Книги жанра литература 20 века
«Зашумели над затоном тростники. Плачет девушка-царевна у реки…»
«Не каждый умеет петь, Не каждому дано яблоком Падать к чужим ногам…»
«Я посетил родимые места, Ту сельщину, Где жил мальчишкой, Где каланчой с березовою вышкой Взметнулась колокольня без креста…»
«Еще солнце и земля не родились, а Измена жила уже на свете. Дымною струей ползла она во мраке хаоса, скрываясь от Духа, когда Он благотворным ураганом носился над буйным смешением стихий. Дух мыслил, и мысль Его становилась мирами…»
«Доктор послал меня на юг, и я с большим удовольствием принял предложение „Южного Тромбона“. Редактор этой почтенной газеты, когда я входил в святилище, называемое редакцией «Тромбона», сидел за письменным столом, уставленным разными безделушками, – фунтов по 20 весом каждая, – и, поглядывая время от времени на лежавший перед ним заряженный шестиствольный револьвер Смита и Вессона, писал статью с …
«Нас двое в комнате: я и моя тень. Свет брезжит где-то сзади. Я сижу верхом на стуле и смотрю на неё. Она стелется по полу, всползает на стену и оттуда кивает мне своею огромною, безобразною головой…»
«Вам, конечно, часто приходилось читать такие процессы. Человек обвиняется в убийстве любимой женщины. Иногда это сопровождается покушением на самоубийство…»
«– Нашего брата недолюбливают! – сказал товарищ прокурора, закуривая скверную сигару (по жалованью!) – Про нашего брата даже дамы говорят: «Фу, какой злюка!» А российское общество, в смысле рассуждения, – дама. Доказательство? Российское общество книги любит сентиментальные, рассуждения сентиментальные. Самая дамская особая примета! Адвокат всегда душка, прокурор всегда злюка. Адвокатов дамы на ру…
«– Земли! Земли! Слышите ли вы этот голодный вой, истинно волчий вой, который доносит ветер с покрытых снегом полей, – ветер, который стонет, как перед бедой в полуразвалившихся трубах нищих изб, ветер, который размётывает почерневшие соломенные крыши…»
«П. Н. Дурново и В. К. Плеве кончили один и тот же университет. И тот и другой прошли департамент полиции. Кто сделает хорошую характеристику г. Дурново, – напишет отличный некролог Плеве. И чтоб иметь биографию г. Дурново, надо взять добросовестный некролог фон Плеве…»
«Если вы хотите в суд присяжных, – не просто прийти к снисходительному убеждению, что это «достаточно хорошая форма суда», а уверовать, – займитесь исследованием именно тех дел, приговоры по которым ставятся в вину суду присяжных…»
«Из почтения к смерти даём сегодня место запискам одного самоубийцы. Самоубийца – жилец, недавно переехавший с дачи на квартиру. Это придаёт его запискам злободневный интерес…»
«Гражданин министр! Я не имел никакого успеха у царских министров. Позвольте надеяться, что хоть народные министры не похожи на прежних. С 1915 года какие ни бывали перемены, – был министром Николай Алексеевич, или заменял его Алексей Николаевич, – ко всем, к Маклакову, к Хвостову, к Протопопову, к Барку, к общественным деятелям, к тогдашнему московскому городскому голове Челнокову, к А. И. Гучков…
«…С удовольствием прочитав в вашей уважаемой газете несколько случаев излечения земляникой, прошу принять и от меня случай, имеющий, как мне кажется, очень важное общественное значение. В прошлом году, в июне месяце, я нечаянно, в не трезвом виде, упал и сломал себе руку. Так как время было земляничное, то я и ел всё время землянику. И что же? Благодаря землянике, сломанная рука не замедлила сраст…
«Нас собралась небольшая компания. Исключительно мужчин, – и потому мы говорили исключительно о женщинах. В них отрицалось, разумеется, всё: способность любить, ненавидеть как следует, просто чувствовать. Даже, кажется, существование самой души…»