Книги жанра литература 20 века
Фонограмма содержит ненормативную лексику. Долгожданная новинка! Продолжаем уникальную серию аудиокниг по произведениям Сергея Довлатова. «Заповедник» – одно из лучших произведений Сергея Довлатова, наполненное романтикой, юмором и грустью. Довлатов – один из самых любимых и читаемых сегодня российских писателей. Его шутки запоминаешь сразу и на всю жизнь, а книги перечитываешь десятки раз. Воз…
Москва – центральная тема в творчестве Гиляровского. Много лет он изучал трущобы города и жизнь их обитателей. Идея написать книгу о прошлом Москвы возникла у него в начале 20-х годов, когда с лица города стали исчезать Хитровка, Грачевка, Аржановка. Первое издание вышло в 1926 году. Через несколько лет Гиляровский вновь вернулся к работе над книгой. В 1931 году вышло второе издание «Москвы и моск…
Шестеро друзей, отправившись после выпускного вечера в городской сквер, начинают спор по вопросам житейской этики, вызванной решением ребят сказать друг другу на прощание «всю правду». Взаимное обсуждение, начатое скорее как игра, быстро переходит в острый и беспощадный суд друг над другом. Каждый из бывших однокашников предстает перед друзьями в новом свете, но к чести ребят, все они достойно выд…
Два долгих дня, пешком, идет красноармеец Никита Фирсов в родную деревню. В родительском доме встречает его только отец, мать умерла, так и не дождавшись любимого сына с войны. На следующий день происходит встреча Никиты с подругой детства – Любой. Никита начинает ухаживать за изнуренной от голода и учебы девушкой… Продюсер издания: Владимир Воробьёв©&℗ ИП Воробьев©&℗ ИД СОЮЗ
Кроме знаменитой книги «Москва и москвичи», описывающей традиции, быт и нравы Москвы начала двадцатого века, перу Гиляровского принадлежат немалое число очерков и рассказов, освещающих многие стороны современной писателю жизни. В этот сборник вошли аудиоверсии некоторых из них. ОбреченныеВ туннеле артезианского колодцаНесчастныйЧеловек и собакаПреступлениеЕлкаЗапорожская сечьГде казнен Стенька Раз…
Ее зовут Маня Дадурова. Учится она плохо, но не по лени, а по какому-то странному недетскому, равнодушию. Маня – флегматичная молодая особа. Большей частью молчит, уставившись в одну точку, точно о чем-то глубоко-глубоко задумалась. Окликнешь – точно просыпается от долгого сладкого сна…
«Я проснулся по крайней мере на час раньше обыкновенного. Это само по себе было уже очень странно, и, размышляя об этом, я пролежал в постели около часа. Я не знал, в чем дело, но чувствовал, что не все обстоит благополучно. Меня томило предчувствие чего-то ужасного, что уже произошло или должно было произойти. Но что же это было? Я старался дать себе отчет в своих ощущениях. Я вспоминал, что посл…
«– Кажется, карантинный катер, – сказал капитан Мак-Эльрат. Лоцман бормотал что-то, пока шкипер переводил подзорную трубу с лодки на берег, затем на видневшийся Кингстон, а оттуда на север, ко входу в Хоус-Хэд. – Ну, что же, прилив хороший, через два часа будем на месте, – заявил лоцман, стараясь казаться веселым…»
«Раздор между Китаем и остальным миром достиг своей высшей точки в 1976 году. Пришлось из-за этого даже отложить празднование двухсотлетия американской свободы. И в других странах по той же причине спутались, смешались и были отложены на неопределенное время различные начинания. Мир внезапно очнулся и сразу увидел грозящую ему опасность, а между тем уже в течение по крайней мере семидесяти лет все…
За годы работы Валентин Пикуль создал более тридцати романов, повестей и множество рассказов и миниатюр. Еще в середине 60-х годов писатель начал создавать свой уникальный исторический архив. Чтобы как-то упорядочить почерпнутую из книг информацию, он на каждого исторического деятеля заводил собственную карточку, в которой отмечал основные вехи его жизни, а также перечислял источники, где об этом …
Валентина Пикуля часто сравнивали с Александром Дюма, но, в отличие от автора «Трех мушкетеров», Пикуль скрупулезно исследовал истории, опираясь на подлинные исторические документы того времени, о котором писал. Власти не любили Пикуля за его «неправильный патриотизм». В те годы принято было считать, что все хорошее в истории России началось после революции 1917 года, а тем, что было прежде, горд…
«Я украл окорок ветчины в коптильне красноносого отца Дюфура. Дюфура звали „отцом“, собственно, но старой памяти: как расстрига, он едва ли даже имел право ходить в церковь. Прекрасно – я украл, и не прекрасно – меня собрались повесить, так как поймали. Отправиться на Монфокон с кляпом во рту, чувствовать там горячей шеей холодные ногти палача и растворить дух в вое осеннего ветра показалось мне с…
«Видны передняя, гостиная и спальня в квартире Зои. В окнах пылает майский закат. За окнами двор громадного дома играет, как страшная музыкальная табакерка. Граммофон поет: „На земле весь род людской…“ Кто-то кричит: „Покупаем примуса!“ Другой: „Точить ножи-ножницы!..“ Третий: „Самовары паяем!..“ Граммофон: „Чтит один кумир священный…“ Изредка гудит трамвай. Редкие автомобильные сигналы. Адский ко…
Рассказ о похождениях делового белого человека среди некоего народца, жившего на берегу Северного Ледовитого океана.
«Он его потерял где-то на Театральной улице. Помнил он, как довольно грубо пробивался сквозь толпу на мосту, через один из каналов, какие перерезают эту шумную улицу. Возможно, что какой-нибудь ловкий карманный воришка с раскосыми глазами радуется сейчас пятидесяти с лишним иенам, бывшим в его кошельке. А затем он подумал: быть может, он просто его потерял, потерял по небрежности. С безнадежным ви…