Рассказы со смыслом и настроением

Домики вдоль дороги появлялись и исчезали. Костя по-прежнему ехал впереди и промчался мимо мальчишки, сидевшего на бордюре вдоль дороги. Кажется, мальчик плакал, но Костя не хотел останавливаться, потому что мальчик был ужасно некрасивый, и Косте было неприятно даже смотреть на него. Костя считал, что все добрые и хорошие вещи в мире – красивые. А если кто-то страшный или что-то мерзкое, то оно непременно злое, плохое, и стоит от этого держаться подальше. Но Костя ошибался. Ира знала, что это совсем не так, поэтому она остановилась возле некрасивого мальчика, чтобы узнать, почему он плачет и могут ли они чем-нибудь помочь. Костя уже проехал несколько метров вперед, прежде чем заметил, что Ира остановилась, и с досадой признал, что придется вернуться к ним и смотреть на уродливого парня.

– Ира, нам некогда! Скоро дождь начнется! – Костя попытался заставить Иру ехать дальше и не общаться с этим мальчишкой. У некрасивого мальчика был горбатый нос, слишком впалые щеки, вытянутое лицо, слишком густые широкие брови и заячья губа. Костя невольно отвернулся и старался смотреть только на Иру.

– Костя, не может такого быть, чтобы Витя нам случайно попался на пути! Надо ему помочь, – Ира уже успела и спросить имя мальчика, и узнать, почему он плакал. – Какие-то ребята отобрали у него велосипед и побили.

– Но как мы вернем ему велосипед?! Или предлагаешь свой отдать? Я свой велосипед не отдам! – слегка разнервничался Костя.

– Не неси чушь! Никто не собирается отбирать твой велосипед. Мы просто подбросим его до дома. Нельзя же бросить его здесь одного. Даже если бы мы нашли этих негодяев, едва ли мы сами сможем разобраться с ними. Витя приедет домой, расскажет родителям, они обратятся в полицию, и преступники будут наказаны… Возможно.

– Мой папа убьёт меня, – Витя снова принялся хныкать.

– Не убьёт, не переживай. Если будешь сидеть здесь и плакать, велосипед точно не вернёшь.

– Ладно, садись ко мне сзади, – подытожил Костя. – И давайте поторопимся!

Поторопиться действительно стоило. Тучи так сгустились над их головами, что летним днем стало совсем темно, как вечером.

– Ты знаешь тех, кто отнял у тебя велосипед, – спросил Костя, чтобы не ехать совсем в молчании.

– Их все знают. Эта шайка носит футболки с надпись «Зверь». Их все зовут «зверенышами». Они отбирают вещи у тех, кто слабее, и говорят, что это жертвоприношения Зверю из леса.

– Ты тоже видел этого Зверя?! – удивился Костя.

– Я не видел, но многие видели. Он вовсе не злой, не нападает просто так и защищает лес от чужаков.

Из-за поворота показались первые городские дома. Это был совсем небольшой городок, и ребята недолго выбирали магазин, заскочив в первый попавшийся на пути. Тучи уже не могли удерживать капли дождя и разрыдались, ребята едва успели укрыться внутри магазина. Дождь тут же полил так, будто небесная река, наконец нашла дорогу вниз и теперь Ниагарским водопадом накрыла целый город.

Витя остановился возле входа, онемев от страха. Костя с Ирой не знали, что этот магазин принадлежал папе Вити, и сам хозяин сейчас стоял с помощницей за прилавком.

– О, ребята, вы вовремя успели, – и тут же, заметив расстроенное и испуганное выражение лица своего сына, забеспокоился, – что случилось, Виктор?

Отец всегда называл сына полным именем, когда призывал к серьезному разговору. Витя от этого только еще больше растерялся и испугался, поэтому инициативу перехватила Ира.

– Мы ехали из деревни и увидели Витю по дороге. Его какие-то мальчишки побили и отобрали велосипед…

– «Звереныши», – вставил свое слово Костя. Он вдруг почувствовал себя таким гордым, будто совершил невероятный героический подвиг. А добрые дела, оказывается, приятно делать.

– Мы его подвезли до города.

Повисла неловкая пауза, как будто все ждали, что добрый с виду отец неожиданно превратится в Громовержца и покарает сына молнией. Но отец прекрасно понимал, что сын ни в чем не виноват, хотя велосипед и был недешевым приобретением для их семьи.

– Хорошо, я сейчас позвоню Максу, – отец посмотрел на Витю. – Ты же помнишь Макса? – а потом повернулся к детям и пояснил. – Сын нашей соседки. Он сейчас в полиции работает.

Отец Вити набрал номер на мобильном телефоне и вслушивался в гудки.

– Здравствуй, Макс, как ты? – такая вежливая формула. Прежде чем просить что-то, надо поинтересоваться делами человека. Только все и так знают, что никого на самом деле не интересуют твои дела, поэтому ответа на этот вопрос обычно не следует. Разве что вы действительно близкие друзья. – С сыном моим беда приключилась, опять эти «звереныши» проказничают. Отобрали у ребенка велосипед. Пора уже с ними разобраться, это ни в какие рамки не лезет. Настоящий грабеж.

Отец Вити выслушал ответ, поблагодарил Макса и повесил трубку.

– Ну вот, он зайдет к нам, как закончится дождь, и ты ему всё расскажешь. Опишешь своих обидчиков, расскажешь, где это произошло, – он повернулся к Косте. – Спасибо, что довез моего сына. Думаю, тебе стоит переждать дождь здесь…

Вспыхнула молния, и папа Вити принялся считать секунды.

– И раз, и два, и три, и четыре… – он досчитал до семи, прежде чем раздался гром.

– А что вы считаете? – поинтересовалась Ира.

– Секунды от молнии до грома. Так можно узнать, насколько близко ударила молния. Если меньше тридцати секунд, значит, близко. Так что лучше пока не ехать через поля на велосипеде. Попейте с Витей чаю, надо переждать дождь.

Снаружи бушевал настоящий шторм: ветер, ливень, молнии и гром. Стекло запотело, и за пеленой дождевой стены ничего не было видно, хотя можно было разглядеть силуэты ближайших деревьев, которые сошлись на ринге со стихией. Победит тот, кто устоит. А ребята тем временем сидели в теплой комнате возле окна и попивали горячий чай с печеньем, наблюдая за природным боем.

Оказалось, что, кроме велосипеда, у них много общих интересов. Костя признал, что хоть Витя и был некрасивым, но очень добрым и веселым парнем.

Дождь стих, но дети так разболтались, что даже не заметили этого и продолжали пить чай с печеньем и шутить. Неожиданно в дверь постучали, что было необычно, это ведь магазин. Но дверь тут же распахнулась. На пороге стоял молодой крепкий парень и придерживал какого-то подростка за шиворот. Все разом обернулись к двери и застыли в недоумении.

– Привет, Макс! – вдруг отрезвел от дымки удивления отец Вити. – А это еще кто?

– А это, похоже, ваш воришка, – на футболке была надпись «Зверь». – Пытался украсть велосипед, который у вас у входа стоит.

Ира с Костей тут же подскочили и побежали к двери проверить свои велосипеды. Они, конечно, стояли на месте.

– Похоже, я вовремя подошел.

Отец Вити повернулся к сыну, который со скрываемой долей страха смотрел на «звереныша».

– Сынок, это один из тех парней, что отобрал у тебя велосипед?

Снова повисла тишина. Витя будто окаменел и даже не моргал.

– Ну же, Вить, посмотри повнимательнее. Если это он, мы сможем найти твой велосипед.

– Да, – наконец, еле слышно вымолвил Витя, который до смерти боялся злобной ухмылочки на лице обидчика. Ухмылочка, которая обещала щедро отомстить.

Ира легонько толкнула Костю под ребра локтем и зашептала.

– Вот видишь! А если бы мы его оставили там на обочине, то сейчас уже оплакивали бы свои велосипеды так же, как он…

Костя задумался. Ира была права. Они бы остались переждать дождь в магазине, но только никто бы не стал звонить Максу, и никто бы не спас вовремя их велосипеды.

Тут Костя вдруг спохватился: мама же дома ждет сахар! Они поблагодарили хозяина лавки за чай, купили три килограмма сахара в мешке, попрощались с Витей и поспешили домой. Костя крутил педали изо всех сил, так что Ире едва удавалось поспевать. Конечно, мама поймет, что им пришлось переждать дождь. А может, все равно разозлиться. Они ехали очень быстро, но вскоре им пришлось остановиться, когда они доехали до речушки, которая раньше была по колено. После дождя речушка превратилась в настоящую реку, и самодельный мостик оказался где-то под водой. Ребята остановились перед преградой на их пути, и Костя растерянно смотрел то на реку, то по сторонам, но всё чаще на Иру, ожидая от нее очередного правильного решения. Ира пожала плечами, махнув рукой на реку.

– Я не знаю. Можешь вплавь, течение вроде несильное. Можно поехать в объезд, где-то минут десять в ту сторону, если срезать через лес, – она махнула направо, туда, где они видели Зверя. Костя продолжал смотреть на Иру. Он не знал, как правильно, и не хотел брать на себя ответственность за решение.

– Тебе решать, я же не могу постоянно делать выбор за тебя, – настояла Ира, увидев его замешательство.

– Но если мы пойдем вплавь, то сахар может промокнуть. Тогда всё пропало. И в лес к Зверю не хочу, – Костя стоял в замешательстве. Что же делать? «Если я попытаюсь переплыть, а сахар промокнет, то мама спросит, почему я не поехал в объезд, – размышлял про себя Костя, – а я ей скажу, что испугался Зверя. Она скажет, что никакого Зверя нет, и я, получится, просто трус. А если поеду в объезд и на меня нападет Зверь, она спросит, почему я не переехал через реку, а я скажу, что она была затоплена и сахар бы намок, если б я попытался с велосипедом ее переплыть. Так, по крайней мере, меня не в чем обвинить».

– Ладно, поехали через лес… – скрепя сердце, решился Костя

– То есть наказания от мамы за промокший сахар ты боишься больше, чем быть съеденным Зверем? – рассмеялась Ира, как только выбор был сделан, и они двинулись в лес.

– После встречи со Зверем у меня больше шансов остаться в живых, – пошутил в ответ Костя.

Они ехали по тропинке, идущей вдоль берега реки, иногда сворачивающей немного вглубь леса. Костя всё время пытался высмотреть в лесу устрашающий оскал или блеск звериных глаз, прислушивался к каждому шороху и треску веток.

– А что если мы и в правду снова повстречаем Зверя? – Костя решил обсудить план действий с Ирой. Ему не хотелось бы, чтобы она замешкалась в неподходящий момент. Еще спасать ее придется.

– Да уже в любом случае. Ты так этого боишься, что иначе и быть не может. Если ты ждешь чего-то плохого, оно непременно и произойдет. Но ты же сам выбираешь сценарий, по которому будет развиваться игра. Выбери тот, где мы просто проедем мимо.

– А если он нападет на нас?

– Не нападет, если ты смиришься с тем, что такой расклад, конечно, возможен. Ну, нападет, так нападет! Будем драться, велосипедами будем его бить!

Костя рассмеялся, ярко представив, как они бьют Зверя велосипедами.

– Так-то лучше, – поощрила Ира. – Смех – лучшая защита от неприятностей. Просто помни о том, что даже если он появится, наша задача – доставить сахар. Бороться с Зверем нам не надо. Зверь же просто охраняет лес, а мы лесу ничего плохого не делаем. Логично? Твой рассудительный разум доволен?

– Да, пожалуй, – поспорить было не с чем. Тем не менее, когда Костя действительно увидел Зверя в нескольких метрах, он просто онемел от страха и чуть не упал с велосипеда, потому что мышцы перестали его слушаться.

Ира тут же позвонила пару раз в звоночек на своем велосипеде, и Костя мгновенно очнулся.

– Эй, проснись! Не забывай, что это лишь игра. Потрясающая красочная игра. Смотри, какие у него красивые яркие зеленые глаза и блестящая шерсть, золотыми отблесками отсвечивает в лучах солнца, сумевшего пробраться сквозь кроны этих столетних деревьев, – сначала Ира хотела, чтобы Костя перестал боятся и даже полюбил то, что вызывает у него страх. А потом отвлекла его внимание на окружающие декорации. – Ого! Только посмотри, солнце-то припекать начало, вышло, наконец, из-за туч. Как сказочно красиво листья играют на ветру и блестит река. Только вдохни поглубже этот сладкий лесной запах после дождя. Ты заметил, что здесь достаточно сухо, дождь почти не смог пробиться сквозь такую гущу листвы.

Ира говорила громко, но спокойно и размеренно, чтобы не показаться Зверю агрессивной. Костя просто делал, что ему велели, вертел головой, но все его мысли были о Звере. Он повторял себе: «Мне просто надо довезти сахар! Сахар. Мама ждет сахар. Я везу сахар. Сахар, сахар, сахар». Зверь сидел неподвижно, и дети просто проехали мимо. Ира больше не говорила, а Костя боялся поехать быстрее или медленнее, или обернуться назад, или произнести хоть слово. Когда они, наконец, выехали из леса и переехали через реку, Костя с облегчением выдохнул и решился заговорить.

– Фуф, ты была права! Опять… Но ты видела! Он был так близко! С ума сойти! Эта игра мне начинает всё больше нравится. Везет тебе. Когда знаешь правила, играть намного интереснее и легче.

– Ты просто забываешь, что ты сам придумываешь правила. А как только выберешь Мечту, всё станет еще проще, потому что всё в игре тебе будет помогать. Главное, правильно выбрать то, что действительно сделает тебя счастливым и идти к ней, никого не слушая.

– Даже тебя? – усмехнулся Костя.

– Ну, разве что меня, – скромно улыбнулась Ира.

Дети доехали до деревни, и Костя поспешил скорее домой отнести маме сахар. Он был уверен, что Ира пошла вместе с ним. Костя влетел на кухню и стал рассказывать маме, что с ним приключилось. Мама очень беспокоилась из-за начавшейся грозы, но была очень рада, что сын, наконец, вернулся целым и невредимым. Но как только Костя упомянул Иру, мама поинтересовалась, что это за добрая девочка.

– Ну, как же мам! Помнишь, она вместе со мной пришла домой, когда ты отправила меня за сахаром!

– По-моему, ты был один, – засомневалась мама. Может, в спешке и парах она и не разглядела маленькую девочку.

Костя огляделся. Наверное, Ира осталась снаружи ждать его.

– Сейчас я ее позову.

Костя выбежал на улицу, но на улице не было ни Иры, ни ее велосипеда. И где она жила, Костя тоже не знал. Как же ему теперь её искать? Костя вернулся на кухню к маме.

– Похоже, она уехала, – расстроился Костя. – А я даже не знаю, где ее искать.

Мама понимающе улыбнулась.

– Не переживай… Я уверена, она вернется. Она дала тебе дельный совет. Просто чаще прислушивайся к сердцу.

Одно сознание

(Миниатюра о создании материального мира из сознания)

Мы были никем. Просто сознанием и существовали в параллельных мирах бесконечно пустого пространства. И нам очень хотелось знать, есть ли кто-то кроме нас. Мы не могли пересечься, пока были просто сознаниями. Одно сознание занимало целый мир. И нам пришлось создать пересечение миров, в котором мы могли бы узнать друг о друге, получить признание факта собственного существования (ведь пока ты один, нет никакой уверенности в том, что ты действительно существуешь и зачем, никто не поможет найти ответы).

Один из нас так сильно жаждал вырваться из своего мира, что сжал все плоскости наших миров в одной точке. Они стали настолько плотными в этом месте, что появилась материя. Он назвал себя Богом, а ученые сказали, что это был Большой взрыв. Оба варианта верны. В любой другой точке наших параллельных миров мы никто, просто сознание. Но как только сознание концентрируется в этой точке, похожей из-за искривления в пространстве на чёрную дыру, в которую тебя легко засасывает, стоит лишь приблизиться к ней, сознание воплощается в материю.

Ооо… Прошло много лет, прежде чем наши воплощения нашли возможность пересечься в материальном мире. Мы строили этот мир общими усилиями. Перепробовали столько форм, столько мест в том, что называется Вселенной! Сколько мучений и сколько жажды найти друг друга в одинокой вечности. Мы познали, что такое время и это было самым страшным испытанием. Но мы нашли этот способ. Одно из лучших мест, где мы смогли обрести способность общаться, воплотилось на Земле. Одно из немногих мест, где мы можем видеть друг друга, узнать друг о друге, чувствовать друг друга физически (невообразимо!), и главное, получить признание своего существования в виде любви других.

Но память, которой оперируют люди, остаётся на Земле, её нельзя забрать с собой. Она как вода – слишком быстро утекает сквозь пальцы, пока несёшь сознание в свой мир. А с новым воплощением и вовсе всё забывается. И возвращаясь в наши миры, мы снова никак не можем общаться и знать наверняка о существовании друг друга, снова ищем других, рано или поздно возвращаясь к "чёрной дыре" – пересечению миров – и всё идёт по кругу. Бесконечному бессмысленному кругу.

Мне этого было мало. Однажды у меня родилась идея соединить эти миры: мир бессмертного ничего и ограниченное восприятие материи.

И я сошел с ума. Глупо было предположить, что получится.

Я звезда

(Миниатюра о звезде, которая скучала по человеческой жизни)

Привет, меня зовут Александра. Я звезда. Самая настоящая, одна из тех, что сверкают в ночном небе и которыми когда-то и я сама, будучи человеком, любовалась. Да, к сожалению или к счастью, но жизнь человека невечна. И после смерти я, как и многие, стала звездой. Надо признать, быть звездой достаточно скучно. Звезды не чувствуют запахов, прикосновений, но мы не лишены того, что люди называют душевными переживаниями. Только теперь сосудами для наших душ стали не тела людей, а звезды. Но очень часто охватывает ностальгия по тем незабываемым пейзажам и ощущениям, которые мы могли когда-то испытывать. Иногда мне удается вспомнить, каково это когда вода течет сквозь пальцы, ветер трепет волосы, капли дождя барабанят по стеклу и запах, запах земли и травы после дождя. Я очень любила этот мир, не только природу, но и города. Свет в окнах домов, заснеженные улицы, фонари, освещающие пустые ночные улицы… Только такие воспоминания-картинки, которые удается иногда воскресить из глубин подсознания, помогают испытать хоть какой-то спектр чувств в безмятежной вечной тьме космоса.

Жизнь звезды куда более длинная нежели жизнь человека и куда менее увлекательная. Нельзя даже просто наблюдать за жизнью на планетах, потому к ним невозможно приблизиться. Наш яркий свет для них смертелен. Воспоминания – это единственное развлечение. И чем дольше живешь, тем сложнее становиться вспоминать. Но однажды мне пришла интересная идея на ум. Я вспоминала творчество. Люди таким образом могут запечатлеть не только определенные моменты из их жизни, но и эмоции, чувства, ощущения. И я решила создать картину.

У меня не было ни красок, ни холста. Но был целый космос с его планетами и звездами. И я уже знала, что смогу изобразить. Город, поздний вечер, по шоссе освещенному фонарями, в обе стороны спешат домой машины. Разноцветные, сверкающие огни ночного города вообще очень похожи на свет звезд. Я собрала звезды с бело-желтым сиянием – это были передние фары машин, в два ряда несущиеся вереницей на "зрителя". Красные звезды я выстроила на соседней полосе – задние фары. Над ними по обе стороны дороги светили оранжево-желтые фонари. Моей "картине" не хватало еще движения. Эффект размытых огней можно было создать, только заставив звезды на самом деле двигаться. Уговорить их не составило труда. Проблема заключалась в соблюдении фактической точности. Не хватало еще одного света – зеленого цвета светофора. Нет во вселенной зеленых звезд! Но я уже придумала решение. Я состою на 80% из принола. Это такое вещество, которое при взрыве дает зеленую вспышку на несколько секунд. Для звезд это ничтожно маленький промежуток времени. Но достаточный для искусства.

Я собрала все известные мне звезды на мой вернисаж из одной картины, они должны были расположиться не напротив картины, а немного сверху от нее. Я заняла место "светофора" сбоку от дороги и, как только я взорвалась, бело-желтые звезды, как машины, помчались вперед, а красные им навстречу… К сожалению, это "живое" воспоминание длилось недолго и стоило мне жизни. Но зато это было самое яркое воспоминание для всех звезд с того времени, как мы были людьми…

Неразрешимая задача или философский кейс

(Теоретическая ситуация для размышлений)

Краткое важное вступление: Что ты такое? Что такое твое сознание? Многие ответят, что это совокупность твоих воспоминаний. То есть память об ощущениях и событиях относительно твоего тела. Твой мозг воспринимает и запоминает информацию, связывая ее с твоим телом, так как это единственный относительно стабильный показатель для него, чтобы ориентироваться в восприятии реальности. Ты то, что ты помнишь о себе.

Сама задача: Предположим, наша наука позволяет не просто вырастить клона из одной клетки, а полностью скопировать другой организм до последнего мельчайшего шрамика в короткие сроки. Мы создаем клон тебя, который пока что спит.

Предположим наша наука позволяет скопировать все нейронные связи мозга (то, что до сих пор считается самым близким представлением о том, что такое память). Но предположим даже больше. Наша наука позволяет скопировать полностью твой мозг. Мы даем тебе снотворное и копируем твой мозг в твой клон. Который пока спит. Собственно, пока вы оба спите, мы переносим вас в пустую квадратную комнату с одинаковыми стенами и потолком. Честно говоря, мы сами запутались, кто был оригиналом, пока несли вас. Поставили вас спиной к спине и разбудили.

1) Вопрос: Где будет твое сознание? Где будешь ты? В своем старом теле? Сразу в двух телах? Продолжим.

Старость незаметно подкралась к тебе, и тебя надо спасать от смерти. Мы создали твой клон, и предупредили тебя, что усыпим тебя, скопируем твой мозг и разбудим в новом здоровом теле, идентичном старому. От старого тела избавимся. Что и сделали. То есть в теле клона оказался мозг, которому сказали, что его просто скопировали в новое тело.

2) Вопрос: Твое сознание будет в новом теле, когда клон проснется? Или в новом теле будет такая же копия тебя, как и в первом случае, а ты будешь мертв? Так что же тогда твое сознание?

А теперь еще больше фантастики. Представьте, что тела – это просто носители информации, запоминающие, что тело делало весь день. Поведение «тела» определяется принципами и знаниями, хранящимися в памяти. Когда тело засыпает, информация в мозгу упорядочивается, а сознания тем временем путешествуют по телам. Этакая игра, когда дети бегают вокруг стульев, пока играет музыка, а как только музыка заканчивается все должны рассесться по стульям. Тут уж не до того, чей это стул, хоть какой-нибудь занять бы. Ты не знаешь в каком теле проснешься и никогда не узнаешь, потому что всё, что определяет твой характер, поведение и ценности определяется знаниями и опытом, хранящимися в памяти, то есть в мозге тела.

3) Вопрос: Что такого может привнести твое сознание в новое тело? Выходит, сознание ничего не знает и ничего не помнит? Какое же это сознание, если не обладает ничем, чтобы осознать себя самого?

РАССКАЗЫ С НАСТРОЕНИЕМ

Счастливый конец

(Миниатюра о маленьком человеке)

Ночь незаметно опустилась на большой город фонарных огней и без того затянутый серыми тучами и смогом, которые не пропускали ни одного солнечного луча. Кайл только вернулся домой и, захлопнув дверь своей комнаты, успел сделать лишь пару шагов, прежде чем рухнуть без сил на свою кровать едва шире и чуть длиннее его самого. Город вытягивает все последние силы, когда перемещаешь на общественном транспорте под землей. Жилище Кайла было с одним крохотным окном под потолком, через него в комнату Кайла попадал свет неоновых вывесок от стоящего почти впритык соседнего здания. Электричество ему давно отключили. Такую роскошь он не мог себе позволить, поэтому собственного света у него не было. Но, к счастью, ночной уличный свет был достаточно ярок, чтобы осветить его комнату даже через окно размером с альбомный лист.

Кайл закрыл глаза и собирался, как обычно, просто провалиться в сон и забыть об этой мерзкой реальности, но ему помешало жжение в горле. Он осознал, что давно ничего не пил, и теперь его беспощадно мучала жажда. Он хотел забыть о ней и уснуть, но, однажды признав проблему, с ней не так просто справиться. Кайл устало встал с кровати, сделал два шага до двери совмещенной душевой и туалета. Вся его квартира была размером два на три метра. Он открыл кран, из которого едва капала черно-коричневая вода. Дело было не в освещении, она действительно была настолько ужасна, что он побоялся бы даже умыться ей, не то чтобы пить.