Избранное. Любимое. Самое-самое моё. Сборник стихотворений, которыми автор хотел бы поделиться в первую очередь.
Август Вейссель – австрийский писатель и журналист; в начале XX века работал репортером уголовной хроники, где черпал сюжеты для своих произведений на криминальную тему. Российскому читателю он практически неизвестен, поскольку на русский язык была переведена всего одна его книга, да и та увидела свет почти сто лет назад – в 1913 году. Роман «Зеленый автомобиль», представленный в этом томе, начина…
«Папашу моего в нашем округе кажный козел знает: лабаз у него на выгоне, супротив больницы, первеющий на селе. Крыша с накатцем, гремучего железа. В бочке кот сибирский на пшене преет, – чистая попадья. Чуть праздник, – в хороводе королевича вертят, – беспременно все у нас рожки да подсолнухи берут…»
В монографии на материалах рабочего самоуправления периода Великой русской революции 1917 г. подвергается углублённому изучению формирование в нашей стране институтов гражданского общества, в частности таких, как фабрично-заводские комитеты. Анализируются влияние общинных традиций трудовой демократии на рабочее движение 1917 г., причины кризиса органов рабочего представительства после прихода к вл…
«Как-то вечером мама долго искала своего сынишку. Джоэля не было ни в доме, ни во дворе. Она услышала голоса в старой хижине дядюшки Римуса, заглянула в окно и увидела, что мальчик сидит рядом со стариком…»
«На каком языке говорили в раю? Ты, верно, думаешь, что на русском… Я тоже так думал, когда был маленьким. Маленький француз, если спросишь его об этом, вынет палец изо рта и ответит: «Конечно, в раю говорили только по-французски!» Маленький немец не задумается: «По-немецки, как же иначе»… Но все это не так…»
Полный вариант заголовка: «The poetical works of Joseph Addison : with the life of the author».
«Пришла весна, и с нею пришли надежды: вот, наконец, думал я, мы отправимся на поиски моего старого друга. Но отец почему-то не спешил с этим делом. Сколько я ни докучал ему расспросами, он ничего не отвечал…»
«Проглотив изрядное количество пищи, голландцы ощутили чудесную бодрость и воодушевление и приготовились к бою. «Ожидание, – говорит летописец, – ожидание встало на ходули». Мир позабыл кружиться, или, вернее, замер, чтобы наблюдать схватку, точно олдермен с круглым брюшком, созерцающий битву двух воинственных мух на своем камзоле…»
«Но первая наша ночь в джунглях прошла неспокойно. Тигровая шкура, повешенная на дереве, защищала нас своим запахом. Мы могли не бояться лазающих по деревьям зверей; сама пантера, учуяв запах тигра, повернула бы назад. Внизу, на земле, запах тигра растаял – его смыло ветром, и дорога для обитателей леса была открыта…»