«– Ну ты расскажи мне, дядюшка Римус, – пристал Джоэль, – поймал потом Медведь Братца Кролика? Всё лицо старика прорезали весёлые морщинки смеха. – Глупости ты говоришь, сынок. Не такой человек Братец Кролик. Вот Медведь – тот опять попал в беду…»
«– Однажды… – начал дядюшка Римус, усаживаясь поудобней, – однажды шёл Братец Кролик по дороге, помахивая своим длинным, пушистым хвостом…»
«– Скажи, дядюшка Римус, – спросил раз мальчик, забравшись на колени к старому негру, – правда, Братец Кролик был хитрее всех-всех? Хитрее Братца Волка, и Братца Опоссума, и Старого Лиса?..»
«Жили три брата на свете, и захотели они нарыть жень-шеню, чтобы стать богатыми. Счастье улыбнулось им, и вырыли они корень ценой в сто тысяч кеш. Тогда два брата сказали: «Убьем нашего третьего брата и возьмем его долю»…»
«У человека восемь счастий: счастливая могила предков; хорошая жена; долголетие; много детей; много хлеба; много денег; много братьев; образование. Но есть люди, которые не обладают ни одним из этих счастий, и тогда они называются восьми-несчастными – Пхар-ке-боги…»
«Во время царствования династии Цумуан жил близ реки Туманган в городе Ауди восьмидесятилетний старик Кантхеган…»
«Один человек выкрал себе жену, и ушел он с ней на Амноку рыбачить. И жили на Амноке. Пока муж был здоров, все шло хорошо, потому что они любили друг друга. Другой раз нет рыбы, – ну, покрепче прижмутся друг к другу, чтобы меньше есть хотелось, и уснут. Но простудился раз муж на реке и свалился. Тогда плохо пришлось им: нет рыбы, нет чумизы, нет денег знахаря позвать…»
«Жил в Корее художник Ким-тон-чуни. Он был знаменит, но мечтал о большем…»
«Весной 18… года на склоне лесного холма неподалеку от реки Уабаша, катившей свои прозрачные воды в реку Огайо, отдыхали два человека. Младший выглядел лет на двадцать пять и, судя по одежде, походил более на моряка, нежели на охотника. На его светлых, курчавых волосах довольно лихо сидела низкая шляпа с широкой лентой. Под синей матросской курткой рельефно обрисовывались плечи, которыми мог бы го…
«Скажи им, не хочу – Да, не хочу – и только! Их воля противу моей! Одно противу одного, Мне кажется, равны!..»
«В саду – пчельник, в пчельнике – ульи, в ульях – соты, в сотах – ячейки, в ячейках – или мед, или крошечные белые яички; а в яичках? – В яичках пчелиная детва, будущие пчелы. Лежат они там, как в колыбельке, тепло и мягко, спят там крепко-крепко, не шелохнутся. Но вот очнулась одна малютка, зашевелилась; скорлупка яичная вкруг нее лопнула, распалась…»