянутый над головами пассажиров тент, защищающий от палящих лучей солнца, и боковые пологи, которые можно было опустить в случае дождя или ветра. К тому же коляска была просторной и можно было с комфортом разместиться там вчетвером.

Друзья расселись, возница взял в руки вожжи, и гнедые лошадки зацокали подковами о камень покрытия.

- Мы поесть с собой захватили? – вспомнила Натали.

Возница обернулся:

- Ни к чему это. По дороге для путников есть таверны. Там даже лошадей при желании поменять можно. Так что доедем нормально, не волнуйтесь!

- Да мы и не волнуемся, - ответил Бахрей, разглядывая проплывающие мимо окрестности.

- Сколько времени займет наш путь? – поинтересовался Томас.

- Дня два. Бывает и три, но это когда дождь льет и дорогу развезло.

До вечера ехали без остановок. Дорога в основном шла по степи с редкими островками перелесков, но пару раз попадались неширокие полосы тропического леса. Как правило, появление таких зарослей означало наличие реки, несущей свои воды к морю.

Миновали пару деревень и, когда солнце начало касаться края далеких гор, въехали во двор придорожной таверны.

- Ночуем здесь! – сказал возничий, спрыгивая с козел.

Друзья сошли с коляски, размяли ноги и осмотрелись.

Таверна представляла собой неказистое одноэтажное здание, сложенное из необожженных кирпичей и крытое матами из пальмовых листьев. На обширной террасе за потемневшей от времени балюстрадой виднелись столы. За ними сидели немногочисленные посетители.

Двор таверны был обнесен высоким каменным забором, старательно выкрашенным известкой. Внутри двора находился небольшой сад с цитрусовыми деревьями. За ним возле изгороди росли кокосовые пальмы и благоухали цветущие кустарники.

Друзья поднялись на террасу. На вопрос, где можно умыться с дороги, хозяин таверны указал в глубину сада, туда вела выложенная из камня дорожка. Рядом с колодцем стоял медный рукомойник.

Уже начало темнеть, когда друзья заняли стол у балюстрады. На террасе зажгли фонари. Полногрудая хозяйка принесла сначала глубокие тарелки с горячим фасолевым супом, от которого исходил сладковатый запах лука, затем блюдо с жареной курицей. Напоследок подали горку румяных лепешек вместе с мисочкой чесночного соуса.

Бахрей оторвал кусок лепешки, обмакнул в соус и, удовлетворенный вкусовыми ощущениями, кивнул. Томас проделал то же самое. Натали с интересом наблюдала за его действиями.

Положив в рот кусочек лепешки с соусом, молодой человек мужественно прожевал его, а затем, быстро наполнив кружку водой из кувшина, залпом выпил.

- Что случилось, дорогой? – ласково спросил Бахрей.

- Перца много, - просипел Томас между приемами воды.

- Так это же хорошо! – воскликнул торговец.

- Ага! – поддержала товарища Натали. – Что аравийцу благо, то россену погибель!

- Ну зачем же так, красавица? Нехорошо говоришь. Какая может быть погибель от кусочка перца? Ничего, женщина, не понимаешь! Перец – это огонь в крови! Посмотри на меня. Почему я хоть маленького роста, но настоящий орел? Потому что острое люблю!

- Ну да?! – проговорила девушка, отрезая ножом птичью ногу. – А я что, по-твоему, курица?

- Ну, зачем так сразу обобщать! Тебе перец не нужен, ты и так – огонь!

Натали благосклонно улыбнулась.

Вандер, сидевший рядом с ограждением террасы, почувствовал чей-то взгляд. Он повернул голову и увидел мужчину средних лет в мешковатой одежде с чужого плеча. Мужчина сидел на лавочке и смотрел на обедающих друзей. По его взгляду Вандер понял, что тот голоден.

- Уважаемый, - позвал он, – присоединяйтесь к нам! У нас как раз имеется свободное место.

Мужчина отрицательно покачал головой, встал, собрался было уйти, но его остановила Натали. Она по знаку наставника быстро спустилась с террасы и взяла незнакомца под руку.

- Не-е-ет! – сказала она мягким голосом. – Так дело не пойдет. Сначала поешьте с нами, затем идите…

Мужчина не особо противился. Он только шумно вздохнул и разрешил увести себя к столу.

Вандер подозвал хозяйку:

- Пожалуйста, принесите ужин для нашего гостя.

Мужчина благодарно улыбнулся.

- Как вас зовут? – спросила Натали.

- Верен.

Пришла хозяйка с дышащим паром супом. За столом установилась тишина. Все уткнулись в свои тарелки, украдкой наблюдая за гостем. Изголодавшийся человек быстро поглощал суп. Наконец первое чувство голода было утолено, бледные щеки незнакомца порозовели. Он отодвинул пустую тарелку в сторону и взял с блюда кусок курицы.

Вандер, внимательно следивший за Вереном, осторожно поинтересовался:

- Я вижу на вас портупею, какую носят морские офицеры Этрувии. Не скажете, где вы ее взяли?

- Портупею? – переспросил Верен.

Горячий суп да пышные лепешки вызвали у него в голове легкую эйфорию, и он плохо соображал. Вандер, понимая его состояние, терпеливо ждал.

- Эта портупея моя, - произнес гость, наконец осознав, что от него хотят услышать.

- Ваша? – удивилась Натали.

- Моя.

- Вы морской офицер? Тогда какими судьбами оказались здесь?

- Мой корабль погиб, - вздохнул Верен.

- Как назывался ваш корабль? – спросил Вандер.

- «Рокот», - глухо отозвался гость.

Сидящие за столом переглянулись.

- Скажите, дорогой, - любезно произнес Бахрей, – какого класса был ваш корабль?

- Ударный фрегат.

- Кем вы на нем служили? – Вандер внимательно посмотрел на моряка.

- Штурманом.

- Ваш фрегат входил в состав каравана, который вышел из Датии?

- Да, - удивленно ответил тот. - А позвольте узнать, кто вы такие?

- Мы, - продолжил Вандер, - как раз занимаемся поиском этого каравана. Вы знаете, что он пропал?

- Нет, но, - Верен замялся от неловкости и смущенно улыбнулся.

- Я понимаю, – сказал Вандер, - это выглядит нелепо - искать пропавший караван в глубине материка, тем не менее мы заняты его поиском. А что вас привело сюда? Разумнее было бы видеть вас среди матросов попутного судна, идущего в сторону Этрувии, не так ли?

- Совершенно верно. И это было бы так, если бы не одно но… В порту я узнал, что пираты подобрали в море и продали в рабство моего соотечественника.

- Он был с вашего корабля? – спросил Томас.

- Возможно. Я как раз и хочу это выяснить, а если удастся, то помочь несчастному.

- У вас для этого есть средства? – задал вопрос Вандер.

- Нет, - произнес моряк.

- Тогда как вы собираетесь его вызволить?

- Еще не знаю, - признался Верен. – Попробую заработать. Я неплохо фехтую…

- Понятно. Я думаю, вам никуда идти не надо, - подвел под разговором черту Вандер. - Оставайтесь здесь и ждите нас. За ваше проживание и питание мы заплатим. Об остальном поговорим, когда вернемся. А сейчас, если вас не затруднит, расскажите о гибели ударного фрегата «Рокот».

Верен поперхнулся.

- Ты, братец, не спеши, – проговорил сердобольный Бахрей, подвигая блюдо с курицей ближе к гостю.

- В горле пересохло, - пожаловался тот.

– Может, вина? – продолжил торговец. - Мы люди непьющие, а ты не стесняйся.

Вандер, поймав блеснувший огонек желания в темных глазах Верена, крикнул хозяйке заведения:

- Любезнейшая! Кружку вина!

Глотнув темно-красную жидкость, Верен почувствовал, как в животе зажглось маленькое солнце. От него по всему телу заструилось тепло. Окружающий мир подобрел и потерял свои острые углы.

Сделав еще глоток, он начал свое печальное повествование.


Глава 23. Фрегат «Рокот»

Только начинался день. Дул ровный западный ветер. Ударный фрегат «Рокот» с полными парусами замыкал кильватерный строй. Последний островок Зеленого архипелага растаял за горизонтом. На утреннем небе не было ни облачка, ничто не предвещало беды.

На штагах галеона, который шел впереди, взвился сигнал: подобрать терпящих бедствие. В трех кабельтовых от каравана с марса заметили рыбацкую лодку со сломанной мачтой и человека в ней. Тот, привлекая внимание, махал клочком паруса.

На галеоне и флагмане приспустили паруса. «Рокот», выполняя приказ, отклонился от курса вправо. Взяв рыбака на борт, он снова вернулся в строй.

Старший помощник капитана спустился с юта и направился на бак. Там моряки плотной стеной обступили спасенного рыбака. Тот, счастливо улыбаясь, бормотал слова благодарности. Он был стар, и глаза его лучились признательностью.

- Спасибо, братцы! Спасибо, - лепетал старый рыбак, - Арий послал вас ко мне. Я уж и надеяться перестал…

- Что с вами случилось? - спросил старший помощник.

- Шквал. Шквал, селедка ему в кишки, мачту сломал… уже два дня как.

- Что же вы так прозевали? – укоризненно покачал головой помощник.

- Задремал на солнышке, - виновато улыбнулся старик.

Старпом похмурил брови и задал вопрос:

- Куда шли?

- Домой, в Рог.

- М-да, - выдавил из себя старший помощник, – возвращаться, как вы сами понимаете, мы не будем. Поэтому высадим вас в ближайшем порту.

Помощник посмотрел по сторонам и, увидев стоящего неподалеку штурмана, обратился к нему:

- Какой у нас ближайший порт по курсу?

- Сапта-Адака, - ответил тот.

- Значит, высадим в Адаке. Надеюсь, возражений нет?

- Какие могут быть возражения?! – воскликнул старый рыбак. – Я вам жизнью обязан! Из Адаки я оказией доберусь до Рога, не впервой.

- Значит, договорились, - и, найдя глазами боцмана, старпом приказал: - Поставите на довольствие и определите место для отдыха.

Когда рыбак двинулся за боцманом, помощник капитана окликнул его:

- Как вас зовут?

- Дончо, - ответил тот, обнажая гнилые зубы.

Ближе к полудню погода заметно начала портиться. Внезапно стих ветер. Весь горизонт справа обложило, там нависли тяжелые грозные тучи, изредка прорезаемые молнией. Стало вдруг необыкновенно душно. Паруса обмякли и повисли.

Это внезапное затишье встревожило опытных моряков, ибо не сулило ничего доброго. Капитан, вахтенный офицер и штурман стояли на мостике и напряженно всматривались в горизонт, который становился все темнее. Чернота между тем делалась гуще и захватывала все большее пространство. Она распространялась вширь и медленно поднималась кверху.

- Дело дрянь, - проговорил капитан, отводя зрительную трубу от глаз.

- Ураганом попахивает, - ответил вахтенный офицер.

- Типун тебе на язык! – отреагировал штурман.

- Будет типун на языке у Яруса или не будет, я не знаю, – хмуро заметил капитан, - но он прав в одном: это идет ураган! Обратили внимание на облако?

- Да!

- Тогда вы понимаете, о чем я. Это пресловутый глаз урагана. На наше счастье он далеко. И не дай Арий попасть в него! По пальцам можно пересчитать капитанов, заглянувших туда и оставшихся в живых.

- Вы там были? – осторожно поинтересовался штурман.

- Был. Я тогда ходил первым помощником на «Агни»… - внезапно капитан прервал воспоминания и отдал приказ вахтенному офицеру: - Дай знать флагману. При получении подтверждения приготовиться к повороту оверштаг.

На флагмане тоже заметили приближение урагана. Вскоре на его штагах взметнулись флажки «К повороту оверштаг».

Сразу же помощники боцмана засвистели в свои дудки. Матросы бросились на ванты и к мачтам.

— Паруса убрать, брам‑стеньги и стеньги спустить. Ставить штормовые паруса, лечь на левый галс. Будем уходить от глаза. И помощника сюда!

Раздалась призывная трель боцманской дудки, и через минуту вся команда была на палубе. На штагах взвились сигнальные флажки. Не прошло и четверти часа, как матросы переодели фрегат в штормовые трисели, установили бизань и положили корабль на левый галс.

На флагмане и галеоне тоже меняли паруса.

Ветер вдруг задул сильными порывами, меняя направление с юга к западу, оттуда к северу и далее к востоку, вращаясь по направлению солнца. Тяжелый корабль от такой круговерти начало подергивать.

- Проверьте орудия! Хорошо ли они закреплены? – сказал капитан первому помощнику, когда тот поднялся на мостик.

Капитан оставался спокойным и продолжал всматриваться в горизонт, где все чаще и ярче сверкали молнии и откуда долетали глухие раскаты грома. На фрегат стремительно неслись низко нависшие тучи. Они быстро застилали небосклон. Вскоре потемнело. Поверхность моря налилась свинцом, вздыбилась волной.

Засвистел ветер в снастях. Он крепчал с каждой минутой, задувая усиливающимися порывами. Волны нарастали, становились все круче и круче. Фрегат зарывался в них носом, и тогда над баком высоко вздымались фонтаны, осыпая палубу брызгами.

Волнение нарастало. Не прошло и получаса, как ураган обрушился на «Рокот» в полную силу. Он поднял громады волн, сорвал с них верхушки и покрыл обозримое пространство водной пылью. Сбив ее в пену, стал яростно швырять в корабль.

Волны с бешенством били в борт фрегата, накатываясь зеленоватыми валами с наветренной стороны и заливая бак. Все, что было плохо закреплено, стало легкой добычей стихии. Свет померк. Не переставая, грохотал гром и ярко, до рези в глазах, блистала молния. Сверху с аспидного неба безжалостно хлестали тугие струи ливня.

Находящиеся на палубе матросы с ужасом взирали на гигантские волны и бросали беглые взгляды на мостик, где виднелся выхваченный вспышками молний силуэт капитана. Он стоял выпрямившись во весь рост, ухватившись обеими руками за парапет мостика. Его невозмутимый вид гасил невольный страх в душах матросов пред лицом неумолимой стихии.

Фрегат все чаще заваливался набок.

На мостик, держась за лееры, поднялся помощник капитана.

- Не прикажете ли поставить людей возле мачт? – крикнул он, наклоняясь к уху капитана.

Тот до побелевших костяшек пальцев сжал перила и, бросив взгляд в бездонную черноту, ответил:

- Давай! Только рубить в случае нужды! Присмотри!

Старпом, попав под очередной водный вал, кубарем скатился по трапу вниз на палубу. Прижав к губам оцарапанную руку, выругался и бросился выполнять приказание.

Однако рубить мачты не пришлось. Ураган это сделал за матросов сам. Первой рухнула грот-мачта. Она вдруг закачалась и с треском повалилась на подветренный борт, обрывая во время падения ванты и такелаж.

Фрегат резко накренился. Громадные валы свинцово-зеленых волн накрыли корабль, и, казалось, пучина была готова поглотить его.

Первым опомнился старший помощник.

- Мачту за борт! Рубить ванты! Скорей! — натужно закричал он.

От крика лицо его стало белым как мел. Подскочившие матросы топорами рубили канаты. Прошло немного времени, и поверженная грот-мачта исчезла в волнах. Фрегат выровнялся. Люди оживились, но их радость была недолгой.

«Рокот» вдруг накренился и тяжело ухнул в ложбину между гигантскими волнами. Огромной силы вал ударил по баку. Этого удара не выдержала фок-мачта, но люди были начеку. Пока фрегат, зарываясь носом, карабкался на вершину очередной волны, матросы разрубили канаты, и фок-мачта последовала за гротом.

Двадцать четыре часа непрерывной борьбы за жизнь корабля вымотали команду так, что никто кроме капитана не заметил, что ураган начал ослабевать.

Ливень еще стегал по палубе и надстройкам фрегата и рваные облака быстро неслись над пенящимися волнами, но ураган уже издыхал, во всяком случае в этой части океана. Напор волн ослабел, они больше не сотрясали корпус корабля.

Капитан оторвал взгляд от страшного облака с клочком синевы в центре и, улыбнувшись, крикнул рулевым, пересиливая ветер:

- Арий миловал! Перехитрили-таки «глаз бури»!

Старпом и боцман прошлись по отсекам и орудийным палубам фрегата, подсчитывая причиненный стихией ущерб. Кроме потерянных мачт да трех пушек, что находились на верхней палубе, были вдребезги разбиты десяток орудийных станин и проломаны переборки на орудийных палубах. К тому же «Рокот» лишился большой части фальшборта. Но что радовало, так это практически отсутствие течи. Правда, в одном месте швы все-таки разошлись, но их быстро заделали. Корпус, сработанный старательными руками корабельных мастеров, выдержал нелегкое испытание, и капитан рассчитывал дотянуть до ближайшего порта и встать на ремонт.

Быстро светлело, но неизвестно откуда взявшаяся туманная дымка заволокла весь небосвод. Сутки висела она над морем, сутки двигался корабль в ней, подчиняясь воле магнитной стрелки компаса.

За это время матросы установили фальшивую грот-мачту и навели мало-мальский порядок в трюме и на палубах «Рокота». С новой мачтой фрегат заметно прибавил хода.

Наконец, горизонт очистился от тумана. Штурман поднялся на ют, чтобы зафиксировать время восхода солнца. Его взгляд невольно упал на стрелку компаса – согласно направлению, которое она указывала, восход должен был быть по левому борту.

Штурман подозвал к нактоузу1 дежурного офицера, тот, покосившись на алеющий восход, зачем-то постучал ногтем по стеклу шкафчика, недоуменно покачал головой и отправился будить капитана.

Капитан и штурман внимательно обследовали нактоуз. Повезло штурману.

- Вот, - проговорил штурман, показывая капитану металлическую пластину.

- Что это?

Штурман поводил пластиной перед компасом. Стрелка послушно отследила его движения.

- Это магнит. Он сбил стрелку компаса с правильного направления.

- Занятно, – медленно проговорил капитан. – Кто бы это мог сделать?

- Ума не приложу.

- Быстро помощника сюда! – обратился капитан к вахтенному офицеру.

Штурман еще раз продемонстрировал на этот раз помощнику капитана фокус со стрелкой компаса. Тот почесал задумчиво подбородок.

- Обязательно отыщу этого шельму, кто бы он ни был… - и замолчал, уставившись на штурмана, затем перевел взгляд на капитана: - Как я понимаю, мы сейчас в полном неведении относительно нашего местоположения?

- Так! – рявкнул капитан и повернулся к штурману: - Когда сможете определиться?

- Время восхода я засек! Часа через два-три узнаем наши примерные координаты.