Чтец книг Евгений Смарт
Я – преподаватель английского языка. Мои уроки всегда индивидуальны. Мои ученики – только мужчины. А ещё я могу гарантировать, что через шесть месяцев мой ученик будет владеть английским языком не хуже, чем русским. Всё дело в моей методике. У меня нет указки, но есть плеть. У меня нет просьб – только приказы. А за каждый неверный ответ – наказание…
Как изменить что-либо в Настоящем? Ответ очевиден – надо изменить Прошлое. Но где именно та отправная точка, что меняет Мир, а не является фантомной? И не изменит ли это изменение нас самих?
Как изменить что-либо в Настоящем? Ответ очевиден – надо изменить Прошлое. Но где именно та отправная точка, что меняет Мир, а не является фантомной? И не изменит ли это изменение нас самих?
Враг повержен, истина торжествует! Может, пришла пора успокоиться? Или это только начало?!!
Враг повержен, истина торжествует! Может, пришла пора успокоиться? Или это только начало?!!
Они женаты уже давно, и наизусть изучили друг друга, но еще не успели наскучить. Кажется, ничто неспособно разлучить их! Но все меняется кардинально, когда, в атмосфере заграничного курорта, Сашка уговаривает мужа осуществить свою давнюю эротическую фантазию.
«Ночь… Спящее море…. Расплескался по необъятному простору золотой блеск луны и ходит и мерцает, точно живой… У самого обрыва, на скамье, два черных тонких силуэта, мужской и женский, тесно прижались друг к другу. Спят старые деревья. Дремлют в море белые ленивые паруса. Крепко и свежо пахнет с моря…»
«Ночь… Спящее море…. Расплескался по необъятному простору золотой блеск луны и ходит и мерцает, точно живой… У самого обрыва, на скамье, два черных тонких силуэта, мужской и женский, тесно прижались друг к другу. Спят старые деревья. Дремлют в море белые ленивые паруса. Крепко и свежо пахнет с моря…»
«О, как долго памятна будет мне эта таинственная ночь, в которую лето сделалось осенью. Было в ней что-то напряженное, и страстное, и нежное, и больное, как в последней ласке перед разлукой, как в долгом прощальном поцелуе, смешанном со слезами. Неподвижные облака на небе, внимательные звезды, тихое море, томные деревья – все притаилось в чутком и тревожном ожидании, в молчании, в предчувствии… Мо…
«О, как долго памятна будет мне эта таинственная ночь, в которую лето сделалось осенью. Было в ней что-то напряженное, и страстное, и нежное, и больное, как в последней ласке перед разлукой, как в долгом прощальном поцелуе, смешанном со слезами. Неподвижные облака на небе, внимательные звезды, тихое море, томные деревья – все притаилось в чутком и тревожном ожидании, в молчании, в предчувствии… Мо…
«Когда миновали Евпаторию, поднялся ветер, вскоре перешедший в настоящий шторм. Пароход „Св. Николай“, эту старую калошу, мотает с борта на борт и с носа на корму. Всех пассажиров укачало. Все умирают; одни умирают в салоне, другие в каютах, третьи в коридорах. Единственная неприятная сторона морского пути…»
«Южный вечер – жаркий и темный. Запыленные акации над горячим асфальтом тротуаров лениво просыпаются от тяжкой дневной дремоты. Нарядная толпа стремится двумя непрерывными потоками туда и обратно…»
«Южный вечер – жаркий и темный. Запыленные акации над горячим асфальтом тротуаров лениво просыпаются от тяжкой дневной дремоты. Нарядная толпа стремится двумя непрерывными потоками туда и обратно…»
«Она повсюду. Гибкие, колышущиеся нити, связи, ячейки изменчивых форм и цветов… все это – Она. Сеть…»