– Пап, рассказывай, – уже совсем потеряла терпение я.
Не знаю, что больше подгоняло меня, приближающийся закат или же подогреваемый с каждой минутой интерес.
– Когда ты была совсем маленькой… в твоё тело кое-кого подселили, – пробурчал он, смотря на меня исподлобья.
Я же ничего не поняла.
– Подселили в каком смысле? – я посмотрела в окно, желая сосредоточиться на этой мысли, – как… паразита?
Почему-то в голове вспыхивали только картинки из биологии. Хотя на самом деле первой мыслью были инопланетяне. Так и вижу, как папочка берёт в руки склизкое противное существо и кладёт в мою совершенно пустую черепную коробку. На собственном лице я вижу только глазки в кучку и по какой-то причине высунутый язык. Видения из серии "стереотипное мышление двадцать первого века", то самое, взращённое на культовых американских мультфильмах, потому как в нашем отстающем от «цивилизации» Доме ничем другим детей не развлекали. Не в обиду Рае, справиться с кучей маленьких детей – та ещё задача.
– Скорее, как полное магическое подселение одного мага в другого, – объяснил Вольтер, совсем меня запутав.
– То есть, в меня затолкали какого-то мага? – я взглянула на кивнувшего отца, – но зачем?
Лорды замялись и нахмурили лбы. Они бы ещё переглянулись, честное слово. А кое-кто ещё говорил мне, что женской логики не существует. Я хотя бы удосужилась узнать, зачем это произошло, в то время как "самые логичные и продуманные" Лорды даже не подумали об этом. Причём, поняла я это только по их реакции.
– Та-ак, а если подумать той самой логикой, которой у меня нет, – кинула кое в чей огород топор я, – для чего это вообще делают?
Вольтер, глядящий на меня сужеными от злости глазами и Вильгельм, который до этого момента был в состоянии близком к ступору, одновременно взглянули на меня. А затем, таки да – переглянулись.
– Этот метод использовали ещё во времена объединённых миров. Насколько я знаю, маги таким образом спасали от смерти маленьких детей, – нахмурил брови отец и продолжил, – но обычно при подселении носитель умирал.
Я напряглась. Кажется, в те времена, вроде средневековья, врачи использовали всякую бесполезную гадость, пытаясь лечить. Мысль о том, что я могла умереть при этом самом выселении, решила отложить в дальний ящик.
– Получается, кто-то подселил в меня… эмм… кого-то, чтобы вылечить? Почему тогда до сих пор не выселили? – я взглянула уже на молчаливого Вольтера.
Здесь явно было что-то не так. Местом ниже спины чувствовала. В копилку жутких странностей вспомнился тот сон про поле с цветами и меня саму, которая дала мне разрешение жить в её теле.
– Подселенкой была четырехлетняя девочка. И сделала это Актиния Кери, когда тебе было несколько месяцев, – в отличие от отца Феликс решил не тянуть кота за хвост.
И я была ему за это благодарна. Однако мысли ясней от этого не стали. Наоборот, я спустилась в дебри собственного разума. Перед глазами промелькнули сны. Особенно те, где я стояла и смотрела на маленькую черноволосую девочку или же была ею на том самом поле с яркими цветами. Яркой вспышкой мелькнуло то, что в этом сне они с мамой от кого-то убегали.
– Тогда… – голос охрип, я прочистила горло и подняла взгляд на отца, – я думала бабушка оговорилась, назвав меня Алессой. Но… она сказала что-то про то, что ошиблась и переселит её в другое тело. Значит, вы хотите… вытащить её?
Мужчины, глядевшие на меня в упор, развернули головы в разные стороны. Ничего другого я от них не ожидала.
– Это можешь сделать только ты, и приятного в этом мало, – неожиданно спокойно пояснил Феликс, наблюдая за моей реакцией.
Я же понимала, насколько все плачевно. Я определенно запуталась в том, что происходит вокруг. Что-то слишком много интриг с Вашей стороны, не так ли, Леди Актиния?
– Я… должна поговорить с бабушкой, – я перевела взгляд на Вильгельма.
Тот сдержанно кивнул, постучал пальцами по столику меж кресел и произнес:
– В любом случае этот выбор за тобой. Тем более сейчас назревает кое-что посерьёзнее чем малолетняя подселенка.
Я кивнула больше самой себе и с ногами забралась в своё кресло. Если не это был серьезный разговор, тогда что? Не думаю, что существует что-либо неприятнее вот этого всего.
– Магистр прислал это полчаса назад, – на мои колени опустились три свитка из светло-коричневой плохо выбеленной бумаги.
Восковая печать на всех была сломана, естественно отец уже все изучил. И не важно, что на всех трех значилось мое имя. Говорить ему что-то по этому поводу я не стала, тем более писем мне никто не писал и писать не собирается. По крайней мере таких, чтение отцом которых мне бы не понравилось.
Во всех трех бумагах был одинаковый текст, лишь только изменены имена "женихов".
– Отец может женить собственного сына без его согласия? – я взглянула на отца.
Тот немного завис от моей реакции на письма.
– Нет, – ответил мне Феликс, – эти предложения говорят о том, что все трое согласны на брак с тобой.
Я же нахмурилась. Отлично, блин. Одна я на этой планете не желаю выходить замуж за кого попало?! Я же двоих из них даже не видела!
А, нет. Мао тоже не горит желанием выходить за Майкла. Кстати…
– Майкл же вроде за Марконтьяр собрался? – спросила я, – точнее наоборот.
Хотя по факту так и было – в их тандеме главой точно драконица станет. Думаю, нельзя найти такой пары, где она не будет доминировать.
– Скорее всего ты в приоритете. Раз Магистр послал тебе официальный документ, – пояснил отец.
Я же прочитала два других имени. Лорд Колин Райдер и Лорд Эмануэль Райдер.
– И кого ты хочешь, чтобы я выбрала? – я уставилась на папандра, пытаясь отследить хоть малейшее выражение его лица.
Отец ожидаемо удивился, затем резко сверкнул глазами и вытянул у меня свитки. Но, вчитавшись в первый и второй, вернул мне тот, на котором был Колин, и произнес:
– Первоначально я почти заключил контракт с этим.
Первоначально? То есть до того момента как я появилась на Деймосе? Или только когда очутилась? Меня же до того момента вообще никто не знал! А если бы я состояла в какой-нибудь субкультуре? Готы, анархисты, хиппи в конце концов? Или вела себя как типичный представитель Дома? Да отец бы полысел в первый же месяц моего тут пребывания!
– А если я не выберу никого? – решила идти ва-банк, – получается, сейчас я вправе отказать Высшему Лорду?
Вольтер, хмуро наблюдающий за нами все это время, громко хмыкнул и отвернулся к окну. Вильгельм же насупился.
– По закону ты не смогла бы это сделать в любом случае… – пробормотал отец, – однако ты стала висталкой. А висталки по законам Деймоса – наименее прикосновенная раса.
То есть меня и вправду смогла спасти только бабушка. Что ж, сейчас я точно сказала бы ей спасибо. Пускай и такой ценой, но она выпутала меня из этой западни.
– Магистра это не особо останавливает, – я нахмурила брови.
И улыбнулась, чувствуя себя важнее продаваемой вещи. Наконец-то дождалась!
– Он не остановится, – глаза Феликса почернели, – висталка в роле Магианы его более чем устраивает.
Я нахмурилась. У отца с Вольтером явно был запасной план, и они ждали, когда я спрошу о нем, но готовились к моему сопротивлению. Значит опять что-то из разряда "давай поженимся". Надоели если честно.
– Выкладывайте уже, – начала психовать я.
Они мимолетно переглянулись и видимо посчитали Вильгельма крайним. Папочка же начал без прикрас:
– Ты станешь невестой Лорда Вольтера на полгода.
Я хмыкнула. Но насторожилась. Неужели мне сейчас будут предлагать что-то стоящее? Видимо, нападки Магистра не обойдут стороной это предложение.
– Много денег он тебе заплатит?! – ярость мою можно было считать максимальной.
Папочка отвел глаза. Ну как без этого. Мне даже стало интересно сколько. Но не так чтобы согласиться на абы что.
– Допустим. И с чего вы решили, что я соглашусь?
Вильгельм посмотрел на меня с надеждой. Очень забавно. Но сказал Вольтер, который явно не зря присутствовал при нашем с Магистром разговоре. Потому как деньги и другую чушь мне предлагать не стал.
– Тебе нужна защита, а я могу её предоставить, – многозначительная пауза Вольтера, во время которой я буравлю его взглядом, – я могу дать тебе то, что ты хочешь, – на этих словах я вопросительно подняла бровь и мне пояснили, – свободу действий.
Да, за живое Лорд мог схватить. Но было ли правдой всё сказанное? Вопрос, конечно, хороший, однако существовали некоторые заковырки.
– Зачем тебе это? – я не смогла отвести взгляд от темных лордовольтеровских глаз, – замуж я за тебя по истечении срока не выйду. Сам говоришь о свободе действий, то есть контролировать меня не сможешь. Только морока за мной следить и защищать.
Лорд усмехнулся, подался немного в мою сторону и произнес низким завораживающим голосом:
– Потому что я так хочу.
Я открыла рот, взглянула на совершенно спокойного отца, захлопнула рот. Слов не было совсем. Я, конечно, согласна с тем, что врать не очень хорошо, но так нагло уходить от ответа – это просто неправильно.
Через пару минут моего немого непонимания, я наконец собралась с мыслями и решила подумать обо всем не с точки зрения эмоций, а с точки зрения рациональности. Итак, он предоставляет защиту, свободу и определенно кое-что весомое, что я хотела попросить в придачу к вышеперечисленному. С моей стороны вообще ничего не требуется, кроме обычного "не изменяй, не лезь во что-то опасное" и… всё. Неравноценный как по мне обмен, но я определенно не против.
– Но я остаюсь учиться, и буду живу с отцом, – начала нащупывать почву собственной наглостью.
Мне кивнули. Я расслабилась.
– Как пройдут полгода, контракт будет закончен! И все, я буду свободна от каких-либо обязательств.
Улыбка и кивок. Что-то тут явно не так.
– Никакого подвоха?
Лорд достал бутылку вина, бокалы и отдал один отцу, который себя прекрасно чувствовал. Естественно – ему заплатили, чему тут не радоваться? Так и хотелось подойти и крикнуть ему на ухо "Отец! Я не вещь!". Но я сидела и соглашалась сама.
– И вы меня не трогаете, – я многозначительно посмотрела на почти уже жениха.
Он улыбнулся и, подавшись немного вперед, произнес:
– Если сама не захочешь.
Щёки заалели. А с ними и все остальное. Но я не была бы Алисой Асгард, если бы мгновенно не успокоилась и не произнесла сквозь зубы:
– Не захочу!
Сказала и сама себе не поверила. Отлично, теперь еще и сама с собой войну веду. И вот не нравится мне его улыбка и ямочки, только при виде которых мысли скачут куда-то в нехорошие места.
– И ещё, – уже тише произнесла я, Лорды же оба напряглись, – мне нужно найти и переправить на Деймос одного… человека.
Вольтер поднял бровь, а я продолжила:
– Только при условии, что она сама захочет сюда попасть.
Вильгельм, напряженный даже больше, чем Князь, нахмурил брови.
– Это невозможно! К тому же противозаконно, и Деймос не пропустит… – глаза отца расширились от удивления и непонимания.
– Допустим, – перебил монолог папы Феликс, хитро взглянув на меня, – мне нужно имя, возраст и примерное местонахождение.
Я радостно вскочила на ноги, сбегала до стола и, прихватив с собой карандаш, вернулась на своё место. Без сожаления оторвала четвертинку от Магистровых бумажек и написала все о Раисе Алексеевне Волковой. Передавала я бумагу с ожидающей радостной улыбкой, а когда Вольтер вчитался в то, что там написано, и улыбнулся, я вообще обрадовалась и выкрикнула:
– Давайте свой договор!
Вильгельм протянул мне свиток. Из белой бумаги, кстати. У папочки был резкий, с большим наклоном подчерк, который диссонировал с почти каллиграфическим Вольтеровским. Забавно что на деле было совершенно по-другому: Вольтер определенно был агрессивнее, чем отец. Внизу стояли две сложноповторимые подписи и печати, и пустовала графа с моим именем.
А чуть выше был список «подарков» для отца. Сумма была внушительная. Даже больше, чем внушительная. Я, конечно, не особо разбираюсь в ценах Деймоса, однако по меркам моего прошлого мира это было больше, чем я могла себе представить. И это даже упуская тот факт, что все эти монеты золотые.
А я всё равно чувствовала себя покупаемой. Точнее, казалось, что продаю себя сама.
– Я могу увеличить сумму, если она тебя не устраивает, – заметил моё замешательство Вольтер.
И сделать папочке еще более выгодную покупку? Злой я никогда не была, но такого счастья даже ему не желала. К тому же по факту Лорд платил за воздух – я почти ничего ему не была должна.
– Обойдётся, – пробурчала я себе под нос, не желая задеть отца.
Скорее уж пытаясь утешить себя. Ну, что ж, была – ни была! И я расписалась. Свиток на миг вспыхнул синим и исчез.
Зато появилась мирида. Птичка просто залетела в окно, к чертям разбив одно из стёкол. Затем стрекоча подлетела ко мне, села на плечо и затараторила:
– Духи рода резко против данного брака!
Я прошла в гардеробную, схватила шляпу и нахлобучила её на голову. Ничего не знаю про духов рода и всю остальную дичь, но советоваться с ними я точно не соглашалась.
– Дай мальчикам поиграться, – как можно тише произнесла я и пошла к выходу.
Но дух замка сдаваться не собиралась:
– Род откажется от вас!
Я, конечно, переживу, но все же:
– Иди разбирайся с главой рода! – я аккуратно взяла птичку рукой и сняла ее с плеча.
Затем подошла к папандру и усадила ошарашенное пернатое в отцовскую руку. После погладила по маленькой голове и подняла глаза на папу, который пребывал в совсем недоумевающем состоянии.
– Пап, я в город. Так что не переживай, ладно? – не сдержалась и погладила по голове и отца.
Тот кивнул, явно не слыша моих слов. Но меня это уже не волновало, потому я махнула рукой даже не пытающемуся меня остановить жениху и выскользнула из комнаты. Кажется, я впервые радуюсь наступлению ночи.
04
Я скользнула по сырой траве, преодолела главную каменную тропу и, наконец, очутилась у новых деревянных окованных железом ворот. Центральный вход был хорошо освещён, так что я сразу заметила две тени, завёрнутые в плащи. Марконтьяр, облокотившаяся на стену у ворот, опустила капюшон и подала мне точно такой же плащ. Полы её при этом разошлись и показали сверкнувший в свете прожектора золотой камень на рукояти меча.
– Белка! – зашипел Барсик, отвлекая меня от созерцания холодного оружия, – я уж думал, что маман тебя убила.
Сказано это было так, будто я должна была подпрыгнуть и хлопнуть в ладоши вместе с ним. Кажется, я привыкла к вечной неординарной хмурости отца, потому то, что раньше вызывало улыбку, сейчас откликнулось в сердце безразличием.
Я накинула на плечи плащ, безумно обрадовав этим хвост, который словно синяя змея заполз в карман и сложился там колечком.
– Ты стала еще забавнее, Алиса, – решил не сдаваться человек, а точнее маг, который по всей видимости сдаваться не умел, – мне нравится.
Я же чувствовала себя цирковой обезьянкой. Спасибо хоть, что не щупают и за хвост не дергают.
– А где Ни? – поинтересовалась я у подруги, желая избежать разговора с бывшим парнем.
Та махнула рукой в сторону нашей башни, повернулась лицом к стене и села на уже примятую траву. А после начала плести замысловатый узор прямо в воздухе, периодически сбиваясь и начиная заново под собственную тихую ругань.
Значит Гавния как обычно опаздывала, а Мао пыталась расплести защитный купол замка, видимо, чтобы пройти наружу и поставить там портал. Так или иначе, идти пешком в город было верхом глупости, а карета и другие средства передвижения были заперты ещё более сложным заклинанием.
– Есть! – воскликнула Мао, подскочив на ноги.
В ту же секунду над нами что-то взорвалось, купол осветился слегка синеватым сиянием, а напротив ворот рваной раной зазияла дыра метр на метр. Я ожидающе оглянулась на башню, надеясь, что сейчас же из неё выйдет русалка. Остальные стояли и ждали того же, так что я не чувствовала себя идиоткой.
– Ну всё! Пойдём, – Марконтьяр потянула меня за край плаща, не желая ждать Гавнию.
Или, скорее всего, думая, что девушка не придёт совсем. Однако в этот момент входная дверь башни хлопнула, и на пороге появилась фигура, затянутая в плащ. Но Барсик и подруга не разделяли моего поспешного веселья. И спустя минуту, во время которой к нам приближалась тень, я поняла почему – под темной непроницаемой тканью был нахмуренный и чем-то обеспокоенный Майкл. Он неспешно подошел к нашей компании, откинул капюшон и пробормотал, не поднимая глаз от земли:
– Пойдёмте уже. Пока не попались.
Я же отчетливо поняла, что Ни он наврал. Не думаю, что у "великого и очень занятого" принца Деймоса могли резко измениться планы. Тем более девушка пришла бы с ним вместе. То есть он просто сказал ей, что она не идет, так же, как и он, а сам планировал совершенно противополжное.
Апофеозом стала ещё раз хлопнувшая дверь башни и ожидаемая вторая фигура, закрытая в светлый бежевый плащ, что светлым ярким пятном мелькнул сперва по тропинке, а затем и по газону школы. Затевался масштабный скандал, а раздражённое лицо Майка стало тому подтверждением. Он следил за каждым шагом ничего не подозревающей девушки, в то время как я судорожно пыталась найти ответ как избежать ссоры.
– Слушай, лунная принцесса! – зашипела Мао, вставая прямо перед каменеющим парнем, – давай сегодня без разборок.
Парень было набрал полную грудь воздуха чтобы ответить, но она его опередила:
– Никто не хочет слушать ваши вопли всю ночь! – девушка кивнула в мою сторону, – тем более это праздник Алисы. Ты же не хочешь испортить её к тебе отношение?
Я закатила глаза. Честное слово, кто вообще поведётся на настолько очевидные манипуляции? Я, конечно, осознаю, что симпатична Майку, но не настолько, чтобы так стараться мне угодить!
– Хорошо, – сказал он сквозь зубы, – но если начнёт она – я не потерплю!
Я успела только состроить улыбку подошедшей Ни и как можно тише произнести ей на ухо:
– Майк здесь, – девушка дернулась, но я успела схватить её за локоть и спокойно отвести в сторону дыры, – он обещал ничего тебе не говорить. Так что будь спокойна.
Под барьером пришлось расцепиться и почти ползком перебираться за пределы замка. Сами двери к моему счастью открылись быстро и даже не скрепя, так что препятствие мы преодолели за пару минут. Портал так же ставила Мао, видимо самая сильная и обученная из всей нашей разгильдяйской кампании.
Хотя я искренне считала таковым Майкла. Сразу вспомнила, с какой завистью смотрел парень, когда Вольтер лишь взмахом руки поставил переход. Как так вышло, что драконья принцесса может магичить на высоком уровне, а будущий правитель целого мира – нет? Что-то здесь явно не сходится.
Портал порадовал меня самым обыкновенным полом и стенами, которые были очень похожи на свод пещеры. Интересно, отчего зависит вид изнутри? Может все потому, что Мао оперирует светлой магией, а Вольтер тёмной? Или, допустим, драконы и люди обладают разными видами магии как таковой? Мне, конечно, хотелось закидать Марконтьяр вопросами, однако я чувствовала, что время сейчас не самое подходящее – наша небольшая группа вышла к засаленной деревянной двери, напоминающей те калитки кабаков, в которых устраивали перестрелки ковбои из старых американских фильмов.
– Мы на территории Драконьей Империи, – сказал Майкл, оглядывая широкую улицу и площадку перед заведением, – но что мы здесь забыли?
Я осмотрела каменные одноэтажные дома с плоскими крышами, оплетённые железом крепкие двери и окна, а также совершенно лишенное растительности пространство улицы. Дерево здесь встречалось, однако его было так мало, что я начала чувствовать себя некомфортно. Словно всю жизнь из этого города украли, оставив лишь мертвый холод и камень.
– В землях любого Лорда нас бы даже на порог кабака не пустили! – ответила драконица, поднимаясь по ступеням, – а здесь мы можем посидеть, и нас никто не тронет.
Девушка отворила "дверь", махнула нам рукой и с улыбкой шагнула внутрь. Мне стало интересно, из-за чего я так же весело проскакала наверх, протащив за руку Гавнию, и влетела в освещённое живым огнём чистое помещение. Здесь вкусно пахло, было тепло и сухо, а ещё играла веселая заводная мелодия на мотив скандинавских песен. По всему периметру стояли каменные столы необъятных размеров, большие деревянные стулья, а под потолком висела самая настоящая железная люстра со свечами, как в мультфильмах о старых замках. В центре на небольшой сцене танцевали несколько полуголых девушек, которые очень отчётливо напоминали мне цыганок с их роскошными цветастыми юбками, украшениями и тёмными волосами. Но нет, со всей определенностью я могла сказать, что это – драконы. Не имеющие зрачков глаза поблескивали из-под прозрачных вуалей, а высокий рост заставлял меня чувствовать себя некомфортно.
И чего в этом мире все такие высокие? Я, например, на Фобосе была среднего роста, а здесь – ниже низкого. Марконтьяр же, после того как скинула с себя иллюзии на балу, вообще сравнялась с Майклом, а он между прочим меня на голову выше!
Народу в заведении почти не было – как-никак ночь на дворе, а по моим скромным догадкам бандиты и разбойники приходят сюда днём. Простые маги вроде нас идут сюда поесть и немного выпить в более приличное время. Кошмар, в общем. В этом мире все через… заднее место.
Мы прошли к свободному столику в углу, расселись по украденным от других столов стульям и заказали напитки, предварительно сняв плащи. Сделали это все кроме меня – я не хотела светить хвостом и другими частями тела, тем более все девушки в заведении были одеты в скрывающие тело платья, я же восседала в брюках и свободной рубашке. И привлекать внимание мне не хотелось. Потому нахлобучила на голову шляпу, предварительно спрятанную в кармане, и подумала о том, что не стоит поворачивать голову к центру зала.
– Думаешь, кто-то узнает в тебе висталку? – пронаблюдав за моими манипуляциями, спросил Барсик.
Я взглянула на него, нахмурив брови, и попыталась вымучить улыбку, но быстро бросив это дело, пробурчала:
– Не хочу проблем.
Девушка подавальщица, что подбежала к нам минуту ранее, мило улыбнулась парням, вильнула юбкой и умчалась за неприметную дверь у барной стойки.
– Твоя шляпа привлечёт здесь больше внимания, чем синие волосы, – сказала Ни, но мгновенно стушевалась под гневным взглядом принца.
Я чувствовала себя не в своей тарелке. В сердце что-то свербело, карябало и кусало, словно пытаясь предупредить меня об опасности. Однако бояться чего-либо смысла не было: драконы ели, наблюдали за танцами, тихо и спокойно обсуждали свои дела. Совершенно ничего не предвещало беды, так что я заткнула собственную паникёрскую душу и, наконец, решила отпраздновать свой день рождения с друзьями.
Вскоре нам принесли напитки. Настроение поднялось, а метания сердца были задвинуты на задний план.
Дальнейшие события из-за количества выпитого алкоголя я помню короткими отрывками. Вот я сижу за столом и пьяно икаю, а Барислав пытается петь о красоте Марконтьяр. Та затыкала уши почему-то мне и приговаривала, что такую пошлятину мне знать рано. Гавния где-то на фоне ругалась с Майклом.
Темнота.
Очередная вспышка, я пытаюсь вырваться из рук Мао, чтобы ударить в ответ этого напыщенного принца, посмевшего дать пощечину Гавнии.
Провал.
Не знаю, я была это или не я, но под глазом у принца сиял яркий фиолетовый "фонарь". Парень почему-то улыбался мне, сидящей напротив него за столиком, и говорил очень много слов. Мой не особо соображающий мозг при этом не воспринимал ничего – я видела только периодически открывающийся рот.
Пустота.
Мы все так же сидели за столом. Майк пододвинул свой стул ближе и попытался схватить меня за руку. Я же молча морщилась и убирала её каждый раз. Веселья у меня это не вызывало, однако я видела в его глазах азарт и продолжала.
– Алисааа… – парень неожиданно ткнулся лбом в столешницу и устало опустил руки, – почему ты не подписала тот контракт?! Отец же присылал тебе подлинник…
Я взглянула на парня, поднявшего голову на несколько секунд. Мученический взгляд озарил его глаза и потух, став безразличным.
– Ты мне не нравишься, – несколько грубо ответила я.
Принц опустил голову обратно на стол, больно ударившись лбом, и пробурчал:
– Ты мне тоже не особо… но ты… не такая противная.
Я хмыкнула и проследила за стулом, который просвистел из одного угла в другой и, разбив окно, выпал на улицу. Марконтьяр при этом издала победный клич и рванула на себя тяжелый стол, огородившись от бородатого мужчины в красной бандане.
– Ты не такая как эти глупые простушки, – между тем продолжил Майк, – ты… необычная!
Бандит оскалился, в отблеске огня сверкнул нож, а я молниеносно протрезвела. За несколько секунд я успела вскочить на ноги, пронестись по заваленному изломанной мебелью пространству и перемахнуть через стол, чтобы прыжком повалить мужчину на пол, сама завалившись сверху.