– Вика, ну сколько можно глупостями заниматься? – подключился к воспитательному процессу папа. – Я, конечно, тоже в детстве играл в казаки-разбойники, но ты же взрослая девушка уже, должна понимать…
Эти разговоры повторялись так часто, что мне уже выть от них хотелось. Ну в конце-то концов! Мне двадцать четыре года, у меня высшее образование и хорошая работа. Я честно оплачиваю половину коммунальных расходов, все покупаю себе сама, так почему же родители считают себя вправе разговаривать со мной так, будто мне восемь лет? Я так устала от того, что им не нравится мое хобби.
Да, мама, мой фонарик стоит несколько тысяч и привезен по спецзаказу из-за океана. Да, я не покупаю себе новые платья, зато у меня есть целых три камуфляжа и одни затасканные берцы – по гвоздям и осколкам в них гораздо удобнее бегать. Но неужели было бы лучше, если бы я проводила выходные в клубах или на пьянках? Да, папа, меня увозит в ночь машина с тремя мужиками. Но ты не поверишь, насколько это безопаснее, чем пройти вечером одной от остановки до дома. Со своей командой я как за каменной стеной, да и остальные игроки в обиду не дадут.
Помнится, полгода назад приехали мы на очередную локацию, а оттуда какие-то гопники выползли. Пьяный смех, мат, угрозы… И внезапно все звуки буквально застряли у них в глотках, а на лицах отразился дикий ужас, потому что вслед за нами подъехали еще пять машин и оттуда вывалились крепкие парни в камуфляже, с налобными фонариками и зверскими лицами. О, как эти гопники бежали! Каждый раз улыбаюсь, когда вспоминаю. Может, потому, что именно в тот момент я ощутила, что это не просто игра. Это братство. Это образ жизни. Это целый мир.
Я с кислым лицом допила чай. Есть расхотелось – аппетит от родительских внушений пропал начисто. Тут пиликнул телефон, и у меня екнуло сердце. Хоть бы Ромка! Ура, он!
«Сценарий игры открыли. Придешь смотреть?»
Я вздохнула. Как будто он не знал, что приду. Всегда ведь прихожу, если зовет.
«Если завтраком накормишь, то да :)».
«Блинчики?»
«Уже бегу!»
– А сейчас-то куда намылилась? – удивилась мама, увидев, как я метнулась к зеркалу и стала краситься.
– К Ромке.
Ответом мне был тяжелый вздох. Странная природа наших отношений была маме непонятна. Да что уж там, она мне и самой-то была непонятна! Мы никогда – вот вообще никогда! – не целовались, Рома не говорил мне комплиментов и вообще не делал ничего, показывающего, что он видит во мне девушку. Он вел себя со мной так, будто я его хороший боевой товарищ. По несчастливой случайности – женского пола.
Мы познакомились полтора года назад. На Новый год к моей подруге пришла ее подруга, а с ней за компанию и брат. Собственно Рома. Он относился к тому типу мужчин, на который я всегда западала: худощавый, смуглый, порывистый, как дикий зверь. А когда открыл рот, я поняла, что пропала. Он, черт возьми, оказался еще и умным! Весь вечер мы провели рядом, начав со спора, как выглядели половцы, и продолжив дискуссией, можно ли делить психологию на взрослую и детскую. А затем он рассказал мне про уравнение Шредингера, и я тут же в него влюбилась. Сильно и бесповоротно.
Вначале все шло по классике: мы обменялись телефонами, встретились, удивились, когда узнали, что живем в соседних домах, потом еще раз встретились, а потом он наконец-то позвал меня к себе смотреть кино. «Знаем мы это кино», – довольно ухмыльнулась я и надела красивое белье. Каково же было мое разочарование, когда мы РЕАЛЬНО смотрели фильм! А потом еще два часа его обсуждали. Но мне льстило его внимание, и я просто растаяла, когда он вдруг сказал: «А знаешь, ты молодец… за последние не знаю даже сколько лет ты первая девушка, с которой мне правда интересно разговаривать. А то с теми, кто мне нравится, обычно неинтересно».
Вот тут бы мне и насторожиться! Но нет, я слышала только, что я для него не такая, как остальные. Что ж, так в итоге и оказалось.
Возможно, я бы излечилась от своей пагубной влюбленности, если бы Рома стал с кем-то встречаться. Но он не встречался. Или, по крайней мере, никак это не афишировал. Обсуждал при мне других девушек, полностью игнорировал мои намеки, но при этом почти все свое свободное время проводил со мной. Или, скорее, я все свободное время проводила с ним, прибегая по первому зову.
Например, абсолютно нормальной для нас была такая ситуация: час ночи, я собираюсь ложиться.
«Ты не спишь?» – пиликает мой телефон.
«Нет».
«Ну пошли пить тогда. Жду у подъезда».
И что делает Вика? Одевается и бежит. Чтобы, гуляя по ночному двору и распивая пиво, обсуждать с Ромой загадку Черной дыры и парадоксы социализма. А ведь рано утром на работу. Но кого это волнует?
В тот момент я уже плотно подсела на общение с Ромой, мне без него было плохо. И когда однажды я не видела его все выходные, а потом он с восторгом рассказал, что одногруппники позвали его поиграть с ними в ночную экстремальную игру Encounter и это было круто, я решила, что мы должны сделать свою команду. Раз Роме так понравилось. Чтобы мы могли играть вместе.
Рома идею в целом одобрил, но сразу предупредил: ему некогда, и особо делать он ничего не будет. Что ж, главное, что вообще согласился со мной играть.
Целую неделю я все вечера посвящала «Энкаунтеру»: читала правила, изучала сценарии старых игр, зарегистрировала команду «Еноты», став ее капитаном, и искала, искала, как одержимая, людей в команду: водителя, полевых игроков, штабных…
Эту команду я сделала для него, но в итоге влюбилась в нее сама. Рома и «Энкаунтер» переплелись в моей жизни, став тем, без чего я уже не могла жить.
– Ты бонус-то этот загадочный видел? – спросила я, заглядывая через Ромкино плечо в экран монитора.
– Видел, – мрачно ответил тот, – вот попробуй решить!
Я посмотрела на картинку. Там была нарисована половина какого-то бревна. Формат ответа – одно слово, причем прилагательное.
– Хрень какая!
Бонусы никогда не были моей сильной стороной, но поразить Рому своим интеллектом очень хотелось. Раз ни на что другое он не обратил внимания. Ни на тщательно вымытые и уложенные волосы, которые в кои-то веки не свисали белой паклей, а изящными светлыми прядями обрамляли лицо, ни на легкий макияж, ни на василькового цвета сарафанчик, который удачно подчеркивал и цвет глаз, и немногочисленные изгибы тела.
– Давай думать! – предложила я Ромке, как бы невзначай закидывая ногу на ногу, чтобы подол сарафана приоткрыл коленки. – У нас на картинке половина бревна. Полбревна, верно?
– Ну. И что писать? Деревянное? Твердое? Распиленное? Это все ребята пробовали.
– Полбревна, – задумчиво протянула я, – пол… – и вдруг начала ржать.
– Ты чего?
– Ром, – давилась я от смеха, – а ты знаешь, какой пол у бревна?
– В смысле?
– Ну, это он или она?
– Оно.
– Тогда пол у бревна средний!
Ромка прокрутил сценарий вниз, посмотрел на ответ и перевел на меня восхищенный взгляд.
– Вика, ну ты мозг! Может, в штаб сядешь?
– Нет! – испугалась я.
Не для того я собирала команду, чтобы Рома в поле бегал, а я дома за компьютером сидела. Я с ним хочу!
– Тогда, товарищ капитан Куся, – проговорил Ромка серьезным тоном, но в его карих глазах заплясали смешливые искорки, – надо решать вопрос со штабом и усиливать состав бойцов интеллектуального фронта. С тем, что есть, мы Даблов не победим.
– Решу, – твердо кивнула я.
После его похвалы у меня буквально крылья выросли, я чувствовала, что теперь все смогу!
Тем временем Ромка зашел на форум и написал в ветке, посвященной вчерашней игре:
Roman_EN: предлагаю авторам меньше курить того что они курят! Обидно когда вот такой нелогичный бонус решает судьбу всей игры и забирает заслуженную победу(((((
Не прошло и минуты, как появился ответ.