Чтец книг Борис Павлюков
Тьма Оскита и свет Текры сталкиваются в открытом противостоянии. Баланс Вселенной трещит по швам. Кому достанется контроль над потоками мироздания темной принцессе Шерр или союзникам, готовым сражаться за свободу миров?
Тьма Оскита и свет Текры сталкиваются в открытом противостоянии. Баланс Вселенной трещит по швам. Кому достанется контроль над потоками мироздания темной принцессе Шерр или союзникам, готовым сражаться за свободу миров?
"100 рецептов из картофеля" - это кулинарная книга, наполненная разнообразными и вкусными блюдами, приготовленными из картофеля. В книге содержится множество рецептов, начиная от классических блюд, таких как жареный картофель или картофельное пюре, и заканчивая более экзотическими, например, индийским картофельным карри или испанским картофельным омлетом. Каждый рецепт включает подробные инструкц…
Выполнив задачи начального этапа преобразования мира семьдесят шестого года, а также завязав невыгодное вермахту сражение за Белостокскую освобожденную зону в сорок первом году, Артанский князь Серегин с новыми силами и дополнительными возможностями возвращается к миру восемнадцатого года. Его задача – окончательно ликвидировать все предпосылки к возникновению в России Гражданской войны и ее разде…
В мире семьдесят шестого года попытка к мягкому принуждению заокеанского гегемона к цивилизованному поведению ожидаемо для знающих людей вылилась в очередной матч в «Ред Алерт», на этот раз с отчетливым вкусом «Звездных войн». Счет на табло два-ноль, император Серегин идет дальше, теперь уже отчетливо понимая, что алчный зверь из Бездны не понимает добрых слов, и лучший аргумент для него – залп из…
В мире семьдесят шестого года попытка к мягкому принуждению заокеанского гегемона к цивилизованному поведению ожидаемо для знающих людей вылилась в очередной матч в «Ред Алерт», на этот раз с отчетливым вкусом «Звездных войн». Счет на табло два-ноль, император Серегин идет дальше, теперь уже отчетливо понимая, что алчный зверь из Бездны не понимает добрых слов, и лучший аргумент для него – залп из…
1921 год. Неспокойно на советско-финской границе, то и дело пытаются прорваться через нее то контрабандисты, то отряды контрреволюционеров. Да и в Северной столице под руководством профессора Таганцева возникает «Петроградская боевая организация». В нее входят разные люди – от домохозяек до поэтов, вот только цель у них одна – свержение советской власти. Стоит ли удивляться, что жизнь пограничника…
Россия устала от этой войны – не было семей, которых не зацепила бы подлая гражданская бойня, – в каждом доме она обязательно кого-нибудь унесла, смяла, спалила в огне. Люди изнемогают. Это понимает и командир Повстанческой армии Нестор Махно. Надо бы опустить оружие, но у него нет выбора – красногвардейские отряды гоняют махновцев по Малороссии, словно зайцев, стремясь уничтожить их во что бы то …
«… – Нам еще ехать пять часов, – сказала Симочка, сладко зевая. – Пять часов отчаянной скуки! – Езда на железных дорогах однообразна, чем и утомляет пассажиров, – наставительно отвечал муж. – Главное, что скучно! – стукнула ботинком Симочка. Сидевший у дверей незнакомец сложил газету, обвел снова всю компанию странным взглядом и засмеялся. И смех его был странный, клокочущий, придушенный, и послед…
«… – Ах, Марья Игнатьевна, – обратился он, всплеснув руками, к хозяйке. – Я сейчас только с дачи, и у нас там, представьте, выпал град величиной с орех. Прямо ужас! Я захватил даже с собой несколько градин, чтобы показать вам. Где, бишь, они?.. Вот тут в кармане у меня в спичечной коробке. Гм!.. Что бы это значило? Мокрая… Он вынул из кармана совершенно размокшую спичечную коробку, брезгливо откры…
Когда среди людей появляется архидемон Прондопул, посланец Властелина Игалуса, тогда все вокруг непредсказуемо. Он искажает настоящее и разрушает связи с прошлым и будущим. Борьба с ним очень опасна, но не безуспешна, если человек не отступает.
«Звали его Иван Михайлович. Фельдшер приемного покоя больницы, где я тогда работал ординатором. Редкие усы и бородка, держится солидно, с большим достоинством. Вид глубокомысленный, на жизнь и людей смотрит свысока, с затаенною в глазах сожалеющею усмешкою. Истина жизни вся целиком, до последней буквочки, находится у него в жилетном кармане…»
«… – А-а… Как же! Как же!! Ну, как поживает старина Дирк? Попрыгивает? – О, его уже нет и на свете. Двадцать лет тому назад умер. – Ну, что вы! Воображаю, как круто приходится теперь несчастному Голлинсу… Наверное, от былой жизнерадостности не осталось и следа? – Никакого следа, совершенно верно. Двадцать четыре года тому назад он скончался, г. Голлинс. Я был раздосадован. …»