Четвертый том романа повествует о девушке-подростке Кайе, из параллельного нашему мира, чье тело стало сосудом для души моего бывшего соотечественника, промышленного разведчика, ныне также бывшего и просто неплохого мужика, Мазовецкого Дмитрия Николаевича, чья жизнь на этой Земле подошла, печально рано, к своему завершению…
Тусклый свет далекой луны слегка потревожил первозданную тьму. Кажется, я опять существую. «Здравствуй, Кайа, вот мы и свиделись. Снова. Как и много раз прежде». Голос, странный, отовсюду. – Я мертв. – произнес я и не узнал собственного голоса, девичий. – Вы обознались. «Мертв мальчик Дима, да, его история завершена, а вот девочка Кайа крепко спит. И мы сейчас решим, проснется ли она вновь, и нач…
Третий том романа повествует о девушке-подростке Кайе, из «параллельного» нашему мира, чье тело стало «сосудом» для души моего бывшего соотечественника, «промышленного разведчика», ныне также бывшего и просто неплохого мужика, Мазовецкого Дмитрия Николаевича, чья жизнь на «этой» Земле подошла, печально рано, к своему завершению…
Свет яркой, хотя и далекой луны осветил первозданную тьму. «Рад, что в этот раз тебе все же удалось выбраться из психушки. И в Пансионе у тебя все ловко получилось, молодец. Хотя для „хорошего человека“ ты действовала чересчур уж жестоко. Я не судья тебе, но разве не стоило скрыть лицо той Художницы?». – услышал я голос, раздавшийся отовсюду. – Это сон. – констатировал я, озираясь по сторонам. Я с…