– Только, дружище, – попросил я Калымдая, – когда дело дойдёт до непосредственно военной части, ну, там часовые, пушки и тому подобное, мне покажи варианты, ладно?
– Внучек, ты по делу говори, а? – проворчал Михалыч. – Мне ещё сигары к вечеру отыскать надо, что Кощеюшка просил принести.
– По делу так по делу. Я никак что-то не соображу размеров стены. Ну, оставим мы про запас метров полста от последнего дома и до стены, нормально? Или больше надо? А вдруг город расти начнёт со страшной силой?
– Обязательно начнёт, – кивнула Маша. – И так каждый день новые поселенцы приезжают.
– Вот! И как высчитать пустое пространство?
– Ну вы нашли проблему, Фёдор Васильевич, – засмеялся Калымдай. – Было бы из-за чего голову ломать. Будем делать, как в обычных городах делают, вот и всё.
– Да? – я почувствовал себя махровым двоечником. – А как делают?
– Просто строят стену особо не заморачиваясь, а потом, когда внутри города места хватать не станет, увидите сами, Фёдор Васильевич, новички начнут лепить дома вне города, а когда и там поселение разрастётся, то строят ещё одну стену, что с тактической точки зрения обороны весьма удобно и надёжно.
– В некоторых городах, внучек, – поддержал Калымдая Михалыч, – по пять кругов стен бывает.
– Никакой враг с налёту город не возьмёт, – заверил Калымдай, – захлебнётся атака у первой же стены.
– Это же сколько денег вбухать придётся… – вздохнул я. От моих вздохов скоро на планете кислород закончится.
– А как ты хотел, внучек? – пожал плечами дед. – Обычное дело. Только с Агриппиной Падловной сам договариваться будешь.
***
Посидели мы у царя-батюшки, хорошо, душевно.
Коньяк был качественный, сигары отличные, закуска на высоте, компания мужская. Чего ещё желать умаявшимся от государственных забот скромным труженикам?
Немного подпортил момент царь-батюшка. Когда Иван Палыч вышел, чтобы распорядиться об очередной перемене холодных закусок, Кощей спросил:
– Что дарить Палычу на свадьбу будем?
Вопрос серьёзный, чего уж, только не ко времени – надоело весь день голову ломать над проблемами, хочется просто тупо посидеть, поболтать ни о чём.
– Давайте завтра, Ваше Величество? – предложил я.
– Наливай, – согласился царь-батюшка.
Потом мы пели хором так любимого Кощеем «Черного ворона», который всё, зараза, вьётся над головой. Потом Аристофан очень артистично исполнил «Мурку», услышанную на компе, подыгрывая себе деревянными ложками. Калымдай проревел что-то очень воинственное на своём родном языке, мрачное, грозное и, слава всем богам, короткое. Михалыч петь отказался, но рассказал очередную свою байку из бурной молодости. Меня петь не просили, памятуя мой музыкальный слух, точнее – полное отсутствие оного, зато попросили включить на смартфоне смешной ролик про кота и собаку и долго ржали, хотя видели это видео раз сто не меньше. Потом Михалыч всё тащил нас в город – подыскать ему хорошего пёсика, с которым он будет часовым обходить стены и защищать нас от злых ворогов. Потом хотели позвать наших дам, но к счастью поленились. Потом Иван Палыч вдруг перешёл на родной французский и стал рассказывать, судя по слезинкам в его глазах, какую-то невероятно печальную историю, а мы, перебивая друг друга, делали синхронный перевод на русский и совершенно неприлично смеялись. Как нас Иван Палыч на дуэль не вызвал, до сих пор удивляюсь. Потом Аристофан содрал какой-то старинный холст со стены, завернулся в него и стал приставать к Гюнтеру, который, обидевшись, ушёл спать под стол к царю-батюшке. Потом, уже смутно помню, как дед стал учить Калымдая правильно метать топорики и всё орал мол, в степи совсем не та школа, грубая и варварская, изящества не хватает. Потом Кощей пытался прогнать нас спать, а мы хихикали и ловко уворачивались от его чёрного меча. А потом… Не помню. Но посидели мы у царя-батюшки хорошо, душевно.
Глава вторая.
С особым энтузиазмом и подъёмом патриотизма в этом году горожане отпраздновали День Ивана Купалы.
Стараниями Губернатора на Главной площади были проведены истинные народные празднования с организованным возжиганием костров при контроле пожарной инспекции и соответствии православным традициям.
Расходы по организации праздника частично взяла на себя Канцелярия Е.И.В. Кощея, оплатив каждую третью чашу браги из собственных средств, сэкономленных на премиях сотрудникам.
«Вестник Града Кощеева»
Я стоял на краю холма и любовался городом.
Нет ну, правда, хорошо. Как я и настаивал улочки, улицы и проспекты были ровненькие, будто по линеечке. Хотя, почему будто? По линиям их и прокладывали. Деревянных изб было мало. Я всё-таки настоял на усиленном использовании камня при строительстве. Каменоломня у нас рядом, а начальник её – пожилой толстый бес Багалопус, заверил меня, что камня хватит ещё на сотню таких городов как наш. Я через Ивана Битюга даже внедрил программу по финансово-технической поддержке тех жителей, которые решат свою избу переделать в каменный дом и деревянных построек становилось всё меньше. А вот большие резные терема я не стал трогать – жалко, красиво очень. Ничего, на Рыночной площади строилась пожарная каланча, а внизу её уже работала и сама пожарная часть, в основном состоящая из бесов, с их-то способностью мгновенно перемещаться под землёй в любую точку, и скелетов, в качестве подсобных рабочих. Я в придачу к ним искал хоть какого-нибудь завалящего мага, знающего водяное колдовство, но с магами тут была напряжёнка уж и не знаю почему.
Впрочем, деревянных теремов было у нас не так уж и много, да и разбросаны они были по всему городу. Если где и полыхнёт, не дай боги, то перекинуться огню будет особо и некуда. У нас даже купцы свои склады для товаров предпочитали строить из камня.
Немного мой взгляд коробили обязательные огороды возле каждого дома, но как без огорода или дачи русскому человеку? Понимаю, смиряюсь, фиг с ними.
Ух ты! А я сразу и не заметил. По периметру города явно проходили какие-то работы. Я прищурился – ну точно! Разметка стены уже идёт, молодцы, оперативно! Там же на окраине я заметил ещё одну стройку, довольно масштабную, не изба и не терем. Хм-м-м… А, ясно – церковь. Как царь-батюшка не плевался, как нос свой царственный не морщил, как за меч не хватался, а я всё же продавил её строительство. Нам-то она особо и без надобности, а вот жителям без религии никак. Да и некоторые придворные горячо одобрили появление у нас официального небесного представительства. Варя моя, так прямо светилась от счастья.
Ладно, надо вниз спускаться, с Губернатором Иваном дела порешать множественные. Угу. Вот прямо взял и пошёл.
– Федька! – ко мне запыхавшись, подшаркал дед. – Кощеюшка срочно зовёт! Давай-давай, внучек, пошевеливайся!
– Очередная казнь или опохмел?
– С подарком Иван Палычу определились! Давай, живо!
О, это – важно. Ладно, день только начался, успею ещё в город.
– Это всё Машка, босс, прикинь! – объяснял мне Аристофан в приёмной царя-батюшки. – Взяла и придумала подарок!
– Вот вы ругаете мои романы, – с ноткой превосходства заявила вампирша, – а я как раз в книге Фагуста Висюнте «Жёлтые листы памяти или Повесть о минувшей любви» и наткнулась на решение проблемы. Там один благородный шевалье…
– Ох, – крякнул дед.
– Не мешай, дедушка, – заткнул его бес.
– …шевалье Морис Бунуа, чтобы хоть как-то понравится отцу своей дамы сердца, прекрасной Марго Ла Панель, господину Рогусту, отыскал для него в замке своего дяди, графа Сен-Николаса, который как раз в тот момент находился на службе каталонского короля Фиглипа VI…
– Маша! Что отыскал этот… блин! Шевалье!
– Я как раз к этому и подхожу, мсье Теодор, потерпите.
– Маша! – заорали мы хором.
– Фи на вас, – надулась вампирша. – На самом интересном… Рецепт он отыскал. Старинный рецепт, хранившийся в тайне.
– В аптеку на опиум рецептик?.. О? О! Маша ты – гений!
– Кто бы сомневался, мсье Теодор, – устало вздохнула она.
– Государь ждёт! – чопорно объявил Гюнтер и распахнул дверь в кабинет. – Даже вас, господин Статс-секретарь.
– Нам нужен рецепт блюда, – царь-батюшка пощелкал пальцами, – особого. Какого-нибудь эдакого.
– Тайный рецепт самогона из монастырских виноделен! – тут же среагировал Аристофан.