Отклонение или Лал-Земля-Лал. Часть 3

– Войны, везде войны, – вернувшись к экрану, задумчиво произнесла Земилла, глядя на выделенного оператором воина, отчаянно отбивающегося сразу от двух противников. – Что мешает людям жить спокойно, в мире?

– Наверное, сами люди, – ответил Ралаш, раздумывая, как ему себя вести, чтобы каждый раз не оказываться в глупом положении, и придя к выводу, что ему лучше молчать, чем говорить, правда, не зная, как это сделать.

– Вы правы, – согласилась Земилла. – Разные планеты, разные общества, а тяга к уничтожению везде одинаковая.

– Возможно, ещё один островок дальних родственников.

– Скорее всего, так и есть, – не стала спорить Земилла. – Мы уже нашли два таких островка, почему бы не быть и третьему? Согласитесь, из семнадцати стартовавших кораблей могло спастись больше, чем три.

– Скоро мы это узнаем, – не стал спорить Ралаш. – Только не из семнадцати, Ваше Высочество, а из десяти, – не удержавшись, поправил он.

– Из семнадцати, – повторила Земилла. – Вы, наверное, не знаете этого, капитан, но драконы оказались большими людьми, чем сами люди. Они потеснились и взяли на каждый из своих кораблей от двух до трёх тысяч человек.

– Я, действительно, этого не знал.

Картинка снова поплыла, уходя из солнечного дня в непроглядную тьму ночи.

– Вы уже присмотрели место для посадки? – поинтересовалась Земилла, отворачиваясь от потемневшего экрана.

– Да, Ваше Высочество, есть один достаточно большой остров недалеко от экватора. Мы уже проверили, он не обитаем. Что, в общем-то, не удивительно, он находится равно далеко от всех шести континентов.

– Отлично. Когда посадка?

– Когда прикажите.

– Тогда, давайте, прямо сейчас. Зачем попусту тратить время?

*****

Луан остановил коня и указал рукой на небо:

– Смотри, звезда падает.

– Я вижу, – ответила Ариадна, останавливая свою лошадь бок о бок с жеребцом Луана и глядя вслед так и не погасшей звезде, не спеша прочертившей всё небо и скрывшейся за темнеющим на пригорке лесом.

– Ты загадала желание?

– А ты?

– Я загадал.

– И я загадала.

Луан наклонился и нежно коснулся губами губ Ариадны.

– По-моему, мы загадали одно и тоже, – улыбнулся он.

– Может быть, – засмеялась Ариадна. – Но я тебе всё равно не скажу, и ты не говори.

– Но у меня нет от тебя секретов. Я хочу…

– Нельзя говорить, не сбудется, – остановила его Ариадна. – А я очень-очень хочу, чтобы наше желание сбылось.

Луан поцеловал её ещё раз.

– Я обещаю тебе, наше желание сбудется, – сказал он, и они поскакали в сторону замка.

*****

Князь неподвижно сидел на толстом, брошенном прямо на дорогу ковре и молча наблюдал за тем, как десяток рабов, не суетясь, хорошо отточенными движениями, быстро возводили его походный шатёр. Сзади, тоже в безмолвии, топталась его постоянная свита. Выстелив пол внутри шатра дорогими коврами и закрепив над входом его княжеский флаг, девять чёрных конских хвостов, рабы повернулись лицом к своему повелителю и склонились в низком поклоне, но князь не заметил их, он был полностью погружён в свои невесёлые думы. И только когда послышался шум и вой, он сменил позу, повернул голову и с нетерпением посмотрел в сторону приближающихся шаманов, не забывающих осыпать самыми страшными проклятиями головы посланных за ними воинов, которые, в отместку за проклятия, ни капли не церемонясь, крепкими пинками, гнали их к князю.

– Я долго ждал, – сказал князь. – Я очень долго ждал, – повторил он всё ещё ругающимся шаманам, таким тихим и таким страшным голосом, что даже у видевших виды воинов его личной сотни по телу пробежала невольная дрожь. – И если мне ещё, хоть раз, придётся вас ждать, – продолжил он, чуть ли не в абсолютной тишине. – То вы будете услаждать богов не своими песнями, а своей кровью, – князь сверкнул глазами, обводя взглядом притихших шаманов. – Которая будет покидать ваши тела из мелких разрезов, медленно, капля за каплей, вытекая на жертвенный алтарь, чтобы боги могли вдоволь насладиться вкусом вашей крови. А потом, я скормлю ваши тела диким собакам, а ваши головы вашим ученикам, чтобы, поджарив их на костре и высосав из них мозг, они могли сразу перенять от вас всё, чему вы учите их долгие годы. А ваши черепа я прикажу наполнить навозом и утопить в болоте, чтобы ваши души, с лошадиным дерьмом вместо мозгов, никогда не узнали покоя, оказавшись в царстве вечной ночи и провалившись на самое дно, самого последнего мира, к самым последним рабам, которые превратят вас в своих рабов.

При этих словах, шаманы попадали князю в ноги, усердно стукаясь лбами о высушенную солнцем землю, целуя край ковра, на котором он сидел, щедро вырывая из своих голов длинные, немытые от самого рождения волосы, непрерывно воя и моля о пощаде. Свита, потихонечку, попятилась назад, стараясь стать незаметной, маленькой… Каждый хотел оказаться последним, спрятаться у другого за спиной, а все вместе, они прятались за спиной князя, ведь они лучше других знали, каков князь в гневе, и как легко рубит головы его острый меч. На их счастье, князь не обращал на них ни малейшего внимания, его полностью занимали продолжающие скулить шаманы, уже успевшие разбить лбы и обильно осыпающие дорожной пылью свои изрядно полысевшие головы.

– Я хочу знать, – вдоволь насмотревшись на старательно истязающих себя шаманов, продолжил князь, шаманы мгновенно замолчали. – Добрый или плохой знак принесла нам та, ревущая, серебряная птица, которая пролетела в небе над нами так быстро, что никто из воинов не смог её, как следует, рассмотреть? Отвечайте. И не вздумайте врать. Я хочу знать правду, какой бы она ни была.

– Добрый! – в один голос закричали шаманы. – Это был добрый знак!

– Не все, – поморщился князь. – Говори ты.

Указанный шаман подполз к самым ногам князя и несколько раз поцеловал его сапоги, покрытые уже давно высохшей грязью.

– Добрый, – повторил он, всем своим видом показывая, какое это радостное событие. – Это великая птица войны, о которой поётся в наших самых старых песнях. Она уже много тысяч лет не показывалась людям, и вот она здесь, она показала себя нам. Это очень добрый знак. Она полетела туда, где прячутся дьяволы. Она полетела, чтобы выклевать им глаза и выпить их кровь. Она звала нас за собой. Она поможет нам, надо только принести в её честь щедрые жертвы и отпраздновать её появление весёлым пиршеством.

Шаманы, подтверждая его слова, дружно закивали головами, а свита довольно зашепталась.

– Хорошо, – взяв некоторое время на раздумье, согласился князь. – Идите и приносите жертвы. А мы будем веселиться. Всю ночь. Но берегитесь, если ваши пророчества, как это уже бывало, окажутся лживыми.

– Всё будет зависеть от количества жертв, – попытался подготовить пути к отступлению шаман, глубокомысленно подняв глаза к небу.

– Тогда, не ленитесь, – сузив глаза, прорычал князь. – Пусть ваши ножи не знают усталости. Я разрешаю вам взять столько рабов и животных, сколько вы сами захотите. А теперь, прочь.

Князь пнул ногой, лежащего перед ним на животе шамана, и тут же забыл о нём, его взгляд переместился в сторону шатра. Взмахом руки, он вернул к жизни застывших в поклоне рабов, которые, немедленно откликнувшись на его зов, осторожно, вместе с ковром, взяли князя на руки и понесли в шатёр. Следом двинулась свита, отчаянно толкаясь и переругиваясь, поскольку теперь каждому хотелось быть первым, занять место поближе к князю и, в случае удачи, быть осыпанным его милостью.

Ещё не успела свита поделить места, как предсмертные крики рабов и жертвенных животных, смешанные с приглушённым воем шаманов, нарушили извечную тишину степей и стали первыми звуками большого пира, предвестниками великих событий, но вскоре они потонули в хохоте подвыпившего князя и вторящих ему застольных друзей.

Так прошла ночь, близилось утро.

*****

– Входи, Лита, – ответила Асна на стук в дверь, отбрасывая в сторону один из красочно иллюстрированных журналов, целая кипа которых лежала на небольшом журнальном столике, примостившемся у изголовья кровати. Все эти модные журналы, за долгие месяцы полёта, уже порядком успели ей надоесть, но выбирать не приходилось и, чтобы хоть как-то скоротать время, Асна, снова и снова, прибегала к их помощи.

Лита вошла в комнату и улыбнулась:

– Доброе утро, Асна. Я не рано?

– Нет, я уже давно не сплю. А утро совсем не доброе, как и каждое из тех, которые мне приходится встречать в этой клетке, – Асна провела взглядом по стенам и грустно улыбнулась. – Прости, Лита, что-то я совсем раскисла.

Лита подошла к Асне и села рядом.

– Ничего, это пройдёт, – сказала она, обнимая подругу по несчастью.

Асна уткнулась ей в плечо и заплакала.

– Как мне всё это надоело, – всхлипывала она. – Жизнь в заточении… Незнание того, что с тобой будет завтра… Домой хочу… К маме… Если бы только можно было вырваться отсюда…

– Если бы, – мечтательно повторила Лита. – Но, увы, это почти невозможно.

– Я не совсем поняла? Поясни, – попросила Асна, переставая всхлипывать и вытирая слёзы. – Что ты сказала?

– А что я сказала? – удивлённо спросила Лита, делая вид, что не понимает, о чем идёт речь.

– Почему, ты сказала: почти? – уточнила свой вопрос Асна. – Я думала, это невозможно совсем.

– Ах, вот ты о чём, – Лита засмеялась. – Почти невозможно и означает, что это почти невозможно. Существует только один выход, но он для нас закрыт. Считай, что твоё видение сложившейся ситуации, в словесном изложении, звучит более верно, чем моё.

– И всё-таки?

– Прости меня, Асна, – Лита отрицательно покачала головой. – Зачем тешить себя мечтами, если мы, всё равно, не сможем воплотить их в жизнь? Зачем искать там, где невозможно найти?

– Ты сдалась?

– Нет, я не сдалась. Просто, я не хочу понапрасну расстраиваться и расстраивать тебя. Давай, лучше попробуем поговорить о чём-то другом. О моде, например, – Лита кивнула головой в сторону журналов. – Тем более, я уже решила, как поступлю, если со мной сделают то, чем мне грозили.

– Попробовать, конечно, можно, – медленно произнесла Асна, отстраняясь от Литы и облокачиваясь о подушку. – Но, я не уверена, что у нас это получится. А то, что ты задумала, по крайней мере, глупо. Если уж умирать, то чистой, а не униженной и вымазанной в грязь, своей смертью разрушив планы этого…, – она не смогла найти нужного слова. – А не доставив ему очередное удовольствие. К тому же, разве наша попытка освободиться не может привести нас к такому же результату?

– Каким бы не был твой отец, я не думаю, что он станет убивать собственную дочь, тем более, возлагая на неё такие надежды.

– Вот и отлично. Значит, у нас будет ещё одна попытка.

– У тебя, – усмехнувшись, поправила её Лита. – Я не его дочь.

– Прости меня, – Асна коснулась руки Литы. – Ты права, у нас ничего не получится.

– И ты меня прости. Я обманула тебя, сказав, что уже решила, как поступлю. Я только сейчас поняла, как сильно я хочу жить.

– Я понимаю. Давай, в самом деле, поговорим о моде. В этом журнале есть такие очаровательные…

– Ничего ты не понимаешь, – испугавшись, что Асна не захочет возвращаться к этому разговору, прервала её Лита, всем своим видом показывая, как ей за себя стыдно. – Это всё страх, он хуже любого врага, он разъедает изнутри. Ты ещё хочешь знать, почему – почти?

– По крайней мере, – согласилась Асна, пытаясь успокоить разволновавшуюся подругу. – У нас появится занятие, ведь разработка зловещих планов требует уйму времени.

– Тогда, слушай, – решительно сказала Лита. – Когда-то, когда принцесса училась в школе пилотов…

– Вот как? – удивилась Асна, совсем не специально перебивая Литу, просто так получилось. – Я не знала.

– Неудивительно, об этом мало кто знает. Принцесса не любила афишировать свои знания, – пояснила Лита. – Предпочитая оставаться в глазах окружающих обычной принцессой, хотя и могла делать многое, не только это. Из неё должна была получиться настоящая королева. Жаль, что теперь не получится.

– Прости, я не хотела сделать тебе больно, я совсем забыла, что вы были подруги. Пусть спит спокойно.

– Не исключено, что мы скоро встретимся с нею, – как-то, совсем невесело, дёрнув губами, заметила Лита.

– Не встретимся! – чуть ли не выкрикнула Асна, отрываясь от подушки и подаваясь вперёд. – И не говори так больше никогда. Слышишь?

– Прости, – не ожидавшая такого напора Лита невольно отклонилась назад.

– Продолжай, пожалуйста, – попросила Асна, снова облокачиваясь на подушку.

– Сейчас, – Лита взяла небольшую паузу, инициатива вновь перешла на сторону Асны, и это было хорошо. – Когда-то, когда принцесса училась в школе пилотов, она настояла на том, чтобы я училась вместе с нею. Но я не чувствовала к этому занятию особого влечения и после окончания начальных курсов убедила принцессу, что это не для меня, о чем сейчас очень сильно жалею. Но чему-то я всё-таки научилась. Конечно, я не смогу управлять крейсером или торговым судном, но с небольшими яхтами, типа спасательной шлюпки, вполне справлюсь. На курсах, мне приходилось несколько раз летать самой, даже без инструктора и даже на точно такой же шлюпке, которая стоит на вашем корабле.

– А ты знаешь какая здесь шлюпка?

– Конечно, меня же доставляли сюда не с завязанными глазами. К тому же, такими шлюпками снаряжаются все межзвёздные корабли, кроме военных, разумеется, а на коротких межпланетных трассах их используют, как малые суда. Так что, если бы нам удалось добраться до неё, то мы могли бы попробовать освободиться, но, к сожалению, это невозможно, – Лита виновато улыбнулась и развела руками. – Поэтому и почти.

Асна поднялась, подошла к столу и наполнила стаканы красноватым соком ягод Фалли. Один из стаканов она подала Лите.

– Спасибо, – поблагодарила Лита.

– Он без сахара, – предупредила Асна.

– Терпкий.

– Если хочешь…

– Нет. Так даже вкуснее.

– Мне тоже так больше нравится.

Они замолчали. Асна думала о побеге, а Лита просто ждала.

– А они могут нам помешать, как-то остановить шлюпку?

– Если никого не будет рядом, то помешать они нам не смогут, – ответила Лита, продолжая пить сок маленькими глотками и стараясь дать такой ответ, чтобы он не только выглядел максимально привлекательно, но и полностью соответствовал действительности, поскольку что-то скрывать или приукрашивать было не в её интересах. – Шлюпка полностью автономна и не зависит от основных систем корабля, никто не сможет заблокировать её старт.

– Я так понимаю, тебе знакома не только шлюпка, но и корабль?

– Да, – Лита кивнула головой. – Это КМ-104. Разрабатывался, как малый крейсер. Довольно старая модель. Хотя и считается одной из лучших среди кораблей этого класса, за исключением военных, конечно.

– Ты была более прилежной ученицей, чем можно подумать, исходя из твоих предыдущих слов.

– Не испытывать желания и не учить – это совершенно разные вещи, – ответила Лита на высказанное Асной замечание. – Чтобы не расстраивать принцессу, мне приходилось быть прилежной ученицей, – она улыбнулась. – Особенно на первых занятиях, когда, как раз, происходило знакомство с историей космоплавания и существующими ныне кораблями.

– Отлично. Значит, ты знаешь и путь к шлюпкам?

– Конечно, их здесь две. Они расположены по бокам, в задней части корабля, вход с нижней палубы.

– До них далеко отсюда?

– До одной из них, действительно, далеко, а до второй… Сначала по коридору, потом на два яруса вниз и там метров десять… Две минуты на подготовку… Если поспешить, то минут за пять можно управиться.

– Или быстрее.

Лита пожала плечами.

– Если бегом? – уточнила Асна.

– Я не пробовала.

– Значит, можно, – заключила Асна.

– Что ты задумала? – спросила Лита, так и не дождавшись продолжения, но, надеясь, что оно именно такое, каким и должно быть.

– Как что? – удивилась Асна. – Сбежать отсюда. Я, конечно, понимаю, – она немного замялась. – Тебе будет непросто принять такое решение, но, мне кажется, мы должны попробовать.

– Каким образом? – поинтересовалась Лита, полностью отдавая инициативу Асне и с любопытством наблюдая за нею, воспользовавшись тем, что Асна, о чём-то думая, неподвижно смотрела в другую сторону.

– Я готова на всё, – решительно заявила Асна.

– Что ты имеешь в виду?

Но Асна не ответила на этот вопрос, она резко повернулась:

– Ты со мной, Лита? Или нет?

– Конечно, я с тобой, – поспешила заверить её Лита. – Но ты, наверное, забыла, у нас есть одна проблема, нас охраняют. Вернее, сторожат.

– Это, конечно, проблема, – согласилась Асна. – Но, я думаю, она более чем разрешима. Тем более, сторож всего один. Правда, для этого придётся забыть о некоторых своих принципах. И даже больше.

– Пояснишь?

– Разумеется. Наши охранники, никто иные, как самые обыкновенные самцы. Они меняются, а взгляд остаётся.

– Ты о чём?

– Разве ты не заметила, – усмехнулась Асна. – Как они облизываются, каждый раз, когда мы выходим в коридор?

– Что ты хочешь этим сказать? – продолжая строить из себя глупышку, спросила Лита, добиваясь того, чтобы Асна произнесла свои мысли вслух и была уверенна, что это именно её идея.

– А ты разве не поняла? Его нужно заманить в комнату и…, – Асна не договорила.

– Убить? – закончила за неё Лита.

– Я бы предпочла просто обездвижить.

– А ты более решительна, чем я думала, – удовлетворённо заметила Лита, продолжая незаметно изучать Асну.

– Просто, я, очень сильно, хочу вырваться отсюда.

– Здесь мы похожи.

– Тогда, давай, распределим роли. Кто будет заманивать охранника?

– Я не смогу, – Лита покачала головой, серьёзно сомневаясь в способности Асны убить человека и понимая, что рисковать нельзя, второй попытки не будет. – Меня стошнит, если он попробует меня коснуться.

– Я понимаю.

– Извини, что перекладываю это на тебя, – извинилась Лита, почувствовав необходимость сделать это. – Но после того, что случилось, я не смогу.

– Я понимаю, – повторила Асна. – Поэтому, это сделаю я. Но, в этом случае, ты должна будешь сделать другое.

– Я не знаю…, – Лита опустила голову.

– Ты хочешь вырваться отсюда? Или нет? – прикрикнула на неё Асна.

– Да, – ответила Лита, полностью добившись своего.

– Тогда, тебе придётся.

– Я постараюсь.

– От этого будет зависеть всё.

– Я сделаю это, – твёрдо пообещала Лита.

Они обнялись.

*****

Придерживаясь рукой за стену, чтобы не так сильно была заметна её хромота, Ариадна вышла на балкон и обняла стоящего там Луана.

– Что с тобой, милый? – с тревогой спросила она.

– Знаешь, Ариадна, – он тоже обнял её за плечи. – Мне кажется, пришло моё время.

– Я тебя не понимаю? – почувствовав что-то неладное, испугалась Ариадна.

– Только ты не бойся, – Луан улыбнулся и поцеловал её в щёку. – Просто, наступило время того, о чём я тебя предупреждал. За мной вернулись.

– Но, как ты узнал?

Луан снова улыбнулся:

– Помнишь, вчера, когда мы возвращались в замок, с неба упала так и не погасшая звезда?

– Конечно, помню.

– Потом, ночью, – продолжил Луан. – Мне не спалось и, не знаю почему, может быть, просто захотелось подышать свежим воздухом, я вышел сюда, на балкон. Какого же было моё удивление, когда я снова увидел эту звезду. Сначала я подумал, что это какое-то невероятное совпадение, случайность… Но когда, через час, она появилась снова, всё так же пересекая небо из конца в конец, я понял всё. Это пришли за мной. Двадцать один год я ждал этого дня, и вот он наступил. Я стоял здесь до самого рассвета и смотрел, как она, неизменная, как вечность, через каждый час, снова и снова, проплывала надо мною.

– Поэтому ты стоишь здесь и сейчас?

– Да.

– Но, Луан, – Ариадна с трудом сдерживала охватившую её дрожь. – Почему ты решил, что всё именно так? Может быть, это что-то другое, мало ли какие звёзды летают в космосе. Может, это вовсе не за тобой?

– Я чувствую, – просто ответил Луан. – Кстати, сегодня их стало уже две. Вон, видишь, они как раз появились, вторая чуть сзади, по диагонали. Я уверен, это небесные корабли. И вряд ли они оказались здесь случайно.

– И что теперь будет?

Луан пожал плечами:

– Я не знаю.

*****

Земилла, в сопровождении символической охраны, состоящей из двух стражников, спустилась к небольшому пустынному пляжу, образовавшемуся в разломе невысоких, всего в несколько метров, скал. Она прошла по утрамбованному многими веками песку к самой кромке воды и остановилась, наслаждаясь дующим с моря солёным ветерком и купаясь в тёплых лучах солнца, пусть чужого, но такого же ласкового. Успев за время полёта соскучиться по самым простым вещам, она, с детским восторгом, наблюдала, как морские волны, украшенные белыми пенными гребнями, строго придерживаясь установленной очереди, одна за другой, с шумом бросались на берег, взбалтывая крупный золотистый песок и оставляя после себя куски буро-зелёных водорослей, вокруг которых тут же начинали суетиться какие-то небольшие рачки.

Земилла, одетая совсем не так, как того требует прогулка по незнакомой планете, сбросила лёгкие туфли и сделала шаг вперёд, позволяя ворчливым волнам коснуться своих ног. С минуту постояв, она зачерпнула ладошками воды, а потом, резко развернувшись, плеснула ею на застывших позади стражников. Она весело засмеялась, глядя, как всегда серьёзные стражники, никак не ожидавшие такого нападения, смешно уворачивались и махали руками, стараясь закрыться от летящей в них воды. Перестав брызгаться, Земилла выбежала из воды, в которую она уже успела зайти до колен, намочив похожее на тунику платье, и, на миг забыв обо всём на свете, закружилась в каком-то радостном, рвущемся прямо из души танце. Всё ещё в безотчётном порыве, она вскинула руки к небу и закричала:

– Люди! Как прекрасен мир! Как чудесно вокруг!

Закончив танец, Земилла, смущённо улыбаясь, отжала края намокшего платья и начала поправлять рассыпавшиеся в самом чудесном беспорядке волосы. Стражники, ставшие невольными свидетелями такого неожиданного для взрослой принцессы поведения, чтобы не смущать её ещё больше, смотрели куда-то вдаль, а их лица, снова превратившись в непроницаемые маски, не выражали ничего, кроме напряжённого внимания и готовности, в любую секунду, защитить свою подопечную, чего бы им это ни стоило. Не сумев справиться с волосами, Земилла встряхнула головой, ещё больше взлохматив их и став ещё прекраснее.

– Ну же, ну! – засмеялась она, поворачиваясь к стражникам. – Тэт, Эндри, вы хоть когда-нибудь улыбаетесь?

– Улыбаемся, Ваше Высочество, – ответил старший, и по возрасту, и по званию, Тэт. – Но только тогда, когда мы не на службе.

– Всё правильно, – согласилась Земилла, становясь совершенно серьёзной. – Так и должно быть. Я просто хотела сказать, что вы хорошие парни и отличные охранники. Спасибо вам за службу. И не кричите, – остановила она их, увидев, что они вытянулись в струнку, а их мощные груди с шумом наполнились воздухом, для положенного в таких случаях ответа. – Я же не официально, а просто так, от души.

– Спасибо, принцесса, – нарушая все установленные правила поблагодарил более молодой Эндри, вызвав осуждающий взгляд Тэта.

Земилла лукаво улыбнулась:

– Оказывается, вы не такие уж и каменные.

Стражник смутился и постарался поскорее надеть на себя свою привычную маску, что, как нарочно, у него никак не получалось.

– Кстати, Эндри, – продолжила Земилла, глядя на него горящими озорным огнём глазами. – Я заметила, что ты чаще других сопровождаешь меня. Почему?

– Потому, что быть рядом с вами – это самое настоящее счастье, и я не хочу его терять, – снова набравшись смелости, или невообразимой наглости, ответил Эндри.

– Этого я и боялась, – неожиданно грустно сказала Земилла. – Спасибо тебе, Эндри, за твои слова, но лучше бы ты их не говорил.

– Вы отстраните меня? – совершенно убитым голосом спросил Эндри, опустив голову.

– Нет, Эндри. За что? – соврала Земилла, прекрасно понимая, что держать его дальше рядом с собой нельзя.

Тэт сразу всё понял, Земилла увидела это по брошенному им в сторону Эндри сочувствующему взгляду, но сомневаться в его преданности причин не было, он охранял её с самого рождения. Он даже охранял ту дверь, за которой происходило её появление на свет.

Земилла подняла брошенные туфли и повернулась в сторону высившейся над скалами металлической глыбы сверхнового корабля.

– Пошли, – сказала она и зашагала по тёплому и влажному песку.

*****

– Ну, я и кретин, – всё ещё сокрушался Андрей. – Надо же было так вляпаться, спутать кусок метеорита с единичкой? – он посмотрел по сторонам, как бы предлагая друзьям удивиться этому обстоятельству вместе с ним. – А теперь и единичку не нашли и тройку потеряли, никогда себе этого не прощу.