Капсула жизни. Они выжили, чтобы жить

ОТКРОВЕННО

Я хотел убить себя. Но не смог…

По просьбе «Вокруг света» главный редактор Marshall Islands Journal Гифф Джонсон поговорил с Хосе Альваренгой в первые дни пребывания рыбака на острове.

– Мы вышли в океан на рассвете и собирались провести там не более двух дней. Но уже к вечеру, когда лодка ушла достаточно далеко от берега, погода стала портиться. Мы решили вернуться назад. Но мотор не заводился. Я пытался его починить. А волны все увеличивались, и начался ливень. Лодку бросало из стороны в сторону, и единственное, что мы могли делать, – ждать, что погода успокоится. Когда шторм прошел, мы поняли, что оказались в открытом океане и не знаем, где именно.

Одна из первых фотографий Хосе Альваренги, сделанная жителями атолла Эбон. Фото: Гифф Джонсон/Giff Johnso

Из еды у нас было только несколько бутербродов и пара бутылок воды. Весел тоже не было. Мы надеялись, что рядом пройдет какое-нибудь судно…

Дни шли, еда и вода закончились. Нам удалось поймать несколько рыб и морских птиц. Голод был настолько невыносим, что мы с Эсекьелем набросились на сырое мясо и съели. Эсекьеля сразу стошнило. Со мной все было в порядке. Поскольку мы не знали, удастся ли поймать в ближайшее время еще что-то, приходилось экономить еду. Но мясо быстро протухало на солнце. Эсекьель с трудом ел сырое мясо и часто вообще отказывался от еды. Он верил, что нас скоро найдут. Верил больше, чем я. Я пытался заставить его зажать нос и съесть хоть несколько кусочков. Но как только еда попадала в рот, его тут же тошнило. Эсекь ель с каждым днем выглядел все хуже. Он много спал. А однажды просто не открыл глаз… Да, я столкнул его за борт. Что еще я мог сделать?

Ловить рыбу было тяжело. Ее почти не встречалось. Я питался морскими птицами, которые садились на бортик лодки. Но как-то после птицы мне стало плохо – тошнило и начались проблемы с желудком: я не мог сходить в туалет. Это было ужасно. Но потом попалась черепаха, и, съев ее мяса, я избавился от этой проблемы. Оказалось, черепашье мясо помогает пищеварению. Тогда я понял, что нужно этим мясом запастись.

Когда шел дождь, на дне лодки собиралась вода. Я пил эту воду, используя панцирь черепахи вместо чашки. Было время, когда долго стояла солнечная сухая погода. Это было самое тяжелое. Мне пришлось заставить себя пить собственную мочу. Я зажимал нос и пил. Ничего другого не оставалось. И иногда я пил кровь черепах.

Тяжело было переносить жару. Солнце слепило, светило прямо в глаза. Я прятался от него в коробке для хранения рыбы.

Я потерял счет времени почти сразу. Один день перетекал в другой. Я думал, что сойду с ума. Я мало что помню о днях в океане. Даже не помню, сколько черепах съел за это время.

Как-то я увидел корабль. Он шел так близко, что я видел даже экипаж. Я поднялся на ноги, закричал и замахал руками. Экипаж помахал мне в ответ, но корабль прошел мимо. А еще через несколько дней я проснулся от того, что лодку сильно раскачивало. Решил, что начался шторм. Открыв глаза, увидел, что чуть не врезался в другое судно. Но было уже поздно: корабль прошел мимо. Наверное, они меня не заметили. После встреч с судами надежда укрепилась. Я подумал, что где-то рядом должна быть земля. Мне очень хотелось в это верить. Хотя я до сих пор не знаю, видел ли корабли на самом деле или это был сон.

Я много спал и видел сны. Не о доме и близких, а только о еде. Мне привиделось, что лодка заполнена любимыми тортильями, курицей и другими блюдами. Я помню, как родители в детстве пекли хлеб. Его запах я чувствовал во сне. Но открывал глаза, а вокруг было только небо, солнце и море.

Я думал о семье. В океане понял, как хочу быть рядом с родными. С дочкой Фатимой, с матерью и отцом. Представлял, как встречусь с ними, обниму и никогда больше не расстанусь.

Думаю, меня спасала вера в Бога. Я знал, что он идет со мной и охраняет меня. Были времена, когда я думал о самоубийстве. Пытался даже порезать вены ножом, но испугался. Я не смог. Плакал, кричал, злился на себя, но не смог. Потом успокоился, поднял руки вверх и закричал: «Бог! Верю!» Я всегда был уверен, что он меня услышит и спасет.

РЕКОРДЫ

Пленники океана

Ежегодно в мировых водах пропадает около 200 000 человек. Возвращаются немногие из них. «Вокруг света» выбрал 5 затянувшихся плаваний.

1 Мексиканские рыбаки

Лусио Рендон, Сальвадор Ордоньес и Хесус Виданья

Провели в океане 9,5 месяца

Отплыли 28 октября 2005 года из порта Сан-Блас-Наярит (Мексика).

Найдены 9 августа 2006 года недалеко от Маршалловых островов.

2 Американец вьетнамского происхождения

Ричард Ван Фам

Провел в океане 3,5 месяца

Отплыл в мае 2002 года из порта Лонг-Бич (Калифорния).

Найден 17 сентября 2002 года в 480 километрах от Коста-Рики.

3 Полинезийский рыбак

Тоакай Тейтой

Провел в океане 3 месяца

Отплыл 28 мая 2012 года от атолла Тарава (острова Гилберта).

Найден 9 сентября 2012 года на атолле Намдрик (Маршалловы острова).

4 Американский яхтсмен

Стивен Каллахан

Провел в океане 2,5 месяца

Отплыл 29 января 1982 года из порта Иерро (Канарские острова).

Найден 21 апреля 1982 года у острова Мари-Галант (Гваделупа).

5 Полинезийские рыбаки

Саму Перес, Фило Фило и Эдуард Насау

Провели в океане 1,5 месяца

Отплыли 5 октября 2010 года с атолла Атафу. Найдены 24 ноября 2010 года недалеко от островов Уоллис (между Гавайями и Новой Зеландией).

Тяжкое бремя славы обрушилось на трех мексиканских рыбаков – Лусио Рендон, Сальвадор Ордоньес и Хесус Виданья

С начала августа 2006 года во всей Мексике имена трех простых рыбаков стали более популярными, чем имена политиков, ведущих упорную, полуторамесячную борьбу за президентское кресло. Изображения радостно улыбающихся парней на первых полосах газет оттеснили на задний план фоторепортажи о ливанской войне, портреты президента Мексики Висенте Фокса и его североамериканского коллеги Джорджа Буша, не говоря уже о комментариях по поводу лишних килограммов Бритни Спирс, вернувшейся на сцену после родов.

В Мексике одиссея трех рыбаков, девять месяцев дрейфовавших в лодке через Тихий океан, стала главной сенсацией августа.

Все началось ранним утром 28 октября 2005 года, когда рыбаки вышли на лов акул из маленького поселка Бока-дель-Асадеро, приткнувшегося на изрезанных бухтами и заливами серых песках побережья штата Найарит. Они увлеклись ловлей и не заметили приближения шторма, хотя каждый из них провел в море не меньше десятка лет и перемены в настроениях Посейдона мог определять с закрытыми глазами.

Потом они говорили – «наваждение». Да и рыба, севшая на крюк, тянула с невероятной силой, и было жалко рубить снасть.

В борьбе со штормом рыбаки израсходовали весь бензин, и слабенький подвесной мотор, едва справлявшийся с мощью попавшейся на крюк акулы, полетел за борт.

Наступило время думать о выживании – на третьи сутки, когда шторм отшумел, они обнаружили, что оказались посреди бесконечности, заполненной ослепительным блеском океанских вод.

Северное тропическое течение влекло их со скоростью немногим более километра в час все дальше и дальше в океан. Пара весел, заменивших мотор, была не в состоянии противостоять потоку, да и куда следует грести, они толком не знали. Рыбаки предались воле Бога, который время от времени давал им пропитание в виде пойманной рыбы или чаек и посылал дожди, чтобы они могли собирать питьевую воду. Впрочем, как признавались рыбаки, милости Божьи были скупыми, и им чаще приходилось голодать, чем возносить хвалу за хлеб насущный. Были периоды, когда вынужденный пост растягивался на 15—20 дней.

На 271-й день одиссеи, в начале августа этого года, у Маршалловых островов, расположенных к северо-востоку от Австралии, Сальвадора Ордоньеса, Хесуса Виданья и Лусио Рендона (Salvador Ordonez, Jesus Vidana, Lucio Rendon) в восьми тысячах километров от родных берегов подобрал тайваньский траулер. Все трое страшно удивились, узнав, что пересекли Тихий океан.

Когда известие об их чудесном спасении достигло Мексики, на рыбаков обрушилась слава. Они еще приходили в себя на борту траулера, продолжавшего лов, а мексиканские и мировые масс-медиа уже наперебой публиковали подробности их путешествия.

Корреспонденты наводнили Бока-дель-Асадеро и все близлежащие рыбацкие деревушки, выискивая детали и обстоятельства жизни трех героев. Самая крупная в Латинской Америке мексиканская частная телекомпания умудрилась доставить на траулер съемочную группу, и мир впервые смог увидеть лица этих парней, по всеобщему и первоначальному убеждению ставших избранниками судьбы.

Однако, как быстро убедились не привыкшие к известности рыбаки, слава имеет и оборотную сторону, весьма неприглядную.

Одному из корреспондентов удалось «раскопать» в Найарите сенсацию – 28 октября 2005 года на лов акул из Бока-дель-Асадеро вышли не трое, а пятеро человек. Оказалось, что двое никому в окрестностях неизвестных молодых людей присоединились к рыбакам в последний момент. В первых интервью прессе троица спасшихся о них не упоминала. Потом они признались, что в лодке действительно были еще двое – городские, напросились вечером накануне отплытия порыбачить, заплатили. Но не выдержали испытаний, выпавших на их долю, и умерли в конце января.

Как рассказал Лусио Рендон, «эти двое, совсем молодые, сначала очень испугались, даже плакали, а потом как бы „ушли“. Я не смогу, наверное, объяснить – слов специальных не знаю. Но они вроде были вместе с нами на борту лодки, а вроде и не были. Не разговаривали даже между собой, ничего не делали, а все спали и спали на дне у кормы. Так вот головы накроют куском одеяла – у нас одеяло было на лодке, мы его на куски порезали, чтобы от солнца прикрываться, и спят. Мы-то втроем библию читали вслух каждый день – была у нас карманная библия, – рыбу пытались ловить, чаек подманивали, все время рассуждали, когда нас найдут, как мы вернемся домой. Главное, мы надеялись и молились о спасении. Эти же только спали и никак не отзывались на наши попытки их растормошить. В один день, не помню точно, когда это случилось, по нашим расчетам, в конце января, они оба не проснулись. Ну, и похоронили мы их по морскому обычаю – опустили за борт. А не рассказывали об этом потому, что боялись. Мало ли чего люди подумать могут, свидетелей-то в океане где взять?»

Боялись рыбаки не напрасно. В прессе немедленно появились публикации, со знанием дела утверждавшие, что парни вышли в море совсем не за акулами – на самом деле они должны были перевозить груз марихуаны, и двое погибших были не искателями острых ощущений, а посредниками в этой сделке. Версия получила такое распространение, что генеральная прокуратура Мексики пообещала начать официальное расследование, как только рыбаков доставят на родину. Правда потом, словно устыдившись, от этого намерения отказалась. Но прокурор штата Найарит, тем не менее, заявил, что уже пригласил рыбаков «на собеседование».

«Сейчас они немного отдохнут в своих домах, пообщаются с родственниками, а потом мы их ждем в прокуратуре штата. Нет, мы не открываем никакого дела, не требуем от них свидетельских показаний. Просто хотим выслушать их детальный рассказ», – подчеркнул прокурор.

Потом все чаще на страницах газет начали мелькать сомнения в правдивости рассказов рыбаков. Ну не может такого быть, чтобы девять месяцев, без пищи и воды, на лодчонке длиной в пять с половиной метров пересечь Тихий океан и остаться живыми и относительно здоровыми. «Этого не может быть потому, что не может быть никогда!», – писала пресса.

Лишь интервью с океанологами и специалистами по выживанию в экстремальных условиях, подтвердивших теоретическую возможность спасения и обосновавших маршрут лодки через океан, исходя из направлений господствующих течений, смогли приостановить волну этих публикаций.

Когда рыбаки оказались в Мексике, на них посыпались предложения от издательств и киностудий о продаже прав на историю их одиссеи. Как выяснили адвокаты, срочно нанятые рыбаками, большинство этих предложений предполагали кабальные условия и мизерную плату. Наиболее ловкие, воспользовавшись наивностью рыбаков в делах рекламы и маркетинга, начали использовать их, что называется, «втемную». Так, одна компания-производитель прохладительных напитков выгрузила у порога дома Лусио Рендона 100 ящиков своей продукции и повесила табличку: «Спасибо за Ваш выбор!».

Естественно, тут же совсем «случайно» оказались журналисты с фото и телекамерами. Несколько банков с большой помпой объявили в прессе, что открыли рыбакам накопительные счета и кредитные линии. Рыбаки, неискушенные в финансовых делах так же, как и в рекламных, лишь пожимают плечами и признаются, что пока не знают, как пользоваться этими счетами и кредитными линиями, тем более, они никого не просили их открывать.

Рыбаки находятся на родной земле меньше недели. Однако в один голос говорят, что совсем потеряли голову от творящейся вокруг них суеты и желают только одного – спокойно провести несколько дней со своими семьями и родственниками. Сходить в церковь и помолиться без «хвоста» из журналистов и представителей власти, побыть вдали от сотен любопытных глаз. Сальвадор Ордоньес даже воскликнул в сердцах в одном из телевизионных интервью: «Господи, да там, в море, было спокойней. Мне уже хочется вновь вернуться туда! Да и где еще рыбаку можно найти душевный покой, как не в морской работе? Вот отдохну еще недельку и опять выйду на лов, подальше от этих, со вспышками и магнитофонами».

Ричард Ван Фам. Как выжить в море

62-летнему Ричарду Ван Фаму удалось выжить в открытом океане в течение трех с половиной месяцев. О том, как именно он сумел продержаться в океане в одиночку, без запасов воды и еды, он рассказал уже позднее, после того, как его подобрали американские моряки.

Ричард Ван Фам родился во Вьетнаме (Vietnam), а позднее перебрался в США, получив green card. В 2002 году он жил прямо на своей 26-футовой лодке под названием «Sea Breeze’ в порту Лонг-Бич, Калифорния (Long Beach, California). В один из дней в мае того же 2002 года Ван Фам вышел в море, направившись в сторону острова Каталина (Catalina Island), однако закончилось его морское путешествие вовсе не так, как планировал сам капитан.

Так, внезапно налетевший шторм сломал мачту его судна. Надо сказать, что лодка Ричарда по сути являлась довольно утлой посудиной, однако неизбалованного вьетнамского эмигранта она полностью устраивала, ведь он смотрел на «Sea Breeze’ как на дом, а вовсе не как на роскошь. Шторм все продолжался, и вскоре потери Ван Фама стали уже серьезнее – у лодки вышел из строя навесной мотор, а, кроме того, сломался и передатчик. Потерявшую управление лодку понесло в открытый океан.

Убежденный холостяк Ричард не имел ни семьи, ни родственников в США, а потому его никто не хватился, как никто не объявил и о том, что Ван Фам пропал без вести. Так началось долгое одиночное путешествие Ричарда, которое продлилось около трех с половиной месяцев.

Поначалу он искренне верил, что его вот-вот обнаружат, и панике не поддавался. Через короткое время встала проблемы воды и пищи, и Ричард начал приспосабливаться как мог. «В море надо брать то, что оно тебе дает», – решил Фам. Море давало ему не так много, как хотелось, однако достаточно для того, чтобы держаться. Так, он приспособился ловить рыбу, а также чаек, а однажды путешественнику удалось выловить большую морскую черепаху, и ее мяса ему хватило надолго.

Шло время, дни сменяли друг друга, проходили долгие недели, а Ричард по-прежнему оставался в довольно безрадостном положении – лодка плыла, повинуясь течению океана, сообщить о себе он не мог, оставалось лишь надеяться на встречное судно.

Фам разводил прямо на палубе костер, готовил еду на огне. Воду он иногда собирал дождевую, наполняя ею ведро, а позднее приспособился даже производить пресную воду с помощью примитивного, но работавшего устройства. Кстати, полученную соль он использовал для засолки мяса и рыбы.

Забавно, но на лодке Фама не было передатчика, зато оказался маленький телевизор, который работал от солнечной батареи и скрашивал одиночество моряка.

Сначала его заметили с американского военного самолета, о чем сообщили на базу – американцы опасались, что это мог быть перевозчик наркотиков. Так, когда к нему приблизилось судно «McClusky’, Ричард был рад до безумия, а вот американские моряки отнеслись к нему с подозрением. Кстати, нашли его в 480 км от Коста-Рика (Costa Rica), а случилось это 17 сентября, что означало, что в море Ван Фам провел более трех с половиной месяцев. К моменту своего спасения он потерял 20 кг веса и один зуб, однако в целом был совершенно здоров.

Рассказав морякам свою историю, он смог убедить их в ее правдивости, и они даже скинулись и дали ему денег на билет в Штаты.

Несмотря на то, что история Ричарда Ван Фама звучала довольно гладко, нашлось много скептиков, которые утверждали, что не встретить ни одного судна за три месяца в довольно оживленной акватории между Лонг-Бич и островом Каталина было, по крайней мере, странным. Как бы ни было, Ричард настаивал, что ни одного судна он не встретил.

РИЧАРД ВАН ФАМ.

Спасен мужчина – Хосе Иван, который 1,5 года дрейфовал на лодке в Тихом океане

Об удивительной истории спасения рассказывают сегодня западные СМИ. На одном из атоллов в составе Маршалловых островов был найден мужчина, который дрейфовал в Тихом океане около 16 месяцев. Лодку с истощенным странником выбросило на коралловый риф.

Как пишут СМИ, история его скитаний напоминает фильм «Изгой» с Томом Хэнксом.

Мужчину зовут Хосе Иван, сообщается, что говорит он только на испанском языке.

Как удалось установить, с ним в начале пути был спутник, с которым он вместе в сентябре 2012 года отправился на лодке из Мексики в Сальвадор. Какие были причины для этой поездки, неясно. Но известно, что его товарищ скончался несколько месяцев назад.

За время своего плавания Хосе Иван преодолел расстояние в 12,5 тысячи километров. Маршалловы острова находятся примерно в девяти тысячах километров от предполагаемого пункта назначения.

Несмотря на пережитое, на момент спасения его здоровью и жизни путешественника ничего уже не угрожало. «Его состояние не очень хорошее, но ему уже лучше», – сообщил студент-антрополог из Норвегии Ола Фьелдстад, проводящий исследование на атолле Эбон. По его словам, у спасенного мужчины пониженное кровяное давление, и он истощен, но в состоянии самостоятельно передвигаться, пишет. Ему дают много воды и пищи.

«Видно, что его лодка очень долгое время находилась в воде», – рассказал Фьелдстад. По его словам, у Хосе Ивана длинная борода и волосы. А из одежды было только нижнее белье.

Хосе Иван выжил в море, питаясь рыбой, птицами и черепахами, которых он ловил, по его словам, голыми руками. Пил черепашью кровь, когда не было дождя и не получалось набрать воды.

Тоакаи Теитои. 100 дней посреди океана

Рыбаку Тоакаи Теитои, который сам родом из островного государства Кирибати, пришлось провести 106 дней в Тихом океане. Несчастному пришлось дрейфовать на сломанной 15-метровой моторной лодке.

В открытом океане Теитои оказался вместе с товарищем. И случилось это еще в конце мая. К сожалению, товарищ, не выдержав лишений, погиб 4 июля. Теитои же был обнаружен экипажем рыболовецкого судна «Marshalls 203» 11 сентября.

«Когда моряки подняли его на борт и спросили, чего бы он хотел, мужчина попросил сигарет», – рассказали рыбаки-спасатели. Они же и доставили пострадавшего на сушу.

По словам Теитои, за время лишений он поддерживал силы сырой рыбой и дождевой водой.

Но случай с рыбаком Тоакаи Теитои не уникальный. Его соотечественники нередко долгое время проводят в открытом океане, имея при этом минимальные средства для выживания.

Стивен Каллахан

СТИВЕН КАЛЛАХАН (англ. Steven Callahan, род. 6 февраля 1952 года) – американский яхтсмен, известный тем, что в 1982 году, потерпев кораблекрушение, за 76 дней пересёк Атлантический океан на надувном спасательном плоту. Книга об этом путешествии «В дрейфе: 76 дней в плену у моря» продержалась в списке бестселлеров газеты «Нью-Йорк Таймс» 36 недель.

Судостроитель по образованию, Каллахэн конструировал яхты, на которых сам же и ходил, а основным источником дохода для него была журналистика: он писал для яхтенных журналов, в том числе Sailor, а также был редактором издания Cruising World. Осенью 1981 года он отплыл из Ньюпорта для участия в одиночной гонке Mini transat 6.50 на 6,5 метровом шлюпе «Наполеон-Соло». Посетив Пензанс, он выбыл из гонки в Ла-Корунье, и был вынужден встать на ремонт. 29 января 1982 года он вышел из Эль-Йерро на Канарских островах, направляясь в Антигуа. В результате недельного шторма, 5 февраля шлюп затонул (Каллахэн полагал, что его мог протаранить кит) в 450 милях от островов Зелёного Мыса, а сам Стивен эвакуировался на шестиместном надувном плоту фирмыAvon, состоящим из двух кольцевых надувных камер, с мягким резиновым полом и тентом. Его диаметр составлял около 6 футов (1,8 м), не позволяя моряку выпрямиться в полный рост. Гарантийный ресурс плота составлял только 40 суток. Из имущества у него были навигационные карты, гарпунное ружьё, два солнечных опреснителя воды и спальный мешок, а также книга о выживании в открытом море. Он также упоминал и об опыте Линь Пэна.

Плот несло Южным Пассатным течением с очень небольшой скоростью. У моряка не было навигационных приборов, и он сделал некое подобие секстанта из карандашей. Поскольку у Каллахэна быстро заканчивались запасы провианта, он был вынужден охотиться на дорад и спинорогов (всего за 76 дней он поймал 12 дорад и 12 спинорогов), иногда удавалось поймать птицу или несколько летучих рыб. Пищу он вынужден был употреблять сырой или слегка подвяленной на солнце, кровь, спинномозговая и глазная жидкость рыб позволяли немного компенсировать обезвоживание организма. Солнечные опреснители первое время позволяли получать около полулитра пресной воды в сутки, удавалось также собирать дождевую воду. Поскольку плот был очень невелик, а радиомаяк оказался неэффективен, Каллахэна не заметили девять судов, мимо которых он проплывал, и ему приходилось полагаться только на собственные силы. На 41-й день дрейфа он убил, но потерял крупную дораду, а на 42-й сломал гарпун и распорол одну из двух надувных камер своего плота. Последствия аварии были устранены только к 53-му дню дрейфа, это едва не стоило Стивену рассудка. Было много и других происшествий: волны едва не опрокидывали плот, совершила нападение акула, на 56-й день Каллахэн отравился краской, облезавшей с тента, и попавшей в питьевую воду. На 75-й день – 20 апреля 1982 года – течение принесло плот к острову Мари Галант, а на следующий день Каллахэна подобрали рыбаки, привлечённые большой стаей птиц, круживших над плотом. Каллахэн пересёк Атлантический океан на дистанцию примерно 1800 морских миль (3300 км). Моряк потерял треть массы тела (44 фунта = 19,9 кг), и был покрыт многочисленным язвами – его кожу разьедала морская вода, а смыть с себя соль не удавалось, по причине крайнего дефицита пресной воды. Однако Каллахэн упоминает, что так и не заболел цингой, поскольку получал витамины из крови рыб. Свой опыт выживания Каллахэн обобщил в мемуарах о дрейфе (переведены на русский язык в 1990 году), а также справочнике для выживания в море. Ряд собственных открытий, сделанных в ходе дрейфа, Каллахэн запатентовал и использовал для разработки более совершенных средств спасения на водах.