Эхо прокуренных подъездов

Один из них подошёл ко мне.

– Тимур, – представился он, протягивая мне руку. Я быстро ее пожала и встала, чтобы подойти к подруге, но он неожиданно загородил мне путь.

– А ты классная! – улыбнулся он, но я сделала шаг назад, когда он потянулся ко мне.

– У меня есть парень. – холодно ответила я. Энн, сидевшая на диване выпучила глаза.

Тимур подошёл ещё ближе и окинул меня взглядом с ног до головы.

– Я знаю, но уверен, что с таким как он ты задолбаешься. – он резко вскинул мне руки на талию и прижал к себе. – А со мной нет.

«Неужели эта квартира – сборище пьяных парней, желающий со мной зажиматься?» – с раздражением подумала я, вырвавшись из объятий Тимура.

– Я же сказала, у меня есть парень. – злобно повторила я, пятясь назад. Но защищаться уже не было смысла. В дверях показался Вова, который тут же изумленно взглянул на меня. Я мрачно кивнула на Тимура и тот поспешно отошёл на несколько шагов назад.

«Вот и славно!» – подумала я, усаживаясь обратно за компьютер.

Заиграла новая песня, в последствии чего я более менее расслабилась, закуривая сигарету.

По всей комнате медленно распространялся дым, отдавая синим отливом яркой гирлянды. «Почему Тимур сказал, что я устану от Вовы?» – подумала я про себя, лениво облокачиваясь на спинку стула. И тут я почувствовала, как сзади ко мне придвинулся второй стул, на котором важно восседал Вова.

Он обнял меня за плечи и я развернулась, чтобы его поцеловать. Под классную песню эти поцелуи показались для меня атмосферными, и я аккуратно закусила губу.

Мое сердце неожиданно начало петь и это предвещало только об одном. «Он начинает тебе нравится.» – сказал мне мой внутренний голос, и я крепче обняла Вову, вдыхая его сладкий запах духов.

– Я так привязался к тебе. Не хочу тебя отпускать.– вдруг сказал он, и я заглянула в его голубые глаза.

Когда-то подобные слова он произнёс в первый день нашего знакомства, но теперь неожиданно для самой себя, я начала в них верить.

– Я тоже. – одними губами произнесла я.

Все переживания и страхи разом рассеялись, но не успела я расслабится, как снова раздался насмешливый голос Тимура:

– Может не будете мусолить всем глаза и пойдёте в другую комнату? Там продолжите свои страсти.

Я злобно посмотрела на него через плечо и этого хватило, чтобы он замолчал. Но пьяный Вова, кажется, принял эти слова всерьёз.

– Может правда пойдём в отдельную комнату? – с надеждой спросил он.

Я опустила глаза.

– Нет, я не хорошо себя чувствую. – по крайней мере это была половина правды. – Перепила.

Вова недоверчиво посмотрел на меня.

– Ты боишься что ли? – я вздрогнула от неожиданной проницательности. – Мы просто полежим и все. Честно.

Но я все равно упрямо покачала головой.

– Я хочу побыть здесь. – твёрдо ответила я и уловила, как промелькнула растерянность в его голубых глазах.

Недоверие. Именно это стабильное чувство складывается в последствии предательств, лжи и лицемерия. Когда разочаровываешься в людях, очень сложно в дальнейших знакомствах открывать свою душу. Я потеряла доверие практически ко всем людям. Особенно к мужскому полу. Я не могла доверять своему парню. «Если ты сделаешь человека когда-то смыслом своей жизни, то потом сможешь остаться несчастной.» – твердила я себе. Эта развившаяся паранойя не давала мне спокойно дышать, и в каждом поступке людей я искала подвох и ложь. Это продолжалось уже много месяцев и мне было сложно доверить Вове хотя бы некоторую часть себя. Я словно одевала маску и притворялась наивной глупой девчонкой, чтобы не обременять его тяжёлыми мыслями. Но сколько будет продолжаться эта игра?

Когда на улице наступили сумерки половину людей ушли по домам, но я вместе со своими друзьями расселись на кухне, оживленно болтая и распевая знакомые песни. Я сидела на коленках у Вовы, и он крепко сжимал мою руку. Глядя на эту милую картину, я достала телефон из кармана и повернулась к Вове.

– Я хочу сделать фотку. – шепотом сказала я, поднося камеру к нашим сцепленным рукам. Они казались мне одним целым и чёрные часы Вовы неплохо дополняли получившуюся фотографию.

Я показала результат Вове, а он ещё крепче сжал мою руку, тем самым сообщая о крепких чувствах. Внутри меня все ещё распирало от его теплоты и она словно разогревала мое сердце, которое вопреки моей самозащите будто без остановки твердило мне: «Ты влюбляешься! Ты влюбляешься!»

***

Дома я устало складывала учебники в рюкзак и с тоской думала о прошедших каникулах. «Почему все самые хорошие моменты так быстро пролетают?» – в который раз за жизнь спрашивала я себя.

Весь заканчивающийся вечер я переписывалась с Вовой, чувствуя себя капельку счастливой.

Я вспомнила, как он страстно обнял меня в комнате, вспомнила голубую гирлянду и улыбнулась.

– Как ты думаешь, у меня получатся с ним долгие отношения? – спрашивала я маму за ужином.

– Надеюсь. – вздохнула она, доедая свою порцию. Она молча сложила посуду в раковину. – Я хочу, чтобы моя девочка была счастлива. Только давай без глупых последствий?

Я проглотила ком в горле.

– Мам, ты же прекрасно меня знаешь. – смущенно пробурчала я. – Мне просто не хватает мужской теплоты. Глупо сравнивать отношения и моего отца, но мне хочется хоть капельки подобной заботы.

Белоснежное лицо матери погрустнело, и я опустила голову. Я знала, что никто из нас никогда не полюбит никого сильнее, чем моего папу, но мне безумно хотелось ощутить отголоски заботы. «Станет ли дорогим человеком для меня Вова?» – с надеждой подумала я.

Неужели даже спонтанная встреча с незнакомцем на тусовке могла как-то изменить мою жизнь? Раньше во всех предыдущих отношениях, мне никогда не приходилось задумываться о таких вещах. Все эти люди были ушедшими, и я давно забыла их лживые слова и крепкие объятия. Они растворились в далеких воспоминаниях о том, что я делала каждый раз одну и ту же ошибку. Но был ли Вова этой очередной ошибкой? «Нет.» – подумала я. Мне не хотелось больше называть его ошибкой. Мне хотелось ощутить на себе понятие «вместе надолго», ведь ничего подобного у меня не происходило ни с одним человеком.

Укладываясь в тёплую кровать, я разглядывала нашу фотографию. «Настолько крепко ещё никто не сжимал мою руку.» – с улыбкой подумала я. И впервые за время наших отношений, я поняла, что соскучилась. Это утомляющее чувство разлилось в моей душе, и я в который раз за день улыбнулась. Искренне.

ГЛАВА 5

– Ну что, подруга, сегодня идём тусоваться к твоему принцу? – я обернулась на знакомый и родной голос, и увидела Лили.

Она была будто бы отдаленной копией меня, поэтому многие думали, что мы сестры. Почти тот же цвет волос, стиль одежды и макияж – это была лишь малая часть, делавшая нас лучшими подругами.

Я взвизгнула от радости и побежала к ней в объятия. Декабрьские каникулы быстро пролетели и сегодня был уже третий день учебы. Мы стояли в коридоре школы и крепко обнимались, не обращая внимания на недоуменные взгляды одноклассников.

– Ну так что, какие у нас сегодня планы? – мы закончили наши милости и я увидела, что глаза Лили горели радостью. А все потому что сегодня мы должны были идти к Вове в гости. «Точнее это ты должна была к нему пойти одна, но из-за страха и недоверия попросила его взять с собой Лили.» – мрачно выругала я саму себя. Шла уже вторая неделя моих отношений с Вовой, но за последние дни я отрицала любое возникновение сильных чувств. Все мое недоверие к противоположному полу и боязнь предательства не давали выйти счастью, которое спряталось где-то у меня внутри. Я прекрасно понимала, что так быстро я не смогу полюбить человека, но моя нетерпеливость была причиной разрыва почти всех отношений. К тому же мое сердце каждый день болезненно сжималось, когда я осознавала как пусто внутри, где нет самых прекрасных и невероятных на свете чувств. Но подсознательно я понимала, что мой страх позволяет мне отрицать что-либо, зашевелившееся где-то у меня под рёбрами. Я все ещё помнила день, когда я начала что-то чувствовать к Вове. И это давно забытое ощущение до ужаса пугало меня, заставляя всю искренность прятаться глубоко внутрь.

– После школы идём к Вове. – сказала я, пытаясь отвлечься от плохих мыслей. – Просто ты сама прекрасно понимаешь, что мне страшно находится у него дома одной.

Лили весело подмигнула, но я лишь раздраженно скривила лицо.

– Ладно-ладно, если будет лезть к тебе или уводить в другую комнату, мне придётся его зарезать. – у моей подруги явно было хорошее настроение. – Ты не против если я одолжу у него самый острый нож на кухне?

– Конечно, но самое безобидное будет если ты его закидаешь куриными яйцами. – рассмеялась я, представляя эту картину. Что и говорить, но Лили была единственной подругой, которая не только поддерживала мое тупое чувство юмора, но ещё и сама придумывала что-то веселое. Именно наша несерьёзность ужасно мешала нам на уроках.

Мы двинулись по коридору, но не успела я начать рассказывать про свои каникулы, как начал звенеть звонок.

– Русский язык у нас сейчас? – спросила я одноклассника, который проходил мимо. Он быстро кивнул в ответ, и мы зашагали за ним.

– Боже, я свою душу продам, лишь бы не идти на урок. – проныла Лили, прежде чем мы зашли в класс. – Может прогуляем?

Я закатила глаза.

– Ты в курсе, что мы вообще ходим с тобой в школу не когда надо, а когда захотим? – пошутила я, открывая дверь. – Идём, не забывай, что если мы с тобой будем сидеть за одной партой, то будет весело!

Наверно, если меня спросят для чего я хожу в школу, то я отвечу, что мне нравится срывать уроки или вытворять что-то безумное. С начальных классов я была «девочкой-оторвой», любившей бегать по коридорам, смеяться на уроках и ругаться с учителями. Годы прошли и до выпускного оставалось совсем не много, но я была все той же веселушкой Лисой. Мы с Лили однажды придумали, что когда у нас будут дети, мы специально их отправим в нашу школу и в один класс, чтобы отомстить учителям. «Представь реакцию наших старых учителей, когда они узнают, что мы их мамы.» – смеялись мы пару месяцев назад.

– «Зубы в тюрьме», привет. – раздался голос моего друга на задней парте. Он всегда называл меня так из-за брекитов.

– Сам ты «зубы в тюрьме». – засмеялась я, закрывая лицо рукой, чтобы учительница не заметила моей скорченной от смеха гримасы. Но она лишь бросила на меня недовольный взгляд – это было что-то вроде первого предупреждения. – Я настолько опасная, что у меня зубы за решёткой.

Целых сорок пять минут урока мы с Лили пытались сдержать смех, придумывая разные шутки, ловя на себе злобный взгляд преподавателя. Когда мы вышли из кабинета Лили радостно провозгласила:

– Ещё четыре урока и мы идём к Вове!

***

Комната моего парня была словно его отражением и я сразу же это поняла, когда оказалась там. На стене висел огромный старый плакат, кровать была не заправлена, а на столе возле компьютера были разбросаны разные вещи. «Если он хотел прибраться, то у него явно это не получилось.» – подумала про себя я, но без тени осуждения.

Мы все завалились на кровать, смотря разные ролики, и я придвинулась к Вове, положив голову ему на плечо. На мне была огромная розовая толстовка, но даже она не могла меня согреть настолько сильно, как объятия Вовы.

– Это пародия на экстрасенсов? – спросила Лили, которая засиделась в телефоне и пропустила начало.

– Да. – ответили мы одновременно, и я улыбнулась. – Можно я схожу на кухню, налить водички?

– Только водку там не открывай. – весело напутствовал меня Вова и я выбралась из его объятий. Вернулась я в комнату с двумя мандаринами и один из них кинула Лили.

– Еда-ааа. – блаженно выдохнула подруга.

Я снова завалилась на кровать, отрывая дольки от фрукта, а некоторые я заботливо протягивала Вове. «По крайней мере кто знает, что сейчас было бы, оставшись мы одни.» – мрачные мысли без остановки лезли мне в голову. Спустя несколько просмотренных роликов, Вова уселся за компьютер и начал играть. В глубине души мне казалось, что ему было обидно, что я притащила к нему домой Лили. И я расстроенно уселась на край кровати.

– Как зовут? – спросила я, глядя на полосатую кошку, которая крутилась возле Лили. Подруга взяла ее на руки.

– Панч. – коротко ответил Вова, и мы с Лили залились смехом.

– Как можно было назвать кота Панчем? – сквозь смех спросила я, но Вова лишь пожал плечами, увлечённый гонками.

Я вскочила с кровати и обняла его через кресло.

– Я пойду съем все твои мандарины. – шепотом сказала я, пытаясь его развеселить. – Ты же их любишь, да?

С этими словами я побежала на кухню и через пару секунд услышала за собой шаги.

Я подошла к вазе с фруктами, но Вова резко меня развернул, и мы оказались лицом к лицу. Не теряя ни секунды, он поцеловал меня и неожиданно поднял на руки, посадив на стол. Мы словно потеряли время, не отрываясь друг от друга, и я почувствовала как его руки крепко держат меня за талию под толстовкой. Но я не могла расслабится, думая о том, что оставила Лили одну в комнате. Неожиданно резко, забывшись в поцелуях, я ударилась головой о стену.

– Ой. – выдала я, пряча глаза от стыда, но Вова лишь рассмеялся, и я уловила его хорошее настроение. И тут раздался громкий задористый голос Лили.

– Дайте угадаю, Вова посадил Лису на стол, они целуются и он лезет ей под кофточку.

Мы замерли, ошарашено уставившись друг на друга и я спрыгнула со стола, помчавшись в комнату. Но Лили сидела все в том же положении, обнимая Панча.

– Ты что подсматривала? – удивлённо спросила я, но подруга лишь засмеялась.

– Нет, я просто угадала. Ты что дурочка?

Оставшиеся пару часов я сидела у Вовы на коленках, а он с интересом играл, в перерывах крепко обнимая меня за талию. Я чувствовала себя вполне комфортно, ведь шутки Лили разбавляли мою скуку.

– Я бы хотел позвать тебя как-нибудь на ночёвку. – неожиданно сказал мне Вова, когда Лили отошла на кухню. – Мы классно проведём время.

Внутри меня все резко остановилось, и я задумчиво опустила голову.

– Ну да, было бы классно. – неуверенно пробормотала я. – А кто-то ещё будет или только я?

– Может быть Макса позову, но спать он будет в отдельной комнате. – Вова посмотрел на меня горящими глазами, и я понадеялась, что он не услышит стук моего сердца. «Мы вместе всего лишь почти пол месяца, а он уже хочет от меня того, что я не могу ему дать.» – с грустью подумала я.

– И ещё, хотел задать тебе вопрос. – продолжил Вова, а я внимательно уставилась на него. – Какие у тебя планы на Новый год?

Я расслабилась и задумчиво закусила губу.

Не смотря на то, что мне уже шестнадцать лет, это будет мой первый и самый любимый праздник, где мама разрешит мне гулять всю ночь с друзьями. Раньше Новый Год я всегда проводила со всей своей семьей, включая брата и бабушку с дедушкой. Мы накрывали огромный стол, болтали, загадывали желания, когда били куранты. А после часу ночи мы дружно шли на пруд смотреть салют, наслаждаясь праздничной атмосферой. Но в отсутствии отца последующие такие праздники стали для меня совсем тусклыми, и я решила, что в этот раз проведу праздничное время с друзьями.

– Я хотела в наступлении ночи уйти гулять с одноклассниками, Энн и Лили. Сначала, конечно, с мамой отмечу, а потом уже выйду. – ответила я, представив, как весело будет в первый раз провести праздник с лучшей подругой и остальными ребятами.

– Нет, давай уж лучше Новый Год мы отметим вместе. – Вова расстроенно опустил веки. – Я очень хочу, чтобы именно в этот праздник ты была со мной.

Я быстро поцеловала его в губы, но внутри словно кто-то поставил огромный барьер.

«И в Новый год лишится своей невинности вместо того, чтобы классно оторваться с остальными?» – мне хотелось сказать ему это в лицо, но я во время остановилась. Может, я делала поспешные выводы?

– Посмотрим, до кануна ещё целых две недели. – сухо сказала я и отвернулась, чтобы Вова не заметил мои взволнованные глаза.

– Тут ничего не произошло в мое отсутствие? – Лили вошла в комнату, и мы резко обернулись. – Лис, мне уже нужно уходить, ты проводишь меня до остановки?

Я взглянула на Вову и аккуратно задрала его рукав на толстовке, чтобы посмотреть на часы.

– Мне тоже скоро надо домой, завтра на тренировку утром иду. – тихо проговорила я, вставая с его коленок.

– Вова, а ты в курсе, что у тебя все губы в Лисеной помаде? – с насмешкой буркнула Лили. Я засмеялась, глядя на недоуменное лицо своего парня, и мы дружно поплелись в ванную, но все попытки смыть помаду были тщетны.

– Она матовая и стойкая, я сама ее еле смываю. – предупредила я и задумчиво обвела глазами ванную. – У тебя разве нету маминой смывки для макияжа?

Вова покачал головой и вышел из ванны.

– У меня есть только одно решение. – со вздохом сказал он и вытащил из под кухонного стола пузырёк водки.

Мы с Лили недоуменно переглянулись и молча протянули ему ватные диски.

– Смотри не опьяней. – губы моей подруги расплылись в саркастической улыбке. Она посмотрела на время. – Ребят, мне бежать пора.

Я кивнула и подошла к Вове, который старательно тёр диском губы. От него исходил резкий запах спирта.

– Ещё раз ты накрасишься этой помадой, я тебя убью. – шепотом сказал он мне.

– Специально накрашу. – съязвила я и поцеловала его в щеку. – Я пойду с Лили, а то она заблудится в снегопаде. Удачи тебе оттереть помаду, главное без губ не останься. А то что мне целовать?

– Напиши мне, когда будешь дома. – тихо ответил Вова, и я невольно расплылась в улыбке.

Когда мы с Лили оказались на улице, я нахмурилась от ветра и сильнее натянула на себя шапку. Мне нравилась зимняя атмосфера, но дикий холод заставлял меня тосковать по тёплым временам года. Единственное, что я действительно любила – это Новый Год. Конечно, никто не заменит былой семейный уют, но я пыталась не отчаиваться и находить радость в празднике даже при таких обстоятельствах.

– Как тебе он? – с надеждой спросила я подругу. Мне всегда было важно ее мнение.

– Он красивый и хороший парень, так что не знаю, что ты сам себе надумала.

Я вздохнула и отвела взгляд. «Поймёт ли сейчас меня Лили?»

– Вроде мы одного возраста, но он словно местами взрослее меня. – осторожно начала я. – Мне кажется, он меня требует слишком многое, особенно на такой ранней стадии отношений. Я просто не могу ему доверять, потому что мало ли все, что ему от меня нужно – это мое тело.

– Успокойся, ты же всегда можешь сказать ему «нет», если он будет перегибать палку. – не знаю почему, но в зелёных глазах Лили я уловила понимание. – Я слышала, что вы говорили про Новый Год и мне кажется, будет классно провести его компанией.

– Просто я очень сильно запуталась. Он мне нравится, конечно, но я боюсь, что не смогу почувствовать что-то большее. – я вспомнила то, что меня волновало больше всего и продолжила. – А ещё знаешь, он ужасно похож на Рому. Те же светлые волосы, голубые глаза, высокий рост и его невероятное чувство юмора. Это меня сбивало в первые дни с толку, поэтому я начинаю чувствовать себя неуверенно.

Лили остановилась и посмотрела на меня.

– Ты боишься, что влюбишься по уши и он поступит с тобой плохо? – резко спросила она, и я поежилась. Но мне не нужно было отвечать. Подруга прочитала мой ответ по заблестевшим глазам. – Лис, он не Рома. Это абсолютно другой человек, даже если он чем-то на него и похож. Вы проводите вместе время целыми днями, он тебе пишет и беспокоится за тебя. Что-то я не припомню, чтобы твой «принц» делал все это летом.

Я грустно покачала головой.

– Нет, признаюсь тебе честно. За эти две недели я уже почти забыла про его существование. Мне, кажется, я просто в течении этих девяти месяцев переболела человеком. Возможно, наши отношения были токсичными, ведь в моей памяти совсем нет хороших моментов с ним. Думаю, что я начинаю влюбляться в Вову и мне становится страшно от этого.

Лили толкнула меня рукой, а на ее лице просияла улыбка.

– Дура, ты должна радоваться этому, а не бояться! – воскликнула она. – Я очень хотела, чтобы ты наконец-то забыла своё прошлое и нашла себе хорошего достойного парня. Так что даже не вздумай отрицать свои же чувства. И в Новый Год он обязательно должен быть рядом с тобой, иначе это просто не красиво по отношению к нему.

Я выдохнула и крепко обняла подругу.

– Ладно, ты права. – клацая зубами от холода, ответила я. – Просто пойми, я боюсь, что мне опять воткнут нож в спину.

– Тогда я воткну ему топор в лицо. – рассмеялась она, и я засияла. Лили редко умела меня поддерживать, но что-что, в отношениях она умела разбираться.

На следующее утро я сонная сидела за завтраком, и мама по традиции сыпала на меня вопросы.

– У тебя вечером тренировка будет?

– Да. А вообще, ты прекрасно знаешь мое расписание. – процедила я, переворачивая ложкой молоко с хлопьями.

Мама сердито уставилась на меня.

– Ты же знаешь какой у тебя теперь тренер. Он может запросто отменить тренировку, а я просто позвоню репетитору по математике, и ты пойдёшь заниматься, вместо вечных шатаний по улице.

– Я не хочу идти к репетитору, я и так стараюсь на тренировках, как лошадь. Можно мне хоть немножечко отдохнуть в этой жизни? – злобно ответила я, отодвигая тарелку. – А ещё я не могу есть, когда ты начинаешь со мной ссорится. Аппетит пропадает.

– Ладно, извини. – сразу же успокоилась мама и подвинула мою тарелку обратно. – Я тебя понимаю, просто переживаю, что ты не сдашь экзамен.

Я закатила глаза, но все же продолжила есть. Разговаривать по утрам для меня было своего рода пыткой, потому что мне было довольно сложно выйти из сонного состояния. И лишь утренняя тренировка пробуждала во мне какие-то силы. Я словно оживлялась в воде, а мое тело наполнялось бодростью.

Но радовало меня еще то, что моя мама была на современный лад и никогда не была против моих отношений. Я всегда могла поделится чем-то с ней и иногда ее советы неплохо мне помогали. Когда я первый раз в жизни оказалась брошенной, моя мама купила мне огромный шоколадный торт и сказала, что сладкое – лучшее лекарство от депрессии. И она была права. Когда я вытерла слезы и поела торт. – мне стало гораздо легче.

Доев свой завтрак, я начала одеваться и неожиданно заметила на туалетном столике пачку маминых сигарет. Оглянувшись через плечо, я быстро вытащила сигарету и спрятала в карман рюкзака, но в следующее мгновение почувствовала огромный стыд. «У меня тренировка, а не тусовка.» – напомнила я себе, глубоко вздыхая. Огромное сожаление, которое скопилось у меня внутри, постоянно мне напоминало о том, что я не могу заставить себя бросить вредные привычки, которые мешали моему продвижению в спорте. Я чувствовала себя каждый раз так, будто постепенно отдалялась от той девочки, которая год назад обещала, что не возьмёт в рот ничего подобного. Но после того, как меня покинул человек, которому доверилось мое сердце, я опустила руки и потеряла мотивацию. И едва не потеряла свою будущую карьеру.

Сейчас я старалась изо всех сил делать подобное гораздо реже, но осадок прошлого не давал мне бросить самую последнюю часть. Я давно забыла человека, но не забыла, что такое сладких вкус сигарет и алкоголя. И этот осадок мешал мне жить той жизнью, которой я жила раньше.

Я помедлила возле туалетного столика и быстро положила сигарету обратно. Да, это был совсем маленький шаг, но я почувствовала себя лучше. Слова моей старой тренерши воспроизвелись в моей голове: «Каждая тренировка – это один маленький кирпичик в огромное здание. И если вы не вложите силы в одну тренировку, то соответственно не сможете положить кирпич в постройку вашего дома. А таких кирпичей может быть слишком много…»

С таким настроем я выдохнула, одела тяжелый рюкзак и вышла из дома.

ГЛАВА 6

– Макс, мне нужна твоя помощь. Мне нужно с тобой поговорить.– я быстро отправила голосовое сообщение и уселась на ступеньку.

Нам с Лили настолько наскучили первые дни учебы, что мы решили прогулять уроки в подъезде. Доступных мест для посиделок у нас больше не было, ведь на улице был невероятный снегопад. Поэтому мы нашли открытый подъезд и залетели туда, в надежде хоть капельку согреться.

Но мое настроение было ровно таким же, как и бушующая погода. Ещё с утра я показала Лили переписку с Вовой.