Орден Падшего Ангела. Первое сочинение Джузеппе ди Кава. Тайный слуга Люцифера, или Секретарь инквизиции

От автора

Уважаемый читатель!

Основанием для этих необычайно страшных, мистических сочинений стали порочные и сокровенные рукописи Джузеппе ди Кава, секретаря отдела расследования еретической греховности при Святой инквизиции. Эти личные записи были изъяты у него службой тайного дознания Ватикана после добродетельной жизни и благой кончины в конце XVII века. Затем совершенно случайно попали к автору и были описаны им в нескольких романах-триллерах, связанных единым замыслом.

Главным героем книги является молодой чародей, алхимик, маг и оккультист, исполняющий волю умершего учителя. Для того чтобы выполнить свою миссию, ему надо добиться решения двух трудных задач. Одна из них – найти древний магический гримуар.

Знания, изложенные в этом трактате, позволят магу управлять демонами Ада. Тогда чародей сможет приблизиться к своей главной цели: навсегда запретить демонам плодить грешников среди людей.

Когда это случится, Творец простит Падшего Ангела Люцифера и вернёт его к прежней сути своего помощника. И тогда Ад навсегда прекратит своё существование.

Вторая задача – разыскать государство, в котором он сможет восстановить былую славу своего ордена и союза магов.

События, полные опасностей и тайн, разворачиваются в период свирепой инквизиции, безжалостно уничтожавшей жителей Европы, замеченных в инакомыслии и отступлении от веры. Этот древний гримуар играет особую роль в давней борьбе двух могучих тайных магических орденов: ордена Падшего Ангела и ордена Хранителей Смерти.

Для исполнения обещаний, данных в день смерти учителя, главный герой вынужден совершить многие необычные поступки: послужить свирепой инквизиции, спасти с риском для своей жизни и миссии молодую девушку-ведьму, посетить замок кровавой графини Эржебет Батори-Надашди, стать участником заговора между Лжедимитрием Углицким и польским магнатом Еже Мнишеком с целью покорения Московского царства, принять участие во вторжении на русскую землю, отравить царя Бориса Годунова, попробовать установить власть католиков над православной Русью.

И ещё многое, многое другое.

Автор изложил на основании личных записок Джузеппе ди Кава некоторые оккультные знания, ритуалы и внёс их в книги, сделав произведения уникальными. В первых романах использованы цитаты из книги «Молот Ведьм». Этот трактат написан инквизиторами и «учёными» борцами с колдовством в XV веке: деканом Кёльнского университета Яковом Шпренгером и католическим священником, приором, профессором Генрихом Крамером-Инститорис.1

В последующих романах применены фрагменты из других гримуаров и исторических трактатов.

В романе присутствуют реальные исторические фигуры. Однако автор не даёт им оценку, он только констатируют их роль и события, участниками которых явились данные персонажи, импровизируя и предполагая их поведение в духе нравов XVII века.

Эта книга о вечной борьбе между Добром и Злом.

Создатель триллера не всегда поддерживает речи и поступки многих из своих героев и совсем не разделяет мировоззрение отдельных из них.

Вниманию читателей предлагается первый роман из серии исторических мистических триллеров «Орден Падшего Ангела» – «Первое сочинение Джузеппе ди Кава «Тайный слуга Люцифера, или Секретарь инквизиции»».

Текст печатается в авторской редакции и пунктуации.

Сайт автора с перечнем книг и URL электронных издательских систем, основных сервисов распространения печатных, электронных и аудиокниг – URL: https://бойнов.рф/

De facto

2

Орден Хранителей Смерти возник в конце XII века в одном из католических монастырей Италии на специально созванном для этой цели собрании известных магов-некромантов всего мира, практикующих чёрную магию для общения с мёртвыми и предсказания будущего. Основной целью принятого устава являлось определение единых решений в практическом и теоретическом изучении процессов, сопровождающих смерть: таинство перехода человека из живого состояния в мёртвое, последующее существование в мёртвых мирах и возможность общения с душами умерших. Основной пик деятельности ордена приходится на XIII–XVII века, в особенности на тот период, когда Чёрный мор охватил Европу. В это время проводились исследования в философии, астрономии и медицине. К концу XVIII века первоначально созданная структура перестала функционировать. Устав был уничтожен, а оставшиеся члены ордена растворились в других религиозных организациях и объединениях, создавая автономные независимые ячейки некромантов. История деятельности тайного общества охватывает многие столетия и носит неофициальный характер. Это братство существует до сих пор.

Орден Падшего Ангела – непризнанный, малочисленный и тайный альянс магов, алхимиков и чародеев Европы, последователей ангела Денницы, изгнанного Богом из сонма своих служителей и названного Люцифером. Структурно и идейно организация окончательно сформировалась в XII веке. Адепты братства стояли на позициях люциферианства, распространённого в Европе в XII–XV веках. Сторонники этой теории полагали, что белый ангел Денница, в силу своего наказания временно превращённый в чёрного ангела, вынужден пока жить в Аду и не знает о большинстве нелицеприятных поступков многочисленных демонов Преисподней на Земле и среди людей. Задачами ордена являлись: на основе знаний алхимии и магии изучение сути, облика и возможностей чёрного ангела Люцифера, подчинённых ему демонов Ада и других сверхъестественных сущностей; поиск древних рукописей, позволяющих проникнуть в тайны потустороннего мира, и расширение познаний в чародействе, познание таинств перехода человека из живого состояния в мёртвое, последующее существование в мёртвых мирах и возможность общения с душами умерших; магические практики в колдовстве и управлении сверхъестественными силами с целью запрещения демонам распространять грехи и грешников на Земле. В ходе своей деятельности альянс жёстко конкурировал с орденом Хранителей Смерти и созданной этим же орденом инквизицией. К концу XVI века окончательно проиграл в связи с уничтожением большинства своих лидеров и искоренением массового люциферианства в Европе. Неофициальная деятельность тайного общества продолжается и по настоящее время.

Люциферяне – последователи ангела Денницы, изгнанного с небес за проступки и получившего имя Люцифер. Эти люди тайно оплакивали падение ангела и жаждали его восстановления на небесах в прежней сущности всемогущего помощника Бога. В основном подобное мировоззрение было распространено в Европе среди крестьян, ремесленников, мелких торговцев и солдат в противовес официальным религиям и властям. Впервые это вероисповедание было выявлено римско-католической церковью в 1231 году и начало преследоваться инквизицией по всей Европе. В 1234 году римский папа Григорий IX, основатель инквизиции и поборник крестовых походов на Русь, издал специальную буллу Vox in Rama, призывающую к борьбе с люциферианцами, где бы они ни находились, с описанием обрядов этого сообщества. К концу XIV века подобное мировоззрение было практически полностью уничтожено и перестало беспокоить Святую инквизицию.

Святой отдел расследований еретической греховности (Inquisitio Haereticae Pravitatis Sanctum Officium) – создан в XII веке в Римско-католической церкви. Основными задачами являлись розыск и выявление религиозных преступлений, определение степени виновности в ереси, ведовстве, колдовстве, чародействе, магии и других подобных занятиях. Этот отдел пережил столетия и существует до сих пор под названием «Конгрегация доктрины веры». В сферу деятельности этой организации входит проверка поведения католических священников, и ей принадлежит последнее слово во всех спорах о трактовке положений Библии.

Сочинение I Тайный слуга Люцифера, или Секретарь инквизиции

Quo ordine incipit liber secretus. Amen!3

«Епископ Климент VII, раб рабов Божьих, возлюбленным сыновьям своим от имени апостольского престола повелевает: Дабы всечасно следить за умосостоянием населения, при каждой крупной епархии должно иметь постоянный трибунал Святой инквизиции под председательством епископа либо же архиепископа, иначе называемый Святым официумом, каковой и станет милосердно заботиться о заблудших овцах Римско-католической церкви, отпадших от мистического тела Христова в сторону ереси и богопротивного колдовства. В те же города, кои не имеют возможности содержать трибунал, надлежит посылать Святой инквизиторский Капитул, правомочный карать виновных и оправдывать невинных. Возглавлять его должно верным псам Божьим, известным благочестием и строгостью к богохульникам, магам и еретикам-братьям ордена святого Доминика. Сейчас по приезде в город или село капитул приглашает к себе коменданта, или городской Совет, или других представителей власти и присягой обязывает его исполнять все решения Святого капитула под угрозой отлучения как его самого, так и вверенного ему города от Святой нашей матери церкви. Присяга же от властей местных требуется следующая:

„Я, раб Божий и верный слуга Римско-католической церкви (Имярек), клянусь на святом кресте спасением души своей, что буду повиноваться и свято исполнять решения капитула, касаемые истребления и преследования еретиков, колдунов и ведьм. Клянусь способствовать капитулу в его богоугодных трудах во славу Господа, доставлять капитулу необходимые ему для праведных трудов материалы, предоставить место для работы капитула, доставлять по требованию капитула арестованных, содержать их в тюрьме за свой счёт, предоставлять капитулу услуги необходимых ему мастеровых и чиновников за свой счёт. Клянусь также всеми святыми и возможностью вечной жизни, что не замешан и не причастен ни к ереси, ни к колдовству, клянусь, что не укрывал еретика либо колдуна и не давал им приюта. Клянусь вынести справедливый приговор несчастным, отпавшим от Церкви, руководствуясь лишь Божьей волей и рекомендациями святого капитула. Аминь“.

В ближайший праздничный день глава капитула отправляется в церковь и объявляет о возложенной на него миссии, приглашая при этом виновных в ворожбе, колдовстве и ереси явиться в капитул без принуждения, дабы наказание, определённое за святотатство, было лёгким. Затем главой капитула даётся отсрочка милосердия. Коль скоро виновные не обращаются с раскаянием, капитул рассматривает смиренные донесения добровольных помощников, каковые донесения доставляются в капитул без оглашения имени доносящего, также имя это не следует упоминать во время допроса обвиняемого и оглашения свидетельского показания, дабы обвиняемый в ересях, буде он окажется невиновен в сих деяниях, не мог мстить верному слуге Церкви. По окончании же отсрочки милосердия, ежели обвиняемый донесением не явился в раскаянии, капитул начинает расследование. Прежде всего призывается доноситель, причём ему надлежит дать на выбор два способа открыть истину – обвинение либо простое показание. А разница меж ними такова – обвинение, будучи неподтверждённым, влечёт за собою кару обвинителю, сообразную с карою за ересь, в коей обвинил он ближнего своего. Простое же показание, в свою очередь, требует подтверждения двумя конвидантами, иначе именуемыми свидетелями. Понеже конвиданты подтвердят обвинение, персону, названную ими, препровождают в узилище со всем вниманием и смирением, какого достойны все заподозренные в отпадении от Святой нашей матери, Римско-католической церкви. Имущество, а на особицу колдовские принадлежности заподозренного описываются вплоть до разрешения дела, а сам он как бы умирает для Мира, ибо и подозрение в магии и ворожбе противно духу Господнему. Милосердие, проявляемое к сему узнику, есть ересь и отпадение от Церкви, а доставление возможности к колдовству, равно как и принесение в узилище магических предметов, есть соучастие в преступлении противу Вседержителя, каковое преступление карается скоро и неотвратимо. За шумство либо неповиновение стражам узников надлежит, раздев, бичевать без пощады. Суду капитула подлежат:

1) Хулители религии и виновные в ложных понятиях о могуществе Бога, всё равно, говорили ли они это в пьяном или трезвом виде.

2) Все, занимавшиеся чародейством и магией, особенно те, которые употребляли при волхвовании священные предметы и вещества, например святую воду и елей.

3) Всякий отлучённый, не искавший примирения с церковью.

4) Укрыватели и заступники магов и еретиков.

5) Лица, сопротивлявшиеся постановлениям капитула.

6) Города, правители и короли, защищавшие магов и еретиков.

7) Власти, не отменявшие в стране или городе постановлений, несогласных с постановлениями капитула.

8) Адвокаты, нотариусы и юристы, защищавшие волхвов, магов и еретиков.

9) Всякий отказавшийся от присяги, которую требовал капитул.

10) Всякий умерший в открытом или предполагаемом еретичестве, а также заподозренный в волхвовании.

11) Протестант либо другой богопротивный еретик, склонивший последователя Римско-католической церкви к поклонению ложным доктринам, богам и идолам.

12) Всякий прикосновенный к сатанинской магии словом, делом или сочинением.

13) Всякий иноверец, публично восхвалявший свою веру и поносящий Христа и деву Марию.

14) Все преступления против нравственности, незаконное сожительство, содомия и прочия извращения.

15) На территории священной Римской Империи следует капитулу при проведении следствия и дознания блюсти уголовные уложения империи и местные до той поры, пока это не противоречит главной цели капитула, выявлению и уничтожению плевел ереси и колдовства»4

Глава 1 Аптекарь Йорно

«…Творения Бога могут пострадать от козней дьявола, как, например, при чародействе. Но это возможно лишь с Божьего попущения. Поэтому дьявол не сильнее Бога. К тому же он не может действовать насилием, иначе он мог бы всё разрушить…»

Яков Шпренгер, Генрих Инститорис. Молот Ведьм. Часть I. 1487 год

Високосный год Господень, 1604-й по григорианскому календарю, был очень тяжким для людей разных стран, сословий и вероисповеданий. Во многих государствах, царствах и княжествах происходили пугающие природные явления, приводящие к волнениям, бунтам, болезням, страданиям, падению власти тронов великих мирских государей. Однако, как и сотни лет назад, Рим по-прежнему управлял Италией. А эта славная страна благодаря Вечному городу, Святой инквизиции и вездесущим иезуитам пыталась управлять всем миром.

На одной из окраин городка Витербо, что раскинулся на холмах у подножия гор Чимини в шестидесяти пяти милях к северу от Рима по Кассиевой дороге, стоял дом из жёлтого камня – невзрачный, небольшой, давних лет постройки, двухэтажный, согнувшийся под тяжестью громоздкой, страдающей от ветров и дождей черепицы. Узкие, как амбразуры, окна, забранные грубыми решётками и занавешенные тяжёлыми старыми и пыльными шторами, дополняли его невесёлый вид. Над грубо сколоченными дощатыми входными дверями одиноко и молчаливо на подгнивающих верёвках свисала деревянная табличка с надписью: «Фармакопейская лавка мастера Йорно из Витербо».

Это был дом местного аптекаря. На первом этаже располагались помещение для хранения и выдачи готовых лекарств, по-другому – аптекарская лавка, кладовая, кухня-гостиная и небольшая лаборатория для приготовления снадобий. На втором проживали сам хозяин и его молодой помощник. Всё пространство внутри аптекарской лавки было занято длинными рядами полок из необработанных досок, накрытых серыми продолговатыми холстами, несколькими шкафами с глухими дверками для лекарств, пятью грубыми стульями с высокими спинками, предназначенными для отдыха недомогающих покупателей, и аптекарского прилавка, делившего помещение на две неровные части.

На полках стояла разная аптечная посуда – с крышками и без них, с надписями или клеймами производителей товара. Здесь можно было увидеть жбаны, колбы, сундучки, ларцы, стеклянные, керамические графины с узким горлом – карафы, многочисленные ступы для дробления сырья, табакерки, высокие баночки «альбарелли» и многое другое. Во всех этих предметах, разных по объёму, высоте, ширине и материалу изготовления, хранились различные снадобья, настои и сырьё для лекарств. На отдельной стене свисали развешанные сушёные травы, коренья, ветки деревьев и плоды.

Эта аптека была в городе не всегда, а только последние четыре года. Хозяина звали мастер Йорно, и никто в городе не знал, кем он был раньше, где учился своему делу и откуда прибыл. Видимо, у него имелись хорошие деньги, на которые он приобрёл дом и оснастил аптечную лавку. Цены на снадобья были совсем низкими в сравнении с лекарствами в подобной лавке единственного городского лекаря Саверио Дзенти.

Но не всегда добро к людям приводит к счастью того человека, кто его свершает. Существенная разница в стоимости на лечебные припасы вызывала с годами вынужденного соседства всё более возраставшую искреннюю ненависть у мастера Дзенти к этой аптеке и её хозяину. Иногда аптекарь Йорно оказывал помощь и в лечении больных, что особо не приветствовалось городским лекарем. Однако Йорно был отзывчив и не мог отказывать горожанам в тяжёлую минуту. Частые жалобы лекаря главе местной исполнительной, полицейской и судебной власти – подеста города – на поступки конкурента сходили аптекарю с рук. Возможно, в результате умения и наличия возможности давать взятки городским властям.

В Италии же наступил март, ознаменовав начало нового цикла жизни. В воздухе витал тонкий аромат распускающихся растений, расцветали сады, оживлялись деревья, заливисто пели птицы. Пробуждалась природа, и вместе с ней воскресали желания грешных и праведных людей. Настроение весны передавалось и чёрному крупному почтовому голубю породы карьер. Он активно крутил длинной узкой головой, косясь в сторону открытого окна. Чистил перья в ожидании желанной свободы и переступал высокими ногами в плетёной клетке, стоящей на специальной полке в углу спальной комнаты. Рядом с домиком птицы лежало небольшое кольцо-депешник, предназначенное для передачи небольших записок на дальние расстояния.

– Что, мой милый colombo viaggiatore, заждался? Не терпится тебе в Лигурию, к милым горным голубкам! – тихо, как-то воркующе проговорил шестидесятилетний сухощавый мужчина среднего роста с седой длинной бородой до пояса.

Птица, настороженно косясь, задвигала тёмно-розовым горлом, повела широкой грудью и до пола опустила хвост, соглашаясь с хозяином. Открытые, большие ярко-красные глаза преданно посмотрели на человека, пытаясь понять, шутит он или говорит правду. Карьер взмахнул сильными длинными крыльями и доверительно просунул голову навстречу руке хозяина. Человек отсыпал в крупную жилистую ладонь из маленького мешочка, стоящего рядом с клеткой, пшеничных зёрен и дал птице. Та бодро начала клевать угощение.

Мужчина был одет в свободный длинный кафтан с колоколообразными рукавами, штаны до колен и чулки. На ногах присутствовали башмаки с пряжками. Седые длинные волосы, собранные в пучок на затылке, были перевязаны чёрной тесёмкой. Высокий морщинистый лоб говорил об уме, глубоко посаженные пронзительные глаза свидетельствовали о проницательности. Длинная белая борода была пышной, ухоженной, сужалась к окончанию. Это и был городской аптекарь мастер Йорно, хозяин каменного дома на восточной окраине города. Как известно, восток – это именно та сторона света, которая наиболее предпочитаема тёмными силами мироздания.

Йорно специально поднялся на второй этаж к себе в комнату, чтобы покормить своего надёжного друга – почтового голубя. Его посещали беспричинные тяжкие мысли, и аптекарь пожелал отвлечься. Карьер клевал, забавно подбирая зёрна с человеческой руки, и это радовало. Строгое, морщинистое, сухощавое лицо аптекаря разгладилось, и на нём появилась гримаса, напоминающая беззаботную улыбку.

– Наверное, в ближайшее время ты отнесёшь добрую весть моему другу и наставнику Антонио. Расскажешь, что скоро власть вернётся к нам. Нас обязательно посетит долгожданная удача, – тихо заявил Йорно, продолжая разговаривать с молчаливой птицей.

Однако беззаботная радость недолго присутствовала на лице мастера, вскоре он вновь погрузился в тяжёлые раздумья. Высыпал остатки корма в клетку и молча направился на первый этаж. Там он подошёл к аптекарскому прилавку и заглянул внутрь. Затем достал из тайного внутреннего ящичка особые пергаментные карты мамлюков, или марсельских триумфов, ещё называемые картами Tarocchi. Удивительные кожаные прямоугольные куски гнущегося, но крепкого материала отличались позолотой и особым тиснением. На них ярко играли исполненные от руки рисунки вельмож, рыцарей, животных, птиц и многие другие причудливые символы. Эти замысловатые карты стоили очень дорого и были не по карману даже многим обедневшим дворянам. Сравнительно недавно, чуть больше двухсот лет назад, оригинальную колоду мамлюков завезли мусульманские воины, захватившие на некоторый период времени земли Италии, Испании и Сицилии. Будучи вдалеке от родных просторов, турецкие солдаты использовали мистический «шёпот» посланий арканов, дабы узнать свою судьбу и получить весть от близких. С тех пор карты прижились в Италии, Испании и Франции: у властной богемы, ворожеев, чародеев, алхимиков и прочих людей, желающих управлять будущим.

Отобрав из колоды только великие и младшие арканы, аптекарь положил их перед собой отдельными стопками. Затем, перетасовав великие арканы, не глядя выбрал из них три карты и положил на аптекарский прилавок. Позже, немного подумав и что-то загадав, открыл первую. На карте был изображён мужчина на виселице, подвешенный вниз головой за одну ногу и со страшным лицом мученика. Это была карта «повешенный». Она говорила о том, что тот человек, на которого гадают, уже сейчас находится между двумя мирами – миром живых людей и мёртвым миром духов.

Аптекарь недовольно ударил кулаком о прилавок и открыл следующую карту. На ней были изображены волосатое по пояс чудовище с бараньими рогами, крыльями летучей мыши, факелом в руках, попирающее алтарь, и два обнажённых хвостатых демона, мужского и женского пола, стоящих рядом с ним. Это был Люцифер, а может, кто-то другой из демонов Ада, и он сулил опустошение, насилие, смерть и никчёмное упорство, однозначный проигрыш и предопределённый физический конец.

Йорно недовольно хмыкнул и открыл третью карту – она была перевёрнута, и на ней был изображён сам обезличенный понтифик, римский папа на троне. Он находился между могучими колоннами, обозначающими Закон и Свободу, или Послушание и Неповиновение. В руке понтифик держал скипетр, а его голову украшала папская тиара. Правая рука, поднятая в благословении, два пальца направляла вверх, а два – вниз, образуя связь между Небом и Землёй. Эта карта в перевёрнутом положении сулила неволю, предательство, лживые истины, замаскированные за благими намерениями.

Аптекарь несколько раз раздражённо потрогал рукой длинную седую бороду и спрятал запрещённые карты. За наличие в доме карт Tarocchi и подозрение в их использовании можно было попасть под расследование и обвинение в еретической греховности, что немедленно приводило к аресту всего движимого и недвижимого имущества. А если инквизиторам удавалось доказать, что обвиняемый действительно неоднократно гадал на картах, тогда судьба человека могла быть и того плачевнее. Йорно вышел на улицу и табличку с надписью «Открыто» перевернул на противоположное значение: «Закрыто». Затем запер входную дверь изнутри. После взял скатанную циновку, стоящую в одном из углов аптеки, и расстелил посреди помещения. Сел на неё, скрестив ноги, желая погрузиться в медитацию. Аптекарь хотел познать через размышления и внетелесный полёт души, что за беды, предсказанные картами, ждут его впереди. Однако этого сделать не удалось. Как только он решил приступить к самосозерцанию и душа начала выходить из собственного физического тела, последовал толчок в дверь, а затем условный стук. Тотчас зазвенел и колокольчик, сообщая о появлении посетителя.

Йорно некоторое время находился в оцепенении, давая душе время вернуться на место, а затем встал с пола. С некоторой досадой он сложил циновку и, поставив её обратно, направился к двери. Заглянув в узкое окно, расположенное рядом со входом, раздражённо вздохнув, открыл дверь. Вошёл паренёк лет шестнадцати, излишне истощённый болезнью или недоеданием, с короткой стрижкой, несуразно длинными и худыми руками, кисти которых выглядывали из широких рукавов домотканой рубахи. Лицо его было бледным, невыразительным, траурно-страдальческим и истощённым. Всё в этом молодом человеке – одежда, угловатая походка, выражение лица – являлось трагичным и грустным. Только чёрные глаза светились желанием познания мира и некоторой мальчишеской открытой наивностью.