Лекарство от скуки

– Не льсти себе. Я отдалась сложной науке. Пришлось сделать выбор, и я его сделала.

– Без колебаний?

– Не знаю такого слова. Вероятно, это удел слабых.

– Когда ты в офисе, кажешься мне всё той же девчонкой, а сейчас разговариваю с тобой и не узнаю…

– Да? Ну, так, подкати ко мне в офисе, авось да обломится! – Я запрокинула голову, выталкивая из себя негатив.

– Ты всегда такая напряжённая?

– Только от недосыпа.

– Наташ, то, что между нами происходит…

– Поподробнее, я что-то не в курсе.

– Ты на меня злишься.

– Значит, пора повысить заработную плату! – Я зло взмахнула рукой и тут же сжала её в кулак. – Обычно помогает.

– Я скован обстоятельствами.

– Меня один мальчишка… студент… тоже хочет трахнуть, и его, можешь себе представить, обстоятельства не пугают. Боюсь, он и слова-то такого не выучил. Потому что без надобности.

– Да ты нарасхват! – невесело ответил Громов, а я вызывающе рассмеялась.

– Не жалуюсь!

– Разговора сегодня не выйдет?

– Отчего же, давай поговорим! – Я не позволила ему отказаться от нелепой затеи. – Я люблю тебя, Громов! Кусаю кулаки, чтобы не выть в голос, когда проходишь мимо с безразличным видом, и любить продолжаю. Слушаю сейчас весь этот бред и всё не могу взять в толк, почему ты до сих пор не под моей дверью? Старый ты стал, наверно, не способен на глупости, которые я отчего-то до сих пор жду. Не дождалась тогда, так, может, получится увидеть сейчас?! – зло выговорила я, призывая к действию. – Ты там жив ещё, инфаркт не поймал от моих громких признаний? Молчишь… – Я скривила губы. – Ну и молчи. Переваривай.

– Наташа, ты где, я сейчас приеду.

– А ты найди! – я подавилась ядовитым смехом.

– Как я тебя найду, ночь ведь не резиновая и…

– Боже, какой же ты… – я едва не расплакалась от досады и разочарования. – Не нужно ехать, Громов. Я пошутила …

– Наташ…

– Что? Член встал, а под рукой никого?

– Зачем ты…

– А то я не знаю, зачем женатые мужики названивают по ночам своим подружкам…

– Наташа…

– Скажи, что я лучше! Скажи, что красивее!

– Ты самая красивая девушка, которую я знаю, и…

– А которых не знаешь, что? Сбрасывать со счетов или подождать, пока познакомишься?

– Я, наверно, зря позвонил…

– Разумеется, зря! Конечно, зря! Зачем ты мне вообще звонишь?! Ты что там себе думал? Поманишь пальцем или, – я пошловато ухмыльнулась, – или чем ты там собрался манить, и прибегу? Так, не вырос у тебя такой, чтобы бежала, не раздумывая. Я много видела, разбираюсь!

– Ты сейчас наговоришь лишнего и будешь сожалеть, Наташа.

– А ты сожалеть не будешь? Ты – нет?! Я тебе не девочка в игры со мной играть, Громов. Я не буду у тебя на подхвате! Жадная. Делиться ни с кем не намерена. Что молчишь? Больше приехать не хочешь, нет? Хочешь, я даже с твоей женой вопрос решу. Я умею решать вопросы, не сомневайся! Как? Согласен?

– Спокойной ночи, Наташа.

– Спокойной?! И тебе тоже, Громов. Только ты там дрыхнуть не вздумай! Пораскинь мозгами над моим предложением. Что с неё взять? Обычная наседка! И красота уйдёт, и молодость, а у меня есть чем удивить и без этого. С детьми, правда, вряд ли получится, так что ты посматривай за её беременностью, повода волноваться не давай и…

Выговориться не получилось – я услышала в трубке короткие гудки. Посмотрела перед собой и выпустила истерику, что уже лилась через край, разбивая телефон в хлам! Я запустила бутылку с красным вином в белоснежную стену и было не жаль! Подалась вперёд, опускаясь на колени, и, бессильно сжимая кулаки, прижалась лбом к самому полу.

– Как же я тебя ненавижу, – пробормотала еле слышно. – Как же я хочу, чтобы ты сдох! – сжала я зубы, беспомощно заскулив.

Наутро встала выжатая, как лимон, но железная выдержка помогла справиться не только с пустотой внутри, а ещё и с внешним несовершенством. Я вошла в кабинет и замерла, нерешительно поглядывая на букет, что украшал стол. Карточка отсутствовала, и я набрала Татарина, наплевав на то, что утро толком и не наступило.

– Привет, Татарин, спишь?

– Уже не сплю, но утренний стояк ещё не успокоился, – вымученно простонал он. – Фотку выслать?

– Похвастаешь в другой раз, – рассмеялась я, удивляясь самой себе. Казалось бы… цветы и цветы, но нет же! Завелась, как школьница не целованная. – Букет ты прислал? – я закусила губу, а Татарин, заставляя смеяться снова, задумчиво простонал что-то невнятное.

– Цветы? Какие?

– Красные розы. Просто огромный букет!

– Если красные розы, значит, не я.

– Вот как? А ты бы что прислал?

– Вы любите лилии, а их дарить – поступок необдуманный. В замкнутом помещении их аромат ничего, кроме головной боли, не вызовет.

– Татарин, твоя осведомлённость меня пугает.

– Ничего сверхъестественного. Ваши духи – один в один их аромат, только не такой насыщенный.

– Ну, раз не ты… Тогда извини…

– Э, нет, так просто спрыгнуть не получится! – он задорно рассмеялся, заставляя меня неестественно широко улыбаться. Так, что губы заболели. – Вы ведь не просто так позвонили, да?

– Не просто. Подразнить тебя вздумала.

– Ну, так, это вы зря. Я ведь выйду на охоту и начну по одному отстреливать любого, кто покажется неугодным, а парень я заводной, ревнивый, мне только дай повод. Кстати, любимый мужчина у меня номер один в списках. Как там с цветами? На него ставите?

– Скорее да, чем нет.

– Что-то новенькое. Что я пропустил?

– Вчерашний ночной звонок, быть может?

– Мудак! Какого хрена звонить, если можно приехать?

– Татарин, наверно, я от тебя этого и набралась! Обиделась, что он звонит, а не приехал, и послала куда подальше.

– Гоните его в шею! – довольно рассмеялся мальчишка, а я остыла, опомнилась, уравновешивая дыхание, прикрыла глаза.

– Ладно, хорошо. Извини, что, как всегда, вклинилась без приглашения…

– Да я уже и забыл, ведь этого разговора, как всегда, не было, – поддакнул Татарин и отключился, а стоящий в дверях Громов демонстративно развернулся на месте и хлопнул дверью.

ГЛАВА 9. ТАТАРИН

– Кто звонил? – поёрзала, усаживаясь сверху, Анжелка, а я, выставляя подушку у изголовья кровати, устроился удобнее.

– Измайлова, – недовольно отозвался, отбросив телефон на середину кровати. Анжелка с наигранной весёлостью вздохнула.

– Так, это ты Измайловой грозился выслать фотку своего члена и забросал херами?

– А почему нет? Для любви у меня ведь ты есть, а с ней тогда что делать, а? Только херами и обкладывать.

Я провёл ладонями по гладким бёдрам, а Анжелка взбрыкнула, недовольно поджала губы и стрельнула глазами в сторону мирно лежащего телефона. Так и не дождавшись более внятных пояснений, она соскочила, схватила аппарат и, чтобы увидеть имя звонившего, принялась жать на дисплей. Совсем скоро раздражённо отбросила телефон от себя.

– Разблокируй! – выдала Анжелка что-то в обиженно-приказном тоне. Я лишь понятно для обоих хмыкнул и убрал телефон на прикроватную тумбу.

– Ты очень много говоришь, – задумчиво произнёс. И в этот момент думал, уж точно, не об Анжелке, а она вдруг испугалась, принялась ластиться и, рассчитывая на ответную нежность, ткнулась щекой в ладонь.

– Далась она тебе… – никак не желала успокоиться Анжелка, но теперь говорила тихо и поглядывала виновато.

А пока я не успел ответить что-нибудь обидное, погладила ладошкой между ног и приподняла резинку трусов, давая ноющему от желания члену такой необходимый после своих необдуманных действий простор. Практически сразу Анжелка обхватила губами головку и тут же отпустила.

– Смотрит на тебя, как голодная самка… – пожаловалась она.

– Ты используешь свой рот не по назначению, – недовольно рыкнул я, надавливая на затылок, а Анжелка увернулась и уставилась на меня.

– Олег? – позвала тихо, и я не выдержал, скрипнул зубами.

– Зачем, вообще, её задеваешь? – Я устроился на постели сидя и поправил резинку трусов. Анжелка поджала под себя колени и поглядывала исподлобья.

– Да больно надо! Я, вообще, стараюсь не пересекаться с ней. Бесит!

– А вчера что было? Или мне показалось?

Она моргнула раз, другой и непонимающе покачала головой.

– Ты о том, что назвала тебя её любимчиком? – проговорила Анжелка и разозлилась за этот упрёк. – Вот уж точно Америку не открыла! Все знают, что ты у неё на особом положении.

– Все знают, а вякнула ты зачем?

– Чтобы ей стало стыдно! Крутится вокруг тебя и… – задохнувшись потоком воздуха, уловив мой недобрый взгляд, Анжелка притихла. – Что у тебя с ней? – проронила она и замерла, а я, не веря тому, что слышу, разулыбался.

– Что?

– Я думала… – начала она, но когда я подался вперёд, чтобы быть ближе, попятилась.

– А думать, детка, вредно. От этого волосы выпадают.

Анжелка сползла с кровати и бросила быстрый взгляд на настенные часы.

– Опаздываем, – осторожно напомнила она и, прикрываясь, притянула к груди платье, что висело рядом, на стуле.

Я тоже посмотрел на часы, но, в отличие от Анжелки, спешить и не думал. Рухнул обратно в постель и потянулся с тяжёлым рыком.

– Я ко второй, – отмахнулся, а она замерла, уставившись на меня.

– Олег, подвези меня, я же опоздаю.

– А ты Захарову отсоси, он же у нас староста – прикроет.

– Олег…

– Анжел, исчезни! – рыкнул я, а она вытаращила глаза и только беспомощно открывала рот. – Достала! – вызверился, но всё же потянулся через кровать, вытащил из кармана брюк портмоне и подкинул на край постели. – Возьми на такси и выметайся! – Я упал лицом в подушки, а она так и висела над душой. – Что ещё?

– И что собираешься делать? – неловко переминалась Энжи с ноги на ногу. Я пакостно усмехнулся.

– Дрочить буду. Догадываешься, на кого?

Сорока вспыхнула ярым румянцем, но вовремя придержала язык.

– Ты не загулялся, нет?! А если Жорка тебя отметит?

– Что-то я не заметил, чтобы у него выросла пара лишних рук, – буркнул я и закрыл глаза, хотя бы так добиваясь уединения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.