Доска показала весь состав – шесть вагонов – и подсветила восемь купе.
Восемь – это же хорошо? Наверное… Восторга должно быть хотя бы восемь капель. Если пять я потрачу на рынке, останется ещё три.
Я сползла со стула, сходила в душ – работал он великолепно! – надела любимую пижаму со слониками и улеглась в постель.
Подушка, матрас, одеяло – всё было моим, привычным. Я повернулась на живот, засунула руки под голову, сладко зевнула и задумалась, чем лучше затариться: травяными сборами, алкоголем или пемзой? К сожалению, с ценами я не разобралась. Приметила, что у колбочек с восторгом стояли таблички с куда более большим количеством нулей, чем с иномирными товарами. Но что мешочки с травами дороже алкоголя, разглядеть успела. Только где эти травки покупают? В аптеке или у бабулек на рынке?
***
Проснулась от пронзительного перезвона, будто кто-то тряс над моим ухом колокольчиком, не жалея сил. «Интересно, когда я успела сменить сигнал будильника и зачем?» – недовольно подумала и вскочила – я же не дома! Несмотря на знакомую обстановку, я очень хорошо соображала и вспомнила всё моментально. Видимо, сон в волшебном поезде восстановил мои силы.
Я проморгалась и оглядела комнату в поисках источника звука, который никак не смолкал, но не увидела. Звон лился как будто со всех сторон и ужасно раздражал.
– Да что за гадство?! – выругалась я, откидывая одеяло, и поднялась на ноги.
– Так-то лучше, – материализовался в воздухе Мартин, и наступила оглушающая тишина. Даже стук колёс перестал доноситься. Я, наверное, оглохла. Прочистила пальцем ухо и звуки вернулись. – До прибытия три часа, а ты дрыхнешь, – упрекнул меня дух. – Пассажиры уже и поели, и вещи собрали, теперь маются. Ящик с живыми картинками висит чёрный и молчит, огромных окон они боятся – заняться горемычным вообще нечем, – развёл руками призрачный помощник. – Мне-то, конечно, всё равно. Я в добродетели не нанимался, но хотелось бы получить премиального восторга. Старая хозяйка нам часто его давала. А с тебя что взять, если ты ни капли не заработаешь?
Я пошарила под подушкой и нашла свой флажок.
– Всем помощникам собраться в хозяйском вагоне через десять минут, – приказала и обратилась к Мартину. – Спасибо за подсказку. Я умываться. Если расскажешь подробнее, зачем вам восторг и каким его количеством Нора вас премировала, считай себя награждённым.
В ванной быстро скинула бельё и встала под душ. Но не успела намылиться, как из стеклянной створки вылезла прозрачная голова Мартина.
– За достижения она нас премировала…
– А ну убрался из кабины! – рявкнула, едва не рухнув от неожиданности, и дух исчез. – Продолжай оттуда.
Возможно, мне не стоило так реагировать на призрачного помощника, но я всё же не настолько раскрепощённая женщина, чтобы вдаваться в детали, имеет значение моя нагота для давно почившего мужчины или нет.
– Немного чистого восторга дарит нам плоть и кровь, – послушно пробубнил Мартин с другой стороны кабины. – Делает живыми на короткое время. Мы в эти моменты можем насладиться вкусом еды и напитков, тактильными ощущениями, запахами…
Сдаётся мне, что Мартин что-то недоговаривает. Не думаю, что Нора расщедрилась и раздавала с трудом добытый восторг за мелкие одолжения.
– Подробнее о достижениях давай, – подбодрила я помощника, смывая с себя гель. Долго плескаться времени не было, – и полотенце мне подай.
Мне всё время хотелось добавить «пожалуйста» и перейти на другой тон, но Нора сказала, что духами так управлять не получится, и я себя ломала.
Сквозь створку проснулась призрачная рука с полотенцем. Я вытерлась и, обмотав его вокруг тела, вышла из душевой кабины. Подошла к раковине и выдавила пасту на щётку.
– За помощь в добыче восторга. Мы… – дух замялся, – создавали для пассажиров сложные, так сказать, ситуации, которые хозяйка потом решала.
А, ясно. Это те секретики, которыми Нора обещала поделиться. Всё внутри меня противилось подобным методам.
– Не нужно создавать ситуаций, – сказала, прополоскав рот, – обойдёмся другими способами сделать пассажиров счастливыми. Лети к остальным в холл, я оденусь, выйду и объясню, что делать дальше.
План мой был прост: я собиралась раздать духам пазлы, карты, домино, шахматы, шашки и нарды. Выяснить, знакомы ли им правила игр, а если нет, то объяснить и отправить к пассажирам. Самой пробежать по вагонам и включить телевизоры.
И план казался идеальным. Помощникам ничего объяснять не потребовалось, они подхватили сотворённые мною коробочки и колоды и разлетелись по своим вагонам, а я включила продолжение вчерашних фильмов. Все пассажиры выглядели довольными…
Пока поезд не затормозил на вокзале Ликанры.
Произошло это весьма неожиданно. Я так была занята, что даже в окно не смотрела, поэтому не заметила приближения к станции. Как раз закончила с обходом вагонов и села в своём хозяйском позавтракать. Успела сделать пару глотков кофе, откусить бутерброд с ветчиной, как вдруг поезд остановился, и в мои владения явилась Нора.
– Не время рассиживать, Дарья! Иди привратника активируй!
Пришлось занести завтрак в спальню и отправиться к выходу. И вот тут-то меня и постигло разочарование.
– Это возмутительно! – заявила дама с пышной рыжей косой и раскосыми зелёными глазами из четвёртого вагона, и мне в её голосе почудилось рычание. – Я буду жаловаться! На самом интересном месте!
Она коснулась выданной Святодаром колбы, и её дно покрыла чёрная плёнка.
– Разочарование, – пояснила Нора, когда раздражённая дева спустилась на перрон и застучала каблучками в сторону здания вокзала. – Лиса фильм не досмотрела и теперь не узнает его финал. Думать надо было прежде, чем что-то делать, Даша.
Но эту ошибку я и без Норы осознала, когда вслед за первой пассажиркой потянулись остальные. И то, что разочарования в сосуд никто из них не добавил, утешало слабо. Их искр восторга оказалось ничтожно мало, чтобы нейтрализовать чёрную плёнку. Они падали на дно, растворяли её, но ни на каплю запасы восторга не пополняли.
Я предчувствовала неминуемый провал и готовилась отнести в скупку весь свой чемодан вопреки первоначальному плану. Какая уж тут нажива, когда нам скоро есть нечего будет?
Неудачи грозились разрастись снежным комом, притянув новые проблемы. Надо было срочно что-то придумывать, пока последний пассажир из шестого вагона задерживался. На него оставалась вся надежда, и я с прискорбием поняла, что готова почти на всё.
– Фарадей, где там твой выходец? – спросила обречённо духа-хранителя шестого вагона через флажок, лихорадочно придумывая, чем можно осчастливить пассажира на выходе.
Подарить сувенир? Но что? Помаду? Начатый дезодорант? Ношеные носки? Блин, нет, это не вариант. Пассажир оскорбится, а я лишусь потенциально ценной вещи, которую, может, смогу в каком-нибудь мире выгодно продать. Наколдовать подарочный набор – прекрасная идея, кстати, закупить подарочные наборы! – не выйдет. За границами поезда вся моя ворожба рассеется. Что же делать-то? Подставить подножку и поймать? Украсть что-то важное и вернуть? Бр-р-р, ужас! И подумать страшно…
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: