Чтец книг Анастасия Голуб
«Анна стояла у узкого окна башни-донжона и смотрела на небо. Еще с утра оно было безоблачно-синим, с белыми барашками облаков. Теперь лазурную гладь заволокло дымом, по которому то и дело пробегали неровные ярко-оранжевые сполохи – отблески пламени драконов. Самих монстров Анна не видела, бой шел далеко за стенами замка, но она знала, что чудища скоро появятся…»
«…В детстве, по недосмотру няньки, Карл выпал из окна голубятни, повредил себе сухожилие и с тех пор остался хромым. Эта хромота была бичом, проклятием всей его жизни. Больше всего на свете он любил женскую красоту, но – увы! – менее всего имел успеха у прекрасного пола…»
Попаданки бывают разные. Но Кассандре повезло меньше остальных. Из современного мегаполиса она попала в чужой и жестокий мир. Точнее, не попала. Ее туда притащили силой. В этом мире нет белых единорогов, добрых фей и прекрасных принцев. Он вообще проклят. Одни здесь не умеют чувствовать, другие не отличают добро от зла. А все люди тут – рабы. И сам мир зиждется только на праве силы. Да, Кассандра…
Попаданки бывают разные. Но Кассандре повезло меньше остальных. Из современного мегаполиса она попала в чужой и жестокий мир. Точнее, не попала. Ее туда притащили силой. В этом мире нет белых единорогов, добрых фей и прекрасных принцев. Он вообще проклят. Одни здесь не умеют чувствовать, другие не отличают добро от зла. А все люди тут – рабы. И сам мир зиждется только на праве силы. Да, Кассандра…
Савельхей ним Шагрех, Темный Властелин, правитель Иварийских Земель, наследник Айзгаллы, ты подчинил Тьму благодаря силе нашей любви. Метка тьмы на моем плече – символ того, что я твоя избранница. Тогда почему ты причиняешь мне боль? И теперь, со вкусом предательства на губах, мне остается только уйти. В Академию Попаданцев, потому что больше просто некуда. А еще потому, что я, кажется, уже не чел…
Что может быть лучше академии магии? Только академия магии, где вдобавок исполняются мечты!Только я сюда совсем не рвалась. Однако пути назад теперь нет, придется сразу на двух факультетах учиться. А все потому, что угораздило меня в шутку загадать два желания: господство над миром и замуж за принца. Принцы здесь, конечно, имеются. Но при виде одного аж мороз по коже. Вот только темные у своих изб…
«Сегодня утром я, развернув газету и пробегая от нечего делать отдел объявлений, наткнулся на такую публикацию: «Натурщица – прекрасно сложена, великолепное тело, предлагает художникам услуги по позированию». Хи-хи, – засмеялся я внутренне. – Знаем мы, какая ты натурщица. Такая же, как я художник… Потом я призадумался. Поехать, что ли? …»
«В рождественский сочельник, когда все театры закрыты и люди предаются мирным семейным забавам, холостякам деваться некуда. Поэтому в клубе стали собираться рано, и к 12-ти часам игра была в полном разгаре…»
«В рождественский сочельник, когда все театры закрыты и люди предаются мирным семейным забавам, холостякам деваться некуда. Поэтому в клубе стали собираться рано, и к 12-ти часам игра была в полном разгаре…»
О, эта тайна! Из-за нее, из-за этой тайны, бедняжка Неточка не спала целую ночь! От счастья, конечно. Из-за нее со вчерашнего дня не знает покоя, из-за нее же получила замечание от Пифагора, как называют у них в гимназии преподавателя математических наук…
О, эта тайна! Из-за нее, из-за этой тайны, бедняжка Неточка не спала целую ночь! От счастья, конечно. Из-за нее со вчерашнего дня не знает покоя, из-за нее же получила замечание от Пифагора, как называют у них в гимназии преподавателя математических наук…
Верочка была в отчаянии. Бабушка лежала уже неделю с жесточайшим приступом ревматизма, денег не было ни копейки в доме, а тут… извольте в трехдневный срок освободить квартиру!.. И как назло, до получения бабушкиной пенсии остается еще целая неделя…
«Предстояла крупная кража, а быть может, убийство. Нынче ночью предстояла она – и скоро нужно было идти к товарищу, а не ждать в бездействии дома и не оставаться одному. Когда человек один и бездействует, то все пугает его и злорадно смеется над ним темным и глухим смехом…»
Было студеное январское утро. В окопах разводили маленькие костры и грелись вокруг них, как могли. Говорили о том, что у «него», в нескольких стах шагах по ту сторону заледеневшей реки, куда лучше; будто в «его» окопах, ровно в горницах, убрано: и ковры, накраденные в фольварках у окрестных помещиков, и чуть ли не пианино, добытое тем же путем. Впрочем, говорила больше молодежь, а старые солдаты у…
«В каютке было душно нестерпимо, пахло раскаленным утюгом и горячей клеенкой. Штору поднять было нельзя, потому что окно выходило на палубу, и так, в потемках, злясь и спеша, Платонов брился и переодевался…»