Татьяна Бердникова
Ненасытное море


– Пустым любопытством. Значит, сегодня ты ночуешь дома? Не думаешь, что мокой может воспользоваться твоим одиночеством?

– Ник, – Альфа скривился, – Больше всего я ненавижу, когда ты говоришь ерунду. Мокою плевать, где я ночую – он уже нашел меня здесь, у тебя! Если захочет – найдет снова, а если нет… – он в раздумье облизал губы, – То это была просто ловушка. Глупая, наивная ловушка в духе этой безмозглой тени… Не люблю, когда меня недооценивают.

Губы Карла Ежа, тоже все еще присутствующего здесь, тронула тонкая усмешка. Он отрицательно покачал головой, давая понять, что придерживается иного мнения о сложившейся ситуации.

– Ценю твою самоуверенность, Альфа, но не думаю, что он недооценивает тебя. Скорее наоборот – он прекрасно знает, как ты себя поведешь, и ловушку готовит с учетом твоего характера. Хотя из того малого количества информации, что мы имеем, сделать вывод затруднительно. Езжай домой. Завтра утром я заеду за тобой, потом подхватим Ника и все вместе в порт…

– До порта я могу добраться самостоятельно, – отрезал Арчи, – В твоей помощи не нуждаюсь и никогда не нуждался, Еж. Твое дело – достать билеты, мое – прибыть ко времени отправления, – он вдруг поморщился, – Хотя я бы предпочел лететь самолетом, а не плыть морем.

– Море-то тебе чем не угодило? – Дерек, прежде за старым знакомым такой неприязни к воде не замечавший, удивленно пожал плечами, – В прошлый-то раз, когда мы гнались за «Гиеной»…

– Вот как раз после того раза я его и не люблю! – Молле сдвинул брови, – Сейчас я не ранен и морской воздух не причинит мне былого дискомфорта, но осадок все еще остался. Неважно. Я отправляюсь к себе, а завтра в десять буду в порту. Надеюсь, этот срок всех устроит?

Карл усмехнулся, опуская подбородок.

– Достану билеты часов на одиннадцать. Да, к слову… стоимость своего билета тебе придется мне возместить.

– Сочтемся, – буркнул Хищник, и не желая продолжать бессмысленный разговор, решительным шагом покинул квартиру Доминика Конте, не забыв захватить пальто.



В порту на следующий день все оказались в нужный час, прибыв туда практически одновременно. Карл Еж, уже раздобывший обещанные билеты, и раздавший их друзьям, завидев приближающегося Арчибальда, позволил себе тонкую усмешку и слегка помахал в воздухе оставшимся билетом.

– Ты пунктуален, – отметил он, протягивая документ спутнику, – Любопытно, это единственная хорошая твоя черта?

Губы Молле изогнула дьявольская улыбка. Он плохо спал этой ночью, и на шутку настроен как-то не был.

– Однажды, – негромким, очень мягким голосом проговорил он, – Мы с тобой встретимся, Еж. И тебе будет очень больно глотать свои слова.

– Достаточно, – Доминик, видя, что Карл терпеть не намерен, и что конфликт вот-вот примет угрожающие размеры, решительно шагнул между оппонентами, – Не время для ваших игр, парни. На борту успеете пособачиться.

– Благодарю за разрешение, – Арчи передернул плечами и, лишь сейчас выдернув билет из рук холодно улыбающегося Ежа, обошел и его, и Конте, подходя к Дереку и Ричарду. Последний, тотчас же перехватывая инициативу, тоже не преминул съязвить.

– Надеюсь, ты не забыл попрощаться со своей девушкой?

– Она не моя девушка, – бросил Хищник, даря капитану леденящий душу взгляд, – Просто мимолетная любовница. Я предупредил, что уезжаю, если тебя это так волнует, капитан. Но просил бы впредь воздержаться от излишней заботы о моей личной жизни.

Молодой человек, стоящий рядом с ними, попытался скрыть вздох и, опустив кудрявую голову, качнул ею.

– Ты все такой же дикий, Арчи… – задумчиво пробормотал он и, переведя взгляд на Доминика и Карла, махнул им рукой, – Идемте! Думаю, на борт подняться мы уже можем, чтобы не толпиться на пристани.

Доминик, как раз вполголоса втолковывающий полному холодного презрения Карлу, что с Арчибальдом им всем лучше бы вести себя более или менее сдержано, кивнул и потянул приятеля с собой к трапу. Плыть вновь предстояло на огромном лайнере, как две капли воды похожем на тот, на котором путешествие совершали в прошлый раз и большинству путников это нравилось. Нравились им и каюты, вновь расположенные в ряд, одна за другой, в шаговой доступности друг от друга; нравился свежий морской воздух и легкая атмосфера безмятежного путешествия.

Недовольным оставался только один.

Поднявшись на борт, Молле сразу же заперся в своей каюте и до самого отплытия оставался там. Спутники его, уже успевшие изучить сложный характер этого человека, предпочли не нарушать его уединения, сосредотачиваясь на собственных делах.

На палубе Арчи появился лишь когда лайнер уже отбыл и, завидев стоящих у борта спутников, твердой поступью направился к ним. Здесь, на верхней палубе громадного судна, качка практически не ощущалась, поэтому на уверенность походки Альфы ничто повлиять не могло. Это мужчину, безусловно, очень устраивало.

Выглядел он все так же, неизменно – в черном длинном пальто, небритый, но безукоризненно элегантный, безупречно причесанный и создающий самое положительное впечатление.

Он уже подошел к Доминику, его брату и друзьям, уже намеревался что-то сказать, как неожиданно раздавшийся за спиной звонкий голосок заставил его отвлечься.

– Ой, дядя! Мы с вами снова вместе плывем?

Оба Конте, Дерек и Карл как по команде повернулись, в недоумении взирая на маленькую девочку в розовом платьице. Арчибальд, обладающий хорошей памятью на лица, и мигом узнавший ее, выдавил из себя улыбку.

– Так вышло.

– А я про вас вспоминала! – важно заявила девочка, – Все думала, догнали вы своего друга или нет?

Молле чуть усмехнулся, устремляя красноречивый взгляд на изумленного Доминика.

– Как видишь.

– Ура! – малышка захлопала в ладоши, – Вот видите, я же говорила, что вы помиритесь! – и, не обращая внимания на наповал сраженного этим заявлением «друга» мужчины, да и на холодное лицо последнего, радостно продолжила, – Иногда друзей полезно убивать, чтобы потом с ними снова дружить!

Арчи бросил еще один взгляд на неуверенно улыбающегося Ника, и церемонно кивнул.

– Пожалуй. Прошу прощения, юная мисс, но я намеревался поговорить со своими… друзьями.

– Да пожалуйста! – юная мисс с милостивой беззаботностью маленькой королевы махнула рукой, – Я очень была рада вас встретить, дядя! Хорошо, что у вас все хорошо!

Арчибальд растянул губы в подобии приветливой улыбки и, всем видом демонстрируя, что он до невозможности занят, подошел к борту, опираясь о него рядом со старшим Конте. Тот, проводив убегающую куда-то девочку взглядом, медленно перевел его на преступника и, не удержавшись, длинно присвистнул.

– Арчибальд Молле общается с детьми, – с нескрываемым поражением проговорил Ричард, – И, судя по всему, общается с удовольствием… Арчи, ты не заболел?

– Откуда ты ее знаешь? – Ник, махнув в сторону брата рукой, вопросительно уставился на извечного неприятеля. Тот глубоко вздохнул. Рассказывать об этом незначительном эпизоде своей жизни ему казалось глупым.

– Когда вы гнались за «Гиеной», а я гнался за вами… – без спешки, обдумывая каждое слово, начал он, – На таком же лайнере эта девчонка подошла ко мне и начала приставать с разговорами. Спросила, куда я еду, зачем мне догонять «одного человека»… Я ответил – «чтобы убить», и она, должно быть, запомнила. Мокой тогда требовал, чтобы я убил ее.

– Как тебе вообще удавалось сдерживать его? – Дерек, слушающий старого знакомого с искренним интересом, покачал головой, – Я видел его, мы все видели и, честно сказать, Арчи… Такую зверюгу сдержать очень непросто, как мне кажется. Тем более, если он так кровожаден…

– Я об этом и говорю! – Молле неожиданно ударил кулаком по фальшборту. Неизменные кольца на его пальцах сверкнули на солнце.

– Мокой кровожаден, он ищет себе человека, могущего удовлетворять его жажду крови постоянно! Он не может войти в полную силу вне тела, и я не верю, что тени хватило сил самостоятельно достучаться до меня с того света! Ему кто-то помогает, он опять нашел себе какого-то человека… – мужчина скрипнул зубами, – И, к сожалению, даже убить этого человека я не могу, иначе чертова тварь заберет его тело себе. Поэтому сейчас самое время подумать – как одолеть мокоя? Кольца нет, Барракуда на том свете, а эта дрянь здесь, рядом, и черт ее знает, что у нее в голове.

– Ну, положим, что у него в голове, догадаться не трудно, – заметил рассудительный Карл, со всем вниманием выслушав спутника, – Наверное, каждый, кому довелось с тобой столкнуться, Альфа, думает лишь о том, как отомстить. По большому счету, все это путешествие – лишь попытка спасти твою шкуру от старого врага. Первым он бы постарался убрать тебя, в этом нет сомнений.

Доминик, серьезный и задумчивый, тяжело вздохнул и с мрачной улыбкой покачал головой.

– А вот мне так не кажется, – шепнул он, – Помните… Я хотел подойти, но отец сказал мне не вмешиваться. Потому что я – тирвас, и если эта зараза получит мою кровь, то ее будет не победить. Неужели вы думаете, что мокой, зная, где найти тирваса, не пожелает добраться до него?

***

С Арчибальдом общаться, сотрудничать тени нравилось больше. Он был более жесток, более прямолинеен, он был значительно более кровожаден и, вне всякого сомнения, умен. Силен. Слишком силен даже для подселенца…

Иногда мокой вспоминал об этом сотрудничестве с грустью, жалея, что потерял такое подходящее тело, иногда – с ненавистью, злясь на излишне сильного человека.