Книги жанра литература 20 века
«Было болото. И был мальчик. Болото называлось Чертовым, мальчика звали Панасиком, а по школьному прозвищу Кулик. И в самом деле, как не Кулик: длинноносый, у болота живет и болото хвалит…»
«В нашем доме, в этом чудовищном доме в предместье, густонаселенной громадине, проросшей неистребимыми средневековыми руинами, сегодня, туманным ледяным зимним утром, было распространено следующее воззвание…»
«Если поглядеть на нас просто, по-житейски, мы находимся в положении пассажиров…»
Первый роман сборника повествует об ученом-физиологе Штирнере, чьи опыты над человеческим сознанием привели к созданию чудо-машины, способной передавать мысли на большие расстояния. Во втором романе, «Воздушный корабль», описана уникальная экспедиция: субстратосферный дирижабль «Альфа» собирается выполнить опаснейший полет по маршруту Кушка – Северный полюс – Ташкент…
Первый роман сборника повествует об ученом-физиологе Штирнере, чьи опыты над человеческим сознанием привели к созданию чудо-машины, способной передавать мысли на большие расстояния. Во втором романе, «Воздушный корабль», описана уникальная экспедиция: субстратосферный дирижабль «Альфа» собирается выполнить опаснейший полет по маршруту Кушка – Северный полюс – Ташкент…
«Замок» – останній, незакінчений і найбільш загадковий роман Франца Кафки (1883–1924), в якому відобразилися всі теми і конфлікти, що непокоїли письменника протягом його життя. У центрі роману, як майже в усіх творах Кафки, – втаємничені, незбагненні, алогічні взаємини людини зі світом, з системою, з владою, з іншими людьми. Так, головний герой, опинившись у чужому йому середовищі, намагається пор…
«Замок» – останній, незакінчений і найбільш загадковий роман Франца Кафки (1883–1924), в якому відобразилися всі теми і конфлікти, що непокоїли письменника протягом його життя. У центрі роману, як майже в усіх творах Кафки, – втаємничені, незбагненні, алогічні взаємини людини зі світом, з системою, з владою, з іншими людьми. Так, головний герой, опинившись у чужому йому середовищі, намагається пор…
Роман, несущий свет и добро, роман-тайна, роман, к которому возвращаются на протяжении всей жизни. Написала его в середине XX века загадочная Конкордия Антарова. Оперная певица, писательница и педагог, ученица Станиславского, она так и не дождалась прижизненного издания романа. И вот спустя полвека мы заслушиваемся «Двумя жизнями». Погрузитесь в легендарную теософскую сказку, сквозь ужасы XX века …
«Он пришел в лес с песней. Багровый клуб лучей заходящего солнца запутался в чаще и, словно задыхаясь, угасал. Нетерпеливая тропическая ночь, не ожидая заката, вступала в лес с востока, ложилась на сухую почву, поднималась по толстым стволам вверх…»
«Он пришел в лес с песней. Багровый клуб лучей заходящего солнца запутался в чаще и, словно задыхаясь, угасал. Нетерпеливая тропическая ночь, не ожидая заката, вступала в лес с востока, ложилась на сухую почву, поднималась по толстым стволам вверх…»
«По Зауралью, в пределах бывшего Камышловского, Шадринского и частью Ирбитского уездов, имело хождение слово „водолаз“ в применении к служителям культа. Во фронтовой обстановке 1918 года мне как-то пришлось слышать историческое обоснование такого необычного употребления слова. Давалось это в форме сказки. Рассказывал старик-доброволец, сколько помню, из деревни Байновой, близ Каменского завода, в …
«Против нашей Ильменской каменной кладовухи, конечно, по всей земле места не найдешь. Тут и спорить нечего, потому – на всяких языках про это записано: в Ильменских горах камни со всего света лежат. Такое место, понятно, мимо ленинского глазу никак пройти не могло. В 20-м году Владимир Ильич самоличным декретом объявил здешние места заповедными. Чтоб, значит, промышленников и хитников всяких по за…
«Когда Эдуард Рабан, пройдя через подъезд, вошел в амбразуру двери, он увидел, что идет дождь. Дождь был маленький…»
Страсть лишает сна и покоя, ослепляет и заставляет страдать. Именно этому неконтролируемому, иступленному чувству посвящены новеллы Цвейга – их сюжеты, полные драматического напряжения, раскрывают всю остроту душевных переживаний. Каждый рассказ одновременно восхищает и повергает в ярость, поражает воображение и заставляет спорить с автором. А в героях Цвейга мы и сейчас, почти столетие спустя, уз…